http://www.vydrin.com/ http://vydrin.com/i/dv.gif http://vydrin.com/ http://www.vydrin.com/express/218351/ Украинская стратегия: гаечный ключ против чупа-чупса   Услышав о неожиданно суровом приговоре Юлии Тимошенко  - семь лет заключения - я испытал двойной шок. Во-первых, испытал шок как мужчина, который считает, что для женщины должны быть исключены два места пребывания: армия (если она не министр обороны) и тюрьма (если она не начальник тюрьмы). Просто физиология женщины такова, что тюремная камера для нее - двойное  или даже тройное испытание. Когда-то у самого известного фотографа обнаженной натуры спросили, почему он не фотографирует обнаженных мужчин. Он ответил: «Потому что обнаженный мужчина обнажен сильнее, чем обнаженная женщина». А я считаю, что срок женщины в тюрьме - это удвоенный или даже утроенный аналогичный мужской срок. Во-вторых, я испытал шок, как политолог. А именно от того, что после оглашения приговора, наше сердобольное общество (в лице журналистов, экспертов, простых граждан) видимого шока не испытало. Не было горячих протестов, разрывов сердец, неистовства и шахидства. Правда, были горячие споры экспертов, но они свелись вокруг одной темы: почему приговор столь суров? И вариантов было множество. Одни считают - потому что власть еще боится Тимошенко. Другие считают - потому что власть уже не боится Тимошенко. Третьи считают - потому что власть уже не боится Запада. Четвертые - потому что власть еще боится России. И т.д. и т.п. А мне же - и как эксперту, и как журналисту - было шокирующее интересно: почему, повторяю, в обществе не произошло шока? Поскольку я пока один задался этим вопросом, постараюсь в одиночку на него и ответить. Прежде всего, на мой взгляд, потому что наше общество не верит, что реальность для Тимошенко будет такая же суровая, как оглашенный пока формальный приговор. И для такой точки зрения есть основания. Первым таким основанием я считаю то, что практически вся наша власть, включая судебную, бреется бритвой «Жилетт». А в инструкции этой бритвы маленькими, но разборчивыми буковками написано: «Сначала закрутите до упора, а потом отпустите на два оборота». По моим наблюдениям, последние 20 лет главной базовой инструкцией власти была именно эта - жилеттовская. Это интуитивно понимает все остальное общество и теперь напряженно ждет, когда «начнут откручивать назад». Вторым, и базовым, основанием я считаю то, что вся наша власть, включая судебную, в школе проходила по программе классика славянской литературы Салтыкова-Щедрина. Этот мудрый писатель, чиновник и проходимец четко в свое время сказал: «Строгость наших законов всегда компенсируется необязательностью их исполнения». Все это тоже прекрасно знают и поэтому напряженно ждут, каким образом и в данном случае приговор будет не выполняться. Кстати, находясь в таком же ожидании, я невольно вспомнил и свою личную давнюю практику. Лет десять назад, а то и больше, я тоже работал в Кабмине, правда, не премьер-министром, а всего лишь его советником. Вы будете смеяться, но меня тоже судили, и причем дважды. Один раз - за перерасход годовой нормы горючего на служебном транспорте на пятьсот гривен (по тому курсу - долларов на сто). Это уже считалось хищением в крупных размерах, и прокурор требовал для меня пять лет заключения. Но суд-то оправдал! Второй раз мне вменили как раз ту статью, что и Тимошенко: в превышении служебных полномочий - я тогда перерасходовал командировочные на 60 долларов. И прокурор требовал для меня те же 7 лет заключения. Если бы я тогда сел, то писал бы эти заметки еще из мест отдаленных. Поэтому основываясь на своем личном опыте, могу утверждать, что тягость и одновременно прелесть жизни в Украине заключается в том, что здесь все несерьезно, все как бы понарошку. Все на уровне подмигивания, подмаргивания и кулуарных договоренностей кланов, элит и групп влияния. В культовом российском фильме «Брат-2»  главный герой спрашивает у своей знакомой, живущей в Америке: «А здесь всерьез что-то воспринимают?» Она отвечает: «Только деньги». А у меня складывается впечатление, что украинская элита в своем бесконечном инфантилизме заигралась настолько, что всерьез не воспринимает даже ни деньги, ни власть. Пострадавшим не делают упреки. Но поскольку я уверен, что в силу разных заморочек Юлия скоро будет на свободе, все же скажу, что и она виновата в создании этой брутально игрушечной, выморочно ненастоящей экономической, политической и юридической системы. Красивая ветреная женщина, за долгие годы она так и не нашла своего настоящего призвания, своей единственной сердечной страсти. Она легко раздавала свои симпатии и привязанности, играючи расточая свои поцелуи налево и направо. Следы ее губной помады видны почти на всех крупных бизнесах Украины. Она легко надкусывала и легкомысленно бросала то газовый бизнес, то энергетический, то девелоперский, а то и канареечный. Она перепробовала на вкус все идеологии  и в пыльных загашниках ее родной партии лежат «обсосанные» до костей: и «левый солидаризм», и «правое народничество», и «социалистическая справедливость», и «националистическое дело». Возможно, ей простительно такое легкомыслие, как игривой женщине, но это, к сожалению, не позволило пока стать ей серьезным и настоящим политиком. Настоящий политик - тот, кто имеет и настоящих врагов, и настоящих друзей. Если ты зашел в бизнес, будь в нем по-настоящему специализирован, эффективен, профессионален и последователен. И тогда твои коллеги-бизнесмены горой будут стоять за тебя до конца. Если ты зашел в политику, то профессионально выбери свою идеологическую нишу и старайся ей не изменять. Поскольку только такие гении, как Черчилль, могут позволить себе  за длинную жизнь пару раз поменять идеологию, но ни разу не изменить своему сословию. И тогда избиратели, из твоего родового идеологического кейса, будут стоять за тебя горой. Даже не требуя денег за выход на демонстрацию поддержки.  Да, жизнь, к сожалению, не игра. Даже политическая жизнь. И даже для красивой женщины. Тем не менее, я уверен, что Юлию Тимошенко в ближайшее время выпустят. И сам постараюсь приложить к этому все свои скромные возможности и ресурсы. Но снова у нее возникнет вопрос: что делать? Она блестяще умеет воевать. В одном из умных фильмов полицейский, которого постоянно опережают его противники - воинственные исламисты, - спрашивает у напарника: «Почему они всегда у нас выигрывают?» Тот отвечает: «Потому что мы работаем, а они - воюют». Тимошенко умеет воевать в  нашей стране лучше всех. Поэтому, если после ее выхода из заключения, начнется война - она, конечно, победит всех. А вдруг войны не будет?  Вот тогда опять у нее начнутся проблемы. Потому что работать она не захочет, не будет, да и не сумеет. Да и вообще не для того в Украине люди идут в политику, чтобы работать, как какие-то «лохи». Правда, у нее есть дополнительный бонус: она умеет не только воевать, но и соблазнять. И это для нее большой шанс! Когда-то я провел свой микроскопический доморощенный эксперимент.  Десяти здоровенным годовалым младенцам я предложил на выбор гаечный ключ и чупа-чупс. И все десять выбрали чупа-чупс, даже те, у которых были кое-какие механические неполадки со своими детскими колясками. Возможно, это наш национальный выбор: там, где приходится выбирать - либо тяжко работать, либо сладко сосать - мы выбираем второе. Поэтому наверняка мы еще много услышим и увидим о Юлии Владимировне. К тому же скоро выборы в парламент, а у ее политической силы уже готов «под ключ» волшебный избирательный лозунг. В прошлый раз они зашли в парламент под кличем: «Бандиты должны сидеть в тюрьмах!». А сейчас я дарю им другой волшебный лозунг: «Женщины в тюрьмах сидеть не должны!». Так что игра продолжается, точнее продолжается наша бесконечная чупа-чупсная игрушечная жизнь.   Экспрессия Thu, 13 Oct 2011 16:15:05 GMT http://www.vydrin.com/express/218349/ Журнал "Форбс" задал несколько вопросов Дмитрию  Выдрину   В стране идет передел собственности. Причем — в жесткой форме. К чему это приведет?   Украина — неофеодальное государство. Люди, которых мы называем олигархами, на самом деле — сеньоры. Со своими вассалами, армией, судами, футбольными клубами и медиа. Поэтому ответ на ваш вопрос очевиден. Если власть не осознает глубину проблемы, рано или поздно будет антифеодальная революция.   Можно ли ее предотвратить?   Когда самурай хочет сделать сэппуку, а у него нет меча, он выдергивает из кимоно нитку, перевязывает себе мизинец и умирает от того, что кровь не поступает всего-навсего в один палец. Главная наша проблема — это «капиллярная» коррупция. Страна страдает тромбозом, перекрыт доступ крови в руки и ноги, я уже не говорю про голову. Апофеоз капиллярной коррупции в Украине — преступление экс-депутата Лозинского (обвиняется в убийстве селянина, зашедшего на его угодья. — Forbes). Легко договориться с крупным феодалом, который у всех на виду. Намного сложнее решить проблему тысячи лозинских, которые срослись с прокуратурой, милицией, судами на местах. Стартовать нужно именно с очистки капилляров. А для этого следует создать социальный слой, на который можно опереться, делая коренные преобразования. Нельзя проводить реформы «опираясь на Тигипко». Реформы можно провести, опираясь на реформаторский класс.   Почему предприниматели до сих пор не стали влиятельной политической силой?   В Украине нет ни одного коммерсанта, который проработал бы год, соблюдая все законы. Нет критической массы людей, которые хотят приумножать свое богатство без помощи админресурса. Нет консолидации. Вы встречали хотя бы одного богатого человека в Украине, который защищал бы интересы всех богатых людей? Каждый за себя.   Может ли бизнесмен стать политическим лидером?   По словам высадившегося на Луну американского астронавта Нейла Армстронга, нет более разных профессий, чем астронавт и астроном. Хотя они и представляют одну космическую область и имеют один филологический корень. Одно дело — рискуя жизнью исследовать космическое пространство. Другое — наблюдать за этим в телескоп, расположившись в удобном стуле и попивая кофе. Между политиками и предпринимателями такая же ментальная пропасть. Бизнесмену крайне сложно возглавлять общественно-политическое движение, тем более стать в государстве кормчим. А политику невероятно сложно стать расчетливым бизнесменом. У них разная мотивация, разные инструменты, разное представление о жизненной миссии.   Разве Сергей Тигипко не опровергает ваш тезис?   В одной из своих книг я задаю вопрос: Тигипко — это «привет из прошлого» или «гость из будущего»? Сейчас я уже с уверенностью могу сказать, что он привет из прошлого. Тигипко допустил два промаха. Во-первых, начав политическую карьеру, он остался в душе бизнесменом. Он действует как бизнесмен, у него мотивация предпринимателя. Во-вторых, его подвел архетип. В Украине их всего три: донецкие, львовские и днепропетровские. Днепропетровцы биментальны по социальному архетипу. Во Львове они более крутые галичане, чем коренные жители. В Донецке они бóльшие фанаты «Шахтера», чем донбассовцы. Придя во власть, Тигипко стал еще бóльшим донецким, чем сами донецкие. Со всеми вытекающими последствиями.   Думаете, в Украине появится лидер в свитере и джинсах?   Рано или поздно в стране появится политик, который проявит немыслимую для украинского общества искренность. Сейчас наши политические лидеры ратуют за социальную справедливость и борьбу с бедностью не с броневиков, а с «майбахов». Говорят о социальной защищенности через головы шести охранников. Я жду политика, образ жизни которого коррелирует с тем, что он говорит.   Украина 20 лет отбивается от экономической интеграции с Россией. Что является главным фактором отторжения?   Господин Грызлов, с которым у меня недавно был диалог, недоумевает: почему Украина не откликается на Таможенный союз? Я ему попытался объяснить: любое слияние — это объединение и хорошего, и плохого. Если два субъекта вступают в интимные отношения, они хотят обменяться удовольствиями, а не болезнями. Но когда ты знаешь, что у твоей партнерши букет венерических заболеваний, то будешь относиться к ней с большой осторожностью. Украина и Россия больны. Болезнь — коррупция, но типы у нас разные. Поэтому тесные объятия могут не решить взаимные проблемы, а  только усугубить их.   В чем отличие?   Во времена моего детства делали игрушки в виде зверей с барабанами. Большой медведь и зайчик. Дергаешь за ниточку — медведь самозабвенно и с широким замахом лупит палкой по барабану, а зайчик дребезжит палочками с громадной частотой, да еще крутит в разные стороны головой. В Украине высокая конкуренция, надо играть и постоянно крутить головой так, чтобы у тебя не отняли барабан, палочки и все остальное. Я это называю «заячьей коррупцией». А  всепоглощающую централизованную «медвежью» российскую коррупцию мы просто не вынесем. Так самозабвенно лупить мы не сумеем.   Какую пользу извлечет Россия, если прекратит вести экономическую политику с позиции силы и перейдет к равноправным отношениям?   Украинцы — большие специалисты в самогоноварении. Они первыми додумались прогонять самогон через фильтр противогаза, чтобы очистить его от примесей. Цена газа, молока, других товаров, которыми мы торгуем с Россией, содержит значительную политическую составляющую. Украинская власть сегодня  мучительно пытается ее «отфильтровать». Если это получится, она окажет России большую услугу. Тогда мы сможем и самогоном, и газом торговать без противогаза. Мы способны показать соседу, сколько на самом деле стоят его товары, без политической примеси. К сожалению, он пока этого не понимает.   Экспрессия Thu, 13 Oct 2011 13:28:56 GMT http://www.vydrin.com/express/218342/ У нас есть давний прием – публиковать интервью, записанные «на полях» различных громких саммитов, не сразу, а несколько позже, когда уляжется информационный шум, который зачастую мешает разглядеть суть событий под хлесткими заголовками.   Наша беседа с двумя очень известными политологами – Александром РАРОМ (Германия) и Дмитрием ВЫДРИНЫМ (Украина) – во время ежегодных встреч Ялтинской европейской стратегии традиционно проходила теплым (в отличие от прошлогоднего) вечером в кафе на Ялтинской набережной 16 сентября. Читайте...   BlackSeaNews: Года два назад было ощущение, что саммит YES уже достиг всех целей, которых должен был достичь, и из него стал «выходить дух». Посмотрев онлайн-трансляцию в этом году на официальном сайте YES – кстати, второй год подряд это происходит – у нас создалось такое впечатление: то ли повестка дня была в этот раз избрана более глобальная и более удачная, то ли интересных событий стало в мире больше. Или мы движемся к своеобразному ялтинскому политическому Давосу, нет?  Александр Рар: На сайте YES висят фотографии прошлых ялтинских саммитов – 2004, 2005, 2006 годов. Сколько людей было там? – Почти никого не было, очень маленький круг экспертов, человек 30, не больше. Потом с каждым годом это росло, и где-то с 2006 года в Ялту приезжает достаточно большое количество людей – сейчас уже даже очень много, надо ограничивать. Этот форум был создан для того, чтобы вести Украину в Европу, но обсуждали только события в Украине, вертелись только в украинских проблемах, политике, интригах, сплетнях. Мы, в основном, или слушали украинцев, или видные политики говорили Украине, как ей становиться демократией. Сейчас стало совсем по-другому. Сейчас мы (на саммите YES – ред.) очень мало говорим про Украину, а форум стал международным. Причем туда приезжают люди, которые обсуждают мировые дела: Ливию, Сирию, политику климата – на высшем уровне архитектуру всего земного шара.    Я думаю, форум стал интересен и для украинской элиты, которая из первых рук получает такую информацию. По той же причине приезжают не только украинцы,  но и участники с Запада, потому что они видят, что на этом форуме они могут очень свободно говорить, более даже откровенно, чем на тех европейских форумах, многие из которых стали политически корректными, и где рамки очень сузились. Дмитрий Выдрин: Я думаю, что существуют три причины, которые влили новую кровь, вдохнули новую энергию в этот форум.  Первая причина – внутренняя. К власти пришли люди достаточно жесткие по стилю управления, и для них политические контактеры, скажем так, могут делится либо на «терпил», либо на партнеров.  Если ты хочешь быть не «терпилой», а партнером – ты должен этой власти постоянно доказывать и свою нужность, и свою «мускулистость», и свою «вмонтированность» в международные процессы. Только тогда тебя не обидят, не загонят в угол, и только тогда ты будешь чувствовать себя в своей нише, не важно в какой – политической или экономической. Поэтому люди, которые этот форум организуют, понимают, что с этой властью лучше говорить с партнерской позиции, а для этого надо не жалеть ни денег, ни времени для новых возможностей.  И две причины – внешние.  Мне очень понравилось выступление индийца, который сказал: «Я не узнаю Европу. Я помню ее самоуверенную – образца 1991-го, 1992-го годов, – и я поражаюсь растерянной Европе 2011 года...». Европа, действительно, отстает от многих процессов, не понимает их. Поэтому, я думаю, Европе нужны дополнительные площадки, дополнительный взгляд со стороны, для того чтобы понимать, что с ней самой, собственно, происходит.  И меняется Россия. Интересную идею предложил Игорь Юргенс (известный российский эксперт, руководитель «Института современного развития» ИНСОР – ред.), который сказал, что надо создать всемирную сеть площадок, которые нужно объединить в «Совет советов». YES является советом для Украины и Европы, а нужно создать «мегасовет», куда будут входить десятки таких площадок, и может быть возникнут мегапредложения, мегаинициативы.  Вот эти три причины привели к реанимации этой незаурядной и неисчерпавшей свой исток площадки.   BlackSeaNews: Александр Рар, как мы знаем, кроме европейских форумов, постоянно участвует в Валдайском и Ярославском форумах в России. Вообще это совместимые форматы? Есть Ялтинский саммит, вы сами сказали, для чего он была создана, – создать для Украины какой-то диалог с Европой. На российских форумах видно, что Россия пытается, так сказать, «потянуть на себя одеяло» мирового интеллектуального центра. Европейцы и американцы циркулируют между этими площадками... То есть, уже сложилась этакая конкуренция таких форумов в мире? И есть ли на самом деле конкуренция вот таких интеллектуальных собраний?   Александр Рар: Я постараюсь быть кратким, хотя тема очень обширная. Я думаю, что тема форумов революционирует куда-то. Я помню, когда я начал свою карьеру в 80-е годы,  после университета,... и даже в начале 90-х годов, все конференции были похожи друг на друга – они были академическими. Политологи читали свои статьи, потом эти статьи обсуждали.  Я не помню тогда, чтобы такие конференции были для журналистов... Если попадал какой-то политик, то скорее под конец, они сами много не говорили. В общем, были достаточно интересные и полные содержания конференции, но форумы были скучны – по сравнению с тем, что мы видим сегодня, не было никакой динамики. Я думаю, революция произошла примерно 5-6 лет тому назад, когда формат конференций возродился по-новому – стал похож на всемирное шоу. Мы с Дмитрием Выдриным говорили долго в автобусе, когда сюда ехали, что классическая политология умерла, ее нет, она надоела, потому что не нужно больше политологов, которые объясняют политикам, что происходит в мире – они сами этого не знают или знают поверхностно. Есть журналисты, особенно на Западе, которые сами себя считают аналитиками, им не нужно никаких политологов, которых надо цитировать, которые им объясняют мир... Поэтому функция политологов в этом отношении исчезла .    Политологи нашли себе другую функцию – например, в организации вот такой конференции. Мы – организаторы конференций, шоумастеры. Мы должны уметь – пусть даже на это уходит 90% моей работы – сводить людей с именами на какой-то площадке, выдумывать темы – не слишком глубокие, но так, чтобы это было динамично, чтобы не говорили больше 10 минут. Если человек выступает дольше, чем 20 минут, – это просто преступление, его не слушают... Заинтересовывать прессу, постоянно подкладывать изюминки в сам процесс, чтобы он все время был новым, чтобы динамика шла вперед. Мы все соперничаем сейчас на Западе: институты против фондов, фонды против правительственных фондов, правительственные фонды – с банками.  Для каждой конференции – визитная карточка своя, и конференции не должны больше быть похожи друг на друга. А тот, кто копирует, тот проигрывает. То есть, надо что-то новое выдумывать. От этого страдает содержание во многих случаях, но выигрывает форма и динамика – тогда это все становится интересно. Если сравнить форумы, в которых я участвовал... Валдайский клуб – формат такой: люди спорят 3 дня между собой в каком-то региональном городе России, не в Москве, о всех проблемах, выпуская там пар. Каждый желающий  высказывается, потом едут и встречаются с Путиным, Медведевым и с другими политиками – как изюминка всего этого, – потом едут домой и всем рассказывают, что думает Россия и как там хорошо их принимали, какие там идеи сейчас существуют. С моей точки зрения, очень хороший формат, динамичный и тоже развивается. Ялтинский форум... Кстати, очень важно, что мы в Ялту приезжаем, потому что 4 года назад мы, думали – может быть, все это в Киеве проводить, больше людей будут приезжать – но ошиблись. Мы правильно сделали, что остались здесь, я говорю вам это не потому, что вы здесь живете или работаете, а потому что действительно все хотят сейчас ехать в Ялту. Ялта стала из-за этого форума каким-то таким местом магнитеческим – магнитом для политиков. Они это замечают. Тут есть интересные разговоры, но есть и природа, есть море, есть Ливадийский дворец. И люди привыкли сюда приезжать, это стало какой-то частью жизни многих людей, поэтому они приезжают. Потому что всегда есть что-то интересное, и город полюбили – это важно. Genius loci, как говорят на латыни: место, где есть идея – Ялтинская конференция с хорошей компанией, с интересными важными людьми. И главное, чтобы пресса хорошо освещала – это отличает качественную конференцию от таких, о которых можно сказать, что они только для количества проводились. Давос тоже постоянно меняется в этом смысле. Ярославский форум, созданный Медведевым, – новый форум, он во многом пытается научиться у существующих площадок. Он тоже свою значимость обрел, потому что под конец выступает российский президент. Но я в это не хочу углубляться, просто я хочу сказать, что каждый форум должен иметь свою функцию, свою форму и свою притягательность. И если он ее теряет, то люди очень быстро переезжают, и дело затухает и умирает, как очень многие форумы классические, политологические сейчас в Европе – туда уже никто не ходит, они надоели. Дмитрий Выдрин: Чуть-чуть добавлю. В знаменитых «Тезисах о Фейербахе» Карла Маркса – все мы в университетах заучивали 11-й тезис – говорится следующее: «Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его». Так вот, наступил такой период, когда мало объяснять мир, нужно менять его. И сегодня возникли политологи, которые объясняют и меняют мир, возникли «играющие тренеры». Появились политологи, которые одновременно работают депутатами, министрами... и политологи – которые «под» министрами-депутатами, которые знают политологию на уровне среднего профессора европейского университета. Я могу назвать несколько моих коллег в России, которые стали народными депутатами. Могу назвать несколько политологов на Западе, которые  стали министрами. Сам был депутатом и выполнял всякие административные функции. И вот этот Ялтинский саммит –  идеальная матрица для тиражирования. Здесь собираются те люди, которые не просто объясняют, а изменяют мир, и в этом смысл этой конференции.   BlackSeaNews: Возникает такое ощущение, что в многоугольнике «Украина – Россия – газ – Тимошенко – Зона свободной торговли –  ассоциация с Евросоюзом – Таможенный союз» разворачивается на наших глазах очень драматичное действие, где ситуация меняется каждый день. Путин в своем репертуаре: «Что там Европа?», «Куда там в Европу?», «Какой сегодня нормальный человек в эту умирающую Европу?» Вот, мол, переговорю еще с Януковичем по-хорошему, и он согласится на Таможенный союз... Поскольку на саммите YES было много лидеров Евросоюза, влиятельных людей, бывших и действующих, они не могли, и в кулуарах в том числе, не обсуждать этот сложный переломный момент, связанный с делом Тимошенко и ассоциацией Украины с ЕС. Вы находились там, как выдумаете, что-то сегодня сдвинулось в этой драме, которая так динамично разворачивается?   Александр Рар: Западные политики на форуме говорили, что Янукович намекнул, что процесс будет декриминализирован. Другими словами, намекает на то, что можно все это дело остановить, но мне кажется, что все это какой-то циничный спектакль со всех сторон.  Очень коротко. Если Россия приглашает кого-то в Таможенный союз – нужно договариваться до конца. Нужно мягким быть, надо быть хорошим, а то никто туда не вступит. Германия и Франция никого в Европейский союз не загоняли, наоборот – где-то отдавали свою власть, свое влияние, чтобы другим дать понять, что союз – мягкий, вместе все будет решаться, никто доминировать не будет.  А так действительно «страшилка» какая-то. Если Украина вступит, то понимает, что будет дубинкой по голове получать постоянно. По существу может Россия где-то и права в плане газа, но форма и дипломатия – в советском стиле: и как получили Черноморский флот на 45 лет, и как получили возможность объединить «Газпром» с «Нафтогазом». Максимум хотят выжать... еще и еще, им не достаточно. Вот такое ощущение игры, абсолютно жесткой, в одни ворота.  Украинская позиция – «Подписали два года тому назад, но не можем». Мне кажется, что все сейчас хотят свалить на Юлю, посадить ее в тюрьму и сказать России: «Вот она виновата во всем, поэтому и сидит, но, извините, контракт мы растораеми, выходим из игры». Кстати, если Украина это сделает, она потеряет очень много очков в ЕС. Во всей Европе смотрели на этот факт, как на то, что Юля подписала в 2009 году с Евросоюзом спасительный для Европы контракт, который означал, что дальше газ идет без перебоев в ЕС. То есть, в этом отношении Европа будет не на стороне тех, кто будет менять контракт,  и мне кажется, что Украине надо где-то становится более независимой от России, 20 лет было времени, чтобы это сделать. Янукович не знает, как Юлю выгнать из тюрьмы, она в тюрьме доминирует. Это просто ненормально, что из тюрьмы делается политика, и весь мир смотрит в тюрьму, чтобы понять Украину. И на всех полосах газет – только Юля, Юля, Юля. У Запада абсолютно циничная позиция – «Разбирайтесь вы там, славяне, с вашим газом, главное, чтобы мы его получали, кто там виноват – неважно, где-то будем защищать Украину, потому что она слабее, но не вникая в это – давайте нам товар и все». Причем Украине ничего не предлагают, на самом деле, серьезного. Строят Набукко в обход Украины, и я думаю, что дали Украине понять уже, что ее не принимают в Европейский Союз, но в то же самое время не отдают и не отпускают к России.  Как только Украина делает движение в сторону России, сразу крик на Западе: «Мы вас в  ЕС не примем, но подпишем ассоциированный статус с вами, чтобы вы были с нами, а не с ними». Он ничего не дает Украине, мне так кажется, но где-то затормаживает путь Украины на восток. То есть, тут со всех трех сторон ведется такая жесткая, достаточно циничная геополитическая игра. Поэтому это не спектакль, это более серьезно...  Все это даже и не нужно, можно было это разрулить, по-моему, более удачным способом.    Дмитрий Выдрин: Я вижу, что проблема заключается в том, что у каждой из названных сторон треугольника «Европа – Россия – Украина» (хотя это, может быть, неравнозначный треугольник), у каждого угла есть свои слабые места, свои крайне уязвимые точки. Россия – при всем своем прагматизме в лице нынешних политиков – очень слаба психологически, никогда российская элита не отличалась сильным «психологизмом». В принципе, если бы я руководил созданием Таможенного союза, я бы, мне кажется, собрал бы его за 3 дня. Может обольщаюсь, но я бы сказал: «Ребята, вот я организовываю Таможенный союз, но, к сожалению, это очень привилегированная закрытая организация, поэтому никто из окружающих не имеет никаких шансов вступить в этот союз, он только для меня самого». И сразу выстроится очередь, все станут кричать: «Дискриминация! Почему можно России быть одной в Таможенном союзе? Почему нельзя быть Казахстану, Белоруссии?» Россия и сто лет назад была уязвима в плане психологической просвещенности и тонкости элиты, никогда не имела тонко психологически интриговать – так же, как происходит сегодня. Украина – в силу того, что это интровертная страна, которая живет, кстати, неплохо, живет своими хуторянскими интересами и в негативном, и позитивном смысле – она традиционно слаба в геополитике.  Она была слаба в этом и три-четыре года назад, когда один из близких Юлии Владимировны консультантов при мне говорил: «Давайте не подписывать с Россией контракт, Запад на Россию надавит, Запад Россию сломает об колено, мы получим газ опять по 56 или по 83 доллара». И Тимошенко до конца была уверена, когда думала, что спасала Запад, что для нее газ будет не по 450, а по 45 долларов. Она была крайне обескуражена той позицией, когда Запад не смог поставить Россию на колени, заставить ее продавать Украине газ в 10 раз дешевле. И сегодня украинская элита споткнулась на той же геополитике, она недооценила вмонтированность Тимошенко в большую геополитическую игру, недооценила то, что на Западе имеются серьезные противники Украины, которые считают, что пора заканчивать восточное расширение, нужно расширяться на юг, и проблема косовских проституток, албанских беженцев или ливийских репатриантов важнее, чем проблема «на восток через Тису», таможенных переходов и так далее.  И есть Вышеградская четверка, которая считает что для Европы Украина  – это новая свежая кровь, новые возможности, новые рынки, новые транзитные переходы и так далее. Поэтому сегодня  все европейские враги Украины просто нагло и цинично используют бренд Тимошенко, говоря по-простому. А проблема Запада, я уже сказал, это его лоскутность – Запад пока не стал единой европейской системой.   BSN: Когда выступал Игорь Юргенс, он говорил опять – он всегда об этом говорит, мы знаем что это позиция его института, группы советников, которые работают с Медведевым, о необходимости большой Европы с Россией, назовём это так. Почему-то показалось, что в контексте тех трендов, которые  мы видим в России, это уже такой вот последний крик, последние надежды российских европейцев. Не кажется вам, что в России процесс идет совершенно в обратном направлении? К какому-то, по крайней мере в идеологическом смысле, новому «железному занавесу», где по бизнесу, по газопроводам будет партнерство с Европой, а во всем остальном мы все больше слышим от России, скажем так, нотки типа Николая I – этакие менторские, лязгающие металлические...   Александр Рар: Я думаю, что России нечего бодаться с Европой. Россия смотрит на Европу как на несостоявшийся союз, как на разваливающийся союз – это большая ошибка. В России, я думаю, очень мало людей, которые знают, разбираются правильно в европейских делах, и вообще в западных. Они думают, что они снова на том же уровне, что и США, или вот-вот опять поднимутся, но это просчет российской политики. Если они считают, что Россия может где-то создать новое свое доминирование в Европе или может поделить континент, создать ось (я знаю, что Медведев и даже Путин хотят создать систему сожительства с Европейским Cоюзом) – в Европе над этим смеются. Они говорят – с кем там сожительствовать, это только продажа газа и нефти и ничего больше. Надо сказать, что и ЕC тоже Россию не знает и тоже ошибается. Конечно, это страна, которая со своим потенциалом будет подниматься, будет становиться сильнее, не будет слабеть. Действительно, существует большая опасная ситуация, когда конфронтация – вспомним 2008 год – может стать реальностью. Все говорят: у России атомное оружие, они сейчас будут бросать большие деньги на перевооружение – и это у них получится. Другое не получается, гражданские самолёты будут падать, а военные будут летать – это они смогут... Надо к этому серьёзно относиться и нужно искать путь друг к другу. Юргенс пусть говорит дальше, это его функция, но он будет эти вещи писать и говорить уже не для следующего президента, а может для оппозиции. Я надеюсь, что он не поменяет свою точку зрения, потому что каких-то там 15% российских европейцев есть, и со временем они будут укреплять свои позиции. Не сейчас, а через 10 лет.  Но я никогда не думал, что Россия пойдет куда-то совсем вспять. Путин, видимо, вернется в президентство, но мне кажется, что он вернется таким образом, что правительство будет сидеть – и Кудрин, и люди, с которыми можно будет Западу работать. Как Россия свою модернизацию без сотрудничества с Западом будет проводить? Поэтому нас ждет достаточно интересное, сложное время. Я не думаю, что будет серьезный конфликт, но будет много маленьких конфликтов в этом общении, много недопонимания.   BSN: Короче говоря, для политологов возникает хороший рынок: надо найти формат, как состыковать Западу, Украине, России… Александр Рар: У меня сейчас книга вышла в Германии – «Холодный друг», в России она выходит тоже. Главный тезис, и в принципе тут я согласен с Юргенсом, что Россия должна примкнуть к Европе, Европа должна примкнуть к России – это один континент. А потом уже можно выстраивать отношения с Китаем и с Америкой, это он правильно сказал. Потому что Россия без Европы теряет, в Азии никто и никогда всерьез ее брать не будет, просто перемнут, там ее, засосут. Ей нужно это, ей срочно это нужно, российским элитам это надо увидеть. А Европа должна убрать свою надменность, просто перестать говорить с Россией языком ценностей: «Вы не похожи на нас, вы не демократы, вы изгои». Этот вопрос уже надоел, 20 лет это слушаем, и Запад забывает сам, как трудно ему было идти по пути к демократии. Где была Испания, Греция еще 30 лет тому назад? Когда в самой Германии 40 лет назад, в 60-е годы, не было никакого гражданского общества. Просто мерки совсем другие...   Дмитрий Выдрин: Я добавлю вот еще что – это я специально говорю для Рара. Какое поле остается для политологов? Есть одна вещь, которая достойна работы политологов, – это понять, что имеет в виду Европа, мусульманский мир, Украина, Россия, когда они говорят одно и то же.  Когда, например, и Запад, и Украина, и Россия, и мусульмане говорят о неких надежных, чуть ли не брачных отношениях между странами, о неком брачном контракте, оказывается, что в силу своей ментальности все понимают под брачным контрактом совершенно разные вещи.  Замечательно сказал один болгарский политолог: когда Европа говорит о союзе с Турцией, она имеет ввиду гражданский брак – сожительствует, но не заключает официальных отношений; когда Турция говорит о вступлении в Евросоюз – она имеет ввиду мусульманский брак, когда имеешь несколько жен и со всеми у тебя официальные отношения. Он не продолжил эту линию, хотя можно было сказать: когда Россия говорит об отношениях с Украиной и Европой – она имеет ввиду кучу гражданских браков, когда сразу живешь с десятками барышень и от всех получаешь удовольствие; а когда Украина говорит о Евросоюзе – она имеет ввиду брак со всеми вытекающими полномочиями, дележкой имущества, но при этом имеет ввиду, что будет на стороне иметь кучу интрижек. Поэтому задача политологов понять, что же они не понимают, и что же они имеют ввиду, когда говорят об этом вслух.   BlackSeaNews: Преодоление глобального экономического кризиса – появилось ли, на ващ взгляд, в кругах мировой политической элиты какое-то понимание: куда идем и что будет? Шимон Перес выступал на YES и сказал, что мир – это корабль, на нем 193 каюты, но капитана нет, потому что США тоже уже не капитанском мостике...   Дмитрий Выдрин: Мне понравился значительно больше другой образ в речи Шимона Переса, этот образ показал в очередной раз метафорически, что происходит в мире. Перес неожиданно сказал, что из двух самых любимых им драматургов – Шекспира и Чехова, он больше любит Чехова и поэтому с удовольствием ездит в Ялту. Почему? Что такое драматургия Шекспира? – Это сцена, на сцене герои, бушуют страсти, над всеми летает дух героизма, потом либо все погибают, либо все садятся в тюрьму, но дух героизма остается на сцене. Что такое Чехов? – Сидят скучные люди, о чем-то вяло разговаривают, ни о чем не договариваются, но все остаются живы. И Перес сказал, что ему, как старому еврею, ближе Чехов... А я – как уже поживший, но еще не окончательно старый славянин – считаю, что поменялись полюса страстей Европы и нашего нового демократического или преддемократического мира. Мы отдали им Чехова, мы им отдали дядю Ваню, и сейчас европейские «дяди Вани» уныло разговаривают в Брюсселе, и главный их вывод: «давайте будем говорить о чем угодно, лишь бы все остались живы». А дух Гамлета переселился в Украину со всеми страстями и издержками: кто-то погибает, кто-то садится в тюрьму, но дух некой мускулистости, некого героизма, некой подвижности витает. И поэтому наша миссия сегодня – посадить за один стол дядю Ваню и Гамлета, и хорошую концовку «Дяди Вани» объединить с теми высокими страстями, которые двигали Гамлета. Поэтому я не удивлюсь, если окажется, что гуманитарная миссия нашего нового мира окажется важнее, чем транзитная или сырьевая миссия для Запада. А раз уже обращаемся к Пересу, он сказал замечательную мысль, которая сподвигла меня к догадке о том, что они нас раскусили.  Я до последнего времени думал, что европейцы – это безнадежные «лохи», которых можно с помощью демократии, европейских ценностей водить по кругу до бесконечности долго – и 20 лет, и 30, и 40. А оказывается, мудрые евреи во главе с Пересом это раскусили.  Он сегодня выдал замечательное определение западной финансовой помощи: «Что такое западная помощь? Это когда бедные люди из богатых западных стран помогают богатым людям из бедных восточно-европейских стран». Поэтому, раз они нас раскусили, надо искать другую стратегию. А такой стратегией является только искренность, откровенность и обмен истинным достоянием. Наше достояние, как молодых стран, – это страсть, сила, молодость и энергия. У них этого нет, поэтому давайте «торговать» вот этим... Беседовали Андрей Клименко, Татьяна Гучакова Экспрессия Wed, 12 Oct 2011 17:07:42 GMT http://www.vydrin.com/express/218334/ Нужна ли нам сегодня политология? К чему приводит «самодеятельность» политиков? Почему СНГ как инструмент уже ничего не решает? На эти и другие вопросы «МК» отвечает писатель, философ и политолог Дмитрий ВЫДРИН. - Дмитрий Игнатьевич, мы встречаемся с вами в период бурных политических волнений, за которыми как-то «затерялась» историческая дата – 20-летие создания СНГ. Какова, по-вашему, роль этого союза в настоящее время? И как он эволюционировал за это время? - Я бы начал с интересной беседы, которая у меня состоялась с блестящим европейским политологом и моим близким другом Александром Раром. Мы летели с ним вместе на Ялтинскую конференцию и беседовали о мировых тенденция в политологии. Так вот, он сказал, что политология умерла. Поскольку все политики читали Макиавелли, заканчивали университеты, проходили мастер-классы, то они уверены, что разбираются в этой науке прекрасно и без нас. В странах же СНГ это особенно прослеживается, так как все политики – богатые люди и пользуются принципом «Если ты такой умный, где твои деньги?». - Странно, что они зубы себе не пломбируют… - Кстати, в Европе стоматологи - не менее богатые люди, чем политики. Потому что хорошие зубы – это признак того, что ты стоишь на вершине пищевой цепочки. Политика и плохие зубы – вещи несовместимые. (Смеется.) И вот на такой пессимистической ноте мы приземлились в аэропорту. Я пошел на конференцию и, слушая выступления политиков, ломал голову: а что бы такого сегодня политолог мог предложить политику, чего тот сам не может сделать? И наконец понял. Дело в том, что политики - как у нас, так и за рубежом - пользуются словами, думая, что одно слово означает одно понятие. На самом же деле одно слово для одного политика может означать совсем не то, что для другого. Непонимание этих нюансов может вызвать серьезные затруднения в коммуникациях и даже международные скандалы. У политологов же больше времени, а часто и образования, чем у того или иного политика, для того, чтобы читать, анализировать и разбираться в культурологической среде. Осознав это, на конференции я пытался сыграть с собой в такую вот интеллектуальную игру: слушая выступления, угадывать, какие смыслы стоят за одинаковыми словами у разных политиков. Например, выступает премьер-министр Украины Николай Азаров. И говорит, что Европа и Украина не жених и невеста и должны думать не о «любви и браке», а о прагматичных отношениях. А Квасьневский, наоборот, считает, что Украина и Европа - как жених и невеста и нам нужно думать о любви и браке. - Ну, Николай Янович постарше, поэтому и думает на «серьезные темы». - Да нет, они практически одного поколения. Просто европейские политики лучше за собой следят и поэтому до глубокой старости сохраняют некоторую «молодежность». Так вот, я задумался: а какие образы порождает слово «брак» у политиков разных стран? И в этой метафорической игре мне помог один болгарский политолог, который написал статью на тему отношений Европы и Турции. Когда Европа предлагает Турции «брак», то есть систему определенных геополитических отношений, она имеет в виду гражданский брак - без формальностей и документов, без юридических обязательств, но с близким совместным проживанием. А Турция же, говоря «о браке», имеет в виду мусульманский брак, который ты заключаешь с несколькими женами, имея одинаковые юридически оформленные обязательства перед каждой из них. Таким образом, то, что для Европы нормальный союз, для Турции распущенность. И наоборот. Я попытался дальше представить себе понятия, которые вкладывают другие страны в слова «союз», «брак», «близкие отношения». Например, когда Россия говорит об этом, то имеет в виду, очевидно, не то, что Европа, и не то, что Турция. Потому что для российского политика и олигарха «брак» означает сразу несколько гражданских семей, которые он может позволить себе содержать безо всяких формальностей. - А что же Украина имеет в виду? - Думаю, что, говоря о Европе, имеет в виду, напротив, жестко официальный монобрак. Украинские политики обожают подписывать документы, любят официальные гарантии, эксклюзивные отношения, оформленные юридически, с удовольствием ходят в суды и загсы, потому что знают: никакие документы не запретят им ходить «налево», притом безо всяких обязательств и гарантий. По-видимому, зная об этом, наш премьер, как человек старой школы и пуританских нравов, просит исключить такую риторику из украинско-европейских отношений. Главная проблема в попытке заключения международных альянсов сегодня, таким образом, и состоит в том, что политики не учитывают «национальных» особенностей различных ментальностей и соответственно понятийного аппарата. - Очевидно, это касается и других определений – демократии, рынка, свободы слова… - И всех гражданских свобод и прав. В Европе свобода означает, что политика не вмешивается в жизнь гражданина, в Украине – право гражданина вмешиваться в политику. И пока политики не поймут, как им согласовать смыслы, они не смогут создавать работающие конструкции, как бы они ни назывались – альянсы, союзы и прочее. - С учетом вышесказанного политики по-прежнему нуждаются в экспертах «по понятиям». Но, видимо, здесь необходима некая профпереориентация? - Я недавно проводил свою программу «Ронин» на радио. Посвятил ее современной литературе и натолкнулся на любопытное высказывание – раньше литература копировала жизнь, а теперь жизнь копирует литературу. То же можно сказать и о кинематографе, и о виртуальной реальности. Перефразируя это для политологии, можно сказать так: раньше политологи помогали политикам объяснять мир, а теперь их задача - помогать делать мир. И без нас здесь политики не обойдутся. - По-видимому, они должны осознать это. А осознание происходит лучше всего в критических ситуациях, когда политик может почувствовать свою несостоятельность. Кстати, к вопросу о состоятельности. По-вашему, СНГ – это состоявшийся проект? - Сложно ответить. Я сейчас мысленно пробегаюсь по этому двадцатилетию. И то, что у нас не реализовался югославский сценарий, это, конечно, достижение. С другой стороны, и особых успехов не было. Я, кстати, был свидетелем рождения идеи СНГ. На даче у одного крупного политика собрались некоторые будущие главы независимых государств и обсуждали – разбежаться им или объединиться. Там же был и один крупный западный бизнесмен, у которого имелись активы и в России, и в Украине, и в Молдове, и в других бывших союзных республиках. Бизнесмен посоветовал политикам «мягкий развод», так как для экономики и инвестиций жесткий невыгоден. И тогда Ельцин спросил у него (кстати говоря, своего тезки): а как этот развод можно назвать? И тезка предложил «Союз независимых государств». Как ни странно, этот случайный, в общем-то, человек дал название целой «постсоветской» эпохе. Создание СНГ, таким образом, событие довольно случайное. А как говорили древние греки, из случайного рождается только случайное. Поэтому и получился непродуманный союз со слабой модерацией, слабыми механизмами, да вообще слабый союз получился. Много фантомного и инерционного, но мало актуального и эффективного. Конечно, то, что мы ездим друг к другу без виз, это хорошо и это, пожалуй, главное достижение СНГ на сегодня. - А что плохо? - Еще двадцать лет назад, комментируя создание союза, я говорил, что плохо, когда объединяются бедные и больные. Они обмениваются неврозами, тревогами, страхами. Когда же объединяются богатые и здоровые, получается синергия, и того, чего было много, становится еще больше. Когда же объединяются бедные и богатые, получается мезальянс, потому что бедный идет на содержание. На Ялтинской конференции по этому поводу Шимон Перес, когда его спросили, как он относится к помощи богатых стран бедным, сказал: давайте я объясню, как это выглядит на деле. Помощь богатых стран бедным означает, что бедные люди из богатой страны помогают богатым людям из бедной. И я подумал, действительно. С налогов бедных людей из Европы идут транши в «бедные» страны, где коррумпированная верхушка дерибанит их и становится еще богаче. Посмотрите, половина списка «Форбс» - это миллиардеры из бедных и нищих стран. - Возвращаясь к СНГ… Две «братские» страны, обреченные быть столпами СНГ, сегодня не в самой любезной фазе своих отношений. Раньше была такая гипотеза, что виноват в этом исключительно Ющенко. Но Ющенко ушел. Так что же происходит между Россией и Украиной? И кто виноват? - Попытка объединения двух больных субъектов! Когда лобызаются здоровые люди, возникает удовольствие, а когда больные – обмен инфекциями. Проблема России и Украины заключалась в том, что нужно было вначале вылечиться, а потом обниматься. Надо было сначала совместно разобраться с коррупцией, с экстрадицией друг к другу криминальных элементов и взяточников, а потом уже «целоваться». А наши отношения строились на том, где что урвать «элитам» совместно, а общенародных интересов в этом не было. Посмотрите, сколько знаковых украинских коррупционеров обитает сегодня в России. - Складывается такое впечатление, что сегодня руководство РФ утратило иллюзии в отношении Украины окончательно. В чем, по-вашему, главная причина этого разочарования?  - В искаженной оценке экономической ситуации и попытке отождествления украинской и российской формы управления экономикой. Российское руководство, очевидно, было уверено, что и в Украине построен жесткий бюрократический капитализм с одной «кнопкой» управления. В их понимании лояльность Украины должна была заключаться в беспрекословном обслуживании интересов единой газовой бюрократии, а Украина такой «лояльности» себе позволить не может. У нас другое устройство страны, наша «лояльность» - это баланс социальных институтов управления - президента, парламента, медиа, олигархов, общественности и т. д. Здесь и возникает непонимание. - Откровенно говоря, одобрение нашим парламентом Россию не волнует. Тогда на какой ресурс может опираться Украина в переговорах с Россией, если и в Европе, и в Америке у нас уже особых симпатиков не осталось? - Выказывая твердость в переговорах, украинские политики могут опираться только на собственный ресурс. Умением «взять на характер» (иногда – «на понт"). Во главе страны стоят тертые парни, которые пытаются передавить ситуацию психологически. Это и есть наш ресурс. - Хотя это и не очень умный вопрос… С учетом того, что наша реальность все более подчиняется теории хаоса, как в дальнейшем могут развиваться украинско-российские отношения? - У нас огромное количество взаимных интересов – культурных, исторических, экономических. Никогда в Украину не приедет такое количество европейских театров и американских «попсовиков», кроме как из России. Никогда ни с кем не будет такого количества браков, как между гражданами наших стран. И никогда мы не сможем «избавиться» друг от друга. Как это будет выглядеть – красиво или нет – это другой вопрос. Когда экономический механизм «угля и стали» в Евросоюзе стал буксовать  - был включен культурный: совместные гуманитарные проекты, фильмы, выставки.  У них это выглядит красиво, а вот что будет у нас - не знаю. Но точно могу сказать: и они,  и мы основные деньги будем делать на перетоках из Украины в Россию, и наоборот. Перетоках сырья, рабочей силы, капиталов. Отношения никогда не будут разрушены, но от руководства наших стран зависит их эстетика и гуманизм.   - Недавно увидела свет ваша новая книга «О политике бес спорно». Вас по-прежнему вдохновляет политика? - Я опять хотел бы обратиться к выступлению Шимона Переса на Ялтинской конференции. Он рассказал о двух своих любимых драматургах - Чехове и Шекспире - отметив, что сейчас он больше любит Чехова, потому что у Шекспира в пьесах бушуют красивые страсти, но в конце все умирают, а у Чехова мы видим обычных, местами скучных «дядь вань», но зато все остаются живы. Интерес к Украине сегодня у европейских политиков возникает как раз в этом контексте – как у нас так получается, что «все живы». Да, некоторые «сидят», но все-таки… Раньше была интересна Украина бушующая, а сегодня она уже унылая, но безопасная. Так получилось, что месседж Переса совпал с основной идеей моей книги. Украинская политика уникальна по своей сути - у нас все политики хотят быть гамлетами, но остаются дядями ванями. И я думаю, что мне удалось все-таки дать свой рецепт для политиков – как стать и оставаться «живыми» гамлетами в нашем «Вишневом саду». Беседовала Наталья РЕВСКАЯ. Экспрессия Wed, 5 Oct 2011 17:57:34 GMT http://www.vydrin.com/express/218327/ До очередных выборов в Верховную Раду остался год. О том, чего ожидатьукраинцам во время предвыборной кампании, что может измениться в политической жизни страны, а также откуда в Украине может появиться "новая" оппозиция, УКРИНФОРМ узнал у известного эксперта-политолога, внештатного советника Президента Украины Дмитрия Выдрина.    - Дмитрий Игнатьевич, через год Украине предстоит пережить очередные выборы в Верховную Раду. Как Вы считаете, чего от них ожидать украинцам?  - Каждый украинец должен честно себе ответить, что нынешняя власть - это часть нашего гражданского общества. Нельзя требовать, чтобы власть была хорошая, а самому поступать нехорошо. Если ты заносишь взятку в ЖЭК или даёшь взятку ГАИ, то не кричи, что власть берёт взятки за приватизацию завода. Такое впечатление, что наш гражданин заключил с властью сделку: вы не трогаете меня за мои мелкие прегрешения, а я не буду вас строго судить за крупные.  Но, если возникнет критическая масса граждан, которая скажет, что я буду вести себя безупречно, но буду требовать и от политиков безупречного поведения, то эти люди и начнут голосовать за политиков, которые не дарят им мешки с крупой, сахарные головы и покрашенные подъезды, а дарят надежду, в виде сильных идей, и веру, в виде сильных концепций.  Однако пока слабая вороватая власть - это зеркало слабого вороватого общества. Поэтому не ожидайте каких-либо чудес, в том числе от будущих выборов.    - Как Вам кажется, какой будет предвыборная кампания?    - В моей книге "О политике упорно" есть такой афоризм: "Чем отличается Украина от России? - В России не горят рукописи, а в Украине не горят мосты". Это потому, что даже наши сильные оппозиционеры "не сжигают мосты". Они всегда ведут тайные переговоры с властью и всегда участвуют с властью в каких-то закулисных махинациях и бизнесах. Поэтому, я думаю, на выборах никого не уничтожат. Выживание будет только политическое. Не хочу сглазить, но, думаю, физически никому ничего не угрожает. Будет жесткая политическая борьба, но потом тот, кто проиграет, зайдёт к власти с чёрного входа - в Администрацию Президента, в Кабмин, в парламент - и договорится о каких-то совместных гешефтах. Так что мосты никто сжигать не будет.    - Если говорить о сегодняшней политической элите, в частности об украинской оппозиции. Как Вы можете её охарактеризовать?    - Никак. Потому что, как я уже много раз говорил, у нас нет оппозиции в классическом смысле слова. Оппозиция переводится с древних языков как "противопоставление", а наши оппозиционеры перепутали и переводят оппозицию как "противостояние". Они выходят против власти и стоят против власти. А им не просто нужно стоять против власти и что-то оскорбительное, но бессмысленное ей кричать, а нужно противопоставлять какие-то смыслы. Противопоставлять своё видение будущего, свой анализ актуальности, свои концепции и свою эстетику. Особенно эстетику. Потому что если спросить, чем отличается оппозиция в любой стране, то дело не только в том, что она умнее или демократичнее, а в том, что оппозиция еще и красивее. Утверждаю: если ты оппозиционер, ты всегда красивее власти. У тебя есть привилегия не быть зашоренным в плане своих высказываний, не иметь цензора в голове. У тебя есть привилегия быть естественным и ярким и даже в плане стилистики выглядеть иначе, чем унылая власть. Используйте эту привилегию - и тогда будете настоящей оппозицией. Это первое.  А второе - это то, что настоящая оппозиция всегда имеет корни. Но для того, чтобы пустить корни, нужно находиться на земле, а наша оппозиция шаркает по паркету. Вся наша оппозиция паркетная. Она выросла в личных резиденциях, личных дворцах, на личных виллах, во властных кабинетах. Они не знают страны. Через головы своих шести охранников, которые в любой момент окружают любого лидера оппозиции, ни увидеть, ни услышать страну невозможно. Поэтому, либо спускайтесь на землю, либо не кричите, что вы оппозиция. Паркетная оппозиция - всегда оппозиция в кавычках.    - Если говорить о персоналиях, как Вы оцениваете наиболее заметных представителей оппозиции, так называемых оппозиционных лидеров, например Юлию Тимошенко или Арсения Яценюка?    - Я оцениваю их как имитацию оппозиции. Как квазиоппозиционеров. Честно говоря, я не отношусь к ним серьёзно. Я желаю им добра как личностям, но не могу отнести их к настоящим лидерам оппозиции. Это имитация, подделка, фальшь. Короче, "сваровски".    - В одном из своих интервью Вы говорили, что Ваша книга "О политике упорно", которая вышла в 2010 году, отображает эволюцию украинской политики. Сейчас, спустя год, Вы выпустили новую книгу - "О политике бес спорно". Произошли ли какие-то изменения в политическом процессе страны за этот год?    - Пока что особых, глобальных изменений нет, поскольку правит одно и то же поколение.  Многие из тех политиков, которые сейчас в оппозиции, очень неплохо делают бизнес с действующей властью. Когда я вижу, как дерутся депутаты у трибуны, вспоминаю, как сам дрался у трибуны в парламенте, а потом переходил в буфет и видел, как у буфетной стойки вместе пьют коньяк те политики, которые только что рвали друг на друге рубашки. Наше политическое поколение давно породнилось, поэтому больших изменений я и не ожидаю. Это поколение слишком "спрессовалось" в один элитный ком. Слишком срослись их интересы и у них чрезвычайно похожий опыт.    Правящее поколение, на мой взгляд, особенно тем, что научилось очень хорошо строить любые вертикали - от административной до финансовой. Но оно не умеет строить горизонтальные связи, поскольку оно не выросло на "Фейсбуке", на "Одноклассниках", на сетевых отношениях в интернете. Я ожидаю прихода того политика, который вырос не на вертикалях, а на горизонталях. Того, который умеет с людьми говорить не сверху вниз - менторским, поучающим, запугивающим голосом - и не снизу вверх - голосом подобострастия и лизоблюдства. А поколение, которое говорит "горизонтально" - с любым человеком ровно, спокойно, рассудительно, как с равным. Вот тогда можно будет увидеть горизонт.    - Но, как известно, украинская политическая система достаточно закрыта и случайных людей, даже среди молодых политиков, там нет.    - Сейчас молодёжи стоит бороться за те инструменты, которые позволяют проникать в политику. Последний такой инструмент - это мажоритарка. Мажоритарная система в любой стране является социальным лифтом. Только на этом лифте вы можете быстро подняться с низших этажей социальной лестницы на высшие. Поэтому нужно выступать, бороться за то, чтобы в Украине на следующих выборах был возвращён мажоритарный сегмент. 50% - уже хорошо, 30% - не очень, но всё равно даёт возможности. Но молодёжи нужно выступать против тех политиков, которые говорят, что мажоритарная система нам не нужна.    - Как Вы считаете, на будущих выборах в парламент, при возврате мажоритарного сегмента, можно ли ожидать притока новых лиц?    - Притока нет, но отдельные люди всегда попадают. А практика показывает, что иногда пять, шесть или десять человек в парламенте могут создать критическую массу, которая перебарывает большинство.    - То есть, Вы верите, что новая оппозиция в Украине появится?    - Эти люди неизбежно появятся. Но для этого явления, повторяю, необходима постоянная борьба за социальный лифт, которым являются прямые личностные выборы.    - На Ваш взгляд, сыграют ли свою роль в формировании реальной оппозиции новые технологии, в частности социальные сети, как это происходит во многих странах мира?    - Они уже играют. Потому что, когда нет прямых выборов, социальные сети заменяют эти выборы.  Сейчас блоггеры, у которых есть несколько сотен тысяч "фрэндов", играют гораздо большую роль, чем самые крупные чиновники. Сейчас лучшие креативные умы имеют уникальную возможность увеличивать свою личную общественную капитализацию не только через выборные институты, но и через социальные сети.  Социальные сети уже играют большую роль, а в будущем будут играть просто колоссальную. Многие лидеры, которые не смогут войти в политику через традиционные политические инструменты, зайдут туда через интернет.    - На днях у Вас вышла новая книга "О политике бес спорно". В ней вы показываете внутреннюю сторону политического процесса в Украине. Это попытка десакрализировать политику?    - Вы знаете, я недавно приехал с конференции в Ялте - YES. Там выступал Шимон Перес, президент Израиля, и он мне подсказал очень хорошую метафору. Поскольку моя книга метафорична, я использую метафору в том числе и для раскрытия главного секрета книги. Вот он сказал, что существуют две вершины мировой драматургии: есть драматургия Шекспира и драматургия Чехова. И в чём разница? У Шекспира на сцене воюют герои, бушуют страсти, витает дух подвижничества, героизма, но в конце умирают все. Умирают или садятся в тюрьму. А у Чехова на сцене простые люди, скучные разговоры, нудные выводы, но в конце все остаются живы. Так вот он сказал, что ему ближе драматургия Чехова, поскольку он, как старый еврей, хочет, чтобы в конце были все живы. Используя эту метафору, я хочу сказать, в чём особенность украинской политики. Все украинские политики: и большие и маленькие - от руководителя ЖЭКа до руководителей страны - все они чувствуют себя героями Шекспира. Все они чувствуют себя спасителями мира, но в конце хотят остаться живы. Поэтому моя книга - это набор рецептов для политиков, как выглядеть в своих, а иногда и в чужих глазах, шекспировскими героями - как выглядеть Гамлетами, но закончить жизнь спокойно, как дядя Ваня. Наверно, это первая, главная сверхзадача моей книги.  А второе - моя книга связана с обнаженной натурой. В первой моей книге, которая называлась "О политике упорно", я специально использовал очень смелые иллюстрации трёх знаменитых художников Украины с обнаженной натуры. Вторая моя книга уже называется "О политике бес спорно", но там всё равно очень много обнаженной натуры. И самая бесстыдно обнаженная - это пачка долларов, изображенных "голяком" на столе. Называется эта картина знаменитого украинского художника Александра Ройдбурдта "Натюрморт". Так вот, когда я увидел его картину, я понял, что у нас голые деньги никто не видит. Наши политики часто видят эти деньги только "одетыми": одетыми в счета, в переводы, в конверты и даже в багажники. Но, когда видишь их на картине голыми, то возникает ощущение постыдности и неловкости.  И мне хотелось в своей книге настолько обнажить политические страсти, политические натуры, политические мотивации, чтоб люди посмотрели на всё это в голом виде и им стало стыдно.  Я понимаю, что пристыдить политиков очень тяжело. Особенно с помощью убеждений иди нравоучений. Последнее средство пристыдить политика - это хорошая картина с голой натуры и хорошая метафора. Поэтому моя книга состоит из хороших картин трех блестящих украинских художников и, я надеюсь, неплохих авторских метафор, которые должны вызвать у политика хотя бы чувство лёгкой краски на щеках за свои действия, за своё поведение и, может быть, за своё отношение к простым людям.    Беседовала Марина Гонта Экспрессия Wed, 28 Sep 2011 2:42:23 GMT http://www.vydrin.com/news/218312/ 20 сентября состоялась презентация новой книги Дмитрия Выдрина "О политике бесспорно". Эта книга стала продолжением "О политике упорно". Автор, как и в предыдущей книге, радует читателя своими колоритными эссе, яркими концептуальными статьями и всегда меткими и отсроумными афоризмами. Традицией уже стало то, что лучшие художники Украины существенно дополняют колорит содержания книги. Это Александр Ройтбурд, Светлана Кондратенко, Антон Соломуха. За информацией относительно приобретение книги обращайтесь по электронному адресу, указанному на сайте. Внимание!!! При покупке книги через офис гарантируется  наличие автографа автора. Новости Fri, 23 Sep 2011 14:20:02 GMT http://www.vydrin.com/express/218288/ По мнению авторитетного эксперта и политолога Дмитрия Выдрина, накануне 20-летия Независимости Украина наконец-то обрела некую почву под ногами, переместившись из бесконечной «точки бифуркации» в «точку сборки». Каковы признаки и условия превращения этого  состояния  в «точку роста» -  эксперт рассказал специально для читателей МК. Дмитрий Игнатьевич, в наших предыдущих интервью Вы давали оценку текущей ситуации в стране практически на протяжении 10 лет,  упоминая некую точку бифуркации. И, хотя в жизни человека, страны, и любого процесса некий период, когда все вероятности оказываются одинаковыми, и есть реальная возможность сделать выбор, несомненно полезны, но находится в таком состоянии постоянно просто невыносимо… - Я думаю, что для Украины эта «невыносимая легкость бытия» уже заканчивается. Именно этим и характерен нынешний этап в развитии нашей страны – переход из точки неопределенности, в точку, где реформы уже грозят реальностью и изменения необратимы. А на каком основании был сделан такой смелый вывод?  - Я пришел к такому выводу,  анатомируя список украинских реформ, которые уже осуществляются, пускай бессистемно, неуклюже и несогласованно. Это пенсионная реформа, налоговая реформа и набирающая обороты земельная реформа. И вот что интересно – видимо за 20 лет мы все-таки научились что-то делать хорошо в неких локальных сегментах. И теперь остается только всю эту «байду»  собрать вокруг достойной цели. И что мы уже делаем хорошо? - Да, как ни странно, например, строим хорошие дороги! Я сейчас проехал по трассе Киев-Львов и был поражен объемом и качеством проделанной работы! Но вот использовать это хорошее, как стратегическое преимущество, власть пока не умеет. Представьте себе, как метафорично мог бы выглядеть пиар данного события: «Мы построили классную трассу на Запад». Ведь дорога – это не только физический отрезок, связывающий столичный Киев с Западной приграничной частью страны. Это и дорога к западным банкам, где лежат сбережения нашей элиты, западным университетам, где учатся их дети, к западным курортам, где отдыхают уже не только их родственники. А главное - к подзабытым западным ценностям. А это уже для всех. Да, с дорогами мы уже разбираемся, остаются дураки… - Подождите, я еще про дороги не закончил (смеется). Что касается откатов на таких проектах, то у нас также виртуозно научились воровать без ущерба для времени  и качества… А никого не смущает, что за стоимость трассы от одного населенного пункта до другого, пускай важного,  можно построить «дорогу на Луну»? - Знаете, когда Царю Российской Империи доложили, что при постройке транссибирской магистрали было «много украдено», он сказал:  «Главное – она есть». А украденное здесь и будет потрачено здесь - на украинских строителей, поваров, официантов, продавцов и т.д.   И слава Богу! Главное, что по этим трассам будем ездить мы с вами. А еще мы научились строить стадионы… Особенно в Киеве… - Напрасно вы иронизируете. Я отслеживаю строительство Олимпийского стадиона  в Киеве каждый день, потому что живу по соседству и делаю зарядку на балконе с видом на стадион. И у меня складывается ощущение, что на самом деле, это не стадион, а некий термоядерный реактор человеческой энергии, рядом с которым даже боязно находиться. Поэтому,  я вас уверяю, он будет готов в срок, потому что объект, который строят в 12 часов ночи 31 декабря,  не может быть не готов вовремя!  Меня также не смущает тот строительно-трубный бардак, который происходит вокруг стадиона. Скажу больше, меня это восторгает, потому что 20 лет на моей улице Шота Руставели все только разрушалось, валилось и ветшало, а сейчас  - новые крыши, реставрация фасадов, ремонт дорог, замена труб и коммуникаций. Но как власть умеет делать «хорошие ремонты» и закладывать профильные реформы, так она не умеет собрать это все вместе. Взять отдельно, саму по себе налоговую реформу, пенсионную реформу и т.д. – везде есть хорошие, продуктивные идеи. Но вот собрать их под главной идеей, где все пользы совпадут, а лишения смягчатся, власть пока не может. И такой главной идеей, на мой банальный  взгляд, является человек. Я всегда говорю, что в любых действиях важна не технология, не экономика, не политика, а философия. Потому, что  это единственная наука, которая в центр всего ставит человека. Нам не хватает понимания того, что только человек может стать этой самой «точкой сборки». Я задумался над этим, когда посещал Формулу 1 на воде. Когда я впервые озвучил эту идею и предложил ее президенту, я не верил, что она может быть так качественно и быстро реализована у нас, в Украине. Но событие состоялось!  Дороги построены блестяще, Киев-Вышгород, европейская трасса в самом лучшем понимании этого слова, газоны вдоль дорог зазеленели за два дня, цветы выросли за неделю, деревья высадили  за месяц, придорожные ресторанчики преобразились за квартал. Но при этом оказалось, что почти все это «пролетело» мимо человека. У прекрасной дороги  парковаться было негде, при красивом пленере   было мало туалетов. И когда люди прошлись по жаре пешочком и зашли на трибуну, за билет на которую были уплачены сумасшедшие деньги, их угостили теплым шампанским. Хотя стоимость билета вполне могла вместить стоимость персонального холодильника. Это называется «А чего париться?». Мне это напомнило старые советские времена, когда при существительных, обозначающих продукты и напитки,  не было прилагательных. Колбаса, кофе, сыр, шоколадные конфеты, шампанское – ни кому и в голову не приходило спрашивать какие. И уж тем более, шампанское теплое  или холодное. Советская система лопнула, и такое же потрясение может ожидать и нас, если из системы выпадет ее главная ценность  - человек. У нас есть все, чтобы создать хорошую страну: и люди, которые выживают при любых условиях, и волевой президент, и хорошие менеджеры, и очень продвинутая молодежь. Но у нас нет правильной системы ценностей и, соответственно, правильной мотивации. Отсюда - теплое и дешевое шампанское при бешеных деньгах за вход… А разве к волевым президентам не прилагается теплое шампанское? - В современных реалиях нет. Я бывал в странах с жестким режимом, в той же Венесуэле, и не помню, чтобы мне неправильно подали ром, или мясо, или коктейли. Это большое заблуждение, что в современном информационном мире диктаторы держатся на насилии. Они держатся на репутации и любви своего народа. И, если бы Уго Чавес не выступал 6 часов подряд под восторженные крики толпы, он бы не управлял страной. А если бы его народ пил плохой и остывший кофе, то никто бы им  подряд 6 часов не восторгался. Я общался с венесуэльским президентом, и спрашивал его, почему великолепный местный кофе, с которым ничего не сравнится, не экспортируется. И он ответил: "Потому что он очень хороший, и мы его сами пьем". Вот такая позиция! Но мы говорим сейчас об Украине. Нам нужна правильно сформулированная цель. И что нужно сделать? - Перевернуть пирамиду. У нас в основе пирамиды лежит человек, на которого навалены трубы, дороги, политические системы, ВВП  и прочее полезное барахло. Но должно быть наоборот – на вершине пирамиды должен стоять человек. В этом плане для меня показательной была поездкам на харьковский завод «Турбоатом». Это единственный в стране завод, который является мировым лидером в своем сегменте. И на этом заводе я увидел огромный ковш с  металлом  - тяжелое навороченное оборудование, под которым лежал помятый мужик в фуфайке  и направлял его палкой! Так вот я хочу, чтобы не мужик был под ковшом, а ковш под мужиком. Я хочу, чтобы мужик  был в белом халате, а не в промасленной фуфайке, в теплом помещении, а не на ледяном полу, и нажимал на кнопки, а не махал железной палкой. А для этого необходима критическая масса людей  во власти, объединенная с критической массой людей в среде думающей интеллектуальной прослойки общества, генерирующих идеи. Вы сегодня уже видите такие эффективные  конфигурации представителей власти и людей, генерирующих удачные идеи? - Для начала, транзит между элитой  и гражданским обществом нужно подвергнуть ревизии. Необходимо понять, что является тромбами этих коммуникаций, а что «колайдерами». К примеру, я уже много говорил по поводу причин моего ухода из СНБО. Но я могу еще раз повторить, что данная структура могла бы хорошо обеспечивать транзит между властью и обществом, но превратилась в музей восковых фигур. В Грузии президент Саакашвили, как бы к нему не относились, в такой же ситуации полностью переформатировал Совет национальной безопасности, собрав там гражданских лидеров независимых фондов и экспертных советов, главных редакторов независимых газет и т.д. Мы можем также поступить. И вообще , сегодня в Украине, я уверен, нужно проверить каждое ведомство, каждый общественный институт, каждое СМИ  на предмет соответствия своим декларированным целям.  Как Вы себе представляете проверку СМИ? Не превратится ли это в линч? - СМИ вообще-то «проверяется» рынком, читательскими и зрительскими рейтингами. Хочу привести еще один пример, как работают такие механизмы в соседней с нами маленькой европейской державе. Ежегодно 10 лучших общественных институтов, фондов и экспертных групп получают от государства гранты на очень  внушительную сумму – несколько миллионов евро,  притом без всяких условий. Получают только потому что по опросам населения имеют высший рейтинг доверия. Это и есть Гражданская Проверка. От этих денег «кормится» и пресса, и другие институты, обеспечивающие диалог власти  и общества. И стимулом не украсть эти деньги служит то, что данные гранты выдаются регулярно по результатам опять же общественных рейтингов. А какой от этого толк вашему «дяде» в фуфайке? Ведь общество не состоит только из журналистов или экспертов… - Дядя в фуфайке –это не общество, пока он с похмелья лежит под станиной. Общество – это союз социализированных людей с развитым общественным долгом. И чтобы у «дяди» появился шанс сменить фуфайку на белый халат и необходимы как раз совместные усилия общественных институтов и власти. Мы говорим о том, что в Украине уже начались реформы. Но реформы – это всегда болезненно в той или иной степени. Для того, чтобы выдержать «лечение» пациенту нужен некий запас прочности. Вы считаете, что у наших граждан есть такой запас? - Нет. И нет мотивации выдерживать что-либо. Сегодня весь мир, кстати, находится в поисках утраченных мотиваций. Жесткие меры «капитализации» экономики в Польше были же чем-то мотивированы? - Это не типичный пример. Польша –это очень религиозная, католическая страна. Здесь и кроются корни стойкости поляков в тот период. Иначе они не выдержали бы. За последние 20-30 лет в западном мире действительно исчезла базовая мотивация  - мотивация индивидуального труда . У  нас она, кстати, так и не появилась... А чем нам сегодня не мотивация квартиры-яхты-машины? - Потому что эта «мотивация» работает ровно до того момента, пока не появляется рядом сосед, у которого больше дом, длиннее яхта и толще кредитка. Что б там не говорили  о Марксе, но он был гений, отмечая, что безрассудное потребление не может быть мотивацией. Такая мотивация может быть только признаком ущербности. Мы говорим, что мотивация внутри социального класса имела эффект, когда эти классы были стратифицированы. Сейчас, когда есть Интернет, когда дети рабочих и бизнесменов «тусуются» в одних и тех же клубах – как можно инициировать молодую девушку, например, лучше и дольше работать за прилавком магазина за 200 гривен премии в месяц, когда ее более «удачливая» подружка просто удачно «подружилась» с правильным мужчиной и часто получает 200 евро в час? Как можно объяснить студенту политеха, почему ему нужно пересдавать сопромат, когда его друг  - водитель олигарха - чувствует себя в этой жизни значительно более увереннее, чем он, не имея никакого диплома вообще? Так что поиск мотивации для нас сегодня  - это задача номер один. А найти ее в принципе возможно? -  Если мы ее не найдем – развитие больше невозможно. Когда  я работал в Институте кибернетики, еще в далекие 80-е, наш режимный объект находился за территорией города и многие опаздывали на работу. Руководство института искало способ борьбы с этим нарушением дисциплины. И поначалу выносили взыскания, выговора и т.д., но это не помогало. Потом стали штрафовать – и это также не возымело действия, потом начали увольнять с работы, но и тогда все равно были опаздывающие. И вот от стимула в прямом смысле этого слова (а стимул первоначально являлся острой металлической палкой, которой погоняли слона), они перешли к стимулу метафорическому - поощрению, т.е. стали доплачивать надбавки за своевременный приход на работу. Опоздания прекратились. И я понял, что для нас настоящим стимулом всегда является поощрение. Никогда негативная мотивация не может создать опору для реформ. Наша мотивация лежит в системе поощрений и точка! Но чтобы финансовая мотивация не была девальвирована, нам необходимо пересмотреть способ распределения материальных благ по сферам занятий. Кроме поощрительной мотивации, из стратегических целей, я назвал бы еще одну, не менее значимую – изменение базовой психологической установки «свой/чужой». Большая проблема Украины  - это скрытая ксенофобия при явном  стремление в Европу, в мировое общество. К этому выводу я пришел, спасая двух «маленьких» инвесторов. Мой хороший знакомый из ЕС, Адольф Виха, открыл в Закарпатье небольшую фабрику по переработке древесины. И когда эта фабричка заработала, к нему тут же пришли «рэкетеры» - глава местной администрации, местные силовики  и т.д. и потребовали взятку. Он дал ее меченными купюрами, этих людей задержали, но через пару часов…выпустили, потому что они «свои». И   тогда глава сельсовета пригрозил моему другу: "Если ты такой кляузник, мы устроим тебе!" А надо сказать, что эта фабричка находится рядом с дворцом главы, с позволения сказать, сельсовета, который каждое утро с похмелья выходит на балкон и обращаясь к Адольфу Вихе и его жене, кричит на все село: «Чешские с..ки, я закопаю вас в дерьме, как последних тварей!». (При том, у моего друга с женой на двоих 4 высших образования! ). И это оказалось не метафорой – однажды к их фабрике пригнали подводы с навозом и обложили подъезды к ней, сделав работу невозможной. И это не уникальный случай. Сейчас мне звонят из Днепропетровска. Самая большая инвестиция из Болгарии – 30 миллионов евро, фабрика по производству средств гигиены – такая же история! И вот в чем парадокс - когда против местных «рэкетиров» в защиту инвестора выступают наши депутаты, Администрация президента, Генпрокуратура – то, как правило, «местные» побеждают. И получается когнитивный диссонанс – одно наше полушарие кричит: «Нам нужны иностранные инвестиции, мы хотим в Европу», а второе:  «Чешские (болгарские и т.д.) с.ки, мы утопим вас в дерьмеме!» И пока оба «полушария» не начнут мыслить в консонансе, изменений здесь не будет. Давайте немного поговорим о грядущих парламентских выборах, насколько они могут или не могут изменить политическую карту Украины и внести в жизнь общества консонанс, либо диссонанс… - Т.к. наш разговор сегодня проходит в духе метафор, приведу еще одну. Сейчас мне принесли отросток лозы, который я собираюсь посадить у себя на участке. Она, как обещают, обладает такой силой, что может пробить даже асфальт. Посмотрим. На выборах также мы увидим, насколько жизнеспособна наша оппозиция. На мой взгляд, в исконном значении этого слова, ее у нас нет. Вся наша оппозиция выросла на паркете, в теплице, в министерских кабинетах, и она не то, что асфальт пробить, она даже без «подкормки» может зачахнуть. У нас практически нет оппозиционеров, которые выросли «из земли». А оппозиция без корней – это не оппозиция, а симуляция. Достоинство оппозиции определяется не тем, как она себя защищает, а тем как она защищает интересы своей целевой аудитории. За кого реально она борется, какие у нее при этом результаты. Наша оппозиция прекрасно научилась защищать самих себя, но  больше никого другого. Я думаю, что на этих выборах в стране среди «мажоритарщиков» наконец-то проявятся представители «новой оппозиции», у которых, кроме «себя любимых», будут и общественные интересы. А есть ли хоть какой-то шанс без политической «крыши» и без мощного финансового ресурса стать депутатом ВР? - Я уверен, что есть. Слава Богу, избиратели прошли уже все стадии искушений – словами, гречками, другими преференциями и перформансами. Будущий депутат-мажоритарщик, который может пройти в парламент «по честному», мне кажется должен быть незаполитизирован, у него должны быть личные результаты – успех в выбранном им деле, и он должен дойти до потолка своего креатива, т.е. для расширения сфер его творческого приложения он уже готов идти во власть. И такие кандидаты есть, уверяю вас. А «партийные»? Будут ли какие-то изменения в этом сегменте парламента? - Изменения будут, чудес не будет. Я думаю, политическая сила  Арсения Яценюка пройдет с хорошим результатом, т.к. он оказался самым удачливым промоутером тотальной «паркетизации» оппозиции. Возможно, она даже наберет больше БЮТ, поскольку он удачно «отсасывает» у них социальную энергетику на судебных процессах. У Сергея Тигипко, по видимому, результаты ухудшатся. Причем, мне кажется, что у его команды рейтинг будет ниже, чем у коммунистов, что может оказаться критическим для прохождения в ВР. Коммунисты, напротив, немного «подрастут» - страна физически стареет и это им явно на руку.  Партия Литвина, скорее всего, покинет парламент. Социалистические партии без лидера (а его реально нет), пока не рассматриваются. Ну и ПР в такой распорошенной ситуации может по-прежнему рассчитывать на лидерский результат. Дмитрий Игнатьевич, Вы говорите, что в «точке сборки» при правильной мотивации мы можем рассчитывать на вполне достойную, по европейским меркам, жизнь. Назовите хотя бы один пример из экономической сферы, где Украина, простите за сленг, может хорошо «подняться» - Сейчас вокруг Украины складываются в буквальном смысле этого слова новые инфраструктурные реалии. При этом, в силу разных обстоятельств,  мы попали в зону больших рисков. Россия сегодня практически уже заканчивает обходные газовые магистрали, и в ближайшее время они  будут введены в эксплуатацию. Несомненно, это ослабит наши позиции. Похожая ситуация складывается и на других транзитах. При создавшейся угрозе, мы в силу своей интровертности пока упускаем из внимания и  новый, уникальный шанс  связанный с тем, что  две мощные , в экономическом смысле, страны –Китай и Индия - ищут сегодня пути в Европу. Китай, например, в данный момент разрабатывает магистраль Шанхай-Париж, по которой из Азии в Европу будет перекачиваться огромное количество товаров, денег и прочих ресурсов. Это тот самый пресловутый новый «шелковый путь», одна из веток которого будет проходить из Центральной Азии к Черному морю. И здесь возникает несколько вариантов развития событий. Если  дорога идет вдоль южного побережья к морю,  тогда Турция становится держателем платиновой акции. Если  эта дорога проходит вдоль северного побережья,  тогда  колоссальный толчок к развитию получает Украина. Мосты, включая мост через Керченский пролив,  тысячи километров дорог, заправки, новые транзитные возможности и фактически закольцовывание супертрасы вокруг Черного моря, что, в свою очередь,  позволит всем причерноморским странам перейти на новый уровень торговли и туризма. Либо, в паллиативном варианте, Турция  и Украина делят одну платиновую карточку на две золотые. Что лично мне больше импонирует, так как рождает здоровую конкуренцию.   И я как раз сейчас участвую в переговорном процессе по этому вопросу А от кого зависит решение по данному вопросу? - От политической воли, и как это ни странно, от журналистов. Потому что власть реагирует только на те вещи, под которыми подписывается общество. И если не в одной газете, ни на одном ресурсе ничего не отражено, то и власть не будет на это реагировать. Поэтому я предлагаю вам, журналистам,  стать промоутерами этого проекта. Ведь речь идет не столько о дороге из Шанхая в Париж, сколько о пути Украины в будущее. Я уже упоминал о Формуле 1 на воде, и я горжусь, что первым в стране обратил внимание на то, что у нас возможно ее проведение. Когда озвученная мной  идея совпала с политической волей, и Президент одобрил этот проект, невероятно, но буквально за полгода Вышгород было уже не узнать. И я думаю, что если за полгода мы можем сделать такое, то почему за 20 лет мы не можем сделать из Украины мечту?  Думаю, что у нас есть наша Формула 1, наша формула счастья, и при желании и большом общественном интересе, при политической воле, при лояльном отношении зарубежных партнеров мы можем буквально уже за 3-5 лет запустить несколько мега-проектов, подобно евразийской супермагистрали и реализовать наши самые честолюбивые мечты. Главное – поверить в себя,  не распыляться на химеры и поменьше воровать. Беседовала Наталья Ревская   Экспрессия Thu, 1 Sep 2011 18:30:22 GMT http://www.vydrin.com/express/218286/ Дмитрий Игнатьевич, можно ли назвать обретение Украиной независимости заслугой партийных лидеров мятежных 90-х или все же это счастливое стечение обстоятельств?   В жизни человека очень редко случаются настоящие подарки. Еще реже они выпадают на судьбу народа и нации. Обретение Украиной независимости — это именно тот редкий случай, когда нам повезло. Партийная элита тех времен - это в основном посткоммунистическая партийная элита, то есть бывшие компартийные функционеры, которые мгновенно стали «самостійниками». Мы сейчас говорим об элите «розбудовників держави», как было модно тогда говорить. Вот именно эти люди и составили первую волну своего рода «масонских строителей-каменщиков», которые начали строить новую державу. Это были в большей степени выходцы из партийной, комсомольской и хозяйственной номенклатуры областного, районного масштабов, а порой и уровня ЦК. Те, кто попал в «верхи» еще в советское время, обладали сильным чувством интуиции и самосохранения. Ощутив ветер новых трендов, они резво переметнулись на сторону нового веяния и оседлали его. Но к разгону этой машины и ее созданию не имели прямого отношения. Конечно, были еще бывшие диссиденты, но все же у руля управления стояли люди из первого «кейса». Насколько эти «трендовики» были подготовлены к получению такого презента, как Украина?   Никто не был готов. Я работал с первыми двумя президентам и могу сказать, что ни первый, ни второй не были готовы к таким масштабам работ. Последующие (Ющенко и Янукович), возможно, были более осведомлены. У них была возможность учитывать опыт своих предшественников. Но те, кто приняли первый «удар независимости», даже не представляли, что они получили. На первых порах проблемы обустройства власти возникали повсеместно, причем даже на микроскопическом уровне. Взять хотя бы элементарные бытовые удобства. Помню, между первым президентом и спикером возникали перепалки за право владения кабинетом с совмещенным санузлом, что тогда являло собой высший атрибут власти. Так же не были готовы управленцы и в архитектурном смысле, и в смысле политическом, да и в психологическом тоже. Тогда многие вещи осваивались на ходу, в спешке. Многое, к сожалению, не учитывалось и недооценивалось. Например, как можно было строить демократию политикам, которые продолжали ходить на работу в бывшее здание ЦК КПСС, где даже от входных дверей веяло тяжелым дыханием коммунистического строя? Тогда двери в кабинеты партбоссов делались высотой 3,5 метра, чтобы входящий посетитель чувствовал себя пигмеем. Кстати, все так и осталось. Иначе говоря, первопроходцы украинской политики часто выступали в облике «политических трофейщиков», осваивавших и подбиравших все ценное, что осталось от коммунистического строя.   Справились ли с задачами политики или все могло пойти другим путем?   К сожалению, часто все шло по законам Мерфи: из существующих сценариев мы, как правило, выбирали худшие. Кричащим свидетельством этого можно назвать беспрецедентное падение украинской экономики, наиболее сильное из всех постсоциалистических стран на европейском ландшафте. В период правления Леонида Кравчука в Украине падение экономики составило около 60% — такого не было ни в Венгрии, ни в Польше, ни даже в Белоруссии. Показатели были ниже, чем в период Великой Отечественной войны. Я думаю, главная ошибка политиков заключалась в том, что они заигрались в компромиссы. В то время как власти вместе со своим народом необходимо было однозначно выбрать политическую систему. Нормальная политическая система должна быть однозначная. Это для сыра требуется прилагательное — свежий или швейцарский. А в политике — чем меньше прилагательных, тем лучше. Я об этом говорил Кравчуку и несколько раз Кучме. Из-за неопределенности страдали все. Страна нуждалась в четком векторе, но он так и не был выбран. Поэтому была выбрана аморфная и неопределенная политическая конструкция, которую называли то парламентско-президентской, то президентско-парламентской республикой с постоянно кочующим центром принятия решения. В то время как нам нужно было четко определиться: мы — либо президентская, либо парламентская республика.   Что же мешало сделать выбор?   Плохому танцору мешают, как известно, внутренние причины, а плохому политику, конечно, внешние. А на решения политической элиты того времени влияли как внутренние интеллектуально-психологические проблемы, так и внешние геополитические факторы.   Кто же формировал эту неопределенную власть?   Элита же не сама приходит по своему желанию, она приходит по мере ее востребованности. Какие задачи перед ней стояли, таких людей и всасывало в этот омут, часто не различая примесей абсолютно ненужного мусора. Все зависело от проблем и целей, от социального заказа, который формировало общество. В первый период становления страны украинскому народу необходимо было справиться с идеологическими проблемами или даже визуально-идеологическими: определиться с гимном, гербом и остальными атрибутами независимости. Тогда на политическую арену с прекрасными демагогическими способностями, как на коне, въехал Леонид Кравчук. Никто не сомневался в том, что он прекрасно справится с этим, обращаясь к своему колоссальному опыту работы секретарем Компартии Украины и ранее заведующим отделом пропаганды. Он идеально подходил для политико-казуистической и пропагандистско-символической работы. Несмотря на почти полное его бездействие во многих других хозяйственных сферах жизни страны, он смог дать, даже за неполный президентский срок, в государственно-атрибутивном плане многое из того, чего люди так хотели. При этом в экономике, кроме «кравчучки», он не создал почти ничего. Позже общество насытилось атрибутами и начало думать о бренном бытие. Тогда-то был востребован «красный директор» Леонид Кучма, который был в противовес предшественнику достаточно кратким, но действенным. К тому же называл себя не «политиком», а «хозяйственником». Во время провозглашения своей первой большой речи в парламенте за ним были замечены симптомы редкой болезни эхолалии - это когда человек повторяет последние слова, которые звучат в вопросах к нему. — Ви це зробите? — Зроблю. — Ви не будете зловживати? — Зловживати не буду. И делал он это просто потому, что не знал досконально украинского языка. А всеми это было воспринято как крутое, лаконичное и энергичное хозяйственное мышление. То есть он заявил о себе как о «делократе», но с этой миссией, вопреки ожиданиям общественности, справился довольно-таки неважно. Хотя экономический рост тогда пошел довольно быстро, но, думаю, что мы просто попали в общий тренд быстрого экономического развития, которое наблюдалось во всем субрегионе. А Виктор Ющенко сменил Леонида Кучму ввиду сильной востребованности к тому времени явных признаков демократии или хоть каких-то на нее намеков. Став ее символом, он очень многое пообещал обществу в плане европейского пути развития, но фактически ничего из обещанного так и не дал народу. На смену политическому хаосу и безбрежной политической борьбе всех со всеми пришел строгий и стабильный Виктор Янукович, обещающий порядок и прогнозируемость. Он вернул население к насущным проблемам. Пока рано говорить о том, что сумел сделать Виктор Янукович для народа, ведь президент созревает, как любой плод, только в течение положенного ему периода вегетации, то есть за пять лет. Поэтому посмотрим, какой плод это будет и какое будет послевкусие.   Эти лидеры и формировали партийную элиту?   Не лидеры формируют партийную элиту, а специфика времени. Какой был социальный запрос, такая и формировалась элита. У нас уже было четыре политических сезона и, соответственно, четыре типа президентов и четыре типа элиты. В то же время в каждой элитной команде есть свои законы и этапы внутреннего развития. На первом этапе участники команды очаровывают друг друга, на втором очарование становится обыденностью. На третьем, после того как каждый успеет в полной мере узнать, а зачастую и разочароваться в других, элиты стареют, а иногда и распадаются. Все команды проходили эти этапы: кто-то раньше, кто-то позже.   Кто достойно нес бремя президента страны за все годы независимости?   Как ни странно, первое место по праву я пока могу отдать Леониду Кравчуку. С сугубо своими задачами он справлялся качественнее всех. Например, с национальной атрибутикой и государственной символикой он управился лучше, чем Ющенко с демократией, а Кучма с экономикой. О результатах Януковича, как я уже упоминал, пока говорить рано. Хочу отметить, что политик должен соблюдать некие законы, такие же, как соблюдает любимец женщин, так называемый мачо. Любой мачо знает, что свои возможности можно преувеличить на проценты, но никак не более чем на треть. Можно, немного преувеличив, сказать женщине, что обеспечишь за ночь три удовольствия, но говорить, что доставишь 25, никак нельзя — это приведет к глубочайшему разочарованию. Так и в политике. Нельзя обещать обществу в 10 раз больше, чем реально можешь сделать. Поэтому, как ни банально, всегда в выигрыше будут те политики, которые меньше обещают, но больше делают. По крайней мере, из того, что они способны сделать.   В чем каждый из глав государств наиболее преуспел и чем разочаровал украинцев?   Выделять победы и особенно проигрыши можно долго. Но если говорить о запомнившихся, то наибольшим успехом Леонида Кравчука назову малый герб Украины. (Сил на создание такого же хорошего большого герба у него, к сожалению, не хватило.) У Леонида Кучмы также было свое завоевание. Точнее, сохранение нашей Автономной Республики Крым. Завоеванием это сложно назвать, но сохранить для наследников Крым он смог. Говоря о Викторе Ющенко, можно вспомнить тот толчок, который он дал развитию пчеловодства в Украине. После выхода знаменитой книги Пелевина «Из жизни насекомых» мало кто мог пробудить такой жгучий массовый интерес к апиологии (наука, изучающая медоносных пчел. - "Дело"). По поводу Януковича, повторюсь, рано еще говорить, но дороги и стадионы уже строятся. У каждого из них провалов было также немало. По порядку. Через две недели после того, как первый президент получил власть, он направил меня во Францию, чтобы я изучил ее политическую систему и законы. Было такое намерение у Леонида Кравчука: сделать из Украины вторую Францию, скопировав все ее законы и политическую систему. Так вот, «проколом» первого президента стало то, что он так и не смог этого сделать, в смысле — хотя бы скопировать законы.   Леонид Кучма, в свою очередь, не осилил сделать из Украины такое же мощное производство, как Южный машиностроительный завод. Хотя и мечтал, и говорил об этом немало. Пытаясь иногда и за уши притянуть всех нас поближе к Европе, третий глава государства Виктор Ющенко не то чтобы не справился с поставленной перед собой целью, а даже ухудшил имеющиеся ранее внешнеполитические результаты, фактически отдалив страну от евроинтеграции…   Если же лидеры так далеки от идеалов, почему они все равно настолько популярны в обществе?   Люди хотят верить правде. Кучма имел максимальный рейтинг после того, как он сказал одну правдивую фразу. Во время визита в Крым один из местных чиновников попытался помочь ему выйти из автомобиля и подал руку со словами: «Аккуратно, Леонид Данилович, здесь грязь». На что лаконичный Кучма ответил: «Здесь не грязь, здесь земля. Грязь — это политика». После этого его рейтинги резко пошли вверх. То есть иногда достаточно всего один раз сказать правду — и дальше тебе будут верить. Максимальный кредит доверия Ющенко имел тогда, когда в сердцах искренне говорил то, что наболело, даже переходя на нецензурщину. Его реплика на Совете безопасности и обороны поразила меня в самое сердце. Он, помнится, сказал: «Всех политиков давно послали бы в жопу, если бы они не подкупали своих партнеров «лексусами», «мерседесами» и должностями». Лично я как гражданин готов был простить ему за эту правдивую фразу все что угодно. Самая сильная по жизненной правдивости фраза Виктора Януковича была адресована, конечно же, Юлии Владимировне. Прокомментировав ее поведение в суде, когда она оскорбляла судей и прокуроров, он сказал, что как женщина Тимошенко имеет право на любую форму женской защиты. То есть апофеоз политика — это когда он достигает высокой ноты правды.   Какие исходные или переломные точки вы можете определить в хронологии истории Украины за последние 20 лет?   Настоящие бифуркационные точки, которые в той или иной мере повлияли на ход истории современного государства, мы, наверное, так и не заметили. Есть у Марка Твена рассказ «Путешествие капитана Стромфилда в рай». В нем речь идет о человеке, попавшем в рай и ставшем свидетелем парада гениев. Так вот, этот Стромфилд, главный герой рассказа, был поражен, что он не знает тех гениев, которые почитаются в раю, а признанные земные эталоны мужества и гениальности там считаются второстепенными персонами. Ему объяснили, что истинные гении живут незаметно, их победы и достоинства не обсуждает общество просто из-за того, что часто их не знают. Так и в истории любого государства. Наверное, мы многие свои главные вехи прошли, не заметив их. Например, может быть, по-другому сложилась бы судьба Украины, если бы парочка компьютерщиков, которые уехали из Украины, остались и создали здесь аналоги Google и чего-то похожего. А так, выражаясь словами Кравчука: «Маємо те, що маємо».   Работают ли в нашей политике сложные многоэтажные схемы или мы так и играем в «мат за два хода», и начинают всегда белые?   Когда-то я обсуждал это с одним приближенным к высокой власти человеком. Я поинтересовался, возможны ли в Украине сложные политические схемы и стратегии? Он рассмеялся и с высоты своего опыта работы в политике и правительстве сказал, что более двух ходов наши политики пока осуществить не могут. Главная «двухходовка» такая: взял деньги — «кинул». Как можно объяснить столь стремительную монополизацию власти? Монополизация — это закон власти. Власть расширяется, абсолютная власть расширяется абсолютно. Это аксиома и эти процессы будут происходить естественным образом, пока не появится им сопротивление. Сопротивление со стороны общества.   Справляется ли сегодняшняя власть с поставленными задачами по сравнению с предыдущими годами?   У этих ребят есть одна позитивная особенность. Это чувство меры, которое, вероятно, воспиталось у них еще с молоком матери и потом отца, работающего в шахте. По их понятиям, можно украсть из того, что сделано, но нельзя украсть на пустом месте или из того, что не делается. Это преимущество нынешней власти перед предыдущей. Их предшественники воровали с убытков, а эти свое берут с прибыли. Вообще, власть — это часть общества, его зеркало. Если украинцы являются сегодня самой старой нацией в Европе, то и власть у нас будет самая старая. Если основной принцип жизни наших людей — соврать половчее: налоговой, соседям, жене, мужу, то так поступает и власть, хотя последствия их вранья намного опаснее. Власти другой не будет, пока не изменится сам народ.   Что у нас будет в ближайшее время, каких тенденций в развитии Украины можно ожидать?   Украина еще не диктует собственные тенденции. Они могут идти только от субъекта политики, а наша страна пока что таковым не является. Мы на сегодня лишь объект мировой политики, и, как следствие, не задаем политические тенденции в мире, а вмонтированы в мировые веяния. Поэтому все процессы и направления деятельности будут зависеть от того, куда мы будем, как «лего», вмонтированы: в евро-азиатские или в европейские процессы. Например, участие Украины в европейских политических играх повлечет за собой участие как в приобщении к европейским ценностям, так и к испытаниям кризисными общеевропейскими лихорадками. При варианте участия в евразийских блоках мы получаем доступ к громадным сырьевым ресурсам, но попадаем под удар негативных тенденций в этих альянсах. То есть тогда мы ощутим на себе те социальные волнения, которые, скорее всего, будут в этом субрегионе. Предугадать все это невозможно. Ясно одно: в ближайшее время мы не будем влиятельными участниками любых мировых процессов. Остается лишь надеяться, что даже из этого мы сможем извлечь какую-то пользу для своей страны и для себя лично. Экспрессия Thu, 1 Sep 2011 18:22:27 GMT http://www.vydrin.com/express/218270/ - Решение Сергея Тигипко войти в Партию регионов поставило на уши всю политтусовку. Одни говорят: это конец его политической карьеры, крест на президентских амбициях. Другие – напротив, убеждены, что для Тигипко открываются большие перспективы, как то лидерство в ПР, премьерство... А вы как считаете, чем обернется для Сергея Леонидовича это решение?   - Сразу скажу: лично я отношусь к Сергею Тигипко с большой симпатией. Знаю его давно, и в какой-то степени это мне дает право утверждать, что пока он в политике случайный человек. Мне странно, когда Тигипко называют "политиком". Пока он живет и работает в политике не по законам политики, а по законам бизнеса. Почему у нас очень часто путают эти понятия? Наверное, потому, что практически все политики занимаются бизнесом, а все бизнесмены мечтают лоббировать свои интересы через политику. Так вот, для меня самый простой критерий, различающий эти понятия, – какое количество прибыли человек готов вкладывать в бизнес и в политику. Если бизнесмен 90% своих денег вкладывает в политику, а 10% - в бизнес, этого бизнесмена я называю политиком. Если наоборот, 90% на бизнес и лишь 10% на политику – это бизнесмен. По психотипу, по характеру и по профильной жадности Тигипко является бизнесменом, который пока не стал политиком.   - То есть, по вашей логике, он заключил бизнес-сделку с властью, перейдя на сторону регионалов?   - Дело в другом. Он переоценил себя на каком-то этапе. Он подумал, что станет политиком. Но оказалось, что заставить себя вырвать деньги из бизнеса и перекачать их в политику у него не хватает ни воли, ни страсти. А отсутствие политической страсти не позволяет ему стать политиком. Поэтому мне Сергей Тигипко интересен просто как симпатичный человек, но еще не интересен как политический персонаж.   - Как думаете, у Тигипко есть президентские амбиции?   - Амбиции есть – будущего нет. Настоящий мачо (а Сергей Леонидович хотел бы быть политическим мачо) - это не только набриолиненные волосы, раздвоенный подбородок с ямочкой, выпяченная волосатая грудь... Это еще подлинная страсть и адреналин в крови. А если нет страсти, бриолин адреналин не заменит. Повторяю, у него нет страсти – такой, чтобы он жизнь - и свою, и чужую - готов был положить за власть.   - Тигипко и Яценюка считали "одного поля ягодами", они оба боролись за то, чтобы стать альтернативой действующей власти. Теперь у Яценюка нет конкурента на эту роль. Сможет ли он воспользоваться ситуацией и стать действительным лидером оппозиции, хотя бы пока Тимошенко за решеткой?   - Яценюк может занять свою нишу. Опять-таки, если он пропитается той страстью, которой у него нет, как и у Тигипко. В этом плане они действительно похожи. Они слишком анимичны, холодны и бесстрастны как для политиков. Ну не хватает им внутреннего огня! Вы, наверное, сами, как женщина, видите, что все политики немножко обольстители, они с экрана обольщают женщин, как самый стойкий электорат, делая на него ставку. И, наверное, как женщина, вы видите, что огня не хватает, ни у одного, ни у другого для обольщения...   - Ну, я бы так не сказала... Не знаю как по Яценюку, но по Тигипко точно женщины сохнут...   - Может, за счет "бриолина", но точно не за счет адреналина. Второе. Политик силен не только страстью, но и своей органичностью. Есть такой термин, как "бандитское обаяние", когда бандит не скрывает, что он бандит, и этим симпатичен. Вспомните, к примеру, "Бригаду", "Бумер". А политик, который скрывает свой социальный статус, всегда будет неискренним. Когда-то меня, кажется, Виктор Медведчук спросил: есть ли шансы у "эсдэков" стать лидирующей партией в стране. У них были тогда и деньги, и медиа, и админресурс. Я сказал – нет, потому что "эсдэки" – это левая европейская партия, а левые никогда не ездят на мерседесах, бэнтли и майбахах. Потому что левый вождь на майбахе также не органичен, как правый вождь на броневике. Вы упомянули Яценюка, как возможного лидера правого лагеря, но здесь есть еще одно, как я выше сказал, препятствие. Даже если Яценюк вдруг пропитается страстью, глаза засветятся, ему еще нужна будет искренность в защите своего социального слоя. Поскольку он позиционирует себя как лидер правого лагеря, он должен перестать оглядываться на тех людей из левого лагеря, которые не прощают политикам буржуазный образ жизни. И начать жить тем буржуазным образом жизни, который отвечает его кластеру. У меня как-то спросили – чего больше всего не хватает Яценюку? Я ответил: сигар. Он не должен, условно говоря, курить сигареты, ездить в метро... он должен говорить: «Я люблю сигары, причем, исключительно гаванские... Я обожаю майбахи, потому что на бентли ездят только лохи, у которых много понтов, но мало денег. Я обожаю яхты и дарю их своим знакомым... Я все положу за то, чтобы защитить интересы моего родного буржуазного строя... Я хочу, чтобы в Украине было много богатых людей и они могли конкурировать с богатыми людьми из других стран в первой сотне «Forbes»». То есть, либо он займет правую нишу, либо никакой.   - Давайте поговорим о Тимошенко. Несколько месяцев назад в одном из интервью вы сказали: ее точно не посадят, даже если ее вина будет доказана, к ней "проявят милосердие" и отпустят. Сейчас она арестована. Ей все еще можно надеяться на чье-то милосердие?   - Это не милосердие, а расчет. Почему я так говорил и продолжаю думать? Тимошенко оказалась встроенной в большую геополитическую игру. Сейчас у Украины на внешнем политическом рынке есть не только союзники, но и недоброжелатели. Сейчас решается будущее Восточного партнерства в Европе. Решается, куда пойдут деньги: на Южное или Восточное партнерство. Мнение в ЕС разделились: многие страны считают, что нужно закрывать Восточное партнерство и деньги перебрасывать на Южное – албанцы, сербы, косовары, ливийские беженцы и так далее. Так вот, я не хочу, чтобы виновная или невиновная Тимошенко стала предлогом прекращения программы Восточного партнерства для Украины. Если наши политики это поймут, они возьмут ее на поруки и силой вытащат из СИЗО. Потому что я понимаю, ей, как политику, более комфортно в СИЗО, она там в центре внимания. Это лучший подиум для телеэкранов, чем загородная вилла. И она будет упираться всеми силами, чтобы ее не смогли вытащить из СИЗО. Но я за то, чтобы ее, повторяю, даже силой (щадящей силой) вытащили оттуда и отправили в ее поместье в Конча-Заспе.   - Почему для этой роли выбрали именно Тимошенко?   - Понимаете, в Европе знают не так много людей из Украины – Андрей Шевченко, Виталий Кличко, Юлия Тимошенко... Если бы посадили Виталия Кличко – это также могло бы стать поводом для прекращения Восточного партнерства. Но его не за что, разве что за слишком сильный хук слева.   - За то время, что Тимошенко находится в СИЗО, она изменилась?   - Она побледнела, но одновременно и расцвела.   - Да ладно вам, она выглядит очень уставшей!   - Не знаю, я смотрю по фотографиям – она везде улыбается и улыбка эта не кажется вымученной.   - Вы ее вживую не видели...   - Может быть. В любом случае, любое заключение – это колоссальная психологическая нагрузка. Но судя по ее риторике, драйва у нее появилось намного больше. Ее испугать невозможно. Она относится к шахидскому психотипу. А у людей с этим психотипом – чем больше риска, чем больше опасности, тем больше в крови гуляет энергии.   - В ваших высказываниях по поводу Тимошенко прочитывается некий сарказм, ирония и даже обида. Она вас чем-то обидела, когда вы были в ее команде?   - Меня обвиняют в том, что у меня в тоне присутствуют саркастические нотки даже когда я говорю о всех четырех президентах Украины. Я не регулирую уровень сарказма в своих высказываниях. Хотя... Может быть, она меня действительно в чем-то обманула. Я обманулся в своих ожиданиях. Я думал, что этот человек сделает другое и больше, причем, не только для себя, но и для всей страны. Хотя все мы обманываемся и все мы обманываем...   - Когда вы шли в команду БЮТ, вы не знали, кто такая Тимошенко?   - Она очень быстро менялась. Мы ведь больше 10-ти лет проработали. За эти 10 лет она была и трогательной и смешливой, и ироничной. И это было здорово. Я в человеке приветствую любые качества, кроме безапелляционности, категоричности и ненависти. Но в ней, к великому сожалению, постоянно нарастал градус именно этих последних качеств. Может жизнь так повлияла сложная, может политика грязная...   - Сейчас что вы к ней испытываете, как к политику?   - Безусловно, есть жалость. Жалко ее, жалко ее окружение. В то же время, я испытываю определенные опасения. Она очень талантливый и сильный человек. А талантливый и сильный человек в опасной политической нише может наделать много не вполне адекватных вещей. По моей версии, сейчас в мире сражаются два тренда: тренд модернизма и тренд постмодернизма. Модернизм знаменует собой эволюцию, а постмодернизм – революцию. Так вот, мне не хотелось бы, чтобы мир развивался по законам революции. Когда постмодернисты в Англии громят бейсбольными битами респектабельные районы, меня это пугает. Когда сподвижники Тимошенко бьют по лицу неплохого человека – Шлапака и разбивают ему очки пластиковой посудой, меня это пугает. Потому что я знаю, что сразу за пластиковой посудой в руки берут бейсбольные биты. Когда в машину бывшего президента ее фанатики кидают яйца, меня это тоже настораживает. Поскольку после «гоголь-моголя» в машины президентов обычно кидают "коктейли Молотова"...   - Как советник президента, вы общались с Виктором Януковичем по поводу ареста Тимошенко?   - Я не общался, но заочно написал ему свою аналитическую записку, в которой сообщил, что считаю большой геополитической ошибкой взятие Тимошенко под стражу. Что касается правового аспекта, здесь я не могу давать советы, поскольку это вне сферы моей компетенции.   - И что может в данном случае предпринять президент (ну, если допустить, что на судебную ветвь власти он влиять не может, как он заявил)?   - Взять Тимошенко на поруки. Он же человек. Да, у него есть ряд спорных личностных качеств. Но среди них нет качества злорадства и злобы.   - Сразу после ареста Тимошенко ряд экспертов предположили, что пошел отсчет последних дней пребывания президента на посту. Как по вашему, арест Тимошенко сильно ударил по имиджу Януковича?   - По отношению к будущим президентским выборам, я думаю, это второстепенный фактор. Главный фактор решается не в СИЗО, к счастью, а на заводах, на фабриках, в полях... Какая ситуация будет там – такие будут результаты президентских выборов. Будет Тимошенко в тюрьме или нет – это второстепенно. Конечно, не с точки зрения личных судеб, - заключение - всегда трагедия, - а с точки зрения глобального расклада предвыборных политических сил.   - Как вы считаете, осенью громкие аресты политиков продолжатся?   - Думаю, что да. Но прогнозировать, кого именно арестуют – все равно, что прогнозировать, кто в следующем месяце умрет...   - Этот вопрос задавался уже многим, ответьте и вы на него: почему многие оппозиционеры из лагеря Тимошенко – за решеткой, а людей Виктора Ющенко и его самого никто пальцем не трогает?   - Осенью в суд пойдут "все", как дети в школу. Когда я говорю «все», я имею в виду, что возможны проблемы у представителей абсолютно всех политических сил. Потому что коррупция в Украине «разлита» равномерно и одинаковым слоем по всему политическому спектру. То, что в процентном соотношении превалируют дела над оппонентами нынешней власти – это вполне закономерно и естественно. Любая команда пытается начать со своих оппонентов. Это неправильно, незаконно, но так устроен человеческий мир. То, что команда Обамы "строила" команду Гора – это неправильно, но так устроены люди.   - Это понятно, но почему одни оппоненты сидят на скамье подсудимых, а другие – нет? Почему такой избирательный подход?   - Если "процесс пошел", то в него, так или иначе, будут втянуты все.   - Вам известно, в каких отношениях Виктор Ющенко и Виктор Янукович?   - Думаю, что в очень холодных. Я не был свидетелем их уединенных разговоров и не знаю, были ли у них тет-а-теты. Но видел, когда они встречались на людях. Я вам скажу, это не друзья. По крайней мере, если судить по стилистике общения.   - Как вы прокомментируете сказанное Ющенко в суде по делу Тимошенко? Почему он до последнего оттягивал поход в суд? Чего-то боялся?   - Нет. Он уже не трусливый человек. Остатки своей робости он потерял тогда, когда "потерял лицо". Виктор Андреевич весьма нарцистического толка человек. И когда произошла проблема с его здоровьем, было болезнью искажено его лицо, тогда, как мне кажется, он потерял основные страхи. Я много раз его видел, в разных ситуациях, он уже не боится по крайней мере всего.   - Он еще тешит себя надеждой вернуться в большую политику?   - Вы знаете, он человек, который везде ищет комфорт. Поэтому он будет стремиться в те сферы, где комфортно. Поскольку в украинской политике уровень комфорта минимальный, он, может быть, и будет думать о политике, но вряд ли будет в ней участвовать. Он себарит – в хорошем смысле, а может и не только в хорошем. Он типа Обломова, хотя Обломов для меня – абсолютно позитивный персонаж. Поэтому для него политика еще долго будет оставаться абстракцией.   - Может ли он эмигрировать, скажем, в Америку?   - Я не исключаю его эмиграцию - в нашей жизни вообще ничего нельзя исключать. Хотя он очень любит аутентичные ценности. Он сельский человек в глубине души. А Америка не сельская страна. Фермерство – это нечто другое, по ментальности. Ющенко живет вне времени. Он не носит часы. И в его администрации не было часов. Где-то на подсознательном уровне он хотел, чтобы страна вставала с утренними петухами, а ложилась под вечернее кваканье лягушек... Как ни парадоксально, он сильнее, чем Тимошенко психологически, потому что сельский человек чувствует за собой такую пантеистическую психологическую поддержку, какую не чувствуют невстроенные в природу горожане... Думаю, Тимошенко подсознательно влюблена в Ющенко как в свою половинку. Она понимает, что вдвоем они покрыли бы целую страну как, извиняюсь, бык овцу. А по одиночке они как разорванные инь и янь.   - Ходят слухи, что выборов в 2012 году не будет – якобы они не выгодны ни регионалам, ни тем более – всем остальным. Вы допускаете такой вариант, что парламент переизберут только в 2015 году?   - Шансы всегда есть, но очень мизерные. Конечно, логично парламентские выборы было бы делать сразу же после президентских, но регионалы на это не пошли и многие, наверное, сейчас кусают локти. Но на 2015 год вряд ли их перенесут - слишком большие риски: и политические и, особенно, геополитические.   - Как изменится расклад сил в парламенте после выборов?   - Впервые за много лет возникает социальный "лифт", который называется мажоритарный сегмент. По этому "лифту" кандидаты могут подниматься, минуя партийные списки, партийные офисы и партийные взятки на самый "верх". Эти выборы вынесут на поверхность много такого, о чем мы не догадывались. Думаю, появится несколько ярких людей из регионов, которые смогут существенно изменить политическую картину. Будем ждать. Это наша надежда на обновление...       Беседовала Наталья Мелещук Экспрессия Fri, 26 Aug 2011 11:09:06 GMT http://www.vydrin.com/express/218261/ У чому феномен Сергія Тігіпка? Як зміг комсомольський функціонер стати великим бізнесменом і політиком?   – Тігіпко не феномен, а типовий представник однієї з найбільших еліт України. І його кар'єра також типова. На пострадянському просторі було три базових варіанти кар'єрного зростання. По-перше, можна бути колишнім партійним функціонером із напрацьованими зв'язками та психологічною стійкістю, причетним до закритих партійних фондів. А потім усе це вдало вкласти в нову політичну й економічну систему: стати банкіром, керівником холдингу, корпорації тощо. Другий шлях: спортсмен – бандит – депутат районної ради – банкір – депутат обласної чи Верховної Ради. Третій шлях – для комсомольських функціонерів високого рівня. Ті ж зв'язки, що й у старших товаришів. Так само наявний психологічний досвід переконання, зваблювання, "розведення на гроші". Потім – депутатбанкір або банкірдепутат. Тігіпко повністю вписується в цей варіант магістрального шляху нагору. Більше того, колишні комсомольці зазвичай ефективніші й за колишніх бандитів, і за колишніх партійців. Освіченіші за перших, гнучкіші за других. У комуністів був колосальний інструмент тиску – партком, який міг "нахилити" будького. А в комсомольця відібрати партквиток комітет комсомолу не міг – у них головним інструментом був метод м'якого переконання. Комсомольські сауни, тимчасові творчі колективи створювали заради двох інструментів зваблювання – дівчата й гроші. Вони користувались цим віртуозно. ­Комсомольці не мали пускати кров, як бандити. Чи, як партійці, ламати своїх соратників через коліно.  Сергій Тігіпко – найяскравіший представник цього комсомольського тренду й невипадково піднявся так високо. Він був не рядовий функціонер. Керував величезною обласною організацією секретної на той час Дніпропетровщини. Пробитися нагору в комсомольській ієрархії з її жорсткою конкуренцією за сауни, фонди, вседозволеність, було непросто. Тігіпко пройшов дуже сильний природний відбір – тому він не випадкова людина в політиці й бізнесі. Це – перша його особливість, якій він завдячує своєю психологічною стійкістю.  Друга особливість Тігіпка – він походить з унікальної дніпропетровської еліти, яка вміє мімікрувати до будьяких обставин. Донецькі й у Львові будуть донецькими, а львів'яни й у Донецьку – львівськими. Дніпропетровці ж у Львові – львівські, а в Донецьку – донецькі. У цьому, до речі, сила й диво Юлії Тимошенко. У Львові вона більша бандерівка за пращурів Бандери, а в Донецьку – палкіший уболівальник "Шахтаря", ніж Рінат Ахметов. Ця подвійна природа дніпропетровської еліти дозволяє її вихідцям пристосовуватися до будьяких політичних і економічних обставин.   Тігіпко вів виборчу кампанію Януковича 2004го та власну півтора року тому. У чому їх різниця?   – Відмінність кардинальна. Комсомольці відзначалися тим, що часто провалювали роботу, яку їм доручали зробити для інших. Але діяли дуже успішно, коли робили щось для себе. 1991го партія закликала комсомольців заробляти гроші – "щоб ми всі вижили". Та вони жодної копійки не заробили для "старших товаришів", а для себе накопичили великі кошти. Тому якщо для іншого Тігіпко міг дозволити собі вести передвиборну кампанію абияк, імітувати її – то для себе він постарався викластися по повній програмі.   Але навряд чи лише це дало йому результат у 13 відсотків голосів після кількох років політичного забуття.   – Він – непересічна людина. Комсомольська спритність плюс дніпропетровське лицедійство – дуже сильне поєднання якостей. Таке має лише Тимошенко й частково – ­Лазаренко.   Якби Тігіпко після президентських виборів 2010го не пішов у команду Януковича, він мав би більші рейтинг і політичну вагу?   – Не набагато, але більші. Існує закон великих мас. На тлі великої маси ти здаєшся менший. Біля повного Місяця зірок не видно. Хочеш бути яскравою зіркою – тримайся подалі від Місяця. Цей закон і поглинув Тігіпка.   Навіщо тоді він пішов в уряд Азарова?   – Бо не став політиком. Є бізнесмени в політиці й політики в бізнесі. Він відчуває більшу пристрасть не до політичних інтриг, дій, інновацій чи політичного театру – а до заробляння грошей, маніпулювання ними, використання їх як інструмента впливу тощо. Він залишився у політиці банкіром і діє, як бізнесмен.  Якщо людина витрачає 10 відсотків грошей на політику і 90 – на бізнес, то це бізнесмен. Якщо навпаки – це політик. Тігіпко прийшов у команду Януковича підприємцем. У нього велика бізнесімперія. Мабуть, головним його мотивом було зберегти її. Як людина з великим досвідом він розумів, що нова владна команда буде винищувати ворогів і опонентів – або принаймні обмежувати їх у бізнесі. Тому пішов у політику, щоб убезпечити свій бізнес.  Якби Тігіпко виходив із політичної логіки, повівся б інакше. Пішов би в опозицію й міркував: "Мене зараз будуть утискати, пресингувати. І про це я кричатиму через усю пресу, говоритиму на закордонних конференціях, і на цьому ростиму". А логіка бізнесмена інша: "Вони можуть відібрати бізнес у мене, в моєї дружини та дітей. Тому варто прилаштуватися до їхньої команди й постаратися зіграти в командну гру. А потім ситуація якось зміниться, і я зможу вкласти збережені гроші знову в політику".   Його давня соратниця Олександра Кужель сказала, що злиттям "Сильної України" з Партією регіонів Тігіпко перекреслив свої президентські амбіції. Чи залишилися в нього шанси?   – Цього ніхто не знає. Життя настільки складна штука, що зроблене сьогодні може завтра стати як негативом, так і позитивом – залежно від того, який виток зробить реальність. Безумовно, він зменшив свої шанси стати президентом. Але чи перекреслив – не знає ніхто, навіть Кужель.   Навіщо "регіоналам" його партія?   – Донецькі – яскраві ментали, на відміну від дніпропетровцівбіменталів. Їхній девіз: бери все, що можеш узяти. Скільки не бачиш вугілля навколо себе – треба витягнути нагора все. Пий усе, що горить, і май усе, що ворушиться.   Хто виграв і програв від злиття?   – Ніхто. Це не створило позитивного піару для донецьких. Є негативний піар для Тігіпка. У результаті – він отримав економічні бонуси, "регіонали" – психологічні. А політичних бонусів не має ніхто.   Як це вплине на інші політичні сили?   – Тігіпко перебуває в різних політичних, але в одній психологічній ніші з Яценюком. Це ніша політикамачо, борця за нестійкі серця в'янучих жінок. Тому частина дам бальзаківського віку перейдуть від Тігіпка до Яценюка.   На інші партії це ніяк не вплине.   Чимало виборців бачили в Тігіпкові "третю силу". Який урок від його політичного демаршу для суспільства?   – У ньому скоріше вбачали менше зло порівняно з Януковичем і Тимошенко. Ніхто не розуміє, що таке "третя сила" й навіщо вона потрібна. Але інтуїтивно люди відчувають, хто менш небезпечний, менш різкий, менш грубий.  Особливих втрат для суспільства нема. Усе, що відбулося на прикладі Тігіпка, ­відбуватиметься й надалі. Бо Україна більшменш пройшла стадію політичного хаосу й починається структуризація та укрупнення політичних сил. З іншого боку, ми психологічно стаємо частиною Європи. Часто буваємо там, слухаємо лекції, виступаємо на конференціях, дружимо з європейцями, дивимось їхні фільми. Хочемо чи ні, а втягуємося в європейські тренди й тенденції.  У Європі ж є кілька традиційних політичних сил, між якими й розігрується головне дійство. Великі центристські сили – довколанародні партії, ліві та праві, а також мігруючі, які можуть утворювати з правими й лівими альянси. Зазвичай роль останніх виконують "зелені". Кілька років – і такий самий спектр буде в нас: у центрі – тісно, на правому й лівому флангах теж усе зрозуміло. Обов'язково виросте Партія зелених, яка переживе розквіт у зв'язку з глобальними екологічними проблемами – потеплінням, катастрофою на "Фукусімі", аномаліями клімату тощо. Ця тема в суспільстві точно розігруватиметься.  Різні політичні конфігурації будуватимуться всередині цієї квадриги. Європейська центрифуга рознесе всі наші політичні сили по чотирьох кутах.   До якої групи в Партії регіонів може приєднатися Сергій Тігіпко? Чи стане він там впливовою особою?   – Постарається це зробити, але навряд чи зможе. Донецькі не люблять людей із подвійною орієнтацією. Тому він постійно буде там своїм серед чужих.   "Регіонали" і надалі примушуватимуть до миру інших політиків?   – Та їм нікого не треба примушувати. Якщо у підворітті стоїть дуже кремезний чоловік, він не проситиме у підлітків прикурити – вони самі запропонують сірники й запальнички. Політики на зразок Литвина розуміють, що вести самостійну гру не здатні. Їм не вистачить ані фінансового, ані організаційного, ані психологічного ресурсу.  На якомусь етапі лідери донецьких зрозуміли, що головною загрозою в Україні для них є чиновницький "бєспрєдєл", який проявляється в корупції, хабарництві, необов'язковості службовців. Колись вони й самі вирішували свої проблеми підкупом чиновників, суддів і прокурорів. А тепер бачать, що це руйнує їхню владу та їхню систему. Люди, які живуть по поняттях, ненавидять "бєспрєдєл" – тому почали боротьбу з бєспрєдєльщиками, причому як своїми, так і чужими. Я підрахував, що за останній місяць було 17 голосних арештів. І лише два з них пов'язані з опонентами "регіоналів". Решта – "свої".   Що робити виборцям, яких постійно обманюють політики?   – Політики – це дзеркало народу. Виборців обманюють і в Європі, й у Штатах. Політики, як і жінки, завжди обіцяють більше, ніж можуть дати. Тому громадянам треба не голосу­вати за того, хто виявився поганим. Вимагати створення інститутів прямого впливу на політиків – наприклад, проведення референдумів. У Швейцарії їх сотнями проводять щороку. Потрібно наполягти на запровадженні механізму відкликання депутатів, скасування депутатської недоторканності.  По-друге, не вірити, що можна змінити щось революційним шляхом. На краще світ змінює еволюція, бо вона мудріша.  Відповідальність політиків – це проблема народу. Вовк їсть овець, бо така його природа. У зоопарку йому дають комбікорм і тримають у клітці. Політиків треба тримати в клітці – тільки не тюремній, а психологічній. І дозволяти їм лише те, чого хоче суспільство.     Экспрессия Thu, 25 Aug 2011 15:21:54 GMT http://www.vydrin.com/express/218259/ Суд над Тимошенко - сегодня самая востребованная западными медиа тема. В то же время мало кто понимает на Западе, что на самом деле происходит на этом судебном процессе, какие главные мотивы его основных игроков и какие на нем возникают новые смыслы, дискурсы и тренды.          На мой взгляд, многое проясняется, если взглянуть на «дело Тимошенко» не только как на борьбу двух мощных украинских финансово-политических кланов за власть и собственность, но и как противоборство модернизма и постмодернизма. Нынешняя украинская власть - своеобразное порождение политического модерна. Ее кредо - это медленное, тяжеловесное, но неуклонное наращивание производства; это увеличенные объемы труб большого диаметра, чугуна, угля и стали; это миллиарды кубов прокачанного газа и миллиарды долларов присвоенных денег. Объединенная Европа когда-то создавалась из союза угля и стали. А правящую сегодня в Украине элиту можно было бы назвать как союз угля, стали и газа. Для этой элиты самыми главными лозунгами являются термины «стабильность», «развитие», «постепенность». А самыми сладкими словами - «бюджетные потоки», «западные кредиты», и «восточные транзиты». Украинская правящая элита, во главе со своим монументальным президентом Януковичем, тяжеловесна, как чугун, опасна, как расплавленная сталь, неуклюжа, как шпалоукладчик, и предсказуема, как магистральные нефтегазовые транзиты. Главное ее желание - это медленная, спокойная эволюция в духе плановой советской модернизации. Ибо она знает главный секрет - «медленная модернизация означает быстрые заработки». Если, конечно, ты эту модернизацию полностью и единолично возглавляешь сам. Когда-то коммунизм  родоначальники первого социалистического государства  расшифровывали как «советская власть плюс электрофикация всей страны», а нынешняя украинская власть свой «коммунизм» могла бы расшифровать как «модернизация производства всей страны плюс монополизация власти и прибыли правящим кланом». И вот этой элите, назовем ее «модернистской» или, скорее, «модернизаторской», противостоит контрэлита во главе с пассионарной Тимошенко. Сама Тимошенко любит сравнивать себя с Жанной Дарк. Хотя по психотипу, целям и мотивации, она намного ближе к Долорес Ибаруре или подзабытой сегодня Гладис Марин. Как  Долорес и Гладис, Юлия - чистый продукт постмодернизма со всеми его особенностями. Как известно, сутью постмодернизма является отрицание законов (и экономических, и юридических) как таковых и разрыв любых причинно-следственных связей. Это абсолютный примат революции над эволюцией. Это замена поэтапного постепенного развития «прорывами», «надрывами» и «великими скачками». Это замена здравого смысла цинизмом, а совести -  справедливостью.  Это торжество эстетики над этикой, китча - над классикой, гламура - над респектабельностью.  Для полной реализации планов Тимошенко тоже нужна полная, абсолютная и единоличная власть, как и ее властным оппонентам. Только лозунг у нее был бы другой. Ее «коммунизм» - это «юлификация всей страны плюс западное обожание». То есть создание культа  единственной «берегини страны», как главного и неповторимого эстетического, стилистического и политического критерия совершенства для нации и государства. И, конечно, преклонение зарубежных лидеров и бомонда. В борьбе модернизма и постмодернизма выигрывает тот, кто сражается на своем поле. Аутентичным полем модернизма является завод, фабрика, предприятие. Аутентичным полем постмодернизма является телевизионное шоу, уличная сцена или зал суда. Дело в том, что главным инструментом модернизма является менеджмент, талант правления. А главным инструментом постмодернизма является актерская игра, талант лицедейства и перевоплощения. Поэтому модернизм проявляется только в управленческом  движении. Он, как велосипед: при слишком медленной скорости заваливается либо налево в постсоветский авторитаризм, либо направо - в корпоративно-олигархическую вседозволенность. А постмодернизм расцветает только когда он стоит на своем месте - на сцене, неважно какой: парламентской, уличной или тюремной.  Стоит ему начать двигаться куда-нибудь в сторону банальной экономики, как тут же исчезает все его очарование, блеск и притягательность.  Интуитивно чувствуя «свое поле», Юлия Тимошенко сделала все, чтобы сделать именно суд своим главным  ристалищем с властью. Не на фабриках же ей нужно бороться за грязных рабочих и не в офисах за «белых воротничков». Поэтому  ей пришлось приложить немало труда, чтобы завоевать свое право на суд над собой, и еще больше сил, чтобы завоевать свое право на собственное тюремное заключение.    Сначала она год не признавала действующую власть, называя президента «бандитом», «уголовником», «узурпатором власти». Власть попалась на ее провокацию и дала затащить себя в суд. Потом несколько месяцев Тимошенко называла судей и прокуроров «преступниками», «фашистами», не признавала их полномочия и статус. Судебная власть попалась на ее провокацию и дала затащить себя, вместе с ней, за решетку. Теперь украинский постмодернизм в лице своего полного воплощения Юлии Тимошенко, победно играет на своем поле. Когда она лжет судье, это называется «иронией». Когда она глумится над свидетелями, это называется «смелостью». Когда она понукает к бунту и революции своих сторонников, это называется «право на защиту»…И она прекрасна, как Долорес Ибаруре, для которой суд был желанной трибуной для выражения своего яркого литературного таланта. И она стильна, как Гладис Марин, которая каждый день суда или голодовки делала новую удивительную прическу, покоряя поклонников блеском своих антрацитовых локонов. Да, на Юлию Владимировну опять приятно смотреть:  насколько она была сера и мрачна в последнее время в своей повседневной вольной жизни, настолько она опять оживилась и расцвела в заключении. Когда-то она любила сравнивать себя с цветком. И на бордах появлялась с трогательным цветочным горшочком в руках. Уже очевидно, что этот цветок расцветает только в заточении - коса ее сияет, как нимб, а роскошная улыбка ее не покидает уста. Она верит, что постмодернизм победит. Страна опять заживет в веселом хаосе, люди не будут ходить на скучную работу, а сутками будут штурмовать правительственные учреждения, перегораживать дороги  и площади. Все забудут про скучные вещи, типа ВВП или прожиточного минимума, а заживут зажигательными революционными лозунгами и баррикадными песнями. Она верит, что так будет, ведь Запад нам поможет! И  ожидания Юлии действительно не беспочвенны. Ведь постмодернизм победно шагает по планете. Первым его могучим симптомом стала моральная победа бесподобного Ассанджа над унылым западным правосудием. Тоскливое западное право не нашло ничего лучшего, как попыталось  приструнить его ответственностью за сексуальные домогательства. Но ведь в контексте постмодернизма сексуальный беспредел - это мужское достоинство, а не феминистский недостаток. Сегодня точно также унылое украинское правосудие пытается обвинить Тимошенко в превышении бывших премьерских полномочий. То есть в чиновничьем беспределе. Но ведь в  контексте постмодернизма любой беспредел всегда веселее проклятых норм. К радости постмодернистов сегодня разворачивается судебный процесс над бывшим президентом Египта Мубараком за проявленную жестокость при разгоне погромщиком. Но радость постмодернистов будет, видимо, полной, когда начнется судебный процесс над нынешним премьер-министром Великобритании Дэвидом Кэмероном за жесткость при разгоне резвящейся на улицах лондонской молодежи… При прямом столкновении постмодернизм всегда побеждает модернизм, потому что он всегда выглядит ярче, сценичнее и демократичнее, чем модернизм, тем более половинчатый и неумелый. Для того, чтобы увидеть хоть какое-то достоинство модернизма, надо заглядывать в закопченные окна заводов. А чтобы понять  справедливость и демократичность постмодернизма, достаточно прочитать в инете отзывы английских уличных бойцов. Они-то  пишут, что  волнения в Лондоне были апофеозом демократии и справедливости, и когда у тебя на стене висит двухметровая плазма, бесплатно взятая из магазина, ты начинаешь верить в справедливость западного мира. Так что дело Тимошенко живет и явно побеждает. Очень хорошими победными симптомами стало, например, то, что ее сторонники, блокирующие суд, уже пытаются избивать свидетелей, которые «неправильно дают показания» против их кумира. Они уже надавали по физиономии бывшему замглавы администрации президента Ющенко - господину Шлапаку. Но ведь это только начало? В Англии за неделю известных уличных волнений количество  проданных бейсбольных бит увеличилось в пять тысяч раз. Потихоньку набирает спрос на бейсбольные биты и в Украине. Готовьтесь, свидетели против Тимошенко! Вчера вы получали по голове пластиковыми бутылками из-под воды, завтра получите бейсбольной битой. Есть только одно «но», которое, к сожалению, может прервать этот нарастающий «праздник» бурной жизни. Любой акт постмодернизма невозможен без харизматика. Без суперхаризматичного Сальвадора Дали не было бы сюрреалистического постмодернизма в искусстве. Без суперхаризматичного Ассанджа не было бы интернет-постмодернизма в информпространстве и т.д. Но дело в том, что для разгона максимальной харизмы нужен своего рода психологический коллайдер. Он называется «бинарная харизма». Это когда два взаимосвязанных субъекта, отражая сигналы друг друга, разгоняют взаимную харизму до невероятной яркости. Так было у Бонни и Клайда, так было у того же Дали и Гелы, так было у Ассанджа и его блондинки, наконец, так было у Саакашвили и Бурджинадзе, у доллара и евро, у Тимошенко и Ющенко. Но когда эта взаимосвязь субъектов нарушается, бинарная харизма превращается из «коллайдера», разгоняющего сигналы, в «черную дыру», сигналы поглощающую. Поэтому чтобы постмодернисткое дело Тимошенко победило полностью и окончательно, ей все же надо вернуть Ющенко. Экспрессия Thu, 25 Aug 2011 10:39:44 GMT http://www.vydrin.com/express/218167/  О причинах событий 9 мая во Львове, «паспортном» скандале с Румынией и Венгрией, а так же о клановой специфике украинской власти интернет-порталу «Мир и Мы» рассказывает политолог, советник Президента Украины Дмитрий Игнатьевич Выдрин.   - На ваш взгляд, то, что две страны, Румыния и Венгрия, сейчас используют одну и ту же тактику – выдачу паспортов по льготным условиям, не означает ли это, что существует некоторый тренд в отношении Украины со стороны этих стран и альянсов, в которые они входят?    Суть этого вопроса простая – люди всегда будут стремиться иметь возможность ездить в те страны, где выше уровень и качество жизни, социальная защищенность, шансы получить хорошее образование. Поэтому, если Украина будет отставать от соседних стран, то никакие ноты протеста и грозные декларации министров иностранных дел не помогут. Если люди не смогут использовать льготный механизм получения паспортов этих стран, они будут использовать возможности нелегально выехать или получить документы по коррупционным схемам. Ведь коррупция существует и в ЕС. Не секрет, что за определенную сумму можно сделать вид на жительство практический в любой стране ЕС, вопрос только в сумме. Эти спорные вопросы обязаны решать дипломаты, это их обязанность. А наши политики, руководство страны должны понимать, что никакие кордоны не сдержат людей, если ситуация в нашей стране будет разительно отличаться от ситуации в других соседних странах. Если это небольшие различия, выражающиеся в процентах отставания по уровню жизни, то люди готовы терпеть, если видится прекрасное, светлое будущее. Но если отставание в разы и нет никаких перспектив, то они всегда будут находить способ, как преодолеть границы. И всегда найдут такой способ. Я не помню случая, когда люди хотели бы выехать из страны и не находили бы способ. Даже из СССР уплывали на матрасах через Черное море с бутылкой минеральной воды, и никто их не мог остановить.   - Ваше отношение к крайне резкому заявлению МИДа Венгрии в связи с проверками, которые проводило СБУ среди венгерских граждан на Украине? В нем говорилось, что Будапешт не потерпит такого отношения к соотечественникам. Не является ли это грубым вмешательством во внутренние дела Украины?    Я встречался после этого инцидента с начальником СБУ Закарпатья - это очень квалифицированный специалист, Василий Ситор. И он мне говорил, что никаких запугиваний не было. Кроме того, я встречался с венграми и с послом Венгрии. Он сказал мне, что, скорее всего это было недоразумение – люди друг друга не поняли. А раз это было недоразумение, то и обсуждать нечего. Недоразумение просто зачеркивается, выводится за скобки и дальше необходимо действовать по разумению. Мне кажется, на данный момент эти заявления с обеих сторон исчерпаны.   - То, что одновременно две страны начали использовать одни и те же методы, не говорит ли о том, что данная ситуация не является одношаговой стратегией, и что в отношении Украины предполагаются последующие действия, например, территориальные претензии?    У меня нет ощущения координации этого из некого единого центра. Мне кажется, что эти действия Румынии и Венгрии по собиранию своих соотечественников ложатся в тренд правящих там команд. Сейчас и в Румынии, и в Венгрии пришли к власти команды, которые в качестве главного избирательного лозунга сделали собирание венгров и румын, проживающих за пределами родины, или, по крайней мере, патронирование им. Относительно собирания еще и земель – первые, кто начнет возмущаться, это НАТО потому, что одно из условий вступления в НАТО – это отсутствие территориальных претензий к другим странам. Поэтому, если какая-то из стран НАТО выставит территориальные претензии, то она сразу встанет в очередь на исключение из НАТО. Это не совместимо со статусом членства в альянсе. Мы иногда резко критикуем действия НАТО, я, в том числе, говорил немало резких вещей о НАТО в связи с Югославией, Косово. Но надо признать, что у НАТО, как у любой организации, есть слабые, неадекватные стороны и, наоборот, сильные и адекватные механизмы действия. И вот к сильным сторонам я отношу то, что по статусу НАТО в него могут вступать только страны, не имеющие территориальных претензий. Поэтому тут надо успокоить горячие головы. А то, что правящие классы этих стран используют такую «мускулистую» риторику защиты своих соотечественников – это их ни столько политическая, сколько пропагандистская линия. Можно спорить с этой линией, можно соглашаться. Кстати, хотелось бы, чтобы Украина проводила такую же мускулистую политику по отношению к соотечественникам, как некоторые соседние страны. Такую политику сейчас, например, проводит и РФ, заявляя, что защита соотечественников является приоритетной. И собирание русских «по духу», а не «по крови» ставится одной из главных задач РФ.   - На ваш взгляд, что послужило основной причиной событий 9 мая во Львове, действий партии «Свобода»? Утверждают, что это мог быть приезд десятка активистов из Одессы или закон об обязательном вывешивании копии красного знамени Победы на всех официальных учреждениях во время празднования 9 мая.    Я думаю, что ни первое, ни второе. У меня есть довольно много политических афоризмов, и в том числе есть такой: «Политика возбуждается только тогда, когда с одного энергетического уровня переходит на другой энергетический уровень». Думаю, что это главная причина этих событий. Есть ощущение, что ряд лидеров «Свободы» могут перепрыгнуть с местного энергетического уровня на национальный энергетический уровень. Поэтому они пытаются ввести страну в предвыборную лихорадку. То есть если бы не было повода 9 мая, они нашли бы другой повод. Например, если власть сказала бы, что разрешается использовать только национальную символику, они бы сказали, что хотят использовать только бандеровские стяги и т.д. Эта политическая сила почувствовала, что находится на восходящем тренде и сейчас прилагает все усилия, чтобы удержать восхождение тренда, не допустить его падения. Это главные мотивирующие факторы партии «Свобода».    А если рассматривать заявления одесситов – свободовцы сами много раз приезжали в Одессу и Крым. Причем, эти регионы они рассматривают как приоритетные для себя. На 9 мая во Львов из Крыма приехало, кажется, 4 человека. Вряд ли они могут напугать свободовцев, если те сотнями привозили своих людей в Крым. Свободовцы - люди думающие, поэтому понимают, что если они сотнями, тысячами приезжают в другие регионы, то из этих регионов хотя бы десятками появятся и на их территории. Поэтому их возмущение было достаточно искусственным и наигранным. А поддержали их те политические силы, у которых рейтинг, в отличие от «Свободы», затухающий. Поэтому свободовцы использовали 9 мая как усиление восходящего тренда, а другие силы, например, «Батькивщина» Юлии Тимошенко, использовали для того, чтобы вообще не сойти с политической арены. И раскачать ситуацию таким образом, чтобы состоялись досрочные выборы.    Хотя сами свободовцы не торопятся. Им кажется, что время работает на них. Они, видимо, думают, что за полтора года до предстоящих выборов смогут окрепнуть финансово потому, что у них есть 3-4 базовых области, где бизнес их серьезно поддерживает. А у «Батькивщины» финансовой базы фактически нет. У «Батькивщины» практически не осталось «политической земли», на которой они руководят процессом, на которой они могут использовать местный бизнес, местные источники финансирования. Поэтому они делают все, чтобы раскачать ситуацию на досрочные выборы. И вот сочетание тех, кто хочет еще более повысить свой рейтинг, и тех, кто боятся окончательно «сдуться», привело ко всем этим событиям.   - Высказываются обвинения, что ПР оказывала поддержку ВО «Свобода», для того чтобы ослабить влияние Юлии Тимошенко в западных регионах Украины. И что затем «Свобода» вышла из-под контроля ПР. Насколько это соответствует реальности?    Это, наверно, не обвинения, поскольку политика можно обвинять только в противозаконных действиях. Как можно обвинять его в том, что он считает эффективным для своего собственного рейтинга? Поэтому это, скорее, не обвинение, а объяснение. ПР - это не некий незыблемый монолит, где у всех одна точка зрения. Это много групп влияния и немало отдельных концептуальных центров, каждый из которых гнет свою концепцию. Но я не знаю, чтобы на уровне ПР принимался какой-то документ, например, декларация о поддержке партии «Свобода». Я не являюсь членом ни одной партии на данный момент, не хожу на политсоветы, но часто бываю в буфете ПР. Там хороший буфет, но и там я ни разу не слышал, что произошел политсовет, на котором обсуждалось поддерживать или не поддерживать партию «Свобода» (а буфеты, как правило, самые достоверные источники информации). При этом я не исключаю, что некоторые концептуальные и аналитические центры, которые существуют при каждом сильном игроке, могли предлагать такую стратегию. Каждый богатый политик имеет сегодня группу экспертов, аналитиков и журналистов. Одни работают на его личный PR, другие, частично, на осмысление ситуации для него, а частично, для партии. Я не исключаю, что есть люди в ПР, сильные и влиятельные, которые считали, что поддержка «Свободы» оттянет, «отсосет» голоса у главных оппонентов. Я думаю, что сейчас они уже раскаиваются в своих заблуждениях или в том, что они поверили экспертам, которые таким образом интерпретировали ситуацию.   - В связи с событиями, происшедшими 9 мая, на уровне президента и правительства предполагаются ли какие-то действия по ограничению деятельности партии «Свобода»?    Я не думаю, что президент и правительство могут ограничить деятельность какой-либо партии. Есть же Конституция. Если партия действует в конституционном поле, ограничить ее деятельность можно только изменив Конституцию. Нельзя сделать так, чтобы Конституция распространялась на всех, кроме одной партии. Если партия нарушает закон, она отвечает по закону. А если не нарушает, то надо только менять Конституцию для того, чтобы воздействовать на нее. Так что здесь возможны механизмы применения власти только в том случае, если нарушается закон. По событиям во Львове возбуждено несколько уголовных дел в отношении конкретных лиц. Те кто нарушил что-то ответят через суд. Президент не может брать на себя функции судьи, тем более премьер-министр. Если нарушили – пусть несут уголовную или административную ответственность.   - По недавним данным в рейтинге ТОП-100 самых богатых людей Украины их совокупное состояние выросло на треть. При этом приводятся параллельные данные, что на треть выросли цены в Украине. На ваш взгляд, связаны ли как-то эти явления между собой? Уменьшение уровня жизни двух третей украинцев и рост состояний олигархов?    На самом деле, это все-таки не сообщающиеся сосуды. Нельзя грубо сказать, что есть один карман у бедных, небогатых людей, и один карман - у богатых. И богатые из кармана небогатых перекладывают в свой карман. Наверно, действуют какие-то более сложные процессы. Но фактом является то, что Украина – клановая страна, неофеодальная. И это беда Украины. И рано или поздно Украина должна либо попытаться стать обычной рыночной экономикой, где нет места клановым преференциям, клановым премиальным за какую-то политическую деятельность. А где есть рынок, который тем или иным образом регулирует ситуацию в пользу наиболее умелых, успешных, продвинутых бизнесменов. А пока мы разделены не только на ментальные зоны в Украине, мы разделены на сферы влияния кланов. Одни кланы контролируют трубное производство, другие химию и титан, третьи нефть, четвертые – газ и т.д. И это не нормально. Все это должен контролировать закон и рынок. Это две основополагающие вещи. Как высказывался Вебер: «Что такое сильный Рынок? Это сильная полиция, сильный закон и сильная конкуренция». Поэтому, будет конкуренция в рамках закона – конкуренция определит, кто наиболее достойный на богатство.    Сегодняшняя ситуация ненормальная – кланы имеют преференции, кланы имеют собственные фракции, кланы представлены в парламенте. На мой взгляд, это чревато громадными экономическими и политическими рисками. Надо немедленно выводить бизнес из политики. Для этого, прежде всего, нужно, на мой взгляд, устранение анонимности бизнеса. Проблема Украины заключается в том, что 90% бизнеса в Украине анонимно. Это позволяет богатым людям заседать в парламенте, говоря, что у них нет бизнеса. Хотя все знают, что этот депутат монополизировал одну сферу экономики, этот другую. Надо, чтобы на уровне власти был выдвинут некий меморандум бизнесу, где бизнесу нужно определиться – либо вы экономисты и занимаетесь экономикой, либо вы футболисты, занимаетесь менеджментом футбола, либо вы политики. Но уж если вы ушли из бизнеса в политику, тогда сидите каждый день в парламенте, каждый день голосуете, каждый день мы видим вас по телевизору по телеканалу «Рада».   Срощенность кланово-экономической и политической составляющей – это главная беда Украины. Пока это будет – Украина не будет нормальным государством. И рано или поздно она может нарваться на антифеодальную революцию. Поскольку все феодальные страны из ситуации феодализма выходили через революции. У нас пока еще есть возможность пойти эволюционным путем. Для этого надо честно назвать ситуацию – что у нас неофеодальная, неоклановая страна. И показать как выйти из этого без потрясений и революций, без площадей, без «майданов». И без проклятий будущего поколения. Экспрессия Wed, 10 Aug 2011 11:28:02 GMT http://www.vydrin.com/express/218164/ Яка слабка сторона нинішньої влади?   — Їй бракує слів. Уміння відверто говорити про речі, які відбуваються з тобою і навколо тебе. Хоча, якщо сьогодні відбувається подія, влада навчилася дуже швидко і потужно реагувати.   Яка головна проблема Януковича?   — Перенесення минулого досвіду на нинішні реалії, що мають зовсім інший масштаб. Не можна керувати країною, використовуючи губернаторські або прем'єрські прийоми.   Людей обурює, що президент живе в розкоші. Має "Межигір'я", вертольоти, палаци на воді. Навіщо він на це йде?   — Підозрюю, багато речей, які люди вважають розкішшю, для президента є необхідністю. Кілька років тому був у "Межигір'ї". Побачив там багато залишків минулої партійної розкоші. Будинок, де жив Щербицький, де я працював, коли залучали до написання матеріалів для останнього з'їзду Компартії. "Межигір'я" створював не президент, а радянська влада. Там збережена аура Щербицького. Я в цьому побачив сакральний зв'язок поколінь. Якщо Янукович буде ефективний на виході, ми казатимемо: "Класно, "Межигір'я" йому допомогло реалізувати поставлені плани". Якщо він буде поганим президентом, скажемо, що навіть резиденція минулого партійного вождя йому не допомогла.   Чи буде в Україні революція?   — Це неминуче. Але не думаю, що щось відбудеться цієї осені. Соціальні протести приурочені до якихось подій, зміни влади. Скоріше за все, вони будуть після виборів 2012 року, коли хтось буде незадоволений їх результатами. Див не буває. Наука підказує, що Україна — неофеодальна країна, де колосальну роль грають клани. Не можна бути такою державою, коли ти оточений сусідами, що знаходяться на іншому етапі соціального прогресу. Наприклад, на капіталістичному. Тому рано чи пізно буде антифеодальна революція. Завдання президента — зробити так, щоб вона пройшла у формі еволюції. Наприклад, ми знаємо, що скоро буде буря. Є різні можливості: хтось від'їжджає, інші ховаються в бункери, а решта — будують вітряні млини. У нашому випадку цей третій шлях полягає в тому, щоб енергію протесту трансформувати в енергію перетворення.   Чи може ця революція стати війною?   — Будь-яка революція гірша за війну. Бо на війні є вороги й захисники. А в соціальному хаосі все змішане — добрі й погані люди, убиті "ланоси" та розкішні "мерседеси", споживчі кошики та яхти.   Хто може очолити опозицію? "Батьківщина", "Свобода", "Фронт змін"?   — Погляньте, що відбувається в Росії. Там є опозиція, що виросла на паркеті уряду, адміністрації президента й парламенту. У ній немає сенсу, бо вона не має коренів. Головний російський опозиціонер — це не Борис Нємцов, а Олексій Навальний. Це звичайний юрист, який став найпопулярнішим блогером. Він юридично захищає інтереси людей і карає тих олігархів, які переступають закон і завдають збитки державі. Якщо в Росії щось відбудеться, то на чолі буде не Нємцов із зачіскою за тисячу доларів і не Хакамада після пілінгу за 10 тисяч доларів, а Навальний, у якого офіс на 100 квадратних метрів і який їздить в авто десятирічної давнини. Приблизно такий самий процес буде й в Україні. Рано чи пізно прийдуть люди, які з коренями, як Навальний. Тільки вони можуть очолити опозицію.   З одним із лідерів названих у вашому запитанні "опозиційних партій" ходжу до спортзали. Я бачив, як він виходить із душу, підбігають охоронці й починають витирати  рушниками це випещене тіло. Опозиція не буває з махровими рушниками й охоронцями. Це — груба шкіра, уміння босоніж ходити по колючках, захищатися від дощу без парасольки й від спеки без кондиціонера.   У чому головна проблема українців?   — Традиційна "українська жаба" — ставлення до сусіда із заздрістю. Друга — невміння жити згідно з можливостями. Ми не дуже любимо працювати, але хочемо мати "мазератті" або "феррарі".   Що треба зробити, аби українське суспільство дозріло до рівня європейських країн?   — Мого знайомого Ігоря Свинаренка — російського журналіста родом із Макіївки — нещодавно запитали: як розвинути російську націю? Він сказав: "Ми маємо два типи веселощів: горілку та культуру. Тож треба пити якісну горілку, а не пальонку, і розвивати пристойну культуру, а не кіч".   Для України актуально розвивати культуру, але не пити горілку. Культура лежить в основі ідейності й патріотизму. Вона є еліксиром політичних подій, політичного вдосконалення особистості. Ось ми сидимо в кав'ярні і не плюємо, де нам хочеться, хоч тут немає таблички: "Не плювати". Дорослішання відбуватиметься саме через культуру. Це "оброблення душі". Це треба робити через родинні цінності, вірність, любов. Людина мусить усвідомлювати, що не можна нехтувати певними соціальними заборонами.   Коли працювали в Раді нацбезпеки й оборони, що вас розчарувало?   — Був вражений недієздатністю цього органу. Наприклад, у Керченській затоці, де затонув російський танкер із мазутом, сталося тотальне забруднення акваторії Чорного та Азовського морів. Його оцінювали десь у мільярд євро. Україна могла отримати цей штраф від Росії. Я знайшов дуже хорошого юриста. Вона сказала, що на 70 відсотків гарантовано ми можемо отримати цю компенсацію. Склали план дій у суді, що мав відбутися в Анапі. Призначається засідання, треба надіслати туди юристів, оплативши відрядження на 2 тисячі доларів. Я даю запит в уряд. Він відмовляє, бо не бачить у цьому необхідності. Тоді прем'єром була Тимошенко. Ми зберегли 2 тисячі доларів і втратили мільярд євро, за який можна було не лише почистити канал, а й поглибити його, побудувати кілька санаторіїв.   Чому ваші пропозиції не підтримували в РНБО?   — Бо нікому це не потрібно. Більшість української еліти не зробить і кроку без "відкату". А в екологічних проектах їх майже не буває. Усі гроші супроводжуються чесним міжнародним аудитом.   Хоч щось вас потішило в РНБО?   — Був випадок, коли в одному одеському районі кримінальне угруповання намагалося взяти під свій "дах" сільраду. На голосування вони приходили з бейсбольними битами. Мовчки заходили, сідали і слухали, як триває розгляд питання. Ніби нічого не робили, але хід голосування змінювався в бік земельних питань, що ставилися цим угрупованням. Вдалося втрутитися. Через прокуратуру цих любителів бейсболу поставили на місце.   Після цього я зацікавився питанням бейсбольних бит. Зателефонував у фірму, що їх виробляє, спитав, скільки продають. Сказали: за місяць десять тисяч, а м'яч тільки один. Такий у нас дивний бейсбол.   Ольга Москалюк Экспрессия Fri, 5 Aug 2011 11:17:58 GMT http://www.vydrin.com/express/217835/ – Дмитрий Игнатьевич, как Вы оцениваете сегодняшнее положение Крыма? – Скажу без комплиментов: ситуация тяжелая и политическая, и социальная, и особенно экономическая, но не безнадежная. Я уже говорил о том, что у Крыма есть несколько путей развития.   Есть иллюзорные пути развития, к таким путям я отношу попытки вернуть в славное советское прошлое. Оно, наверное, действительно славное по многим параметрам, но возврат к нему невозможен. Эта попытка связана с сохранением госсобственности, каких-то рудиментов советских отношений, советской структуры и это, повторяю, нереально – точку бифуркации мы прошли.   Такой же иллюзорной попыткой является попытка полуслечь под западных инвесторов: все распродать квалифицированным западным людям и надеяться, что они для нас построят кусочек западного счастья на территории Крыма. Это нереально, потому что таких денег не хватит, такого климата у нас нет, как есть в Греции, в Испании, Турции, да и не хватит времени, чтобы дотерпеть до светлого счастья.   Поэтому Крыму остается пойти по собственному пути развития. Это единственный шанс, нужно обозначить этот путь и не сходить с него, каким тяжелым бы он ни был. Этот путь включает в себя отсечение тех элементов, которые являются рудиментными. Я бы сказал, что мы отягощены прошлым, прошлой инфраструктурой, которая не работает, а загнивает. На мой взгляд, не должно быть никакой госсобственности, никаких госдач, никаких закрытых нычек для избранных людей из правительства, из администрации президента, из парламента. Должна быть прозрачная собственность, чтобы было ясно, кто владеет, какие налоги платит.   Не должно быть такой ситуации, когда я как народный депутат приезжаю в Форос, пытаюсь зайти на территорию, а мне говорят, что это частная территория – парк, по которому я гулял еще в детстве. Я спрашиваю: а кто собственник? – А мы не знаем, кто собственник. Я делаю запрос в крымскую прокуратуру: кто собственник этого парка? Крымская прокуратура отвечает: мы не знаем, кто собственник парка. А как можно проводить изменения с анонимной собственностью? Можно лечить анонимного алкоголика, но нельзя заставить эффективно работать анонимную собственность. Поэтому должна быть полная инвентаризация Крыма: кому что принадлежит, как эта собственность им досталась. Нужно проследить, кому честно досталась та или иная собственность, а кому нет, нужно проследить, эффективно ли используется та собственность, которая досталась за копейки. Посчастливилось тебе приватизировать за копейки собственность, пусть даже по закону, так ты заставь ее работать, а не загнивать, ветшать и тому подобное.   Надо потихоньку перевести Крым, как это ни банально звучит, на рыночные отношения, где все имеет свою рыночную цену, где все эффективно используется, где у каждого объекта есть названный владелец, где владелец платит установленные законом налоги и отвечает за эффективное использование инфраструктуры. Крым должен получить свою базовую мечту, свою цель, как говорят ученные – свою парадигму, свою стратегию развития.   – В последнее время много сказано о стратегиях развития Крыма, одна из них даже начала реализовываться правительством автономии. А каким, на Ваш взгляд, должен быть крымский путь развития? – Крым должен создать свой продукт для продажи. Но какой это продукт – решать крымчанам, я могу лишь импровизировать. Например, я был на водопаде Джур-Джур и там мне дали одну из подсказок: когда я купался в одной из ванн – ванне любви – экскурсоводы шепотом мне сказали, чтобы долго не купался, так как эта ванна необычайно возбуждает мужские силы, потенцию. Так вот, я вижу такой вариант: перед въездом в Крым установить громадные плакаты «Крым – это геополитическая виагра! Будьте осторожны, потенция 200%. Рассчитывайте свои силы, потому что вернетесь другим человеком». То есть первое условие – это создание мифа, на который клюнет и поедет вал людей.   Я много раз говорил, что стратегия развития Крыма не может быть скопирована ни с Греции, ни с Турции, ведь есть климатические условия, есть ментальные, исторические условия и так далее. Мы можем скопировать способ рекламы, в какой-то степени взять пример с Греции. Бум на греческие курорты начался со знаменитых фильмов «Сиртаки», «Греческая смоковница», в которых греки показали свою страну, где все танцуют, где самые красивые женщины, самая экзотическая кухня и самый лучший климат. И под этот миф, эти фильмы они создали туристический бум.   Мы тоже можем использовать такие механизмы, но сутью стратегии должны быть свои цели и задачи. Наш путь лежит не в сторону Анталии, где за тысячу долларов ты покупаешь полный желудок и пустую голову. Таким путем не может быть и Греция, где за тысячу долларов ты покупаешь прекрасные вина, древнейшую культуру, приобщение к античности. Я думаю, что у нас, с использованием элементов и опыта Турции и Греции, должен быть свой путь, где главным брендом, главной ценностью должна стать атмосфера Крыма, которая всегда отличалась творческим мистическим началом.   Почему-то в Крым приезжали творить лучшие поэты не только Российской империи, но и других стран, почему-то в Крым приезжали творить лучшие писатели, в Крым прилетали лучшие изобретатели, в Крыму были изобретены многие вещи от противогаза, до ракетно-космической техники. В самой атмосфере Крыма, в самой намоленности Крыма, в своей сложной истории есть какое-то невероятное креативное начало. Это начало превращает Крым в громадный креативный полигон, громадную «силиконовую долину», где производят не технические компоненты, а производят мыслительные компоненты, не чипы для компьютеров, а где могут «производить» свежие мысли, из которых потом можно будет конструировать и новое общество, и новую науку, и новый подход к искусству им так далее.   Крым должен покрываться не сетью дешевых обжираловок, а сетью современных концертных центров, Крым должен наполняться современными фестивалями театральными, музыкальными – не важно, главное, чтобы высоко звучал элемент творчества. В Крыму должны проводиться главные фестивали всего постсоветского пространства, поскольку для всего постсоветского пространства Крым по-прежнему притягательная земля. В Крыму должен быть не один театр Чехова, который отремонтировал Лебедев, а в каждом городе должны быть прекрасные театры, с современным оборудованием, которые бы предоставляли свои сцены для лучших трупп Украины, России, Европы, Азии – начиная от китайского цирка и до шотландской национальной песни. Я уже не говорю про высокое театральное балетное искусство России.   Повторяю, если мы, как говорит молодежь, главной «фишкой» сделаем творчество, полную голову, а не полный желудок, тогда возможен прорыв, но для этого нужно два элемента. Первый элемент – разобраться с собственностью в Крыму, сделать ее прозрачной и эффективной, второй элемент – создать мечту Крыма.   – Возможен такой вариант развития, как превращение Крыма, к примеру, в международную военную базу? – Такой путь я не рассматриваю, потому что Крым никогда не будет военным. Никакой базы не хватит, чтобы на должном уровне нести инфраструктуру всего Крыма. Сегодня не хватает на инфраструктуру Севастополя, а тем более не хватит на инфраструктуру всего Крыма.   – А какое место сегодня уделяют Крыму в киевских политических, экспертных кругах? – Я писал в одной своей статье (и крымчане обиделись), что Крым сегодня – это полуостров с полусудьбой. В Крыму все с приставкой полу: полузаконченное строительство, полуотремонтированные дороги, полусозданная туристическая инфраструктура, полуреформированная собственность и поэтому у Крыма полусудьба. А полусудьба – это провинция, а провинция – это полужизнь, полузарплата, полумечты, полувозможности.   Крым не надо делать островом, но ему надо дать полноценную судьбу, где будет все без приставки полу-. В Крыму должна быть лучшая инфраструктура для отдыха, лечения, творчества, у Крыма должна быть своя базовая тема, которая была бы развита лучше и выше, чем у всей Украины. Крым мог бы взять на себя громадное направление и науки, и социальной сферы, а сегодня – политики и экологии.   В Севастополе когда-то был Институт южных морей и много лет я мечтал с коллегами приложить усилия, чтобы сделать его европейским или всемирным экологическим центром, который бы формировал кадры экологов для Украины, для всего постсоветского пространства, для всей Европы. Для этого был потенциал и кадровый, и ресурсный. Не знаю, может, сейчас уже все разворовано, разграблено. В этом направлении надо искать, а не в направлении каких-то химер, досужих фантазий и несбыточных иллюзий.   – Вопрос межнациональной напряженности в Крыму до сих пор не снят. К примеру, представители меджлиса не отказываются от идеи создания национальной автономии в составе Украины. Каково отношение киевской элиты к подобным целям татарских лидеров? – В Киеве это не является топ-темой, для кого-то – к счастью, для кого-то – к сожалению. В Киеве есть темы, которые киевская элита, киевский бомонд ставит на более важное место, чем внутрикрымские проблемы. Я этой темой не занимался, я вне контекста этой темы, поэтому у меня не может быть квалифицированного суждения по поводу того, чего я не знаю и в чем не разбираюсь. Я могу лишь сказать, что межнациональные проблемы возникают только тогда, когда нет большой консолидирующей цели для наций, живущих либо на территории одной страны, либо на территории субрегиона или региона. Если нет такой консолидирующей силы, тогда возникают идеи культурных автономий, национальных автономий или каких-либо других автономий. Поэтому надо не столько запретить татарам мечтать о том, о чем они мечтают, сколько их энергетику «переплавить» в некую общую крымскую мечту.   Видимо, не создана общекрымская мечта, которая увлекла бы татар и заставила бы забыть им о тех вещах, которые противоречат украинской конституции. А вот мечта, которая и совместима с украинской конституцией и обладает сильнейшей энергетикой, которая полностью увлекает и адаптирует витальную жизненную энергию и украинцев, живущих в Крыму, и русских, живущих в Крыму, и татар, живущих в Крыму, я пока такой консолидирующей мечты, даже не идеи, а мечты как таковой, не вижу. Экспрессия Thu, 2 Jun 2011 14:22:11 GMT http://www.vydrin.com/express/217832/ - Дмитрий Игнатьевич, на прошлой неделе президент подписал указ о красных флагах. Как вы считаете, это правильный шаг?    - Если для части людей красный флаг дорог, если они готовы даже умереть под этим флагом, их принципы нужно уважать. У меня был преподаватель, который говорил: «Лучше умереть под знаменем, чем под забором». Время изменилось, сейчас намного больше людей желают умереть под забором, чем под знаменем, но остались и те, для кого знамя имеет значение.   - Но есть и те, кто против.    - Всегда есть те, кто против. Я думаю, им тоже необходимо дать возможность беречь свои символы, если они не являются античеловеческими.   - Тем не менее некоторые политики предупреждают, что подобные законы могут привести к развалу страны. Такую перспективу, кстати, не исключают и астрологи. Например, Павел Глоба, предсказания которого вы не раз раньше цитировали, даже называет год - 2014-й.    - О прогнозах Глобы скажу так: раньше он угадывал, но после его слов, что в 2010 году к власти в Украине придет женщина в белом, я перестал его слушать. И если Глоба сейчас что-то предрекает, то поступайте строго наоборот, и у вас все получится.   - По его новой версии, к власти в Украине придет мужчина-военный…    - А он не говорил, что президентом станет мужчина в военной форме, который раньше был женщиной, но сделал операцию по изменению пола, а костюмы от Луи Виттона поменял на френч?   - Нет.    - Жаль.   «ЮЛИЯ ВЛАДИМИРОВНА УЖЕ НЕ В ФОРМАТЕ»   - Вы смотрели эфир Шустера, на который пришла Юлия Тимошенко? Многие эксперты раньше говорили, что в образе лидера оппозиции она будет чувствовать себя комфортнее, но после этого эфира такого ощущения не было.    - Во-первых, не стоит политикам приходить самим в телестудию, когда их не приглашают. Телестудия - это чей-то дом, там есть хозяин программы. Когда-то я жил на первом этаже в бывшей дворницкой квартире, все думали, что там живет дворник, и каждый день ко мне приходили 20 или 30 человек с просьбой дать стакан.   - Давали?    - Поначалу да. Но потом я понял, что есть вещи, которые, даже будучи сердобольным, нельзя нарушать. Это была большая ошибка Юлии Владимировны, поскольку она зашла не как политик, а как гражданин. И, наверное, это была слабость телеканала, который разрешил ей зайти.    А что касается ее харизмы, на мой взгляд, Юлия Владимировна оказалась заложницей своего формата. Значительная часть ее харизмы держалась на неком скрытом сексапиле: это и придыхание с легкой хрипотцой, и надрыв, и одежды, которые взяты в политику из других сфер жизни, значительно более легкомысленных. Но этот формат ей уже не по силам.    Я как-то рассказывал, что меня пугает в некоторых политиках. Например, в Яценюке то,что этот молодой, перспективный политик мгновенно постарел, минуя фазу зрелости. В каждом его выступлении я вижу нотки старческого брюзжания. В Юлии Владимировне меня пугают ее вечная молодость, неувядаемость и желание работать в нимфеточном формате. Мне бы очень хотелось с теплотой увидеть новые морщинки на ее лице, за каждой из которых стоит громадная проделанная работа по оценке своих ошибок и неудач. Ей надо стать такой, какая она есть на самом деле: человеком, сильно битым жизнью, которого предало громадное количество людей, и я в том числе. Не надо бояться быть старой. Старый человек всегда более внушителен.     «АНАЛИТИКОЙ, КАК И ЛЮБОВЬЮ, КАЖДЫЙ ДЕНЬ ЗАНИМАТЬСЯ ВРЕДНО»   - В одном из интервью вы рассказывали, что в начале 90-х политика решалась на кухне, в начале 2000-х - в дорогих ресторанах. А сейчас, судя по всему, она определяется на улице Банковой?    - Если проблему можно решать на кухне, она будет решаться на кухне, если в ресторане - значит, в ресторане. Возникнет другая ситуация, и политика может переместиться на улицу, не на площадь, потому что площадей у нас уже не будет. Но сейчас она решается на Банковой. Это не чья-то злая или добрая воля, это просто констатация факта, что главные инструменты, ресурсы и возможности собраны в одном месте. И хорошо, что нам известно это место. Попробуй раньше, пробегись по всем ресторанам, чтобы найти нужного человека! А сейчас знаешь: нужный человек сидит в своем рабочем кабинете.   - Как внештатный советник главы государства вы принимаете участие в так называемых ситуационных комнатах, которые раз в неделю проходят в Администрации президента. Совпадают выводы и прогнозы, которые звучат во время таких совещаний с реальными событиями?    - То, что мы проговаривали, носило, как правило, не стратегический характер, мы обсуждали вопросы тактики. Пока удачно, дальше посмотрим.   - Кроме вас, много экспертов принимают участие в таких совещаниях?    - Человек пять-шесть.   - А при Ющенко такая технология тоже использовалась?    - При Ющенко мы собирались каждый день, человек 30-40 экспертов. Хотя  заниматься аналитикой, как и любовью, каждый день вредно - притупляется свежесть. А раз в неделю - нормальный режим. Да и когда в зале много народа, это уже не обсуждение, а свалка. У Ющенко я ходил каждый день, но практически ни разу не выступал. А сейчас мне вполне комфортно. Каждый имеет свои законные 15-20 минут, чтобы закончить мысль.   ПОЛИТИКОВ ОПРЕДЕЛЯЮТ ВЫЗОВЫ   - По-вашему, кто из нынешних политиков может иметь перспективы в 2015 году?    - Не мы определяем политиков, их определяют вызовы. Условно говоря, если произойдет у нас что-то, не дай бог, с экологией, то следующим главным политиком станет какой-нибудь лидер партии зеленых, о которой мы вообще не слышали. Кстати, сейчас после «Фукусимы» в Японии движение экологов усиливается во всем мире, до Украины эта тенденция просто еще не дошла.    Или, к примеру, если завтра главным вызовом для нас будет продовольственный, то политиком станет какой-нибудь успешный фермер, финансовый - тогда воспрянут политики из банковской среды. Ну а если завтра на Украину нападут зеленые человечки, то главным политиком будет человек во френче. Какие будут вызовы - такие будут политики.   - И какие сейчас вызовы стоят перед Украиной?    - Сегодня наш главный вызов - это технологическое отставание. Я недавно был на заводе, который считается одним из лучших в Украине, и наблюдал такую картину: идет громадный ковш с расплавленным очень дорогим, ценным металлом, под ковшом лежит мужчина в фуфайке и палкой регулирует его направление. Мы каждый час стремительно отстаем от другого мира в технологическом развитии.    Почему все так дружно напали на Ливию? Потому что с ней можно расправиться в режиме компьютерной стрелялки. Ты сидишь около компьютера, отсылаешь беспилотные самолеты, которые там мочат террористов или антитеррористов, без всякого риска. И чтобы не было искушения напасть на Украину, мы должны иметь высокий военно-технологический уровень. Чем больше мы технологически отстаем, тем меньше шансов, что с нами будут считаться.   - Для этого нам и необходима модернизация?    - В том числе и модернизация. Хотя мне не очень понятна уместность этого слова, потому что модернизация предполагает наличие того, что необходимо модернизировать, а некоторые вещи нам надо начинать с нуля.   КСТАТИ   «Осенью будет колотить весь мир»   - Ваши прогнозы всегда были точными. Чего ждать Украине этой осенью?    - Как говорят мои любимые стюардессы: внимание, пристегните ремни, мы входим в зону высокой турбулентности. Осенью будет колотить весь мир, это связанно с энергоносителями - неизвестно, сколько будет стоить в мире нефть, газ, а соответственно, и продовольствие.    Кроме того, рассогласованы интересы нескольких крупных мировых игроков. Например, впервые между Штатами и израильским правительством я ощущаю ледяные нотки. При этом возникают новые мировые игроки. Китай явно не выполнит свои обещания и станет лидером не через пять лет, а через два года. Они нас обманывают! И как это повлияет на весь мир - еще неясно.   - Но это глобальные вызовы, а внутренние?    - Самое главное - это реформы, которые у нас неправильно понимают. В Америке есть такая фраза: война слишком серьезная штука, чтобы отдать ее военным. У нас экономические реформы отдали экономистам. Но ведь любые реформы начинаются с их философии. А у нас, говоря философским языком, пока даже не определен объект реформ - что мы реформируем, ни субъект - кто является их флагманом.    Я думаю, та модель реформ, которую сейчас пытается осуществить реформаторский блок правительства, порочна по определению, поэтому и закончится она порочно. И осенью это будет уже очевидно. Экспрессия Sat, 28 May 2011 16:52:47 GMT http://www.vydrin.com/express/217829/   — Дмитрий Игнатьевич, как вы считаете, что именно стало первичным мотивом для возбуждения дела против Кучмы? Это была личная месть, стремление поднять рейтинг власти, желание поставить точку в пленочной эпопее или, возможно, какой-то еще мотив?   — Я думаю, что впервые в Украине возникла ситуация, когда юридические инстанции, прокурорские, судебные начинают работать не в политическом, а в юридическом режиме. Я не юрист, у меня мало среди друзей юристов. Это специфические люди, с ними трудно уживаться. Но я прекрасно знаю, что в юридических инстанциях Украины лежат монбланы незавершенных дел. И они были не завершены как раз по политическим мотивам.   Но вдруг впервые прокурорские коллеги увидели, что им никто не мешает. Сделали первую попытку, оглянулись — а никто не дернет ли за фалды? Никакой политический босс или лидер? Оказалось — нет. Вот ситуация и начала раскручиваться, пошли в ход незавершенные дела. Кроме того, не следует забывать, что дела, связанные с убийством, не имеют срока давности. Следовательно, на ком-то висят… Раньше были «висяки», подвешенные на политические запреты. Сейчас запретов нет, и «висяки» стали падать в лузы расследования. Вы знаете, меня неоднократно спрашивали: вам не жалко Леонида Даниловича? Конечно, жалко. Безумно жалко, потому что немолодой человек, не дай Бог никому таких испытаний, таких публичных унижений. Как человека безумно жалко. Но любой политик — еще и публичная фигура, кроме того что он человек со своей частной закрытой жизнью. И когда ты идешь в политику, ты получаешь мандат на некую открытость своей частной жизни. И здесь уже жалость не работает.   — Насколько велика может быть подобная открытость?   — Мне в свое время довелось посетить квартиру канцлера Германии, и я был просто поражен тем, что на окнах не было занавесок. Причем примечательно то, что как раз в это время появились фотографии канцлера в трусах, журналисты через большое расстояние телеобъективами фотографировали его чуть ли не в неглиже. И знаете, как он отреагировал на эти фото? Он мне ответил: это специфика моей жизни. Пусть лучше будет фотография в трусах, чем фотография штор и надпись «За этими шторами происходят коррупционные действия».   Так что возвращаясь к делу Кучмы, могу лишь констатировать, что ему не на кого пенять, кроме себя. Ведь дело не в самих записях (пленках Мельниченко. — Ред.). Если бы на этих тысячах часов записей (а я их слышал) было бы примерно следующее: «Вы знаете, нам необходимо спасти „Турбоатом“. Это флагман украинской энергетики, мы должны найти любые средства, чтобы завод поставить на ноги, чтобы завод работал бесперебойно... Нам нужно построить новые мосты в Киеве, чтобы киевляне не испытывали неудобств в пробках… Нам нужно восстановить местные авиалинии, потому что это безобразие, что человек из Полтавы в Винницу на самолете не может прилететь…» — и так далее. То есть если бы проговаривали подобные вопросы, то какие проблемы?   А когда на этих тысячах часов речь идет о том, кто какой получил откат, кому сколько передать денег, у какого завода можно забрать акции, как эти акции переделить — то наверняка даже без Гонгадзе возникли бы проблемы. Поэтому я считаю, что главная защита государственного деятеля — быть государственным деятелем. И когда рядом с тобой стоят телекамеры, и когда нет телекамер, но сидят твои подчиненные, твои коллеги или зарубежные коллеги — везде оставаться государственным деятелем и Президентом. Но если ты государственный деятель для телекамер, а без телекамеры — ловчила (не хочу употреблять криминальных терминов), то есть человек, который постоянно занимается только личной выгодой, рано или поздно это приведет к подобным последствиям.   — Ну а чем дело может закончиться, как вы считаете? Кучму посадят, дадут условный?   — Я очень не люблю, когда легко и непринужденно используют такие слова, как «посадят», — речь ведь идет о судьбах людей. Если бы сейчас сидел здесь прокурорский работник и говорил вам: «Мне кажется, что вас посадят, потому что вами были превышены полномочия журналиста», то у вас бы кровь стыла в жилах, потому что это касается вашей судьбы.   — Согласен.   — Но мы очень легко говорим о чужих судьбах — дадут срок или не дадут, посадят… А на самом деле это жизненная трагедия, колоссальное испытание. Поэтому давайте щадить даже на словах чужие судьбы. А то, что будет происходить с ним (Л. Кучмой. — Ред.), — думаю, будет происходить по самому мягкому сценарию, потому что будет зачтен и возраст, и статус президентского поста, и количество международных связей… Но хуже тех испытаний и унижений, которые он уже пережил, уже вряд ли стоит ждать.   — То есть дело скорее всего дойдет до суда и…   — Тут говорить бессмысленно, мы с вами не юристы и можем напутать в терминах. Мы можем с вами говорить как бытовые психологи в психологических терминах. Поэтому я думаю, что хуже ему уже не будет. Свой катарсис Кучма уже прошел. Когда он оправдывался перед журналистами и телекамерами, он уже испытал колоссальное унижение.   — А остальные фигуранты дела? Например, Литвин?   — Не буду давать юридических гипотез — но думаю, что их психологические испытания еще впереди.   — Скажите, как на Западе восприняли обвинения против Кучмы?   — Есть два типа людей. Одни, склонные к сентиментальности, некой ностальгии, говорят, мол, были ж неплохие времена, времена больших надежд, иллюзий, пусть и не реализованных, которые символизировал именно Кучма. И сам он дядька неплохой, зачем вам трепать ему нервы?   Другие говорят: молодец президент Янукович, зачет! Потому что впервые президент Украины показал, что крупное юридическое дело в нашей стране может быть расследовано вне политического контекста.   Знаете, в свое время у меня выходила большая статья в «Зеркале недели», которая называлась «Что не должен делать Президент». Так вот, президент не должен руководить экономикой. Для этого существуют экономические законы, механизмы, структуры. Президент не должен руководить судами и прокуратурой. Для этого существует независимая юриспруденция. И так далее.   И я как раз тогда написал, что воля недеяния выше, чем воля деяния. Ведь не нужно большой воли президента, чтобы вмешаться в дела прокуратуры. Ему хочется вмешиваться, как хочется любому человеку вмешиваться в пределах досягаемости своей воли. И нужна колоссальная воля, чтобы не вмешаться. А я вам скажу, что те, кто знает политику, уверены, что у президента воля неслабая. Чтобы не вмешаться в эту ситуацию, зная, что это абсолютно заурядно и типично для украинских традиций, надо действительно всю свою волю собрать в кулак.   — А вообще как часто вы общаетесь с президентом, с главой Администрации?   — С главой Администрации общаюсь достаточно часто. Иногда раз в неделю, иногда чуть реже. Практически в еженедельном режиме у нас проходили так называемые ситуативные комнаты. С президентом, конечно, значительно реже.   — В последнее время фигура главы АП превратилась в некое воплощение абсолютного зла. То и дело в информационном пространстве возникают разговоры об очередном «сценарии Банковой». И дело Кучмы как раз вполне откровенно приписывают «Банковой»…   — Я думаю, что большинство проблем и интриг внутри аппарата возникает из-за зависти. Во главе администрации находится непривычно молодой для украинских политических традиций человек, непривычно образованный и непривычно креативный. Это не может не раздражать. Поэтому я думаю, что 90% или 96% таких слухов связано просто с завистью.   — В завершение разговора хотелось бы отойти от дела Кучмы и поговорить в общем о том, чего ждать стране. Когда может быть смена властной команды? В СМИ уже почти в открытую говорят об отставке главы Кабмина Николая Азарова…   — Мы не можем предугадать смену команды, потому что команду меняют не люди, а вызовы. Появятся внутренние и внешние вызовы, на которые команда будет не в состоянии ответить, — и она будет устранена. Сейчас пока в обществе, к счастью, а может к несчастью для кого-то, существуют вызовы такого калибра и масштаба, на которые эта команда худо-бедно отвечает.   В остальном… Я думаю, что сенсаций в ближайшее время не предвидится — ни позитивных, ни негативных. Мы перешли в режим устойчивой тряски, когда и некомфортно лететь, но и нет оснований для катастрофы и паники. Поэтому команда одна: пристегните ремни, не наливайте горячих напитков, чтобы не вылить себе на брюки, и готовьтесь к высокой турбулентности. Я думаю, что какие-либо изменения начнут происходить не раньше осени этого года.   — Почему с осени?   — Думаю, появятся вызовы принципиально иного характера.   — Насколько они могут быть связаны с геополитическим выбором между зоной свободной торговли с ЕС и Таможенным союзом?   — Я по образованию философ и подхожу к большинству проблем не с экономической, а с философской точки зрения. Не так давно на конференции в Харькове шла горячая дискуссия между сторонниками ЗСТ с Западом и сторонниками Таможенного союза с Россией. Аргументы исчислялись в миллиардах долларов. Одни говорили о миллиардах долларов, которые мы получим от Запада в виде кредитов. А другие говорили о миллиардах долларов, которые мы получим от Таможенного союза в виде снятия таможенных барьеров на нефть, газ и пр.   В ответ я им сказал: я не понимаю, о чем вы говорите. Я ни разу не видел миллиарда долларов в кэше, я не могу представить, что такое миллиард долларов, сколько он занимает объема, поместится он в грузовике, в портфеле или только в хранилище банка. Поэтому я не хочу оперировать терминами, которые я не могу представить и не понимаю. Но я понимаю другое — что продуктом любого производства являются и товарные изделия, и человек, который их производит. В данном случае актуально знаменитое положение Маркса, которое он сформулировал в «Философско-экономической рукописи» 1844 г. И для меня была бы оценка правильной, если бы мы проанализировали, какие предприятия будут работать и какой тип работника будет производиться в Украине, если заработает в полный объем Таможенный союз с Украиной, и какие предприятия будут восстанавливаться и работать в полную силу, если мы войдем в зону свободной торговли.   Если мы будем гнать на Запад только лес, кругляк и мочевину, то на тех предприятиях, которые валят лес и делают мочевину, будет производиться тип работника с сознанием на уровне неошкуренного кругляка и идеями на уровне мочевины. Если будут предприятия, где будут производиться сложные виды инженерной техники, авиационной, судовой техники, тогда и работник будет совсем другой.   Вот почему я прошу, чтобы сторонники каждой версии мне ответили аргументами, которые заключаются не в количестве товаров, которые будут вывозиться, и не в долларовом эквиваленте, а в том, какие предприятия заработают и какой тип работника будет там воспроизводиться. Я не услышал этого в полной мере ни от «таможенных» сторонников, ни от сторонников ЗСТ. Поэтому пока я не увижу эти аргументы, мне очень сложно судить.   — До конца года этот вопрос может быть решен?   — Нет, думаю, что нет.   — А могут ли данные вызовы быть связаны с ухудшением ситуации со свободой слова? Недавний конфликт в Kyiv Post, скандальная смена главного редактора в «Газете по-киевски»…   — Я думаю, что сейчас пресса стала заложницей корпоративных войн, где в качестве призов вывешены не высокий уровень информированности общества, высокий статус журналиста, высокая планка интеллектуальности журналистской мысли, а акции, контрольные и миноритарные пакеты, длинные контракты на рекламу и т. д. То есть все бонусы — экономические, но не психологические, не культурологические и даже не политические.   — Насколько велика вероятность того, что новые вызовы могут исходить от таких представителей оппозиции, как Юлия Тимошенко и Арсений Яценюк?   — Я мог бы сделать сложный анализ каждой фигуры — политический, психологический или другой, но я доверяю своим простым бытовым ощущениям, которые, как правило, не подводят меня, и при анализе их политического потенциала и будущего. Я думаю, что большая ошибка Яценюка в том, что он слишком рано постарел, — я это с болью констатировал, поскольку я ему симпатизировал и симпатизирую. Он из киндер-сюрприза, политического юноши и молодой политической надежды превратился в брюзжащего старичка, то есть очень юно выглядящего, но со старческой капризностью, брюзжанием, вселенским недовольством, возможно даже со старческими недугами. Это пугает и это ограничивает его шансы на политический успех.   А проблема Юлии Владимировны в том, что она не стареет. Поскольку даже железная женщина должна получать на лице подарки от времени в виде морщин. Потому что каждая морщина — это жизненный опыт, это некая мудрая и спокойная позиция, это всепрощение и умиротворение.   Поэтому как Яценюк меня пугает преждевременной старостью, так Юлия Владимировна пугает своей неувядающей молодостью. И то, и другое минимизирует их шансы на будущее. Экспрессия Tue, 17 May 2011 13:25:08 GMT http://www.vydrin.com/news/217823/ Произошло рождение нового ресурса под названием "Ронин". Эта площадка призвана стать аккумулятором, условно говоря, "кораблем" всех тех, кто хочет жить смыслами, а не наблюдать бессмысленность. Приглашаю всех активных, креативных и думающих присоединиться к ряду мыслителей. Место встречи ronin.com.ua. С нами интересно, с нами - смысл! Новости Wed, 11 May 2011 0:31:04 GMT http://www.vydrin.com/express/217820/ Прошел почти год с момента первого публичного провозглашения Президентом Януковичем "курса глубоких реформ и системной модернизации страны". За это время был обозначен список предполагаемых реформ и сделаны сдвиги в отдельных секторах. Но старт реформ в судебном, административном и налоговом секторах был серьезно дискредитирован отрицательной общественной оценкой. Сокращения в Кабмине и Администрации Президента надлежащего позитива не принесли, поскольку в обывательской среде практически не были замечены, а в экспертной - встречены с нескрываемой иронией. Как итог - реформаторский мотор фактически заглох, не успев набрать даже минимальных оборотов. О том, какой будет реформаторская политика команды Януковича в будущем, о судьбе политических ток-шоу и геополитическом выборе между ЗСТ и Таможенным союзом УНН рассказал советник Президента, политолог Дмитрий Выдрин.   - Дмитрий Игнатьевич, хотелось бы начать наш разговор с такой заезженной, но, тем не менее, актуальной темы, как реформы. В чем причина их пробуксовки, на Ваш взгляд?   - Я как раз не так давно закончил большую аналитическую разработку для Президента Украины. Надеюсь, что она будет прочитана, оценена, и, соответственно, возникнет какая-то реакция по ее итогам. Плюс я работаю над продолжением того, что я называю "философией реформ". Я много писал и говорил о том, что проблема Украины (и не только Украины) в том, что экономику доверяют экономистам, а это слишком важная сфера, чтобы доверять ее даже "главным экономистам". Как военное дело нельзя доверять военным. И проблема реформ заключается именно в том, что они были начаты с экономики, а не с философии.   - Проблема в грамотном пиаре реформации? Как в том анекдоте о разнице между хомяком и крысой?   - Проблема не только в пиаре, и не столько в пиаре. Главная причина в том, что реформаторы не объяснили самим себе, что нужно делать, не говоря уже о всем обществе. Ведь на базовые вопросы нет ответов. Прежде чем начинать реформы, нужно объяснить, кто будет субъектом реформ. Сейчас в Египте после революции идут реформы. Там субъект реформ уже обозначен - это военные. После известных событий в Тунисе субъектом реформ стал средний класс. Его представители возглавили все реформаторские должности. А у нас в Украине кто является субъектом реформ? Чиновники? Они против реформ. Мелкий бизнес? Он тоже, по сути, против реформ, так как его устраивает предыдущая ситуация, когда можно было практически не платить налоги и так далее. Крупный бизнес? Категорически против реформ, так как почти для всех крупных бизнесменов это гибель их бизнеса, который строился по лекалам явно не цивилизованного и, тем более, европейского уровня.   И я как раз пытаюсь определить и найти этот класс. А если этого субъекта в Украине пока нет, то пытаюсь скромно посоветовать и подсказать, как создать "реформаторский класс" и из кого его создать. Это непростая работа: и социологическая, и социально-психологическая.   - Неужели у нас нет даже намека на субъект реформ?   - У нас нет не только субъекта реформ, у нас нет даже объекта реформ. Что является объектом реформ? Собственность. А в Украине 96% собственности - анонимная. На последней встрече с нашими "реформаторами" я приводил пример, связанный с объектом реформ. Например, реформируем связь в Украине. Надо договариваться с главными игроками. Но мы даже не знаем, кто конкретно купил "Укртелеком". И с кем тогда договариваться? Или мы захотели провести реформу музыкальной сферы Украины. Мы собираем владельцев главных станций, но не знаем, кто покупает станцию "Мелодия"... И что мы будем реформировать, если у нас нет объекта реформ? Ведь целью каждой реформы является повышение эффективности работы собственности. Неважно, как она называется. Госсобственность - когда это социалистические реформы, частная собственность - когда это капиталистические реформы... А что мы реформируем в Украине, если у нас все анонимное?   - Тогда как можно символически обозначить нашу модернизацию? Путь в темноте, очковтирательство или...   - Это симулякр, попытка изобразить реформы. Но самое страшное, что люди, ответственные за реформы, имитируют их совершенно искренне.   - То есть они верят в истинность реформирования?   - Они занимаются имитацией перед самими собой, думая, что это реальность. Знаете, была когда-то насмешливая песенка во времена моего босяцкого детства. Извините за неполиткорректность, но в этой песне были такие слова: "Один американец засунул в п.пу палец и думает, что он заводит патефон". Так вот, наши реформаторы похожи на этого американца. Они думают, что заводят патефон, но в действительности палец совсем в другом месте.   - Но если есть вера в истинность реформ, то тогда с чем связано такое слабое информационное сопровождение? Возьмем хотя бы недавнюю реформацию Администрации Президента. Ведь максимально четкого объяснения причин сокращения количества заместителей АП и перевода большинства из них в статус советников Президента, судя по всему, так и не было. Иначе чем объясняется такое количество версий и вариаций вокруг реформации?   - Вы знаете, я человек совершенно не статусный, т.е. не стремящийся к статусу и не разбирающийся в статусах. Произошли какие-то события, связанные с оптимизацией работы аппарата. Но я в этом не участвую. Моя скромная функция - давать аналитический продукт, который можно пафосно назвать "предложениями" или советами для Президента и его администрации. Что я делал, то я и делаю.   - А чем именно Вы сейчас занимаетесь?   - Я участвую в "ситуативной комнате", где проговариваются важные проблемы на текущую перспективу. Я занимаюсь работой над отдельными проектами, которые, на мой взгляд, связаны с другой философией реформ или видением того, как нужно реализовывать реформы в Украине и что нужно делать в первую очередь. Занимаюсь немножко методологией. И в этом плане главный мой инструмент - это публикация книг, где есть и моя ироническая оценка происходящего, и моя методологическая оценка того, что нужно делать. Поэтому то, что я делал, я делаю. А то, что происходит в кабинетах администрации и за ее стенами, это не моя прерогатива. И я, честно говоря, не особо этим интересуюсь. Что же касается информационного сопровождения объяснения логики реформ, то, знаете, я довольно часто люблю объяснять свою позицию анекдотом. Это квинтэссенция народной мудрости, и сквозь призму анекдота многие обстоятельства начинают играть своими нефальшивыми гранями. Идет молодой человек по улице и слышит сверху голос девушки. Он поднимает голову и видит: девушка симпатичная стоит на балконе четвертого этажа и кричит: "Молодой человек, я вас боюсь!". Он спрашивает: "Чего вы боитесь, я даже докричаться до вас еле могу". А она ему: "Вы меня сейчас изнасилуете". Он говорит: "Ну позвольте, как же я вас изнасилую? Я на улице, а вы на балконе четвертого этажа…". Она: "Так я сейчас спущусь". Так вот, множество проблем следует из данной логики. Администрация Президента и много других административных учреждений - это, в принципе, достаточно закрытые корпорации, где перестановки являются их внутренним делом. Люди должны знать и видеть результат, а не то, в каких тайных кабинетах или коридорах эти результаты куются. Черчилль говорил, что парламент - это прямая кишка демократии. Поэтому, наверное, в прямую кишку даже демократии не надо заглядывать слишком часто... Поэтому, хотите жить спокойно - не спускайтесь со своего этажа на проезжую часть улицы без особой надобности. Знаете, один мой знакомый мясник говорит: если бы мы знали, как делается колбаса, мы бы ее не ели. Я думаю, что если бы мы постоянно смотрели, как делается политика, то у нас рвотный рефлекс чаще преобладал бы над аппетитом. Поэтому я считаю, что наши бесконечные политические шоу - это попытка постоянно заглядывать в колбасный цех. И от этого такое отношение к политике. А это уже явный перебор. Мы не должны часто заглядывать в колбасный цех, хотя мы, конечно, должны быть уверены, что там полная санитария, что там соблюдаются стандарты. Только стандарты колбасного цеха называются ГОСТами, а стандарты политического цеха - Конституцией. Мы должны знать, что их соблюдают. Но постоянно находиться в колбасном цехе, мне кажется, контрпродуктивно.   - То есть у политических ток-шоу нет шансов вернуть заметно угасший интерес аудитории?   - Они уже умерли, эти ток-шоу. Знаете, есть фантомные боли: потерянная нога периодически болит на плохую погоду, хотя ее нет. И то, что происходит в ток-шоу, - это фантомные боли. Неслучайно туда ходят политики, в основном, третьего эшелона, так как в ток-шоу крутится в основном ампутированная часть политики и политиков, которые сносили себя, свои идеи, мысли. Вы наверняка не вспомните за последние полгода никакой яркой мысли, которая была бы высказана и поразила бы вас на этих "телепупсиках".   - Вы знаете, я последние два месяца пытаюсь заставить себя, как и раньше, смотреть все ток-шоу в полном объеме. Не получается…   - А у меня не получается уже год. Я был недавно в Харькове на конференции, и журналисты меня спросили, какие политические передачи я смотрю последние полгода. Я ответил, что главная политическая передача называется "Охота и рыбалка". И там я получаю гораздо больше информации, чем из ток-шоу... Например, из этой передачи я узнал, что самец ласки, прежде чем заняться брачными играми со своей супругой, занимается любовью с другими ласками. И это называется "предварительные ласки". А вся наша политика - одни сплошные "предварительные ласки", где так и не доходит до главного: до жены, то есть до народа.   - И в завершение хотелось бы узнать о тех проектах, над которыми Вы сейчас работаете. Если это не секрет, конечно.   - Не секрет. Есть проекты разного уровня. Есть книга, которую я заканчиваю, она выйдет в августе. Книга называется "О политике бесспорно". Предыдущая книга называлась "О политике упорно", а это продолжение, фактически второй том. Это толстая и красивая книга, потому что в ней собраны иллюстрации лучших художников Украины. Но она будет немножко более серьезная, поэтому появилось слово "бесспорно". Там будут мои этюды, связанные с конкретными персоналиями украинской политики, их психотипами, их психоанализом и мотивацией поступков. Там будет большой блок моих афоризмов - я люблю иногда говорить не ямбом, а афоризмом. Там будут мои эссе, которые почему-то некоторые называют проповедями. Это 30 месседжей, где я пытаюсь выразить свои тревоги, пожелания, советы моему любимому читателю.     Экспрессия Tue, 10 May 2011 10:24:30 GMT http://www.vydrin.com/express/217822/ Часть вторая Вопрос касательно конфигурации власти. Вам не кажется, что сегодня регионалы подошли к той ситуации, с которой сталкиваются все победители? Помните, как Ницше говорил: «После опьянения победой всегда появляется чувство большой утраты: как, наш враг мертв! Даже потерю друга мы не оплакиваем столь глубоко». То есть, сегодня регионалы оказались в ситуации, когда видимых серьезных врагов нет и приходится очень изворачиваться, чтобы их придумать.   Нет, это не ницшевская ситуация. Такая ситуация происходит в Германии. Там, где люди воспитаны на Ницше. Я это говорю, как человек, защищавший диссертацию по Ницше. А мы воспитаны на Шолохове. По Шолохову «мочат» не врагов, а «мочат козлов». Так вот, когда наши победители «замочили козлов», которых они мечтали «замочить», возникла ситуация шолоховская. Потому как есть разная степень интеллектуальной гламурности. Одно дело ницшеанство, где все круто замешано на философии и высоком стиле, и, другое дело, - наша ситуация, где все замешано «на козлах», «на гречке», «на черноземе».   Можно сказать, что «шолоховщина» - это мутировавшее «ницшеанство», которое пустило корни на украинской почве. Хорошо, если «замочены» «все козлы», то исчезает та задача и цель, ради которой эти люди жили, уходит напряжение, которое держало их вместе. Проще говоря, если «козлы» исчезли, то возникает вопрос поиска этих «козлов» внутри самих себя. В связи с этим насколько велика угроза внутренней войны в Партии регионов? Вам не кажется, что в обозримой перспективе, когда рядом с «донецкими» нет врагов, создается ситуация их падения. То же дело Кучмы - как видимый признак проявления качественно новой ситуации, проявление внутренней борьбы в партии власти, нарушения нерушимых и незримых правил игры, которые скрепляли эту систему хотя бы с точки зрения интересов элит.   Не думаю. Потому что я немного знаю донецкий характер. У них очень высокое чувство корпоративности в собственной команде. Поэтому я не думаю, что они начнут поиски врагов внутри себя.   Если пойти по этой логике, то любая шахтерская бригада должна друг друга замордовать. Знаете, есть бригады, которые работают минимум по 10 лет. Я бывал на шахте, у меня много родственников там. Хотя у них много внутренних противоречий, немало было мордобоя на поверхности, но когда идешь в лаву, то все противоречия забываются. Поэтому, пока есть «лава» в виде бюджета, который можно осваивать, рубить, в который можно вгрызаться, я думаю, что все будет нормально. Главное, чтобы «лава» не иссякла. Я думаю, что у «донецких» есть позитивные цели:  для них это освоение колоссальных возможностей государства. Для них эта цель выше, чем внутренние дрязги и противоречия. Полагаю, что здравый смысл «донецких» говорит: «Ребята, власть очень классная штука, с помощью которой можно таких дел натворить для себя». Это упоение, в хорошем смысле, властью и освоение власти. Ведь они еще не освоили и десятой доли возможностей, которые дает власть. Им в руки попал прибор, с помощью которого можно делать много вещей. Им предстоит открыть много нового в этом приборе. Например, окажется, что он может летать или сделать тебя невидимым, или может быть скатертью самобранкой. Поэтому власть для них пока еще «черный ящик», который они могут осваивать многие годы.   Но они неоднородные. Фирташа нельзя назвать «донецким».   Да, но он тоже свой, тоже «в теме». Он выполняет там свою функцию.   Вы правильно сказали, что они находятся в состоянии упоения от власти, открывая все время для себя в ней что-то новое. Но при этом любая власть покоится на определенных столпах. Прежде всего, на легитимности масс, на которую она опирается. Если нет легитимности, то власть шаткая и на одном штыке не продержится.   У них нет проблем с легитимностью, вся конструкция сегодня держится на президенте. Он - самая легитимная фигура.   Да, но он теряет сейчас легитимность. Не в том плане, что он пришел нелегитимно к власти, а в том, что он теряет доверие народа и так далее.   Доверие и легитимность две разные вещи. Если бы Каддафи раз в 4 или 5 лет переизбирался на общих президентских выборах, у него не было бы проблем, в том числе и с Западом. Он был бы легитимным. Поэтому проблемы у президента возникнут тогда, когда он, отсидев свой срок 5 лет в президентской кресле, захочет еще 5 лет безвыборно в нем просидеть. Вот тогда возникнут проблемы.   Я имею в виду, что масса разочарована реформами и отношение к власти в целом негативное. По сути, сейчас ряд инициатив, которые они предлагают: возврат к смешанной системе выборов, поднятие процентного барьера для партий и т.д., - создают угрозу того, что даже минимальные возможности влиять на политическую систему, которые есть у простого человека, фактически закрываются. Игра в политику стала слишком дорогой. Вам не кажется, что они своими же руками закрывают легитимные точки входа во власть? Тем самым они создают революционные мотивации получать власть нелегитимным путем. Как говорил Гитлер, «когда правительственная власть все те средства, какими она располагает, употребляет на то, чтобы вести целый народ к гибели, тогда не только правом, но и обязанностью каждого сына народа является бунт».   Конечно, со стороны властной элиты есть желание строить частоколы вокруг себя. Это как Робинзон Крузо: сначала построил один забор, потом годик подумал, построил второй забор на два метра выше, а потом начал строить третий забор и так далее. Правда, когда дошло до конкретной ситуации, то оказалось, что через этот забор перелезть очень легко. То же самое происходит здесь. Да, они строят какие-то заборы вокруг себя, не понимая, что этот забор защищает их только от цунами определенного бала. Вот так и «Фукусиму-1» строили на 7 балов, а землетрясение в 9 балов легко перемахнуло через всю защиту. Так же и в политике! Невозможно просчитать высоту частокола, через который бы не перепрыгнуло цунами.   Поэтому, если будет запредельное раздражение властью, то это раздражение перепрыгнет частокол и в 4% и 5 % и в 15 %. Если будет критическая масса, то за нее будет голосовать 50 % и больше избирателей. Сейчас в некоторых европейских странах пришли  к власти силы, которые побеждали с 40 %. И смешно было бы со стороны власти строить против оппозиции частоколы высотой в 4 %. Резюмирую. Если будет маленькое недовольство властью, то частокол сработает, а если будет большое недовольство, то они уже не смогут построить частокол высотой  в 40 %. От предельного недовольства не защитит никакой частокол.   Было ли ошибкой со стороны Януковича дело против Кучмы? Потому что мне кажется, что унижение Кучмы в его возрасте и статусе, человека с громадными связями, несет угрозу самому режиму. Прежде всего, потому что подрывает те негласные конструкции, на которых покоился сам режим.   Сейчас, мне кажется, что Президент Янукович входит в тот президентский формат, который я считаю оптимальным. Много лет назад я написал статью в «Зеркало недели». Она была о том, чего не должен делать Президент. Там я в преамбуле писал, что все говорят и пишут о том, что должен делать президент, а нам нужно писать о том, чего не должен делать президент. Он не должен управлять экономикой, он должен следить только за тем, чтобы экономические законы действовали и выполнялись на территории страны. Президент не должен управлять судами, он должен следить только за тем, чтобы они были честными и как можно меньше брали взяток.   Так вот, президент вышел из сферы деяния и вошел в сферу не деяния. У меня такое впечатление, что он просто отпустил вожжи, на которых предыдущие президенты держали силовые структуры, включая прокуратуру. Когда он это сделал, то сама прокуратура начала работать в системе саморегуляции. Вот было недорасследованное дело, а оно начало расследоваться. Раньше затягивались шестеренки, потому что натягивались вожжи. Здесь же один оборот сделали - и никто не тормозит. Мне кажется, что прокуратура каждый раз, выходя на брифинги, ожидает голоса из-за кулис. А его нет. И все идем по саморегуляции. У них есть какие-то факты, улики, которые никто сегодня не выдергивает, не изымает. Им самим даже интересно к чему все это приведет, если все будет расследовано по логике права, а не по логике политики.   Но это может разбалансировать режим. Если отпустить вожжи и «кони» побегут с горы, то повозка и сами кони могут упасть в пропасть.   Тогда нужно следить какой уклон горы и какая повозка. Поэтому мне самому интересно, на что способно украинское право, которому на данном этапе ничего не мешает. Я почему-то уверен, что оно не понукает, потому что если бы понукало, то мы бы это чувствовали. Мне кажется, что все идет в режиме естественного процесса.   Как вы думаете, чем это дело закончится?   Мне кажется, что оно закончится помилованием. У президента есть право на помилование,  и я думаю, что если дело зайдет слишком далеко в режиме саморегуляции, то он может применить это право.   Давайте коснемся такой проблемной точки как Крым. Что изменилось на ваш взгляд в Крыму с приходом Джарты. Насколько удалось им качественно изменить реальность, говоря языком Андрея Клименко. Он говорил, что над крымскими элитами висит проблема маклерства, т.е. у них приоритет на расстоянии вытянутой руки. Поэтому они постоянно запутываются в тактических сиюминутных ходах. Насколько это создало иной фундамент для полуострова, или принципиально ничего не поменялось.   Я сужу опять же по косвенной информации, спрашивал того же Клименко, стало ли лучше в Крыму, он говорит что намного лучше. Стало лучше в том плане, что, как считают крымчане, беспредел канонизирован. Раньше беспредел был разлит тонким слоем по всему побережью, а сейчас он канонизирован в некие структуры. Есть структуры, которые действуют очень жестко. Однако они (эти структуры) известны и их можно обходить. Я надеюсь, что эти структуры положат предел этому тотальному беспределу. На каком-то этапе беспредел можно победить только беспределом.   Я вспоминаю ситуацию, которую мне рассказывали 15 лет назад. Когда босота в одном из маленьких курортных городков изнасиловала двух девочек-туристок, которые приехали из-за рубежа. Через 2 часа приехала бригада из Симферополя с битами, провела воспитательную беседу. Вследствие чего молодые люди были доставлены с увечьями в больницу и были выплачены компенсации изнасилованным девочкам. После такой экзекуции в этом городке не было ни одного нарушения в течении долгого периода. Наверное, это не самый лучший способ борьбы.  Возможно, было бы лучше, если бы девушки написали заявление в милицию, милиция это дело расследовала года два, как обычно. Потом нашли бы преступников, но не наказали бы, потому что они уже ушли в армию. Все происходило бы как обычно.   Сегодня похожая ситуация в Крыму: одной жесткостью, которая консолидирована в одних руках, побороли те мелкие злобные жесткости, которые были разбросаны по всему полуострову.   Лично я бы хотел, чтобы эта жесткость проявлялась не только по отношению к владельцам яхт-клубов, но и по отношению к тем, кто позабирал пляжи в Алупке, где я загорал еще подростком, и где сейчас все обнесено огромными заборами. И даже народному депутату нельзя получить информацию - кто является владельцем и на каких основаниях этот владелец огородил эти пляжи. Поэтому, если такая жесткость будет проявлена к тем, к кому хотелось бы применить с точки зрения простых крымчан, - то это единственная реальная возможность. Потом, может быть, возникнет полиция, которая возьмет на себя эти функции, или общественные организации, которые будут за этим следить.   После харьковских соглашений, несколько изменилась ситуация по пересечению интересов Киева и Москвы в отношении полуострова. Но в то же время дестабилизация на ближнем Востоке, очевидно, будет касаться и Черноморского региона, в том числе Крыма. То, что происходит на Ближнем Востоке и во взаимоотношениях Украины с Россией, на ваш взгляд, какие возможности это все дает Крыму, с точки зрения открытия его как ресурса?   Я думаю, что ситуация на Ближнем Востоке и на севере Африки дает одинаковые шансы резкому сближению Украины и России в геополитике, если будет единый взгляд на оценку событий. Если украинцы будут говорить, например: «Давайте вы, россияне, посылайте свои корабли, у вас их больше, и вывозите и ваших, и наших соотечественников» или: «Давайте мы загрузим корабли совместным гуманитарным товаром, который улучшит репутацию и Украины и России». В общем, возникает много возможностей для совместных действий.   Однако, если будет разный взгляд на геополитическую ситуацию, то это будет новая точка раздора. Можно привести такой пример. Если американский флот стоит на Кубе, то это колоссальное напряжение между США и Кубой. И если американский флот в Японии - это колоссальный фактор сближения Японии и США. Так что если оценка будет одинаковой, то Крым будет точкой сближения, и наоборот.   Скажите, а на каком этапе сейчас эта оценка? Например, сейчас четко обозначился конфликт внутри России. Когда Медведев дает одну оценку событий в Ливии, а Путин - другую. И это очевидная проблема. В то же время Украина, как мне кажется, вполне удовлетворяет американцев и даже можно сказать, что никогда еще американцы не были так удовлетворены политическим режимом в Украине. Поскольку можно получить много вещей, не заморачиваясь по поводу управляемости здесь, как это было при Ющенко, когда не было ясно - кто ответственен за выполнение договоренностей.   Может быть, я сильно ошибаюсь, но мне кажется, что ЕС больше устраивает линия Путина. Поскольку европейцы понимают, что при Путине маловероятен распад России и возникновение политических процессов, которые прекратят поставку энергоносителей из России в Европу.   Американцы в большей степени ориентированы на Медведева, потому что его правление - это большая вероятность возникновения центробежных процессов в России. Естественно, это ослабление России и Европы как конкурентов. Поэтому украинской элите надо определяться - с кем они хотели бы больше играть. Если с Европой, то тогда политика Путина будет ближе, а если с Америкой, как Польша, то ближе будет политика Медведева.   Последний вопрос. На ваш взгляд, можно ли говорить сегодня, что Крым как источник перманентного перенапряжения, болевых посылов для украинского государства рассосался. Сняты ли с повестки дня те проблемы в Крыму, которые продвигали его как фактор дестабилизации и подрыва украинского государства?   Оказалось, что проблему крымской элиты могут решить 3-4 охранника. Когда в Крыму был премьер-министр, у которого не было охранников, которых боялись, то в Крыму было беспокойно. Сейчас появился премьер-министр, у которого появилось 2-3 охранника, которых боятся депутаты крымского парламента, боятся многие министры крымского происхождения. Фактически эти 2 или 3 охранника сняли всю проблему. Это свидетельство потенциала крымской политической элиты.   Беседовал Юрий Романенко                  Экспрессия Fri, 22 Apr 2011 14:36:04 GMT http://www.vydrin.com/express/217807/           Что такое власть в современном мире? Благо или зло для Украины ее черноземы в современном мире? Когда коррупция является благом? Почему бюст Веры Ульянченко мешает украинцам заглянуть за горизонты? Эти и другие вопросы – в первой части  беседы с известным украинским политологом Дмитрием Выдриным. Когда-то Вы сказали, что президент на самом деле имеет всего лишь 10 % власти в стране. Получается, что человек, который получает самую высокую должность в государстве, на самом деле, ограничен при принятии решений. Однако сегодня мир вошел в такую фазу, когда меняется само понятие власти. Если раньше мы понимали власть как власть короля, парламента, президента и так далее, то сейчас даже на примере Ближнего Востока мы видим, что это далеко не так. Когда ВВС показывает неких людей, создают картинку, а потом на основании этой картинки предпринимаются определенные действия, притом, что картинка не имеет ничего общего с реальностью. Таким образом, меняется суть власти, ее акторы. На Ваш взгляд, кто же является сегодня основными субъектами власти? Я думаю, что сейчас сохраняется, и будет сохраняться, в ближайшее время двухполюсный мир. Только он уже будет не в виде геополитических полюсов, а в виде метафизических полюсов. Между двумя полосами натянута проволока власти, по которой ходят смелые канатоходцы элит, политиков. Одним из таких полюсов является государство. Оно имеет возможность легально применять насилие, в отличие от любых других преступных группировок и легально печатать деньги в отличие от других фальшивомонетчиков. Это колоссальный ресурс Легальное применение власти и возможность легально делать деньги, надувает субъект обладающий возможностями невероятной силы. Не один самый здоровый сельский парубок, выйдя из колыбы, не сможет отлупить маленького плешивого милиционера, у которого есть при себе оружие, и он имеет право легально применять это оружие. Поэтому сила государства будет сохраняться, до тех пор, пока государство имеет возможность применять организованное насилие и имеет возможность печатать деньги. С другой стороны возник полюс, который называется «транснациональный интерес». Где нет еще пока возможности легально применять насилие, но транснационалы над этим работают. Например, полным ходом идет создание частных армий, которые сейчас воюют в Ираке и выполняют 90 % грязной работы. Это международные корпорации, офисы которых зарегистрированы в Канаде, США, Европе, Англии. Самое главное, что непонятно, кто ими владеет. Сегодня транснациональные корпорации приблизились к возможности легального насилия. Рано или поздно эти корпорации начнут печатать деньги. В Америке опять стал вопрос о том, могут ли частные лица печатать деньги. Сейчас они говорят - нет, но может быть, завтра они скажут - да. Я не исключаю, что возникнет аналог резервной системы, который будет работать под крышей международной корпорации, под крышей государства и будет печатать такую же устойчивую валюту, как евро, который тоже уже не привязан к государственному образованию. Поэтому вся архитектура власти будет создаваться на этой растяжке. В детстве меня забавлял сосед разными конструкциями, которые создавались из ниток, натянутых между пальцами. Потом гениальный Курт Воннегут написал роман «Колыбель для кошки», где главный герой умел создавать из натянутых между пальцами ниточек некую колыбель для кошки, сложную конструкцию, в которую можно было положить маленького котенка. Вот я думаю, что сегодня свою колыбель для кошки или для кота власти уже натягивают. Колыбель будет натянута между государствами, которые не утрачивают свои силы и корпорациями, которые этой силой наливаются. Последнее решение европейско-еврейского конгресса о создании собственного парламента, это фактически создание таких структур, это аналог Европарламента, только не привязанного к конкретным государственным образованиям. Так что процесс пошел.   Сейчас не только на постсоветском пространстве, а вообще в мире царствуют эсхатологические настроения о конце света, грядущих войнах, мировом правительстве и так далее. Насколько в этих процессах, которые мы сейчас видим на Ближнем Востоке, кризисах, связанных с фондовыми рынками и т.д., соотносится управляемость, наличие кукловодов, дергающих за ниточки, и неуправляемость, которая является следствием неурегулированных конфликтов различных субъектов. В результате возникают самые различные проблемы, в том числе и глобального уровня. Проще говоря, если ли сегодня мировое правительство, которое управляет этими процессами? Такого правительства нет и быть не может. Дело в том, что мир устроен от объективного к субъективному, а не наоборот. Мы можем с вами кидать камень на какое-то расстояние, но расстояние, на которое мы кинем камень зависит от всемирного тяготения. Мы с вами неспособны создать всемирное тяготение. Мы можем его только использовать, кидая камень. То же самое касается и социальных и политических процессов. Никто не в силах создать законы, управляющие социальными политическими процессами. Но есть люди, которые умеют использовать эти процессы. Один кидает камень на сто метров, используя закон всемирного тяготения, а другой кидает на 10 метров, используя тот же самый закон. Поэтому всегда находятся субъекты, которые эти законы умеют почувствовать раньше и использовать лучше, чем это делают другие. Ситуация которая возникла сейчас в арабском мире показывает что западные страны стали более агрессивно проявлять свои интересы. Есть предположение, что это связанно с тем, что формы старого управления странами третьего мира не работают, то есть в условиях кризиса они стали высокозатратными. Западные элиты не хотят спонсировать дальше всю эту коррупцию режимов, на которую они опираются. Плюс еще возник вопрос, связанный с ресурсами, которые Китай, имея огромное количество денег, скупает на корню. В связи с этим, произошел возврат к старым добрым инструментам в виде прямого силового вторжения, форм старого колониализма 18-19 века. На ваш взгляд, означает ли это, что в ближайшие 15-20 лет нас ждет эпоха сырьевых войн? Стоимость различного сырья стала настолько критичной, что нет других возможностей для западных стран использовать свое преимущество в военно-политическом инструментарии, для того, чтобы эти ресурсы взять, удержать. В связи с этим возникают вопросы по поводу Украины, которая является значимым сырьевым объектом на мировой карте. Я думаю, что воюют не за сырье, и в ближайшее время не будут за него воевать. Воюют за прибыль, которую можно получить на этом сырье. Условно говоря, сегодня на ближневосточной нефти можно сделать прибыль выше, чем на украинском лесе. Я вот недавно был в Карпатах, ко мне обратился знакомый чех, который завез в Украину инвестицию в виде современных технологий, который хотел платить белую зарплату рабочим, хотел платить налоги и так далее. Он недоумевает, почему Украина вывозит кругляк, который стоит, условно говоря, 100 евро куб., а не вывозит мебель, где лес уже стоит тысячи евро. Он привез оборудование, которое позволяет делать мебельные конструкции высокого качества, на которые есть высокий спрос в ЕС и так далее. Он здесь работает уже 16 лет и не может наладить производство. Потому что у него вымогают взятки. Он уже даже пошел на дачу взятки под прикрытием УБОБ, а сейчас не знает, что делать с этими деньгами, потому что на них пометки соответственные, а это 70 тысяч евро. Я задал вопрос ему, не устал ли он 16 лет бороться? Сказал, что все еще надеется. Так вот почему за Украину не идет такая борьба как за ближний Восток? Потому что на ближневосточной нефти можно за 16 лет заработать тысячи процентов. А на украинском лесе ничего не заработаешь. Потому что уровень вязкости нашей коррупции в тысячи раз превышает уровень вязкости ближневосточной коррупции. Там подкупив одного чиновника, ты смазываешь весь механизм. У нас подкупаешь десятки или сотни чиновников, которые часто меняются. На Ближнем Востоке режимы меняются раз в 30 лет, и купив одного чиновника можно спокойно работать, а у нас меняются раз в год. Поэтому за украинские ресурсы борьбы не будет. Заработать на украинских ресурсах невозможно. С землей будет также как с лесом. Ни один иностранец не сможет оборачивать землю в прибыль. Потому что возникнут колоссальные претензии у сельсовета, у райсовета, у налоговиков, у санитарных инспекторов, у экологов. Поэтому ни один иностранец не сможет делать высокую прибыль в этой сверхагрессивной и сверхвязкой среде. С точки зрения экономики коррупция - это ужасное зло, но, видимо, с какой-то точки зрения - это благо для геополитики. Вот в Белоруссии есть несколько территорий, где не ступала нога фашистского захватчика, но не потому, что они такие плохие бойцы, а потому что танки Гудериана просто вязли в селах, где не было ни дорог, ни даже направлений. Поэтому нас они не возьмут, все эти «гудериановские тигры», они увязнут на подступах к нашим черноземам. Два метра чернозема - это тот слой, куда можно закопать любого инвестора вместе с эго банковскими счетами, яхтами, самолетами и всем остальным. Поэтому думаю, нам это не грозит.   Но, на самом деле, тот же Каддафи был крепким орешком, который хорошо окопался и пытался играть по правилам своей территории. Но, в конечном итоге 35 % доли ливийской нефти для Саркози перевесили любые рациональные доводы о дестабилизации Европы в случае ливийской кампании. Франция пошла в Ливию и начали взламывать этот режим. Вам не кажется, что относительно Украины появился еще один фактор - это проблема с продовольствием на арабском востоке, где есть страны, которые львиную долю продовольствия импортируют. Рост цен на продовольствие создал напряжение, которое все дальше толкает вверх цены на него. То есть по большому счету появляется мотивация, чтобы взламывать те режимы, которые не дают прямого доступа к нужным мировому рынку ресурсам.   Одно дело взломать режим, а другое дело взломать ментальность. У меня есть много знакомых бизнесменов, которые много лет поставляли в Ливию медные трубы. И они мне говорили, что более прибыльной страны, чем Ливия не было в этом направлении. Во время рассчитывались, покупали по высоким ценам и так далее. Я думаю, что Каддафи погубила высокая норма прибыли, которая возникала в его стране, где была высокая покупательная способность и высокие стандарты жизни, что заставляло делать качественное жилье, и так далее. Поэтому возникло масса других претендентов. Мои друзья австралийцы и зарабатывали очень хорошо, и скорее всего у французов возник вопрос, а почему именно австралийцы зарабатывают, а не мы. Но опять-таки, попробуйте заработать на трубах в Украине. Вы завязните в этом всем и не пройдете ни огонь, ни воду. Поэтому невероятной вязкости наша среда, она нас обезопасивает и к нам за продукцией ринутся в последнюю очередь. Возникла тяжелая ситуация в мире с продовольствием, сотни фирм ринулось в Украину, а правительство ввело квоты, должны были отменить их 31 марта, но не отменило. Хотя тысячи людей на границах ждало отмены этих квот. Поэтому при таких условиях нас никто не завоюет.   Ваша характеристика того, как Каддафи ведет борьбу? Насколько он успешно сопротивляется противникам более мощным по своим ресурсам, потенциалу и так далее? С Каддафи очень сложный процесс. Каддафи, это компьютерная эволюция наоборот. Возьмите, почитайте или послушайте речи Каддафи, когда ему было 27 лет. Перечитайте обращение молодых офицеров к своей нации, которое писал Каддафи. В первой строчке обращения были такие строчки: «Соотечественники, мы начинаем борьбу за ваши сокровенные мечты». Сейчас Каддафи говорит, что если мы победим, то все по-прежнему будут обеспеченны хлебом, рисом и прочим. Он не понимает того, что интуитивно понял, но не до конца Обама, и то что понял политолог ВыдринJ. Когда Обама сказал, что на севере Африки началась эволюция пирамид, то политолог Выдрин его поправил, сказал что борьба идет не за пирамиды Хеопса, а за пирамиду человеческих потребностей. Первый уровень - это вода, еда, секс, второй уровень - это социализация, третий уровень, это безопасность, а седьмой наивысший уровень это потребность в самореализации и потребность в высоких планках мечтаний. Человек за мечту всегда сражается более яростно, чем за хлеб. Так вот 27 летний лейтенант Каддафи сумел тогда вывести еще маленькую нацию на улицы, в пустыни и смести королевский режим. Потому что он вел их сражаться за мечту. Сейчас он пытается сохраниться, цепляясь за фундамент пирамиды, а можно удержаться, сражаясь только за вершину пирамиды. Поэтому у Каддафи есть еще шанс, если он перевернет эту пирамиду, вернется в свою 27-летнюю молодость и скажет гражданам Ливии, что мы совершили ошибку, поставив утилитарные прагматические вещи во главе нашей нации. Хлеб - это конечно важно, и хлеб всему голова, но мышление в этой голове создает не хлеб, а создают мечты. Поэтому голову нашей нации я хотел бы наполнить новыми мечтами. Мечтами о нашей независимости, а нашем свободолюбии, о нашем новом покорении пространства, где пространство будут покорять не верблюды, а нанотехнологии. И люди ливийского происхождения, которые закончили гарвардские университеты, и многие другие престижные университеты, услышали бы его. У него был бы шанс сплотить нацию, если бы он начал бороться за седьмой уровень пирамиды. Сейчас он не сплотит нацию даже вокруг нефти, но он мог бы сплотить нацию, создав сильную, мощную мечту. Как в свое время создал Че Гевара. Наверное, парадокс жизни заключается в том, что юноша осуществляет революцию и делает прорыв, и этот же юноша, становясь старцем, он свои же идеи хоронит под бременем сугубо утилитарных и сугубо пошлых мечтаний. Я знаю только один случай, когда юноша с возрастом не стал прагматичным дряхлым старцем - это Дон Кихот. Он сегодня бы в Ливии победил. Потому что он бы показал Ливии, как надо разбивать ветряные мельницы, которые называются Ф-16 и так далее. А Санчо Панса в Ливии не победит. Поэтому Каддафи, сегодня работает в формате Санчо Панса. Рассудительного прагматичного старца. Ему надо вернуться в формат Дон Кихота, только в таком формате сегодня можно побеждать.   Давайте, это все экстраполируем на нашу сегодняшнюю реальность. Недавно мы все слушали послание президента, насколько там была заложена такая мечта?   Я говорил и буду говорить, что мы еще не прошли точку бифуркации, между Дон Кихотом и Санчо Панса. Мы не должны удариться в полное донкихотство и видеть кругом чудовищ вместо украинских элеваторов. Но очень страшно, если мы станем Санчо Панса, который может только считать мешки с гречкой. Эта точка бифуркации не пройдена, но она может быть пройдена. Это будет страшно, потому что украинцы еще более мечтательная нация, чем арабы. За мечту они будут воевать и уничтожать своих оппонентов еще более жестоко, чем шахиды. Поэтому очень опасно заиграться в меркантилизм там, где от тебя ожидают романтики и мечтаний. Поэтому я думаю, что президенту над этим надо работать. Если обобщить, то президентское послание с точки зрения сверхцелей было в духе Санчо Панса, а по форме носило донкихотский характер. В том плане, что этот посыл был оторван от реальности. Дело в том, что для меня Дон Кихот не содержит ни одной негативной ассоциации. Поэтому это послание было и в духе Санчо Панса, и по форме Санчо Панса. Единственное, что его смягчило это празднование 50-летия Гагарина. Потому что в странах, где празднуют покорение космоса и празднуют красиво, имеет шанс, а в странах, где празднуют 50-летие создания национального сорта копченой колбасы, то такая страна шансов не имеет.   Поэтому еще есть потенциал у власти и у населения потенциал борьбы за высокое, потенциал борьбы за горизонт, а не за чернозем, не за то, что под ногами. Мы должны забыть, что у нас под ногами чернозем, иначе мы в этом черноземе утонем по пояс, а потом с головой. Мы должны помнить, что у нас громадная страна, где есть горизонт, и мы должны уметь заглянуть за этот горизонт. Я недавно читал «Украинскую правду», и меня потрясла одна вещь. На главной странице громадными буквами было написано, что возбужденно уголовное дело против Веры Ульянченко. Через 2 часа такими же буквами написано, что не подтвердились подозрения по поводу возбуждения уголовного дела, а внизу маленькими буквами новость, что на «Фукусиме-1» произошел выброс радиоактивных материалов и смертельную дозу облучения получили 50 ликвидаторов. Что появился радиоактивный йод и в Тихом океане, рыба будет отравлена, что вместо васаби нам будут продавать радиоактивный соус. Я уже писал об этом, что работал с Верой Ульянченко и знаю, что она примерно 1.62 ростом на каблуках. Так получается, что все мы украинцы ниже ростом, чем Вера Ивановна. Потому что, куда бы мы не смотрели, нам мешает бюст или голова Веры Ивановны. Мы не только Фукусиму не видим, мы не видим даже то, что радионуклиды движутся в сторону Украины. Вот что страшно. Мы не должны быть ниже Веры Ивановны, даже при всем уважении к Вере Ивановне. Мы должны быть намного выше, а наш рост становится все ниже и ниже. Мы стали карликами: экономическими, геополитическими, и карликами моральными. Потому что если бы мы были гигантами, то сказали бы хрен с ним, с этим делом против Веры Ивановны. Мы видим сейчас что в Японии тысячи людей без крова, мы видим как дети спят в ужасных условиях, мы видим, что им холодно, мы видим, что они душ принимают раз в месяц. А у нас бывшие пионерские лагеря пустуют, там есть сотни тысяч мест, мы готовы сейчас их принять, готовы сброситься деньгами. Вот какого уровня должны быть украинцы. (Конец первой части интервью)   Беседовал Юрий Романенко Экспрессия Tue, 19 Apr 2011 18:03:29 GMT http://www.vydrin.com/express/217781/ Дмитрий Игнатьевич, давайте помечтаем сегодня о будущем человечества, хотя бы на ближайшие 50 лет…   На ближайшие 50 лет, боюсь, не получится, я себя там не вижу (смеется), а вот на ближайшие 20 - я готов. При этом предлагаю вначале «нырнуть» на 30-40 лет назад и уже потом «прыгнуть» вперед. Я объясню, зачем нам нужен такой разгон. Мало кто почему-то анализирует, а еще меньше тех, кто пишет о том, что произошло в 80-е годы прошлого века. Я часто думаю об этом времени, и, на мой философский взгляд, именно в нем исчерпались два главных глобальных мировых проекта. Во-первых, ушел в историю грандиозный проект «Советский Союз». При этом я имею ввиду не десакрализацию большивистских вождей и их идей. Здесь я говорю о грандиозном по замыслу проекте - попытке освободить энергию человека, связанную с восторгом, пафосом и величием коллективного труда. Коллективный труд - это и колоссальный наркотик, и колоссальный энергетик, и колоссальный жертвенный храм, и колоссальный источник разочарования. Я имею право говорить об этом, так как проработал некоторое время вальщиком леса на строительстве Байкало-Амурской магистрали. Я пропустил через себя эту дрожь восторга коллективного труда, которую, на мой взгляд, лучше всего описал Андрей Платонов в романе «Котлован», говоря о том, что не весь человеческий организм, но все клетки и волокна человеческого тела пропитываются пафосом космического коллективного труда. После БАМа у Советского Союза не было больше ни одного настолько воодушевляющего и завораживающего проекта. Поэтому, полагаю, с «окончанием» проекта БАМ «скончался» и СССР. БАМ - это восторг, который окончился разочарованием, пафос, который обернулся глумлением, и трепет, превратившийся в цинизм. И выше этого проекта ни пропагандистски, ни философски Советский Союз уже подняться не смог. Все страны, которые находились тогда в ауре коллективистской парадигмы, так же вдохновлялись нашим примером, но так же впоследствии и разочарованы в нем…   Но ведь все наши «бамы» изначально были утопией…   Вся идеология и пропаганда - это изначально утопия, но она потрясает! Люди способны испытать реальный подъем, реальный восторг и совершать реальные поступки, находясь во власти утопических идей лидеров государств, и это происходило повсеместно. Когда начальник нашего участка на БАМе, напутствуя нас, рассказывал о тех трудностях и лишениях, которые нам предстояло испытать, нас это не пугало, а воодушевляло до самой глубины души…   Это напоминает мне терпение и смирение верующих в загробную жизнь людей. Индусы, например, очень не против разбогатеть в этой жизни, и об этом они просят своих богов. Но если боги не отвечают - они спокойно ждут следующей жизни, то есть фактически смерти…   Не случайно же коммунизм заменил собой религию! И дело даже не в том, что «верующие» в коммунизм заботились о будущем своих детей и внуков и мечтали видеть их в «коммунистическом раю». Там был другой психологический феномен. Я, например, не жалею, что участвовал в строительстве БАМ, так как испытал многие чувства, которые не всколыхнулись бы во мне ни при каких других обстоятельствах. Когда в постсоциалистический период я перешел в разряд «офисного планктона», а позже - к своим личным проектам, я, конечно, испытывал много удовольствий, радостей и самоактуализации, но совсем в другом масштабе и совсем на другом уровне пронзительности и воодушевления.   Вы имеете ввиду даже крупные творческие проекты?   Даже их. Потому что никакой личный проект не заменит восторга, подъема и синергии коллективного проекта во имя идеалов, в которые верят члены этого коллектива. Таким образом, я считаю, что в 70-80-е годы СССР прошел свой «пик коммунизма». Но параллельно, как это ни парадоксально, свой «пик капитализма» прошел и идеологический оппонент Советского Союза - Соединенные Штаты. То есть и второй главный мировой проект, возможно, не так быстро и не так явно, но также неуклонно стал терять свою силу. Великий идеологический эксперимент, где основная ставка была сделана на индивидуализм и творческую энергию одиночки, высвобождающуюся в условиях свободы и демократии, исчерпал себя. Наш БАМ больше не мог создавать воодушевление мечтой коллективизма, их Голливуд перестал мотивировать одиночек. Произошло это по причине того, что рядовой американец стал иметь фактически все то, что имели голливудские «загробные» герои. «Рядовой» американец уже мог позволить себе такие же тачки, такие же виллы, такой же бананово-пляжный отдых, как и удачливые персонажи фильмов об «американской мечте». С этого момента и в США начался кризис мечты. я читаю специальную литературу по экономике, искусству, философии и прихожу к выводу, который подтверждается многочисленными исследованиями специалистов, что с конца 80-х фактически ни Америка, ни советско-постсоветское пространство не создали больше ничего значительного ни в одной из областей науки, культуры и общественных дисциплин. Видимо, по причине того, что весь потенциал мечты уже был исчерпан - и там, и здесь.   Однако за последние 20-30 лет научно-технический прогресс видоизменил наш мир полностью. Как Вы можете это объяснить?   Я могу это объяснить эксплуатацией открытий, которые были сделаны до 80-х годов прошлого века. Мобильные телефоны, компьютеры, ноутбуки, Интернет, любые «нужные вещи» современного мира - это прошлые изобретения, которые сейчас «дожевываются» или даже деградируют. Как пример деградации некогда прогрессивных отраслей назову аэрокосмическую. Сегодня люди не мечтают не то что к звездам лететь, даже повторно высадиться на Луну возможности не возникает. Никто уже не рассчитывает летать из Европы в Америку за 3,5 часа, потому что утеряны такие технологии, как были использованы при конструкции знаменитого Конкорда и нашего аналога, кажется, Ту-160 (это тот самолет, который когда-то пролетал расстояние от Москвы до Ташкента за 2,5 часа). И люди фактически смирились с современным научно-техническим регрессом, который камуфлируется частными достижениями при отсутствии прорывных изобретений и идей.   Вы думаете, что все так безнадежно?   Вот приехали ко мне знакомые индийцы, как к председателю украино-индийского делового совета, - они делают стенды для испытания авиационно-космической техники, - чтобы заказать у нас оборудование, которое выпускалось еще при СССР. Думали, что сегодня сотрудничество можно обновить на более высоком уровне. Так вот, оказалось, что мы даже «железа» такого уже сделать не можем, не говоря уж о более сложном софтпродукте! Мы уже не можем создавать механизмы с теми допусками, что когда-то делали обыкновенные токари 6-го разряда!   По поводу токарей и других высококвалифицированных специалистов, способных виртуозно работать руками, уже давно говорят не о кризисе на наших предприятиях, а просто о катастрофе. Руками мы разучились работать!   Не только руками, но и головами, и сердцами!   А чем тогда, простите, мы сейчас работаем?   В какой-то степени - желудком, в какой-то - затухающими инстинктами…   Относительно затухающих инстинктов… В цивилизованном мире действительно прослеживается тенденция затухания основного инстинкта.   Да, сегодня существует достаточно большое количество семей, где мужья и жены полностью отказываются от секса. Не хотят тратить энергию и время на такие «пустые» вещи. И далее - я не могу назвать ни одного «шедевра» современного кино, литературы и искусства, которые бы были выше шедевров конца прошлого века. Назовите мне сегодняшнего философа,  который пишет глубже Сартра и Камю? Писателя, круче Апдайка, Сэлинджера? Тех, кто написали бы о войне и труде «сочнее» Платонова, Трифонова и Бондарева?   Вам не кажется, что подобные вещи философы говорят каждые сто лет, начиная с появления письменности?   Возможно. Но тогда это примерами не подтверждалось. Я имею ввиду примерами, характеризующими затухание научно-технического и гуманитарного прогресса.   У нас есть прогресс другого сорта - виртуальная реальность.   И в этой реальности происходит колоссальная потеря качества креативности! Я могу, возможно ошибочно, вынести вердикт, что журналисты в виртуальной реальности (т.е. в Интернете), сегодня намного слабее, чем журналисты конца прошлого века. А фильмы? Все эти ремейки, сиквелы, пережевывания старых сюжетов с современными спецэффектами - разве это может приблизиться к классическому итальянскому и французскому кино?   К Феллини, например, по моему мнению, и не надо приближаться…   Мы сейчас не говорим о наших личных предпочтениях, а говорим о качестве и смыслах кинематографа, которых уже и в помине нет. Если уж вспоминать Феллини, то в одних «Ночах Кабирии» смысла больше, чем в десяти дневных мыльных сериалах.   Все же несколько слов в защиту кинематографа. В сериалах и некоммерческих фильмах сегодня можно встретить довольно сильные работы на грани озарения. Тем не менее, я согласна, что одухотворяющих работ в современном киноискусстве немного. Получается, что если человек утрачивает мечту, не важно по причине ли пресыщенности или жесткого разочарования, его одухотворяющая функция угасает, что, в свою очередь, приводит к деградации всех сфер жизни?   Да. Исчерпанный потенциал двух систем привел к закату их цивилизационных парадигм.   Все пропало!   Не у всех. В настоящий момент в мире появились другие «полюсы мечты». например, сегодня в Африке идет борьба за мечту реализации потенциала человека. Меня недавно спрашивали, что бы я порекомендовал Каддафи  для того, чтобы «разрулить ситуацию». И я ответил, что посоветовал бы нынешнему Каддафи перечитать труды 27-летнего Каддафи - лидера оппозиции. я бы посоветовал ему читать речи молодого полковника Каддафи, который в своем знаменитом обращении к гражданам Ливии призывал их бороться не за хлеб, а за свои сокровенные и высокие мечты. Тогда ему удалось свалить, казалось бы, незыблемый режим короля.   Однако в СМИ африканские революции подаются как революции «за еду»…   Обама, кажется, назвал египетскую революцию «революцией пирамид», имея в виду древние строения времен Тутанхамона. Я также назвал бы африканские революции революциями пирамид, но подразумевая «пирамиду Маслоу». Помните, знаменитая пирамида потребностей человека, согласно Маслоу, состоит из семи элементов, начиная от фундамента, - питание, безопасность, размножение; далее - потребность в социальных отношениях; и оканчивается это потребностью в самореализации, в мечтах, в высших достижениях. Так вот, Африка взорвалась не из-за еды, , а потому что им «обрезали» вершину пирамиды! Мотором революции выступили не нищие, а студенты-блогеры, которым отказали в праве на мечту. Студент, который в Тунисе сжег себя заживо, сделал это потому, что при его двух высших образованиях предел его карьерного роста - лавка, торгующая рыбой. Я преподавал в этих странах и могу сказать, что там сложилась интересная ситуация. Уровень жизни у них, и особенно у молодежи, выше нашего раза в три. Молодой специалист получает на выходе из университета 700 долларов минимальной зарплаты. Прекрасные университеты, виллы для преподавателей с бассейнами и персональными пляжами. Все прекрасно одеты, образование бесплатное. И имея все это, они сжигают себя во имя изменений. Хлеб с маслом для них недостаточная для жизни субстанция. Они не могут смириться с тем, что что бы они ни делали, сколько бы языков не знали, а открыть банк не смогут, владеть заводом у них не выйдет, создать корпорацию не дадут. Потому что все эти «профессии» - только для родни президента. Там сложилось понятие «семья», и только ее «члены» могут мечтать о заводах, газетах и пароходах. То же - в Египте, где уровень ВВП на душу хоть и пониже, чем в Тунисе и особенно в Ливии, но, кстати, в два раза выше нашего.   Мне это что-то очень напоминает… Правда, в Украине пирамида Маслоу не только «без крыши», но и без фундамента. Половине есть нечего, а второй - мечтать не о чем. Однако у нас-то все спокойно…   Усталые и разочарованные люди революции не делают. Ее делают те, кто не хочет, чтобы у их мечты была планка… Второй тип революций, который мы сейчас наблюдаем - это антиунитарные революции. В чрезмерно унитарных арабских странах все жители провинции мечтают стать жителями столицы. Провинция - это фактически та же планка на мечту. Повторюсь еще раз, люди за вершину пирамиды сражаются намного отчаяннее, чем за фундамент. В современном мире революций за горбушку хлеба с салом нет. Африку и арабский мир сегодня «трясет» за те идеалы, которыми мы уже переболели. Мы (я имею ввиду и США) уже прошли этапы воодушевления коллективизмом и прочими «измами». Мы утратили все свои иллюзии, но и все свои мечты тоже. Африка же еще мечтает о либеральных ценностях, арабский мир - о коллективистских порывах духа… Украина же сегодня намного уступает по уровню жизни многим этим странам. Но воодушевляться чем-то в таком стиле у нас уже не получается, опять же по причине отсутствия иллюзий.   Вот неизвестно что лучше…   Неизвестно. С одной стороны, я не думаю, что для нас так уж актуален африканский опыт, но с другой - просто так заживо стагнировать в своем духовном существовании может быть и не лучше, чем «мечтательно» выходить на улицы.   Если все индивидуальные и коллективные ценности себя уже исчерпали, что тогда? Сгнить, как Вы говорите?   Думаю, что поиском ответа на вопрос «что тогда?» будут заняты сейчас во всем цивилизованном мире. Почему сейчас с такой завистью и даже ненавистью некоторые смотрят на Китай? Потому что боятся, что Китай уже нашел «золотой ключик», но прячет его от остальных. Почему некоторые, наоборот, смотрят на Китай с восторгом? Потому что верят, что Китай поделится рецептом.   И как китайский Луи Виттон продаст его нам по дешевке…   Да (смеется). Экспортирует его всему миру. Думаю, что сейчас начнется ренессанс трудов Маркса. Ведь именно он предрекал разочарованность всеми старыми ценностями западного цивилизационного мира, и именно он бросил загадочную фразу относительно некого таинственного «азиатского способа производства». Видимо имея ввиду не только производство товаров, но и мечты. я думаю, что Китай сейчас расшифровывает загадку Маркса и делает это пока успешно.   В Китае есть не только феномен производства, но и рецепты вечной молодости, поэтому держим путь «на восток»?   Думаю, что ближайшие 20 лет как раз и будут посвящены рассакрализации азиатской загадки. И я думаю, что исследования по нанотехнологии относятся к числу попыток просочиться через некую мембрану к истокам бессмертия, духовного и физического здоровья, мудрости и спокойствия. А это как раз и есть те загадочные азиатские ценности, которые ищут то в Гималаях, то в Тибете, то в Шамбале, то в «китайском», то в «индуистском» направлении.   Украина, как всегда, в стороне от мировых трендов?   Я думаю, что предыдущий президент очень постарался, чтобы отучить нас мечтать. И особенно о вечных ценностях. Он закопал нашу мечту на уровень трипольской культуры, и выкапывать ее оттуда гораздо тяжелее, чем из-под обломков БАМа. Пока политиков, которые смогут разгрести этот «культурный слой», я не вижу. Оскар Уайльд говорил, что все мы черви, но некоторые  смотрят на звезды. Наши политики смотрят пока вниз, в двухметровую толщу украинского чернозема, не понимая, что нужно смотреть в небо. В этом плане я немного обижен на такого сильного в прошлом политика, как Юлия Тимошенко, которая могла бы в силу своего характера поднять мечту в небо, но опустила ее на уровень желудка. Возможно, сразу взлететь от кастрюли в небо и не получилось бы. Но наивно было полагать, что студенты мечтают о стипендии на сто гривен больше, тогда как они мечтают о путешествиях, о «Харлеях» (как у ее зятя) и о модных ресторанах (как у ее дочери). Ошибочно было полагать, что все работающие хотят на 1000 гривен больше, а не зарабатывать столько, чтобы построить себе виллу, как у нее самой. И не только ошибочно полагать, но и пытаться мотивировать таким образом. Поэтому пока наша мечта «застряла» в кастрюлях или похоронена под толщей старых развалин бывшей культуры. Увы.   Так, конечно, не может продолжаться вечно. И пройдет 20, 50 лет, и наши «трипольские», «кастрюльные», и «черноземные» вожди вымрут или уйдут на незаслуженную политическую пенсию. Мир, а я имею в виду и ключевые посты в истеблишменте, и экономику, и культуру, и мораль, будет принадлежать тем, кто сегодня пока еще дети и подростки. Глядя на это «младое, незнакомое» поколение, а вернее, на поколения, становится очевидным, что это - другие люди. А, значит, и мир у нас будет другим? Кстати, интересно еще и то, что воспитанием будущих хозяев страны вообще никто не занимается, не денежная это сфера…   Может быть, во мне говорит какой-то геронтократический эгоизм, но мне кажется, что это поколение мы вообще потеряли. Нам повезло, что мы участвовали в глобальной конкуренции двух моделей развития цивилизации, и нам доставалось и с одной, и с другой стороны от их пропагандистских машин. Но помимо давления мы получали также качественное образование, качественную литературу, качественную философию. И, в конце концов, как бонус - умение критически мыслить и справляться с большими информационными, физическими и бытовыми нагрузками. Мы то высоко взлетали, то низко падали - и каждый раз выбирались, попутно созерцая со дна колодца звезды. Нашим детям так не повезло. Я думаю, что до самого своего последнего вздоха мы будем служить их финансовыми и интеллектуально-эмоциональными подпорками. Потому что наши дети невероятно сильны в техническом плане и невероятно беспомощны в бытовом и философском смысле. Они не умеют зарабатывать деньги, не умеют терпеть и не умеют извлекать выгоду из поражений. Я думаю, что уже следующее поколение за ними сможет совместить все достоинства технократичексого общества с практической житейской мудростью, пониманием роли простых природных процессов во всем этом. Но наши детям без нас, увы, не обойтись.   Это, наверное, хорошая новость - работой мы будем обеспечены до конца жизни…   Да, думаю, что скучать нам не придется до конца жизни, и даже после.   Беседовала Наталья Ревская           Экспрессия Thu, 31 Mar 2011 16:48:43 GMT http://www.vydrin.com/express/217775/ Темой номер один в нашем медиа-пространстве сегодня являются вызовы Леонида Кучмы на допросы по делу об убийстве Георгия Гонгадзе. Бесчисленное множество комментаторов усматривают в этом то ли политическую, то ли экономическую подоплеку. А как вы считаете, что стоит за этими следственными действиями? Я думаю, что за ними стоит понимание Президента и части его окружения того, что Украина как страна, где действие закона ограничено очень узкими рамками – того нельзя тронуть, потому что он народный депутат, того нельзя тронуть, потому что он бывший Президент, – просто не выживет. Ведь любая страна на самом деле – это территория, на которой действует унифицированный, обязательный для всех физических и юридических лиц закон. Значит, если мы изымем закон из политического устройства страны, эта страна просто рассыплется. Президент это понимает. Поэтому я не думаю, что он дал кому-то команду: дорасследуйте, мол, дело Гонгадзе. Он просто не стал мешать, как мешали предыдущие политики, действовать закону на всей территории страны и по отношению ко всем лицам. То, что происходит сегодня, – это действие закона без каких-либо политических ограничений, которые раньше накладывались на него политиками. Вот и все.   А вы не думаете, что нынешняя ситуация – это такой своеобразный намек Виктору Пинчуку, касающийся судьбы его телеканалов или других экономических активов? Украина – это не Германия прошлого века, о которой Брехт говорил, что все договоры в ней заключаются с помощью подмигивания. Подмигнул – и все понимают, что нужно делать. В нынешней Украине власть слишком мускулиста для того, чтобы убеждать кого-то что-то сделать при помощи подмигивания. Если бы она захотела кого-либо в чем-либо убедить, она бы просто позвонила ему и сказала, что нужно делать. Поэтому я не думаю, что власть использовала бы настолько сложный способ, чтобы послать какой-то сигнал Пинчуку.   Позвольте, а разве не был ли таким своеобразным подмигиванием в сторону Василия Онопенко арест Евгения Корнийчука? Я повторяю: власть не подмигивает. В свое время я состоял в одной фракции с Корнийчуком, я уверен, что он – грамотный юрист, но мне кажется, что его, как и всех участников и той фракции, и той политической силы, в которой я состоял, часто вынуждали делать противоправные действия. Я не хочу называть фамилии, но хочу привести один пример. Один мой знакомый, принадлежавший к нашей политической силе и пребывавший тогда в ранге министра, ущемил права одного крупного западного инвестора, занимавшегося в Украине постройкой дорог. Грубо говоря, он просто не рассчитался с этим инвестором за реально сделанную работу. Западный инвестор пошел в суд, и выиграл. Но после этого ничего не произошло, деньги за эту работу не были переведены на счет западного инвестора! Тогда эти инвесторы обратились ко мне, поскольку я тогда был в парламенте и руководил одной из групп межпарламентских связей, с вопросом, мол, - в чем дело, почему решение суда есть, а денег нет. Я пришел к этому человеку в ранге министра, а он сказал мне, что у него есть указание премьер-министра выбрасывать в корзину, не читая, все решения судов, которые касаются компенсаций, выплат и так далее. Сегодня этот человек находится в розыске. Я знал этого человека двадцать лет, он – хороший человек, он был неплохим министром, но, думаю, что на этом посту ему приходилось время от времени выполнять преступные указания власти. Поэтому я не исключаю, более того, знаю, но не хочу об этом говорить, что и Корнийчуку приходилось выполнять такого рода указания.   Владимир Литвин, которого часто называют мастером аппаратной интриги, на днях прокомментировал вызовы Кучмы на допросы в том духе, что это начало его, Литвина, травли. Этот комментарий вы тоже считаете не имеющим ничего общего с действительностью? Я считаю, что наш спикер страдает некоторой мнительностью. Я обратил внимание на то, что, что бы ни происходило в Украине, он называет это травлей человека, который «нужен стране». Поэтому я советовал бы ему быть менее мнительным и больше прислушиваться не к своим ощущениям, а к реальным вещам. Например, имело ли с его стороны место нарушение закона или соучастие в каких-то неблаговидных делах. К этим знаниям надо прислушиваться, а не к неким смутным ощущениям.   Если вы говорите, что в Украине Януковича начинает реализовываться принцип «Закон один для всех», то не исключаете ли вы, что самого Президента могут рано или поздно вызвать на допрос по поводу того же «Межигорья». Ведь тема эта, возможно, исчерпана для самого Януковича, но отнюдь не для журналистов, которые занимаются ее расследованием… Я думаю, что если там было нарушение закона, то рано или поздно этот допрос состоится. Если же нарушения закона не было, то и предмета дискуссии нет. Я знаю в Украине нескольких человек, владеющий в десятки тысяч раз большими земельными наделами, чем Янукович. Поэтому я думаю, что если начнут разбираться с земельными злоупотреблениями, то для начала выяснят, каким образом в руки частных лиц попали миллионы гектаров земли, а уже потом начнут заниматься лицами, владеющими несколькими гектарами. Такими, например, как Янукович и Выдрин, потому что у меня тоже есть гектар земли, который я приобрел несколько лет назад…   И вы тоже не можете предъявить журналистам всю необходимую документацию, доказывающую правомерность этого приобретения? У меня есть документация, и, уверен, у Януковича тоже есть. Мне кажется, он ее уже предоставлял.   В одной из своих колонок Виталий Портников написал, что если Кучма и его семья поймут, что происходящее с ними – это не просто игра на публику, и задействуют в этой связи некоторые доступные им рычаги из арсенала не только внутренней, но и внешней политики, то это может привести к реальной дестабилизации ситуации в стране. Вы считаете такой сценарий возможным? Мне в этой связи вспоминается любимый героя моего детства – Лимонадного Джо. Когда ему из-за какой-то плохой компании приходилось уходить из салуна с недопитым лимонадом, он говорил: «Я ухожу, но я вернусь. И со мной придет закон». Так вот если Кучма сможет сказать: «Я ухожу, но я вернусь, и со мной придет закон», – то это серьезно. А если он скажет: «Я вернусь, но не один: со мной придет Билл Клинтон», то это несерьезно, при всем уважении к Биллу Клинтону. Потому что хоть международные связи – это, конечно, сильная штука, но они всегда уступают силе международного закона. Поэтому, если будет доказано, что закон – украинский, международный, человеческий, какой угодно, – был нарушен, то никакой Билл Клинтон Кучме, конечно, не поможет.   Насколько известно, одна из ключевых улик, с помощью которых сейчас доказывается вина Кучмы, – это пленки Мельниченко. Приобщение их к делу в качестве вещественных доказательств создаст громкий прецедент, ведь на других записях зафиксировано немало нелицеприятных вещей и о Николае Яновиче Азарове, и о Викторе Федоровиче Януковиче. Речь идет и о схемах увода денег из госбюджета, и о доведении до банкротства банка «Славянский», и о фальсификации избирательных кампаний в Украине… Как вы думаете, стоит ли названным мною лицам опасаться, что история с использованием пленок Мельниченко в практике деятельности правоохранительных органов в Украине будет продолжена? Я не юрист, но думаю, что если будут расследоваться факты, относительно которых пленки Мельниченко, смогут выступать доказательствами, то, наверно, эти пленки будут приобщаться. Но пока что мы говорим только об одном эпизоде, о других эпизодах речь пока что не идет.   В информационном пространстве дело против Кучмы совершенно оттеснило на второй план долгожданный визит Юлии Тимошенко в Брюссель. По большому счету, столь ожидаемая ею поездка в Европу не возымела впечатляющего медиа-эффекта в Украине: по крайней мере, то, что Тимошенко туда не пускали, обсуждалось значительно более живо. Так стоило ли ей вообще ехать в Брюссель? Наверное, стоило, потому что в гардеробе Юлии Владимировны есть громадное количество единиц одежды, которые нужно «выгуливать», в том числе и за границей, потому что они создавались для западного зрителя. Как женщина она имеет право выгулять хорошее деловое платье западного образца – это интересно и нужно ей для поддержания женского драйва, для чисто женского ощущения внимания со стороны западных мужчин, без которого ни одна украинская женщина не чувствует себя в полном драйве. С этой точки зрения, конечно, нужно было ехать… Но она, мне кажется, не понимает разницу между западными политиками, западными людьми вообще и украинскими. Дело в том, что западные люди и западные политики значительно выше ростом, чем украинцы. Я уже писал о том, что украинцы в своей массе – особенно украинские политики, журналисты и их читатели – обладают очень маленьким ростом. Последний раз я обратил на это внимание, когда на днях на первой странице главного интернет-ресурса Украины всю первую половину дня висела написанная громадными красными буквами новость о том, что против Веры Ивановны Ульянченко в США возбуждено уголовное дело, а всю вторую половину дня такими же громадными красными буквами там писали, что эта информация не подтвердилась. А внизу, малюсенькими буковками было написано, что в Японии произошло новое землетрясение силой в 6.8 балла, что уровень радиации на «Фукусиме» превысил норму в 1600 раз, что 500 японских ликвидаторов, скорее всего, получили смертельную дозу облучения, что радионуклиды обнаружены в облаке над Исландией и так далее… Я работал с Верой Ивановной и знаю, что ее рост составляет примерно 1 метр 65 сантиметров. Но оказалось, что мы все – ниже Веры Ивановны, мы не можем заглянуть за эту «маленькую Веру». У меня от осознания этого возникло чувство безысходности. Ведь если мы не можем заглянуть за человека ростом 1 метр 65 сантиметров, если мы ставим свое злорадство, связанное с ним, выше громадных проблем Японии, выше громадных проблем, которые ожидают все человечество и Украину в том числе, то какие тогда перспективы у нашей страны? Юлия Владимировна на каблуках примерно такого же роста, как Вера Ивановна без каблуков, и она не понимает, что в Европе люди выше, чем в Украине, что они умеют заглядывать через головы таких невысоких людей. Поэтому европейские политики сейчас будут смотреть через голову Тимошенко и видеть проблемы, к которым привела ситуация в Ливии, они будут видеть огромные техногенные и гуманитарные проблемы, с которыми сейчас столкнулась Япония. Европейцы умеют видеть большие проблемы через маленькие головы, поэтому Юлии Владимировне с ее маленькими проблемами в данной ситуации в Европе делать, по большому счету, нечего…   В таком случае, заявления Европейской народной партии и еврокомиссара Фюле в поддержку Тимошенко – это что. Просто дань политесу? Это просто дань очень хорошим личным отношениям, это право названных вами людей защищать своих хороших знакомых. Я бы на их месте поступил так же. Если бы моего хорошего зарубежного знакомого обвинили, например, в сексуальных домогательствах – это сейчас очень модно во всем западном мире, – я бы сейчас просил вас опубликовать на ваших страницах выражения моей солидарности с ним, я бы гневно доказывал вам, что он последний раз обнимал женщину десять лет назад. Люди устроены так, что они всегда пытаются защитить тех, кого они знают, с кем они работают…   А предоставление Чехией политического убежища Данилишину – это тоже дань каким-то хорошим личным отношениям? Наверное, здесь речь идет о хорошем знании его адвокатами чешских законов и законов Евросоюза, которые не позволяют выдавать человека до тех пор, пока его вина не является стопроцентно доказанной.   То есть, если в Украине состоится заочный суд над Данилишиным и его вина будет доказана, Чехия выдаст его нашему правосудию? Если его вина будут доказана, то, конечно, выдаст. Это элементарный вопрос из области международного права. Если вина доказана, то какие проблемы?   Тем временем в Украине продолжается расследование дел против Юлии Тимошенко. Как вы думаете, чем закончится ее уголовное преследование? Сядет Юлия Владимировна или не сядет? Прежде всего, меня очень раздражает журналистский тон по этому вопросу. Очень уж легко журналисты оперируют понятиями «сядет – не сядет». Для людей, которые никогда не ходили на допросы в Генпрокуратуру (а я когда-то ходил), или на допросы в СБУ (а я когда-то ходил туда на допросы целый год), для людей, которые  никогда не ощущали на себе холодное дыхание государственной машины насилия, журналисты слишком уж легко подходят к вопросам вроде «сядет – не сядет».   В конце концов, сама Юлия Владимировна довольно легко ими оперирует… Это ее право. Это она рискует своей жизнью и поэтому имеет право к ней легко относиться. Но другие так легко относиться к ее жизни не имеют права. Любое ограничение свободы, тем более в условиях украинской тюрьмы, – это страшное, колоссальное испытание для личности, поэтому я не хотел бы, чтобы кто-то настолько легко говорил об этих вещах. Касательно же Юлии Владимировны… Я абсолютно уверен, что даже если в инкриминируемых ей деяниях было что-то противозаконное (а, скорее всего, было), то все-таки для женщины надо было бы сделать исключение. Украина имеет очень сильное гендерное начало: мужчины здесь уступают место женщинам в маршрутках, но не уступают – в продвижении за решетку. Поэтому я абсолютно уверен, что если вина Тимошенко будет доказана, к ней будет проявлено милосердие – не как к политику, а как к женщине. Я уверен, что она не попадет в тюрьму.   Вы довольно критично оцениваете состояние украинской оппозиции и тенденции, наблюдающиеся сейчас в этой политической среде. Поскольку вы не раз повторяли, что не видите за Тимошенко стратегического политического будущего, то, как вы думаете, кто может стать новым лидером украинской оппозиции? Яценюк, который стабилизировался на довольно неплохом уровне рейтинга? Тигипко, которого вы год назад называли, возможно, следующим Президентом Украины?.. Моя тогдашняя статья о Сергее Леонидовиче называлась «Тигипко: гость из будущего или привет из прошлого?» Я до сих пор не ответил для себя на этот вопрос… А вообще после событий в Магрибе я перестал придавать столь большое значение личностям. События в Магрибе доказали возможность существования оппозиционного движения без лидера вообще. В нем возникает некий коллективный лидер: сначала в интернете формируется своеобразное комьюнити как коллективный субъект оппозиции, а потом эти френды из виртуала создают оппозиционное сообщество в реале. Ведь кто бы мог подумать, что в Ливии бывший министр администрации Каддафи станет настолько ярым поборником прав человека, таким проевропейски настроенным политическим мыслителем? Или кто бы мог вообразить, что в Египте, где религия находилась под полным контролем государства и правящей элиты, вдруг появится независимый религиозный проповедник фактически масштаба Ганди, который, несмотря на свой 85-летний возраст, объединит египетские духовные силы? Это же касается и украинской оппозиции. Помните старый анекдот: «– Девушка, как вас зовут? – Меня не зовут, я сама прихожу»? Не надо звать лидера оппозиции, он сам придет.   В одном из своих последних интервью вы назвали нынешний рейтинговый подъем партии «Свобода» синдромом детского возраста украинской политики – этому возрасту якобы присущ радикализм, который олицетворяет собой партия Тягнибока. С другой стороны, в комментарии для статьи в польском «Ньюсвика» вы назвали «Свободу» «самым удачным проектом Партии регионов» Не помню, чтобы я говорил в таких терминах.   Продолжение этой цитаты звучит так: «националисты, спонсируемые олигархами из Донецка, завоюют власть на западной Украине, и будут бороться там с политиками Юлии Тимошенко, служа Виктору Януковичу». Безусловно, я этого не говорил. Это абсолютно не мой слог. Я думаю, что речь идет о трудностях телефонной связи или о трудностях перевода. Это – не мои слова.   В таком случае, какое будущее вы предрекаете Тягнибоку и его политической силе? Пока украинская политика находится на стадии детства, до тех пор у Тягнибока нормальное политическое будущее. До тех пор он будет иметь своих избирателей, он будет лидером общественного мнения на значительной части территории Украины. Он будет иметь спонсоров среди бизнесменов всех мастей и всех убеждений, потому что бизнес устроен так, что деньги у нас на всякий случай дают любому популярному человеку, даже если он исповедует убеждения, которые не разделяет носитель этого бизнеса.   А каким вы видите рейтинговый потолок «Свободы»? В последнее время Тягнибока часто сравнивают с Гитлером, который никогда не получал поддержку большинства немцев в ходе демократических выборов, но, тем не менее, сумел обрести абсолютную власть в стране… Я никогда не оскорбляю политиков, поэтому никогда не стал бы сравнивать кого-то из них с Гитлером или Сталиным. Нам не нужно приводить исторических аналогий, нам вполне достаточно современного исторического дискурса. Тягнибок – типичный радикальный политик, которых немало даже в просвещенной Западной Европе. Я общался с представителями таких политических сил в Германии, во Франции, в Австрии и так далее. Рейтинг таких партий, как правило, колеблется в районе от 3 до 7-8%. Для того, чтобы кто-то из них зашел выше 10%, должна произойти чрезвычайная ситуация – например, волнения в Париже или крах глобальной концепции мультикультурализма. Их стандартный рейтинговый – от 3 до 7%.   Тренд на падение рейтинга Виктора Януковича, в общем-то, закономерен. Согласно данным последнего опроса КМИС, 52% украинцев считают, что страна сейчас развивается в неправильном направлении. Как вы думаете, на какой отметке падение этого рейтинга прекратится? Когда Янукович достигнет дна, от которого сможет наново оттолкнуться? Данные последних социологических исследований показывают, что как раз на днях начался некоторый рост рейтинга Януковича – как раз в связи с теми событиями, о которых мы говорили. Это мы с вами, люди миролюбивые, хотим, чтобы у нас в стране не ущемляли ни политиков настоящего, ни политиков прошлого. Но вот другим людям почему-то нравится то, что сейчас происходит с Леонидом  Даниловичем. Если бы вы следили за интернет-форумами, то вы бы увидели, что 70-80% их участников горячо поддерживает то, что происходит с Кучмой, и, более того, связывает это не с Генпрокуратурой, а с Януковичем лично. Люди считают, что так начинается действие закона без любых исключений! Так вот если эта закономерность – что одно действие по наведению юридического порядка может привести к повышению президентского рейтинга – подтвердится более детальной социологией, то Президент увидит, как надо действовать, чтобы его рейтинг рос.   И как? Надо просто наводить порядок – и в правовом поле, и в экономическом поле, и в социальном. Тогда у него опять начнет расти рейтинг.   Недавно вы сказали: «Многие из окружения Президента воспринимают реформы механистично, через количественные показатели, а оперировать необходимо качественными показателями». В связи с этим у меня возникло сразу два вопроса. Во-первых, почему Президент держит возле себя такое окружение – ведь, согласно действующей Конституции, у него предостаточно полномочий для того, чтобы оставить возле себя только тех людей, которые мыслят качественными показателями? Во-вторых, возможно, это уже журналистский штамп, но символом такого «количественного» мышления в окружении Януковича часто называют Николая Азарова. Как вы думаете, имеют ли под собой почву слухи о скорой отставке Николая Яновича? Исходя из действующих сегодня тенденций, пока я не вижу симптомов отставки Азарова. Более того, опыт свидетельствует, что каждый раз после озвучивания информации о его скорой отставке его шансы на сохранение на своем посту значительно повышаются. Вообще же я думаю, что функция главы правительства состоит не в том, чтобы быть главным философом реформ. Конечно, желательно, чтобы глава правительства был и начальником оперативного штаба по управлению экономикой страны, и главным экономическим философом в стране. Но такое бывает очень редко – может быть, один-два случая в мире. Поэтому я даже не надеюсь, что в Украине на посту главы правительства произойдет совпадение оперативных, менеджерских и философских функций. Я только надеюсь, что в нашей стране все-таки появится экономический философ, который объяснит всем, начиная от жителей Украины и кончая ее руководством, что такое реформы. Который скажет и покажет, что реформы – это, прежде всего, действия, которые приводят к массовому усложнению труда с точки зрения его функций, предмета, средств и орудий этого труда. Реформы – это стимулирование усложнения труда: когда стимулом труда являются не только деньги, но и самореализация. В конце концов, это ради нее на улицы в странах Магриба выходили студенты: они хотели после университета не идти на рынок торговать мясом, а, условно говоря, открыть фирмы - Интернет-провайдеры. Я очень надеюсь, что в Украине появится человек, который в зримых терминах плюс к тому же в красивых метафорах покажет, что Украина будет нормальной страной не когда три миллиона мелких бизнесменов торгуют китайскими носками, а когда три миллиона небольших частных бизнесменов будут заниматься достаточно сложным производством – от народных промыслов до сложных процессов переработки продукции сельского хозяйства. Я очень люблю в этой связи приводить пример маленького города Боярки, на родительской даче под которым я вырос. Не так давно ко мне обратилась молодая элита этого города и попросила помочь возродить духовную жизнь Боярки: ведь раньше там были поэтические студии,  самодеятельный театр, ансамбли художественной самодеятельности и так далее. Они спросили у меня: «Как это все возродить?» Я ответил им: «Вы никак этого не возродите». Они недоумевают: «Как? Ведь раньше же это все было!» Но нужно понимать, почему это все было раньше. Потому что раньше в Боярке был завод по производству спутниковых систем, на котором работало две тысячи людей в белых халатах. Этим людям нужны были и театры, и поэтические студии, и все остальное. А сейчас на этом заводе работает цех по разделке рыбы, и там работает двести человек в зеленых клеенчатых фартуках, которые целыми днями копаются в рыбной требухе. Этим людям не нужны ни театры, ни поэтические студии, ни историческое прошлое Боярки! Поэтому сложный труд Украине нужен не только для того, чтобы занять головы людей сборкой каких-то компьютерных запчастей. Сложный труд Украине нужен для того, чтобы люди, которые ним занимаются, вышли из своих предприятий и пошли в театральные студии, в поэтические клубы, в литературные кафе. Вот для чего нужен сложный труд, в этом должна состоять суть реформ!   Но начинать-то эти процессы, в любом случае, нужно не с Боярки, а сверху. Почему бы правительство или, условно говоря, «окружение Президента» не превратить в своеобразный инкубатор для выращивания таких философов реформ, о которых вы говорите? Я надеюсь, что так будет. Иначе это правительство и эта власть просто не выживут… Но то, почему сегодня реформы в Украине невозможны, – это вообще отдельная вечная тема. Ведь проблема состоит не только в том, что у нас нет философии реформ, но и в том, что в Украине пока нет субъекта реформ – того класса, жизнь которого органически связана с происходящими реформами, который без них просто не выживет. Это – не класс посредников или мелких торговцев: посредникам и мелким торговцам реформы не нужны, и они никогда не будут их поддерживать. У меня есть свое видение того, кто может быть субъектом реформ, но это – отдельный большой разговор… Отдельный большой разговор – о том, что реформы невозможны без объекта реформ, которым является собственность. Именно в собственность вмонтируются те или иные философские концепции. Ваша концепция будет работать, если вы вмонтируете ее, например, в концепцию хорошего кафе или любой другой формы мелкого бизнеса. Проблема Украины состоит в том, что больше 90% собственности в нашей стране анонимны. А нельзя реформировать анонимную собственность! Мы должны перестать быть обществом анонимных алкоголиков, мы должны стать обществом реальных собственников, в котором все собственники известны по именам, паролям и явкам.   Но если Виктор Янукович говорит, что без успешно проведенных реформ его президентство лишено всякого смысла, а вы утверждаете, что реформы в Украине концептуально невозможны, значит, президентство главы государства, советником которого вы являетесь, а приори бесперспективно? В свои робкие, скромные советы, которые я даю Президенту, я как раз и пытаюсь вмонтировать то, каким образом можно сделать реформы в Украине возможными, как создать субъект и объект реформ, какой должна быть философия реформ. В этом как раз и состоит суть советов, которые я даю Президенту.   Экспрессия Mon, 28 Mar 2011 13:52:33 GMT http://www.vydrin.com/express/217773/   Нашему предыдущему интервью с  политологом и писателем Дмитрием ВЫДРИНЫМ уже чуть ли не полгода – 2 октября 2010 в Ялте. И хотя с тех пор мы не раз встречались, но...  чувствовали, что у Выдрина, ушедшего в отставку с высокого государственного поста – заместителя секретаря Совета национальной безопасности и обороны Украины – еще не завершен некий процесс переосмысления, свойственный интеллектуалу на поворотах судьбы.   Мы терпеливо дождались, пока за чашкой кофе в уютном вечернем киевском ресторанчике увидели в глазах Дмитрия знакомую искорку новой мысли, и включили диктофон. Читайте...   – Дмитрий Игнатьевич, при все вашей нелюбви к величанию по отчеству, вопрос о том, почему ученый Выдрин ушел в отставку с поста заместителя секретаря Совета национальной безопасности и обороны Украины (СНБО), должен начинаться именно так –  с имени и отчества... Почему ушли??   – Причина одна – нежелание аппарата СНБО самореформироваться и непонимание ним, на мой взгляд, новой политической реальности. Чем был СНБО при старой власти? – По сути, единственным модератором в треугольнике «президент – премьер – парламент». И поскольку на других площадках «вершины треугольника» не общались, иногда из-за чисто личной антипатии, то СНБО был единственным конституционным органом, который собирал на одном треугольном гектаре всех этих представителей властей и с помощью конституции вынуждал их к диалогу, хотя бы в этом треугольнике. Это была важная, может даже великая, миссия РНБО, которая, возможно,  спасла украинское общество от многих потрясений, мимо которых мы прошли и не заметили.   Но когда власть стала монолитной, эта функция СНБО исчезла  – она уже не нужна. СНБО уже должно быть модератором внутри треугольника, которого не существует... Возникла необходимость в новой функции, которая сегодня не реализуется. Совет национальной безопасности должен стать модератором между гражданским обществом и властью, которую олицетворяет сегодня президент. Идеальный вариант – СНБО, который создаётся из лидеров мнений гражданского общества, который помогает власти устанавливать контакт с обществом. Условно говоря, членами СНБО должны быть не чиновники, а бывшие руководители  независимых фондов, лидеры независимых экспертных советов и т.д. То есть те люди, которые от имени власти могут обратиться к своим коллегам, к независимым журналистам, заведомо имея их доверие, и спросить: «Коллеги, какие вы видите сегодня опасности для общества, какие вы видите выходы из этих опасностей?»... И вот тогда любое решение президента, основанное на коллективном мнении гражданского общества, которое аккумулируется посредством СНБО – неуязвимо. И президент всегда может сказать: «Это вы, представители общества, подсказали мне именно эти опасности. Это вы мне подсказали выходы из этих опасностей. Какие ко мне вопросы, коллеги?...» Вот чем, на мой взгляд, должен был стать СНБО, вот что я предлагал СНБО. И вот на что мои коллеги ответили категорическим отказом...   – С причинами вашей отставки понятно... Поэтому мы предлагаем Дмитрию Выдрину – уже в старом привычном качестве независимого эксперта – перейти к нашей с вами привычной теме прогнозов. Что будем прогнозировать?   Я в последнее время с некоторой опаской к этому подхожу, потому что в конце мая прошлого года в Белом зале Ливадийского дворца в Ялте, в некоей словесной игре, заговорили о том, что Украина и Крым на пороге смены элит... и она случилась... Что, на ваш взгляд, случится в ближайшее время в той рамке, в той логике политического процесса в Украине, который идёт в настоящее время?   – Мы с вами 9 месяцев назад прогнозировали смену элит по региональному или, лучше сказать, по профессиональному принципу. А теперь я хочу спрогнозировать несменяемость элит по возрастному принципу. В последнее время я имел и время, и желание подумать, почитать и перечитать... о неких крупных философских  блоках нашего бытия. На них у меня не хватало времени, когда я был в секретариате совета безопасности и занимался текущими вопросами, или когда был в лихорадке предвыборной истерии, когда тоже не было возможности думать о длинном, далёком крупном. Я пришел к выводу, что Фукуяма – мой хороший знакомый, которого я хорошо знаю лет 20, –  к великому сожалению, не ошибся, когда написал 30 лет назад «Конец Истории...» (Francis Fukuyama. The End of  History and the Last Man – прим. BSNews). В какой-то степени конец истории, действительно, произошёл. И чем больше я думаю, тем больше нахожу подтверждений того, что где-то 30–40 лет назад в известной степени история закончилась. Закончилась она тем, что исчерпали себя в разной степени два супермасштабных грандиозных проекта. Это проект Советского Союза, который базировался на высвобождении энергии коллективизма, синергизма, сочетания многих страстей, коллективного пафоса и коллективного экстаза. Всё, что описывал Платонов в «Котловане» – высокий пафос коллективного труда – всё это было исчерпано в 70-е годы. Коллективизм дал человеку, или точнее – одной шестой части человечества, всё, что мог дать – в виде стимулов того невероятного драйва, невероятного  возбуждения, которое человек испытывает работая публично на глазах и работая в коллективе. Я сам – продукт коллективизма, а высший пик коллективного возбуждения испытывал, работая на Байкало-Амурской магистрали. Там был и пафос труда, и восторг, и апофеоз труда, хотя и со всеми бытовыми издержками. Присутствовали и безусловные трудности. Тем не менее, всё это было – я через себя пропускал и восторг, и дрожь от того величия, к которому, как тебе казалось, ты приобщаешься, участвуя во всем этом. Всё это исчерпало себя в 70-е годы, когда советское общество перестало развиваться. Коллективное общество больше не давало стимулов, которые заставляли изобретать ракеты, балеты и всё остальное. Апофеозом этого коллективизма стало освоение космоса, спутники, луноходы, последние грандиозные стройки века, включая Байкало-Амурскую магистраль, водородные бомбы сверхбольшой мощности, попытки поворота рек и т.д. На этом резерв, потенциал, мощь, энергетика Советского Союза закончилась. Но самое поразительное, что параллельно исчерпал себя другой великий проект под названием Соединённые Штаты, где главная энергетика черпалась из пафоса, удовольствия, апофеоза, драйва индивидуального труда, основанного на частной собственности. На том, что ты хозяин своего тела, своего ума, судьбы и т.д... Соединённые Штаты к 1970-м годам – правда, в меньшей степени, чем СССР – тоже исчерпали свой потенциал, создав все стимулы, которые может создать индивидуализм как философия и частный капитал как экономика. Были созданы машины для простых людей, которые не отличались от машин для богатых. Был создан доступ к информационным сетям, который позволяли небогатым людям быть такими же информированными, как и богатые. Были созданы телевизионные системы, которые позволили наслаждаться теми же зрелищами, которыми ранее наслаждались только избранные.   Была создана система питания, которая стёрла разницу между питанием богатых – элегантным, вкусным, высококалорийным – и питанием обычных людей. Была создана система путешествий, которая позволяла небогатым загорать на тех же пляжах, на белоснежных песках в стиле «баунти», где раньше это могли себе позволить только единицы сверхбогатых. Другими словами, как коллективизм больше не смог предложить ничего нового в качестве стимулов, так и индивидуализм с частной собственностью не смогли... Когда я стал искать подтверждения этой гипотезы у экономистов, оказалось, что за последние 30–40 лет человечество не сделало ни одного крупного изобретения. Всё чем мы живём, чем наслаждаемся  – начиная с цифровой фотографии и заканчивая интернетом и мобильными телефонами – всё это изобретения 70-х и 80-х годов. Оказалось, что в литературе мы не поднялись ни выше  советских классиков уровня Ефремова, Бондарева, Шолохова, ни выше литературы американцев 70-х – Сэлинджера, Бэйля, Хемингуэя. Они остались непревзойдёнными. Это касается и кинематографа, который сейчас пытается паразитировать идеи Кубрика и Хичкока, не создавая ничего нового, снимая бесконечные ремейки по классикам. Это касается и музыки – до сих пор вершиной поп музыки является дискотека восьмидесятых и в Америке, и в Англии, и в СНГ. Это касается всех остальных сфер. Таким образом, у меня есть ощущение, может быть эгоистическое, что условно говоря, наше поколение – это поколение, которое было рождено на пике напряжения человечества. Та часть человечества, к которой мы принадлежали, и та часть человечества, которая с нами конкурировала, наверное что-то «оплодотворяла», потому что непонятно, кто больше учит – твоя аутентичная система, ценности, культура или та система, которая с твоей системой конкурирует. Мы в большей степени учились у американцев, чем у своей системы. Поэтому когда я слежу за новыми поколениями, у меня ощущение – повторяю, может быть, эгоистическое – что новое поколение слабее нашего поколения, это проявляется в политике. Все наши зубры политики сегодня – это представители того поколения, которое, условно говоря, было воспитано либо на фантастике Ефремова, либо на почвеннических романах Астафьева, фантастике Айзека Азимова или на социальных мелодраматических повестях Сэлинджера. Поколения, которые идут за нами, они имеют современный уровень информирования, они несравненно технически продвинутее, но они, как ни странно, слабее. Я вижу это в журналистике потому, что все мои ученики, к сожалению, пишут слабее чем я...  И, повторяя в третий раз, что это не злорадство, а это сетование, что хотелось бы уже иметь учеников, которые бы превзошли своего учителя и могут все – начиная от миниатюры, кончая очерком, написать сильнее, остроумнее, ярче... Но пока не получается. Это касается политики, где каждый «киндер-сюрприз» слабее предыдущего. И в этом плане история тоже закончилась в нашем поколении. Что будет дальше? Дальше должны появиться личности, которые будут не экономистами, не политиками, а скорей всего будут философами. Условно говоря, должны появиться новые Ганди, а не новые Кеннеди, при всём уважении к последним. Должны появиться новые люди, которые должны создать новую систему стимулов и новую систему освоения действительности – и экономическую, и социальную, и политическую. Вершина демократии прошла вместе с исчерпанностью частной собственности как её базиса, а вершина социализма прошла вместе с коллективной собственностью и умерла вместе с колхозами, совхозами и советскими заводами. Сегодня, кстати, Украина является парадоксальным продолжением и борьбой двух миров только в отдельно взятой стране. Выскажу такую, может быть, парадоксальную точку зрения. Не хочу никого обидеть, пытаюсь лишь констатировать то, что я вижу. У нас есть Западная Украина, которая считается прозападной в широком смысле слова, но которая в значительной степени просоциалистична в плане мировоззрения, поскольку национализм – это вид коммунизма, только трансформированный на коллектив, где основой является не социальный, а национальный фактор, а суть от этого сильно не меняется.  Именно Западная Украина рождает фантомы социальной справедливости, солидаризма, которые пыталась систематизировать, обобщить Тимошенко. У нас есть Донбасс, который, считаясь пророссийским, на самом деле является воплощением частнособственнической стихии и идеологии, где крупный капитал и наёмные работники являются воплощением невысказанной философии индивидуализма. Донбасс забывает, что есть пример США, которые не могут найти нового дыхания, а Западная Украина – что был пример Советского Союза, который так и не смог превратить коллективные ценности в нечто высокостимулирующее, комфортное и т.д. Так вот, когда наше поколение исчерпает свой биологический ресурс, я не вижу – кто вместо нас будет становой жилой, хребтом общества. Я не вижу и того, что они предложат этому обществу в качестве базовых стимулов развития – то есть ответов на вопрос: за счёт чего общество будет развиваться, если коллективные и индивидуальные стимулы исчерпаны. Есть азиатский способ производства. Не случайно Маркс, который опять становится необычайно модным, предвосхитил наш сегодняшний разговор и соединил типы производства: феодальные, капиталистические, социалистические. Он выделил отдельно азиатский тип производства, но не расшифровал, что это такое. Так вот, у меня есть подозрения, что «азиатское экономическое чудо», нерасшифрованное чудо, которое базируется на нерасшифрованном азиатском способе производства, не является ни частнособственническим в чистом виде, как в Америке, ни коллективистским, как в Советском Союзе, – тоже в чистом виде. Что это такое – мы пока не можем понять. Мы, наверное, и не поймем, потому, что изучить азиатский способ производства невозможно. Можно вжиться в этот способ производства, или прожить этот способ производства, или выйти из этого способа производства. Когда к нам приезжают дедушки – авторы «сингапурских чудес», оказывается, что у них даже нет терминов, чтобы рассказать на русском, украинском или английском языке – что они такого натворили и как у них это получилось. Поэтому, заканчивая эту глобальную часть, скажу: я сейчас бьюсь над вопросом – что дальше? История закончилась, всё изобретено, ничего нового не изобретается, что дальше? Какие изобретения нам предложат, кто предложит, где то новое поколение, которое окажется сильнее нас, при констатации того, что нынешнее поколение слабее нашего? Вот глобальный вопрос, который меня сегодня возбуждает, провоцирует на мысли... И на который я до сих пор не вижу ответа. У меня пока нет ответа, но есть гипотеза. Гипотеза заключается в следующем. Старая система координат, старая история (которая закончилась, как правильно заметил, но потом сам себя опроверг Фукуяма), на плоских стимулах. Для человека-индивидуалиста воплощением мечты был дом, машина, телевизор, семейные ценности. А для коллективистского человека –  это были: хорошая надёжная бригада, в которой можно хорошо работать, с которой хорошо можно бухать в выходные дни, гарантированное будущее, стабильные пенсии, страховки для детей, гарантированные квартиры к концу жизни, а для самых способных – гарантированные «Жигули».   Так вот, плоские стимулы исчерпали себя. Сейчас, мне кажется, главные стимулы лежат в сфере нереальности, в сфере фантазии. Но именно фантазии, то есть не химеры, а фантазии. Чем отличается химера от фантазии? Фантазия – это то, что имеет свойство реализовываться, а химера – то, что не будет реализовано никогда. В этом плане я нашим властям рекомендовал бы обратить внимание на те подсказки, которые нам даёт Северная Африка, и которые мы расшифруем. Мне кажется, пока ещё никто внятно не объяснил, что произошло в Северной Африке. Объяснил один человек, но и то, 30 лет назад – это гениальный актёр Олег Даль, который в одном из фильмов сказал: «Самая гнусная ложь человечества - это констатация того, что собаки любят кости и мечтаю о костях. На самом деле собаки любят мясо и мечтают о мясе, но людям невыгодно признавать эту мечту, поэтому они пытаются лишить собак мечты даже о мясе, заставить собак мечтать о костях». Так вот, нашу нынешнюю власть подвела больше всех наша оппозиция, поскольку функция оппозиции в том, что она отвечает за наши мечты, за фантазии. А функция власти – отвечать за «плоское», за пособия, за социальную сферу и т.д. Так вот, когда Тимошенко сформулировала от имени оппозиции мечту украинского народа, она не себе сослужила плохую услугу, плохая услуга самой себе – это её частное право. Она непроизвольно дала плохую подсказку властям, поскольку версия Тимошенко – «собаки любят кости, собаки мечтают о кости». Когда Юлия Владимировна говорит, что все студенты мечтают о ста гривнах доплаты к стипендии - это ложь, это кости. Когда она говорит, что все честные трудящиеся мечтают о тысяче гривен к зарплате – это ложь, это кости... Когда она говорит, что все пенсионеры мечтают о пятистах гривнах доплаты к пенсии - это тоже ложь, те же кости.   О чём мечтает студент, о чем мечтают работяги и пенсионеры? Все студенты мечтают о «Харлее», как у зятя Юлии Владимировны, за 100 тыс. долларов. Они мечтают о стильном молодёжном ресторане, как у дочки Юлии Владимировны, чтобы «оттягиваться» в этом ресторане. Если мы спросим у работяг – о чём они мечтают? Они мечтают не о высокой зарплате, они мечтают о вилле в Конча-Заспе, как у Юлии Владимировны. О яхте или, в крайнем случае, о чартерах, на которых в холодную зимнюю пору можно слетать куда-нибудь в тёплые южные страны, чтоб перебить цветовой голод и насладиться там зелеными, оранжевыми цветами типа «баунти»   – И при этом не работать...   – Да, и при этом желательно не работать. А о чём мечтают пенсионеры? Да не о пенсии они мечтают, а о такой же классной вареничной в центре Днепропетровска, как у тёти Юлии Владимировны. Где можно сидеть с другими пенсионерами, тоже владельцами соседних вареничных, и вспоминать свои славные годы, когда можно было побольше выпить, когда можно было есть не только вареники, а и пережёвывать жилистое мясо своими крепкими зубами. Так вот, власть непроизвольно переняла эту парадигму Юлии Владимировны и совершает ошибки. И только Тунис, может быть, подскажет, а сегодня уже и Ливия (интервью записано 24 февраля 2011 года в Киеве – прим. BSNews), насколько опасны эти заблуждения. Я преподавал в университетах исламских стран, немножко знаю их студентов и их мечты. Студент в Тунисе, молодой специалист, получает в 4 раза больше, чем молодой студент-специалист в Украине. Рабочие в Тунисе получают примерно в 2 раза больше, чем рабочие Украины. На образование в Тунисе тратится в процентном соотношении примерно в 3-5 раз больше, чем в Украине. Любой тунисский студент говорит свободно на нескольких языках.   И что же тогда вывело их на улицу? А вывело вот что. Молодой человек прилично получает, говорит на 4-х языках, неплохо образован, поездил  немного по миру в качестве гида – то есть видел мир, сопровождая студентов во время экскурсии из Англии, Германии и России или Украины... Он понимает, что у него есть хлеб, у него есть даже мясо, у него даже есть люля-кебаб, но у него нет права на мечту. Потому, что мечтать он может о сувенирной лавке – это максимум. Или о маленьком экскурсионном бюро. Может он мечтать о банке? – Не может, потому что это – только для сыновей президента. Может он мечтать о заводах? – Не может, потому, что это – только для зятьёв президента. Может он мечтать о своих самолётах? – Не может, это только для дочерей президента. Так вот, когда одна 0,01% нации забирает у 99,99% право на мечту, это опасней, чем когда 10% богатых забирают хлеб и мясо у 50% процентов бедных. Это намного опасней потому, что за мечту люди сражаются намного острее, ожесточённее, брутальнее и до конца. Сильней, чем за хлеб и за мясо. В современном мире – полная доступность информации. На любом таблоиде кто угодно может прочитать о мечтах детей и зятьёв президентов… Старая система ставила информационные барьеры перед возможностью знать эти мечты. Интернет убрал эти барьеры. Ты сегодня знаешь, как живёт дочка Тимошенко, знаешь, как живёт сын Януковича. Поэтому ты уже можешь сверять свои мечты с их мечтами, а когда у людей забирают мечты – происходит социальный взрыв. Так вот, власти я бы советовал не слушать Тимошенко: собаки не любят кости – собаки любят мясо, а люди мечтают о крупном, даже понимая, что вероятность реализации этой мечты мизерна. Но она должна быть! И любой парнишка в Украине из Львова, из Тернополя, из Харькова должен знать –  если он будет талантлив, если он будет терпелив, усидчив, если он будет знать 4 языка, то у него могут быть такие же мечты и такие же возможности их реализации, как у его сверстника из Енакиево, который является сыном, зятем, другом кого-то из правящей верхушки. Вот если будет такое ощущение – тогда не будет никаких революций: ни за хлеб, ни за мясо, ни за мечты. Вот это – тот главный месседж власти, который я бы хотел сегодня дать.   – В завершение еще один важный вопрос. Что будет с партийной ситуацией в Украине? Понятно, что произошел обвал симулякра многопартийной системы, но что произошло, то произошло. Имеем реальную одну серьёзную партию и кучу мелких проектов. Что будет дальше?   – Любая однопартийная система всегда превращается в многопартийную. Вопрос только в том, когда это случится – через 70 лет, 7 лет или 7 месяцев? Кстати, социально-политическое время течёт все более ускоряясь – уже не будет ни семидесяти лет, ни даже семи лет. Поэтому природа возьмёт своё. В чём заключается природа партии?  В том, что партия всегда является частью чего-то более крупного, а более крупное – это социальный слой. У нас есть Партия Регионов, партия крупного и среднего капитала, условно говоря. Она худо-бедно, но отражает интересы этого слоя. Почему она победила?  Потому что сегодня большинство проблем в Украине решается механизмами крупного и среднего капитала, такова структура экономики Украины.  Этот капитал является донором в бюджетном смысле, в технологическом и т.д. Но есть и другие крупные слои. Есть сельское хозяйство Украины, которое на фоне мирового всеобщего обвала неизбежно будет реанимироваться, выходить на первый план. Поэтому тут будут востребованы сельские партии, они неизбежны. И те кто интуитивно создал сельскую партию, интуитивно знают, что она будет востребована – рано или поздно.   Будут востребованы и будут воссоздаваться, как фениксы, партии крупных проблем. Есть крупная проблема – экологическая, значит, неизбежна будет партия зелёных... Так устроен мир, что любая крупная проблема материализуется в виде инструмента своего решения. Поэтому пройдитесь по крупным социальным слоям Украины, пройдитесь по крупным глобальным проблемам украинского общества – вы сами назовёте те партии, которые скоро появятся в Украине... Экспрессия Mon, 28 Mar 2011 10:53:07 GMT http://www.vydrin.com/express/217767/ Нову віху в історії України започаткували стрімкі реформи. Проте політико-економічну ситуацію в суспільстві оцінюють по-різному.  Відомий політолог Дмитро Видрін доводить: політика - це не мистецтво можливого, а наука оптимального. Президенти - не герої Дмитре Гнатовичу, ви давали поради всім президентам України, тож напевне можете порівняти їхні сильні та слабкі сторони. А яка у них спільна риса? Мабуть, головна загальна риса - початкове непорозуміння складних проблем. Кожен із них приходив на своє робоче місце ( а виходило так, що це часто відбувалося при мені) і в перші дні вважав, буцімто ця посада дасть йому змогу гори перевернути. Усі президенти  через певний проміжок часу розуміють - вони звичайні смертні, хоча і з великими повноваженнями, але не герої та супермени. Від них, насправді, не так багато залежить, як здавалося на початку кар’єри. Колись у відвертій бесіді з Леонідом Кучмою я запитав: «Який головний висновок ви зробили з досвіду президентської роботи?». На що почув: «Коли я став президентом, то вважав, що 90% залежить від мене, а 10% - від усього іншого. А коли йшов з посади, зрозумів: 10% залежало від мене, а 90% - від усього іншого». А все інше - це розклад політичних сил у країні, настрої та якість еліт, очікування людей, геополітична ситуація. Навіть кліматичні зміни можуть істотно вплинути на економіку, а економіка на політику… До речі, я з власного бажання пішов від цього президента. Ми з Олександром Разумковим, мабуть, першими зробили безпрецедентний крок - написали прохання про відставку через незгоду з політикою глави держави, а точніше - його оточення. Тому що це оточення стало працювати на згортання реформ, а хотілося змінювати країну. Тоді президент перетворився на «рефрижератора», тобто почав заморожувати болісні питання. А з проблемами так вчиняти не можна - їх потрібно розв’язувати.   Невже від лідера держави залежить так мало? Здається, він може вирішити все…   Гадаю, від нього може залежати найголовніший момент - правильний підбір та розстановка людей на важливих у державі постах. Колись у «Дзеркалі тижня» у великій статті «Що не повинен робити президент», я написав: президент не повинен намагатися керувати економікою, змінювати політичні, економічні закони. Глобальні закони, мається на увазі. Не слід ставити перед собою такі завдання, бо це - ілюзія. Наприклад, президент не в змозі змінити формулу «гроші-товар-гроші». А от поставити розумну, ефективну надійну людину на потрібне місце - може.   Поговоримо про еліти. Якщо порівняти минуле з нинішнім часом, їх якість погіршилася?   Україна вмонтована у світові процеси. А там спостерігається погіршення якості еліт - герої у політиці зникли. Останньою героїнею в Європі, як там вважають, була Маргарет Тетчер - за силою волі, характером, інтуїцією. Світ у цілому перестав чомусь виробляти героїчних особистостей. І правлять країнами люди, які не надто відрізняються від людей пересічних, а іноді різняться в гірший бік. Ось ця дегероїзація еліти характерна і для України. Не думаю, що якості еліт погіршилися катастрофічно - багато хто отримав освіту, набув потужного досвіду. Ним іноді замінюють особисті якості. Досвідчена людина може імітувати розум, якого у неї немає, а вправна та зграбна - волю. Особливо це проявляється в нашому парламенті - такій собі політичній механічній машині без яскравих особистостей.   Якщо так, то що ж тоді очікує на країну?   Їх врятуємо ми з вами - пересічні громадяни. Будь-яка держава підкорюється двом керуючим механізмам: елітам, які намагаються керувати країної в «ручному режимі», та самоорганізації. Коли еліта не справляється, країна переходить у «режим автопілоту». І ось ця самоорганізація часто ефективніша за управлінську функцію еліти.   Акцент на якість, а не кількість Рейтинги всіх політиків з часом падають. Приклад - Барак Обама. Це природний процес, чи є чинники, що можуть його докорінно змінити?   Не треба вірити абсолютним формулам. Коли я починав працювати політологом, то переглянув ті істини, які вважалися непорушними. Приміром, політика - це мистецтво можливого. А я все життя намагаюся довести, що політика - це не мистецтво можливого, а наука оптимального. Кажуть, політика - це концентрована економіка. А я доводжу, що іноді навпаки: економіка - це концентрована політика. Тому істина про те, що рейтинг усіх політиків із часом падає - це начебто істина, яка має масу винятків. Три тижні тому в Грузії я зустрічався з тамтешню елітою. Так от, рейтинг їхнього президента рік тому становив 30%, а зараз - 60%. Хоча він припустився багатьох помилок, але в останній рік зробив кілька сильних ходів, які підняли рейтинг. У мене є фраза, яка не подобається багатьом політикам: один необережний рух - і ви батько нації. У кожного президента завжди є в рукаві чудова іграшка, яка при правильному натисканні підвищить його популярність, а при неправильному - навпаки. Умовно кажучи, президент призначає негідника на ключову роль чи підписує закон, шкідливий для країни - це може призвести до обвалу рейтингу. Є зворотні приклади, коли глава держави робить неочікуваний крок у геополітиці, знаходячи нових партнерів, ресурси, можливості для країни, чи сильний економічний крок, перепрофілюючи країну на виробництво нового унікального продукту. Так було в Японії, коли там керівництво вирішило згорнути суднобудування, оскільки воно надто енерго- та металомістке, а кошти, що звільнилися, спрямувати на автомобілебудування.   Візьмемо Президента Віктора Януковича. Йому вдасться досягти того, про що мріяв Леонід Кучма - стати особистістю-реформатором?   У реформах він може або розгубити, або примножити свій рейтинг. Висновок можна буде зробити по їхньому завершенні. Не можна оцінити реформу, зроблену на третину, наполовину чи навіть на дві третини. Робота скульптора, приміром, на 50-70 відсотковій стадії - потворна. Донині у нас багато хто з оточення президента реформи розуміє механістично, через кількісні показники, а потрібно оперувати якісними… Ми зменшили кількість чиновників і вважаємо, що це реформи,хоча насправді це не так. Апарат можна розширити вдвічі, але при цьому економіка запрацює в 10 разів краще. Ось це реформа. Я визначаю її як ускладнення передусім усієї роботи та збільшення міцності стимулів для працівників. І саме від такого розуміння перетворень може зрости рейтинг Президента.   Як ви вважаєте, у нас реформи впроваджуються правильним шляхом?   Поки що ні. У 1991 році президент Леонід Кравчук відправив мене у Францію, аби я проаналізував французьку модель управління. Їхав туди з однією гіпотезою - потрібно знайти спосіб радикального скорочення адміністративного апарату, зменшити кількість чиновників удвічі чи втричі - і все буде класно. Хтось із французьких спеціалістів навів мені просту аналогію - сказати, що новозбудований літальний апарат гарний, бо великий чи малий, не можна - це характеристики розмірів, а не якостей. Літак гарний, якщо летить. Це стосується і бюрократичного апарату. У Парижі чиновників у десятки разів більше, ніж у Києві, але при цьому їхній апарат працює досконало. Жоден держапарат не можна описувати кількісними формулами та показниками. Тому мене лякає, коли про адмінреформу кажуть, що на першому етапі скоротять 20%, згодом 40% працівників. Треба насамперед визначити, за допомогою яких інструментів змусити чиновників краще працювати, а це навіть не проговорюється. Наприклад, у США найефективніші чиновники - працівники ФБР. Вони отримують маленьку зарплатню, проте мають найпотужніший в світі соціальний пакет. А в Європі найкращий чиновницький клас має Франція. Це зумовлено бездоганною системою відбору та покращення кваліфікації - величезна кількість іспитів, щороку проводяться переатестації тощо.   Але ж і в Україні існує ціла система підготовки управлінських кадрів.   Можливо, недостатньо хороша. Будь-який сигнал Президента, а він дає його у правильному напрямку, вщухає на нижчих поверхах, гальмується. І рішення глави держави залежить від того, як сигнал сприймає суспільство. Якщо булькне, як у болоті, то вже нічого не вдіє.  Аби цього не сталося, потрібно створювати стимули. За 20 років в Україні утворився баласт людей, які не хочуть, не вміють та не можуть працювати. Насамперед, слід вирішити, що з ними робити: перевчити, перевиховати чи створити їм новий стимул. Ось тут робиться поки що мало. Це головна проблема у реформах.   Не гапони, а лідери! В одній із книжок я прочитала, що усі державні лідери поділяються на три категорії: творці, реставратори, охоронці. Перші намагаються створити нову реальність, другі - «відродити світле минуле», треті - зберегти отримане у політичний спадок. Хто більше потрібен Україні?   У мене дещо інша класифікація. Я розділяю політичних діячів на лідерів, вожаків і гапонів-провокаторів. Гапон або провокатор - людина, яка йде позаду свого народу і кричить: «Іди швидше!» Якщо народ спотикається і, не дай Боже, падає в безодню, провокатор сподівається вціліти, бо йде позаду. Політичний вожак крокує зі своїм народом, боїться відстати, втратити популярність і водночас випередити свій народ, бо не знає шляху і вважає, що народ сам знайде правильну дорогу. І він піде разом з іншими потрібним шляхом. Таких зараз багато в нашій опозиції. А лідер намагається бути попереду хоча б на півкроку, вказуючи шлях, ставлячи правильні цілі, та показує способи їхнього досягнення. Так ось, мені хотілося б, щоб в Україні правили не гапони і не вожаки, а справжні лідери.   Дасте пораду для влади?   Потрібно слухати дві субстанції. Свій народ, бо люди, коли їхня свідомість не заморочена бідністю, ненажерливістю, напевно знають, що потрібно їх країні. Друге - прислуховуватися до себе. Усі політики загартовані конкуренцією, мають великий життєвий досвід. Кожен із політичних лідерів напрацював міцну інтуїцію, правильне бачення проблем та шляхів їх розв’язання. Тож варто не боятися почути українців до глибини душі, відчути і себе, та не давати придушувати кращі якості такими наносними речами, як заздрість, жадність, нетерпимість. Слухай народ, слухай себе - і цього буде достатньо.     Экспрессия Wed, 9 Feb 2011 14:56:00 GMT http://www.vydrin.com/express/217754/ Дмитрий Выдрин – единственный, пожалуй, украинский политолог, способный комментировать сюр политической действительности не только содержательно, но образно, метафорично, иногда – сатирично, но всегда – искрометно. Эти свои умения он не утратил даже после «ходки» во власть. Сперва – народным депутатом от БЮТ, затем – чиновником, замом секретаря СНБО. С последней должности Выдрин ретировался по собственному желанию. Поясняет: «аппарат СНБО - сообщество запуганных, дрожащих, «закошмаренных» чиновников». К которым сам Выдрин, безусловно, не принадлежит, а экс-коллегам искренне сочувствует. «Эта власть инстинктивно опирается на тот социальный слой, в котором она уверена, который не предаст. Привлеки киевских – предадут через месяц. Днепропетровские, допустим продадут через два месяца. Львовские - кол в спину, образно говоря, всадят месяца через три»,- поясняет нюансы самоорганизации нынешней верховной власти. В которой сам он не прижился. Что его самого, кажется, не слишком печалит. Выдрин исследует политическую явь с любопытством первооткрывателя- каждый раз оглашая об обнаружении новой «терра инкогнито». Еще – пишет книги. Крайняя – с недвусмысленным названием «О политике упорно». Впрочем, об этом – в следующий раз. Сейчас – итоги и диагнозы 2010-го   «С чиновником без корочки расправляются так же быстро, как с почищенным апельсином»   Итак, вы больше не госчиновник - написали заявлении о добровольном отказе от должности зама секретаря СНБО. В чем причина?   При всем моем уважении к людям, работающим в аппарате СНБО, само по себе СНБО не является сегодня инструментом эффективной политики. Скорее – фантомной политики вчерашнего дня. К сожалению, мне не удалось убедить руководство в том, что СНБО должно стать принципиально новым политическим инструментом – модерирующим диалог не между ветвями власти, как было раньше, а между властью и гражданским обществом, как необходимо сегодня. По-настоящему влиятельным Совбез был, разве что, при Горбулине. Но тогда была другая политическая ситуация. А при Богатыревой аппарат Совбеза стал чем-то вроде «запасного аэродрома» для уволенных из власти чиновников. Да, сегодня это – сообщество запуганных, дрожащих, «закошмаренных» чиновников. Они пребывают в постоянном страхе – опасаются негативных перемен, сокращений, увольнений, лишения их разнообразных чиновничьих привилегий. Украинский чиновник боится лишения «корочки» больше, чем боится снятия с себя корочки апельсин. Поскольку с чиновником без корочки расправляются так же быстро, как с почищенным апельсином. К сожалению, в нашей стране тяжело жить без крутых корочек в кармане; без мобильного номера первого или хотя бы второго лица; без наличия связей, ранее – родственных, сейчас – региональных. Вообщем-то я понимаю этих людей. Беспокоясь за свое будущее, они, тем самым, беспокоятся за будущее своих семей, детей, близких. И когда я говорю, что они - дрожащие, это – не унижение, а сожаление по поводу того, во что превратился такой привилегированный класс, как статусное чиновничество. Однажды , в частном разговоре, вы нахваливали опыт одной из стремительно развивающихся постсоветских республик, где СНБО – орган, сформированный из авторитетных представителей гражданского общества, предлагающих власти аналитику относительно наиболее актуальных для их страны угроз.   Возможно, я немного идеализирую эту страну, поэтому называть я ее не стану. Действительно, тамошнее руководство пошло путем несколько иным, чем в Украине. По пути, который и я когда-то предлагал. Посему – тешу себя мыслью о том, что есть в их успехе и моя заслуга; что мои скромные советы чужой стране пригодились больше, чем родной. Так, вот, прежде их СНБО очень походило на наше: группа квалифицированных чиновников, анализировавших все угрозы и отвечавших за все угрозы. Однако, скоро там пришли к выводу: во-первых, чиновник не может все знать; во-вторых, специалистов – на все виды угроз – не напасешься. Следовательно, зачем в СНБО – на постоянной основе – содержать департамент экологии, экономической, информационной безопасности и т.д. И СНБО старого образца расформировали, заменив штатных чиновников лидерами гражданских институтов, руководителями общественных движений, фондов, привлекавшихся по мере надобности. Выходцы из гражданского общества, они знали действительную ситуацию куда лучше чиновников.   Следовательно – могли предоставлять куда более качественную аналитику и прогнозируемых угроз и способов противодействия им. Ну, допустим, в этом году серьезным вызовом является аномально жаркое лето и, соответственно, последствия этого. Каким будет лето через год-два, неизвестно. Так, зачем держать в штате СНБО с десяток чинов, отвечающих за экологию? Не разумнее ли коммуницировать с «зелеными», заказывать им независимые экспертизы?   В таком случае, СНБО выступает модератором между Президентом, его вертикалью и гражданским обществом. Получается, о существующих угрозах Президенту сообщает само общество. И оппонентам власти сложно с этим поспорить.Есть и «интимная» сторона дела. Данные исследования хорошо оплачиваются. Следовательно, независимым экспертам невыгодно голословно критиковать Президента – не получат через СНБО хороший заказ. Это уже, конечно, тонкости, но власть, если хочет быть успешной и эффективной, должна быть «тонкой», а не неповоротливо «толстой».   Нидерландская модель это называется, да?   Она называется нидерландской, но в данном случае мы обсуждаем опыт постсоветской страны, первой перенявшей этот опыт. Что касается непосредственно Нидерландов, то там работает мощнейший аналитический центр. Работает не на бюджетные деньги - пожертвования, отчисления корпораций и т.д. Центр, собственно, помогает разработать методологию оценки угроз, а также он занимается отбором институтов гражданского общества, у которых стоит заказывать экспертизы. То есть, существуют квалифицированные специалисты, которые не сами дают руководству страны оценки и выводы, но помогают гражданскому обществу методологически правильно оформить этот перечень и помогают его представить политическому руководству.   Насколько, по-вашему, нынешняя украинская власть готова к восприятию подобных экспертиз от общества? Ведь это значит: вынырнуть из теплой информационной ванной.   Есть присказка - «а придется!». По природе своей, власть, как правило, не готова к той степени объективности, которая кажется естественной для нас – экспертов, журналистов. Власть, по определению, всегда тяготит к тайне, закрытости. Но при этом выживает только та власть, которая обладает инстинктом самосохранения. И именно этот инстинкт подсказывает чиновникам, когда они перебарщивают с закрытостью и кулуарностью. Тут важно правильно оценить риски. Что более рискованно: что общество получит некую информацию или что чиновники погибнут вместе с государством, обществом, если люди ее вовремя не получат. Потому власть всегда должна балансировать между рисками закрытости и открытости. А мы живем в мире, где все тяготеет к открытости. Вселенная устроена так: системы сжимающиеся всегда побеждаются системами расширяющимися. Например, если, не дай Бог, произойдет конфликт между двумя Кореями, одна из которых, как известно, тяготеет к полной закрытости, вторая – к открытости, мы догадываемся, кто победит.     «Это для нас с вами главное – дом. Дом, из которого мы ходим на работу. А в их мире основное – шахта, остальное – надстройки над шахтой»   Власть Кучмы, по своей конструкции напоминала треугольник. Все колебалось между тремя его сторонами: Президентом, Кабмином и парламентом. Эти колебания обеспечивали относительное равновесие, пресловутые «сдержки» и «противовесы». Власть Януковича слишком монолитная – вокруг одни донецкие. Не усматриваете здесь опасности, противоречия законам самосохранения? Монолитность власти на данном этапе - вопрос ее выживания. И это говорю я, не вписавшийся в эту монолитность. Власти сейчас, чтобы выжить, чтоб реализовать какие-либо изменения, необходимо некое «чувство плеча». То есть высокая степень корпоративности.Знаете, был период, когда я месяца проводил под Донецком, вблизи шахты «Трудовская» - дочку туда к теще на лето привозили после Чернобыля. У англичан есть такое понятие как «nightcap» - «стаканчик перед сном». Так вот, я не могу пить один – мне надо с кем-то чокаться. Скоро у меня там завязалось множество знакомств с шахтерами, мы общались, дружили - и это помогло мне лучше понять этих людей. Людей, изменивших, в последствие, лицо страны. Ведь это именно шахтерские забастовки изменили лицо Союза и судьбу Союза. Я был поражен четким порядком, безупречной организацией этих забастовок. Судите сами: абсолютный сухой закон, ни одного случая хулиганства… При том, что под обкомом партии одновременно могло находиться несколько десятков тысяч шахтеров. Кстати, когда в парламенте создавалась первая демократическая коалиция и регионалы блокировали трибуну…   Помню. Вы были с Тимошенко.                    Да. И она осторожно просила меня упоминать в моих публикациях, что во время блокады зал забросан бутылками, окурками, презервативами. Я ответил, что не единожды бывал в заблокированном зале, но ничего подобного там не видел, поскольку зал блокируют ребята, еще помнящие дисциплину шахтерских стачек.Так вот, в те летние месяцы под Донецком, я понял: у шахтеров может быть много претензий друг к другу. Кто-то с кем-то, допустим, подрался, кто-то переспал с чьей-то женой, но все это не имеет серьезного значения в главном - в лаве. Поскольку, отправляясь в забой, они должны быть уверены друг в друге, должны полагаться друг на друга. В забое риски значительно выше, чем на поверхности. И делить эти риски они могут только с людьми своего круга; с теми, на кого можно положиться.   Пришлые парни, приехавшие на заработки, могут работать в больничке, в столовой. В забое – только свои. Тут «чувство плеча» важно, как никогда. Поэтому сейчас, когда эти люди пришли в «забой» власти, где рубятся огромные пласты и потоки, в том числе – финансовые, логично, в этот забой они берут только своих. И они в заложниках друг у друга. И они друг-друга не предают. Вся их жизнь очень насквозь корпоратизирована. Это для нас с вами главное – дом. Дом, из которого мы ходим на работу. А в их мире основное – шахта, остальное – надстройки над шахтой. И если завтра кто-то из них кого-то предаст, его ребенок не сможет ходить в школу. «Твой папа – предатель!» - будут кричать ему вслед. Жена – не сможет выйти в булочную, «твой муж – предатель», - скажут соседки.   Вот, корпоратизированность, излишняя закрытость их и погубит.   Не думаю. Эта власть инстинктивно опирается на тот социальный слой, в котором она уверена, который не предаст. Привлеки киевских – предадут через месяц. Днепропетровские, допустим продадут через два месяца. Львовские - кол в спину, образно говоря, всадят месяца через три. Так что, с точки зрения внутренней самоорганизации власти, все, как ни дико звучит, правильно. В России, между прочим, все аналогично происходило. С приходом Путина, высшие государственные посты заняли выходцы из спецслужб – те, кому он доверял, кого понимал, на кого мог рассчитывать. В Венгрии правительство реформаторов составили люди, некогда жившие в одном общежитии. Их так и называют «правительство одного общежития».   Но есть и другие общежития! Да, но для адаптации его жителей в «своей» среде необходимо время: этап «притирки», привыкания и т.д. При этом, соглашусь с вами, любая чрезмерно замкнутая популяция рано или поздно вырождается. Не так давно мне случилось побывать в одной зарубежной горной деревушке. Там - маленький ресторанчик с потрясающей кухней и поразительно некрасивыми официантами и официантками. «Мы бережем традиции, поэтому и кухня такая», - пояснил местный старец. «Почему же такие некрасивые официанты и официантки?», - спросил я. «Видите ли, мы живем высоко в горах. Часто, чтоб спуститься в долину, в соседнюю деревню – обновить кровь, не хватает времени, а зимой нет такой возможности, поэтому происходит кровосмешение». Главное, чтоб этого же не случилось в Украине. Когда, условно говоря, сильная, монолитная экономика, но в духовном, социальном, геополитическом т.д. планах – полное вырождение.   Мне кажется, вы оправдываете нынешнюю власть.   Может быть. Все власти достойны критики и я устал критиковать власть. Рано или поздно, хоть какой-то власти необходимо дать маленький карт-бланш.   «Для женщины и танк, и самолет – подиум. Подиум, а не трибуна. Она не обязана говорить, она обязана хорошо выглядеть»   Карт-бланш был получен на выборах. К настоящему моменту он практически исчерпан. Рейтинг Януковича падает так же, как, в свое время, Ющенко – на треть за три месяца. Как вам эта динамика?   Дело в том, что нынешняя власть неплохо владеет всем, что касается формы, хуже – тем, что касается содержания. А любой процесс имеет и форму, и содержание. Да, важно, чтоб форма была красивая. Например, чтоб красиво выглядела четко выстроенная административная вертикаль, чтоб, скажем, чиновники имели дресс-код. Но есть еще содержание. И с этим пока проблемы. Я много писал о том, что происходящие реформы по сути своей неправильные. Потому как любая экономическая реформа начинается не с экономики - с философии. Только та реформа может иметь результат, которая подразумевает не только сокращение или увеличение количества работников, а повышение качества, креативности и стимулов труда.   Будучи в Германии, на заводе по выпуску спутников, я был поражен, выяснив, что у здешних рабочих есть свой яхт-клуб, гольф-клуб, свой оперный театр. Подчеркиваю: у рабочих, а не у их руководства. Руководство, по этому поводу, прокомментировало: если они не будут кататься на яхтах, играть в гольф и петь в опере – не изготовят хороших спутников. У нас любой трубный завод рассматривают с точки зрения того, сколько он может произвести труб. В Германии – какого качества и какого уровня будет профессионализм работников, их выпускающих. Там понимают: если завтра что-то изменится, придется выпускать не спутники – микрочипы, их рабочие справятся и с этой задачей. Тогда как у нас мыслят формами металла, а не смыслами качества жизни.   Чем удивляться? В шахтах всегда гибло много людей и человеческая жизнь, тем более – личность, не представляли тут значительной ценности.   Времена меняются. Мы говорим о новых вызовах.   Тем более. Главная задача любой власти – повторное воспроизводство себя во власти. Значит, им необходимо адаптироваться к существующим условиям. Насколько, на ваш взгляд, нынешние власть имущие к этому готовы? Насколько они вообще гибкие?   Не соглашусь с тем, что жизнь шахтера – это обязательная жертвенная плата за каждую тысячу тонн угля. У донецких не меньше милосердия, чем у львовских, или даже у закарпатских. Отношение к жизни, я думаю, у всех людей примерно одинаковое. Другое дело – конкретно эти люди привыкли сами рисковать и других готовы посылать на риски. Поэтому у них имеется и закаленность и даже некоторая перезакаленность.   Перезакаленность?   Да. Кстати, именно в этом – проблема Тимошенко. Она «перекалила» свой характер. Хотела сделать характер твердым и гибким, как булат, а получился – чугунно-тяжеловесным, но при этом ломким. И это касается не только Тимошенко, но и многих ее оппонентов при власти.   Пожалуй, это - общая черта наших элит.   В романе Булгакова всех испортил квартирный вопрос, а у нас власть испортила оппозицию, а оппозиция испортила власть. Причем непонятно, кто кого больше «попортил». Тимошенко убеждена: ей не могут простить сверхвысокие доходы в ее «бизнес-эпоху»; блестящую публичность, когда она была политиком; безупречные формы одежды, когда она была политической моделью. На самом деле - и она этого никак не поймет – ей не могут простить другого. Причем не могут простить скорее интуитивно, чем осознанно. Именно то, что в среду украинского политического класса, долгое время считавшего себя одним целым, она внесла элементы межвидовой борьбы. Чем отличается межвидовая и внутривидовая борьба? Внутривидовая не есть борьбой на уничтожение. Знаете, как дерутся медведи гризли – самые сильные хищники в мире? Я был в Америке в лесах, где живут гризли, и видел, как они соревнуются. Один медведь подходит к дереву, становится на задние лапы и передней лапой чертит на стволе отметину. Затем подходит другой медведь, становится на задние лапы – старается дотянуться до отметины. Если ему это не удается – тут же убегает. Если удается поставить свою отметину выше первой – убегает другой медведь. Это - внутривидовая борьба, когда кусаются – но не перекусывают горло, лягаются – но не ломают ноги, бодаются – но не пробивают череп насквозь. А Юлия Владимировна пыталась, если уже конкурировать – то конкурировать, если мочить – так мочить. Причем она не понимала, слово – такое же страшное оружие, как и дело, иногда даже сильнее, смертоноснее. Она пыталась не победить конкурента, а уничтожить конкурента насмерть. И в психологическом смысле, и в политическом. То есть, Тимошенко перепутала межвидовую и внутривидовую борьбу. Кроме того, она перепутала фигуры оскорбления и унижения. Оскорбление это – пощечина. После оскорбления, в принципе, возможен диалог, возможно рукопожатие. Унижение – это плевок в лицо, после которого невозможно ни то, ни другое.…Я не единожды обозначал отличие украинской и российской политики: в российской политике не горят книги, в украинской политике не горят мосты. А Юлия Владимировна постоянно сжигала мосты, причем не только позади себя, но и впереди себя. Сжигание мостов стало, де-факто, ее любимым занятием. Этого-то ей не могут простить действующие политики – теперь они чувствуют в себе «геном Тимошенко». Который – они это осознают – чужероден, искусственно посеян и грозит их, да и всю украинскую элиту, уничтожить, разорвав на куски. С другой стороны, совладать с этим геномом они тоже не могут. Как следствие – применяют его «зов» к самой Тимошенко. Вот вам природа противостояния современной власти и оппозиции.   Никакой другой реальной оппозиции, кроме Тимошенко, в стране нет. Согласны?   Да, учитывая, что и сама Тимошенко - не оппозиция.   А власть не может быть эффективна без оппозиции. Это – аксиома. Как быть? Выжидать, пока оппозиция – старая или новая, сама проявится или власти следует формировать «карманный» пул оппонентов, чем, собственно, она уже занимается.   Первый вариант – имитация оппозиции. Хотя любая имитация чревата тем, что человек теряет чувство реальности. Если у боксера нет хорошего противника, он приглашает тренера – чтоб хоть как-то побоксировать. Хотя тренер ни по возрасту, ни по весовой и прочим категориям ему в спарринг-партнеры не годится. «Поединок» получается соответствующий. Но даже плохой спарринг-партнер – лучше, чем отсутствие такового. Так можно сохранить навыки, приемы, отрабатывать удары и т.д.   «Артхашастра», самая древняя политологическая книга, говорит: лучший враг – выдуманный враг. Но я осмелюсь поспорить с великой книгой. Думаю, лучший «враг», а точнее политический оппонент, – естественный. Откуда он возьмется – мы не знаем. В любом случае, не хотелось бы, чтоб за неимением внутренних врагов, искусственно плодились враги внешние. Как это делал тот же Ющенко, твердивший о выдуманных «врагах» геополитических. Да, ему надо было хоть как-то оправдать свое президентство. Но этот путь оказался бесперспективным. Потому что вымышленные, фантомные враги не приводят к изменению реальных процессов, взрослению власти.Действительно, сегодня власть пошла по этому пути создания имитаторов оппозиции. Но долго это продолжаться не может. Реальная оппозиция, рано или поздно, проявится. И в этом плане можно только одно посоветовать власти – не душить всё молодое, которое с ней не согласно. Потому что главный инстинкт власти – задушить головастика, который против тебя, пока он еще не стал лягушонком и не научился «квакать». Не надо! Пусть они подрастут, вам будет больно, некомфортно от их громких претензий и укусов, зато вы всегда будете в хорошей бойцовской форме.       Тимошенко сейчас крайне слаба. По правде – маргинализирована. Думаете, сумеет возродиться?   Признаться, мне хотелось бы, чтобы все украинские политики были достойны счастливой длинной судьбы. Поэтому комментировать этот вопрос я не стану. Повторю лишь то, что говорил уже раньше: Юлия Владимировна, как мне кажется, слишком большой акцент сделала на формальной стороне своей политической деятельности. Для нее форма была всегда важнее содержания. И это сыграло с ней злую шутку. Уже будучи ее оппонентом – посредством публикаций – пытался напомнить ей: «оппозиция» переводится как «противопоставление», а не как «противостояние». Мало выступать против власти, мало поставить 10-тысячную толпу под парламентом, надо еще что-то реальное противопоставлять, предлагать, что-то продвигать. А Тимошенко этого не делала. И в этом она была «слишком женщиной», если можно так выразиться, слишком злоупотребляла женскими приемами в политике. В чем отличие мужской политики от женской? Если мужчина выходит на трибуну - обязан что-то сказать. Почему Ющенко, появляясь на танке или самолете, был смешон? Потому что для мужчины даже танк или самолет – трибуна. Вылез на танк – объяви о повышении зарплат танкистам в десять раз. Сел за штурвал самолета – пообещай финансирование летным школам. Тогда как для женщины и танк, и самолет – подиум. Подиум, а не трибуна. Она не обязана говорить, она обязана хорошо выглядеть. И Тимошенко активно этим пользовалась: в донецкой шахте, в Харькове – на БТРе. Но, к сожалению для нее, не всегда это срабатывает. Если хочешь быть политиком, должен знать: где следует быть эффективной, как просто женщина, а где – выразительной как политик.   «Хотелось бы, чтоб наши политики – как и Президент России – тоже соревновались за популярность в блогосфере»   Очевидно, трендом этого года стал выход на центральные подмостки «Свободы». Как вы оцениваете произошедшее? Свидетельствует ли это об излишней радикализации общества или еще о чем?   Согласно закону Ромера, это - рождение собственной украинской политики.   А до этого была какая?   Постсоветская.   По закону Ромера, отечественная политика должна пройти четыре стадии: детства – это радикализм, юности – либерализм, зрелости – консерватизм, наконец старости - авторитаризма. Этот закон почти всегда срабатывает. Учитывая, что наша политическая нация молода, радикализм для нас вполне естественен. И если на Западе есть Тягнибок, в скором времени и на Востоке обязательно возникнет его антипод. Причем обязательно настолько же радикальный.   Года за полтора до Оранжевой революции, говоря о настроениях в обществе, вы поделились метафоричным предчувствием: в скором времени в нашу реку упадет метеорит. Воды расступятся, горячий камень оголит и выжжет дно, подняв весь ил на поверхность, но вскоре река успокоится, круги на воде исчезнут, течение выровняется и вновь это будет спокойная ровная гладь. Так и получилось. Скажите, сегодня у вас нет ощущения, что воды сомкнулись слишком плотно и что река, собственно, превращается в болото?   Нет, полного штиля не будет уже никогда. Точнее, не будет деления на сезон муссонов и штилей. Мы входим в период, в том числе – климатический - знаю, о чем говорю, так как в СНБО я занимался экологической тематикой (улыбается – С. К.) – микширования сезонов. Это происходит на всей планете. Когда смещается во времени «сезон дождей», когда летом выпадает снег, а зимы либо непривычно теплые, либо – аномально холодные.   Примерно то же самое - в политике. Последний штиль был при Кучме. Только Кучма, как талантливейший инженер, обладал даром глубокой заморозки политических проблем на длинный период.       Пришел Ющенко – все разморозил.   Да. Сейчас вообще меняется способ освоения социальной действительности. Планирование сменилось сперва стратегированием, теперь стратегирование вымещается сценированием. Мир так текуч и изменчив, что не укладывается в долгосрочные стратагемы. Другое дело – сценарии. Сегодня – время политиков, работающих не с «мозговыми фабриками» и проектными институтами, а в духе голливудских сценариев. Сценариев, по которым можно создать и обустроить счастливую страну. В будущем году, да и в 2012-м – тоже, мир в целом и Украину, как его часть, ожидает громадное количество потрясений – финансовых, культурологических. Ломаются традиционные устои; меняется представление о том, что есть нация, семья, государство. Львиная доля всего этого происходит в виртуальном информационном пространстве. Виртуал становится частью реала. Возможно, на каком-то этапе виртуал может заменить и значительную часть реала.   Пожалуй, данный контекст – из немногих, где уместно сравнение Украины с Россией. В РФ глобальная информатизация происходит несколько быстрее и если вы правы, это должно уже проявляться на опыте наших Северных соседей.   Президент России – не только первое лицо государство, но еще и рядовой российский блоггер. Рядовой, так как не входит даже в первую «пятидесятку» топа. Однако, пытается завоевать в блоггерской среде столь же высокий статус, какой имеет в официальной иерархии. Хотелось бы, чтоб наши политики – как и Президент России – тоже соревновались за популярность в блогосфере. Конечно, попытка российского президента стать известным блоггером неуклюжа примерно настолько же, насколько неуклюжа попытка российского автопрома выпустить аналог «Мерседеса». Но они хотя бы пытаются!   Янукович-блоггер – так же смешно, как и утопично.   Знаете, когда я лет 15 назад первым начал носить платочек в нагрудном кармане - это тоже выглядело смешно.   Не будем идеализировать российских политиков, но почему они производят впечатление некоей продвинутости, что ли. Носятся с идеей Силиконовой долины, вкладывают деньги в биотехнологии? Между прочим, бюджет «Роснано» уже практически равен бюджету «Газпрома». Почему? Потому, что эти люди уже вкусили все сладости богатства, власти и понимают: дабы и далее вкушать, необходима новая, здоровая, полнокровная жизнь, необходимо чтоб и мир стал гармоничнее и соотечественники благополучнее. Думаю, нашим детям придется рано или поздно осознать: украинский народ тогда станет конкурентоспособен, когда не только «пальму Мерцалова» научиться делать, но и выращивать в отечественных теплицах банановые и кокосовые пальмы. Триста лет тому монахи в Черниговской области выращивали зимой кокосы и бананы. Это было и красиво, и достойно, и богоугодно, и полезно для здоровья. Вот и нашим политикам необходимо осознать: для их личного здоровья, здоровья нации, металлургии с химией только недостаточно. Нужна еще биомедицина, высокие технологии, информатика и т.п. Тут-то и появятся политики, базисом которых являются не трубы, а нано.   Резюмируем тем, с чего начинали. Гражданское общество. Достаточно ли оно окрепшее по-вашему, на сегодня, чтоб и подобные процессы стимулировать, и альтернативы предлагать, и на вызовы отвечать?   Идеального, стопроцентно мощного гражданского общества нет нигде в мире. Как там сказано: «Я не разделяю вашу мысль, но я готов бороться за то, чтобы вы имели право сказать мысли». Я не разделяю идеологию последнего предпринимательского Майдана, поскольку не люблю посредников. Недавно в одной из европейских стран мне довелось покупать носки. Я спросил: «Это ваши отечественные носки?». Ответ: «Что вы, в нашей стране давно ничего не делается, тем более носки». Знаете, я бы не хотел жить в стране, где не выпускаются ни классные автомобили, ни компьютеры последнего поколения, ни спутники, ни носки. А выполнение требований, выдвигавшиеся последним Майданом - если их принять в полной мере – приведет к тому, что украинцам останется лишь перепродавать китайские носки, но уж никак не создавать спутники. Поэтому я был против Майдана по содержанию, но был горячо «за» по форме. Гражданское общество должно иметь свою, извиняюсь, «глотку». И должно иметь навыки громкого и внушительного разговора с властью на равных. Так вот последний Майдан – попытка говорить с властью на равных.   Попытка не удалась?   Отчего же, удалась. Людей услышали, к ним вышли, говорили. Это – начало, посмотрим, что будет дальше.   Экспрессия Mon, 27 Dec 2010 17:22:40 GMT http://www.vydrin.com/express/217748/ Политолог, философ, политический проповедник, футурист. Дмитрия Выдрина трудно классифицировать. Знаете, некоторые одаренные деятели подписывают себя как "политтехнолог и политолог". Или "журналист, евроатлантист и пиар-менеджер". Выдрин создал свой бренд: "Дмитрий Выдрин". Нравится это кому-то или нет. Дмитрий Игнатьевич, мы с вами беседуем накануне Нового 2011 года. Как вы считаете, декабрьская парламентская драка тянет на событие года?   – Я не считаю это событие ни знаковым, ни даже резонансным. Как старожил парламентских боев, хочу подчеркнуть, что, во-первых, драка в парламенте произошла по плану. А один из моих афоризмов гласит: если в Верховной Раде дерутся по плану, значит, что-то спланировано неправильно. Во-вторых, ребята мало позажигали. В свое время мы носились по парламенту с топорами, а не со ржавыми монтировками, рубили силовые кабели, которые находились под напряжением 380 вольт… Видимо, драйв уже не тот, постарели депутаты, пропал кураж. Поэтому есть ощущение усталости, некой апатии и имитации активности. Парламентарии и с той, и с другой политической стороны пытаются из последних сил напомнить своим лидерам даже не о своей нужности, а хотя бы о своем существовании.   Выяснять сегодня, что было раньше – яйцо или курица, блокирование парламента или его разблокирование, – занятие, на мой взгляд, абсолютно бессмысленное. Фома Аквинский занимался этим еще тысячу лет назад и так и не пришел к окончательному выводу. Это был некий пароксизм уходящего политического года. Скорее всего, больше драк в парламенте уже не будет. Последняя "схватка" продемонстрировала свою бессмысленность и бесполезность. Выяснилось, что рукопашный бой, к сожалению, для многих твердоголовых парламентских бойцов исчерпал себя как способ решения политических проблем.   Могу также констатировать, что депутаты так ничему и не научились. В свое время я написал парламентариям небольшую инструкцию на тему, как использовать десять предметов, которые есть на каждом депутатском месте. К примеру, шнур от наушников может превратиться в хорошую и прочную удавку, вешалочки, расположенные над интимными местами парламентариев для их диоровских портфелей, – это готовые к употреблению кастеты. Но почему-то народные избранники не использовали данные предметы, которые могут раскрасить любую драку в насыщенный красный цвет. Да, в мое время и ситуации были поострее, и кнопкодавы были погорячее…   Тем не менее под эту драку была подведена «солидная» теоретическая концепция. Якобы речь идет о смерти украинского парламентаризма и демократии в контексте европейской тенденции решения экономических и политических проблем силовыми методами. Так ли это?   – Не следует, на мой взгляд, смешивать пыхтение и толкание в нашей Раде с изысканными боями в английском или хотя бы чилийском и японском парламентах. Это все равно что сравнивать боксерский поединок Кличко с банальной дракой в подворотне. В 1967 году на выставке "Интер-пресс-фото" первое место занял снимок, который назывался "Драка в чилийском парламенте". Так это была не драка, а настоящий балет: великолепная растяжка, хорошо поставленные хуки слева и справа, сложнейшие приемы капоэйры, элегантные костюмы и галстуки. А наши парламентарии на драку идут не как на праздник, а как в подворотню – снимают пиджаки и галстуки. Ну разве это можно назвать настоящим бойцовским поединком? Драки, о которых говорят в Европе, – это именно поединки. Зачастую поединки чести, с помощью которых решается некая технологическая задача. К примеру, на месяц выводится из строя депутат, который постоянно голосовал против. Или же ставится точка в каком-то моральном споре: чья секретарша красивее и, в конечном счете, эффективнее. А бессмысленное пыхтение в Раде я даже не хочу называть поединком. И вообще считаю, что значительно больше смысла у того, кто сражается, чтобы посадить чужую секретаршу к себе на колени, чем у того, кто дерется, чтобы его собственную начальницу не заключили под домашний арест.   Тем не менее, силовая тенденция в мире налицо: во Франции дерутся, в Англии дерутся, в Беларуси головы демонстрантам пробивают, в России массовые схватки…   – На мой взгляд, главным итогом года является то, что Армагеддон подкрался незаметно. Все, что вы назвали, – это судьбоносное столкновение между гражданским обществом и чиновничьим интернационалом. В уходящем году впервые гражданское общество массово бросило вызов чиновникам, которые заинтересованы в установлении некой благостной тишины. В тишине, как известно, наиболее удобно делить деньги и власть. Банкиры любят повторять, что большие деньги любят тишину. От себя хочу добавить: большая власть еще больше любит тишину, поскольку именно в тишине и дерибанятся главные финансовые потоки и экономические ресурсы. Поэтому чиновничьему интернационалу очень хотелось бы, чтобы тихо перераспределялись мировые финансовые потоки, геополитические полюса влияния. И вдруг появилось гражданское общество, которое открыто заявило: а мы против! Это свидетельствует о том, что в мире действительно просыпается гражданское общество. Оно пробует свои силы, пытается найти способы борьбы с чиновничьим интернационалом. Пока в реальности у него нет другого способа защищать свои гражданские права, кроме как с помощью уличной конфронтации.   В одном из своих недавних интервью я говорил о том, что налицо очень нехорошая тенденция: мы, отстаивая свои политические права, совершенно забыли о правах гражданских. Еще Петр Струве более ста лет назад объяснил, чем отличаются гражданские права от политических. Гражданские права – это когда защищено твое право на частную жизнь, право на невмешательство политики в твою повседневность. Политические права – это когда отстаивается твое право на вмешательство в политику.   Сегодня люди становятся все более и более самодостаточными. У них есть доступ к информации через Интернет, они могут нормально питаться, путешествовать, просто жить. Поэтому политические права становятся для них менее важными, чем гражданские. Каждый гражданин – это автономная личность. И он заинтересован в своей суверенности больше, чем в праве вмешиваться в политическую трескотню. Мы все присутствуем при рождении всемирного гражданского интернационала, который ставит перед собой цель защитить гражданские права от посягательств чиновников, пытающихся откупиться от общества правами политическими.   Гражданское общество говорит: мы хотим и имеем полное право говорить и думать на том языке, который для нас является родным. А чиновники говорят: нет, вы будете говорить на том языке, на котором удобно вести делопроизводство. Граждане говорят: мы хотим путешествовать по миру. А международные чиновники говорят: нет, вы должны стоять месяц в очереди за визами и собирать каждый раз все больше и больше новых справок для того, чтобы, не дай Бог, вы случайно легко не поехали в другую страну к друзьям, на учебу или на отдых. Граждане говорят: мы хотим иметь полный доступ к информации. А чиновники говорят: мы позакрываем сейчас сайты типа WikiLeaks, потому что там публикуется информация, которая вам, гражданам, не нужна.   Кстати, на чьей стороне сайт WikiLeaks?   – Если уличное противостояние – это борьба с чиновниками в реале, то WikiLeaks – это Армагеддон в Сети, бунт гражданского общества в виртуале. Гражданское общество говорит: мы ничего не знаем о людях, которые нами управляют. Или знаем очень мало. А государство прослушивает наши телефоны, проверяет все банковские счета, с помощью системы "Эшелон" сканирует все наши мобилки и эсэмэски. Они знают о нас все. Так почему мы ничего не знаем?! Вполне вероятно, что этот бунт в Сети может закончиться победой гражданского общества. Я хочу сделать сегодня прогноз, который можно будет проверить через год. Так вот, думаю, что Ассанж в следующем году получит Нобелевскую премию мира. И шведы, которые сегодня пытаются инкриминировать Ассанжу участие в "шведской семье", на следующий год будут говорить, что это великий светоч, помогший, в том числе и Швеции, совершить великую гражданскую революцию, окончательно раскрепостив информационное поле мира от политических оков, страхов, запретов, цензуры и всего остального.   На мой взгляд, ситуация с сайтом WikiLeaks абсолютно недооценена. И я очень хочу, чтобы в Украине нашлась политическая сила, которая бы подсказала нашим и зарубежным политикам значимость данного явления. По-моему, этим занялась пока только партия "Русь" во главе с Денисом Шевчуком.   Блоггеры в России заявили, что они собираются создать свой WikiLeaks. Только для российской власти. Это возможно?   – Я думаю, что мы должны опередить блоггеров России. Несмотря на то, что все блоггеры – братья. Тем не менее и братья конкурируют. Поэтому мне приятно, что ряд молодых коллег задумали создать некую виртуальную сеть, которая бы называлась не WikiLeaks, а ВичеLeaks, поскольку именно в Киевской Руси был изобретен прообраз беспроводного Интернета в виде киевского вече. В этом прототипе Сети информация передавалась по горизонтали, из уст в уши. Фактически именно вече заложило основы, философию, контент и интерфейс единого мирового информационного пространства.   Давайте вернемся к итогам года. Какое самое знаковое событие уходящего года в Украине?   – Наверное, все-таки местные выборы.   А не президентские выборы?   – Оп-па! Знаете, у меня такое ощущение, что президентские выборы прошли пять лет назад. Настолько спрессовано время. Да, конечно же, президентские выборы и их "третий тур" в форме местной электоральной кампании – это знаковое событие уходящего 2010 года. На местных выборах было завершено строительство пресловутой вертикали власти. Президентская кампания продемонстрировала приоритет гражданских прав и свобод над политическими. "Регионалы", осознанно или нет, попали в этот тренд. Их предвыборные обещания в большей степени касались именно гражданских прав. Они угадали тенденцию. И потому это, наверное, главное событие года.   Возбуждение уголовного дела против Юлии Тимошенко – это второе по значению событие года? Или нет?   – Ситуация с Тимошенко может существенно повлиять на ментальность и поведение украинской элиты. Она (ситуация) продемонстрировала, что действительно работает, кажется, 94-й закон Паркинсона, который гласит: если вы на рыбалке открыли банку с червями, то для того, чтобы собрать их снова, потребуется банка значительно большего размера. Применительно к нашей действительности это звучит примерно так: если вы откроете шкаф со скелетами, принадлежащий политику высшего эшелона, то чтобы упаковать затем все эти скелеты, понадобится шкаф гораздо больших размеров. На примере Юлии Владимировны выяснится, что у политиков высшего эшелона в шкафах находится такое невероятное количество скелетов, что не хватит сил всех генпрокуроров мира, чтобы их "идентифицировать", выяснить способ "убийства" и помещения в шкаф.   Поэтому если вокруг Тимошенко будут происходить какие-то неприятные события, то для одних чиновников это станет поводом для проведения экстренной чистки своих шкафов, а для других – сигналом не плодить подобные скелеты. Как оказалось, можно открыть любой, даже хорошо закрытый шкаф. И это предостережение всем политикам на будущее, своего рода послание. Хотя, конечно, у того, с кого начинают "чистку шкафов от скелетов", возникает ощущение несправедливости. Почем именно я?! Но, как говорит одна моя знакомая, все когда-то происходит в первый раз. С Юлией Тимошенко такое произошло в подобном масштабе впервые, и она испытывает ощущение жуткой несправедливости. Возможно, эта несправедливость будет несколько смягчена тем, что дело станут расследовать спустя рукава. Ведь для действующей власти прецедент, который появится, гораздо важнее, чем сам результат расследования. Это первое. Второе: на мой взгляд, урок пытаются дать не только по поводу каких-то хищений, бюджетных махинаций и превышения служебных полномочий. В этом можно обвинить всех бывших и действующих политиков Украины. Ей пытаются дать другой урок: нельзя на внутривидовую борьбу переносить правила и методы межвидовой борьбы.   Украинская элита считает себя "единым видом". Они иногда в шутку называют себя "политическим классом". Внутри этого "класса" действуют законы внутривидовой борьбы. Эти законы гласят, что, борясь и конкурируя внутри вида, можно кусаться, но нельзя перегрызать горло, можно лягаться, но нельзя отрывать ноги, можно бодаться, но нельзя проламывать череп. А Юлия Владимировна является практически единственным украинским политиком, который пытался применить приемы межвидовой борьбы в борьбе внутривидовой. Если била, то пыталась вломить до мозгов, если кусала, то стремилась перегрызть становую жилу. И вот подобное нарушение правил внутривидовой борьбы и конкуренции вызвало громадное желание у элиты преподать нарушителю жесткий урок.   Украину часто сравнивают со странами Латинской Америки. Так там при военных переворотах, как правило, никого не запрессовывают чрезмерно, поскольку понимают, что тот, кого "перевернули", может опять прийти к власти. Поэтому заключается негласный договор: ты два года посидишь под домашним арестом, затем мы тебя выпустим, и, глядишь, – лет через семь опять станешь президентом. Пиночет был одним из немногих, кто за последние полвека нарушил это правило. И ему не простили убийство Альенде. Причем не простили люди, которые тоже были противниками Альенде, поскольку Пиночет нарушил правило: при латиноамериканских переворотах сажают под домашний арест, а не убивают. Поскольку мы все-таки ближе к Латинской Америке, то, наверное, все закончится домашним арестом Тимошенко.   Возвращение к Конституции 1996 года оправдало себя? Или же этот "плавленый сырок" был лишним?   – Возможно, подобный шаг был лишним с точки зрения кухонного интеллигента, брюзжащего по любому поводу, а с точки зрения людей, пришедших во власть, он являлся абсолютно логичным. Когда-то я писал, что любой крупный политик не вмещается в действующее законодательство. И у него два выхода: либо не выполнять законы, либо изменить их. Сегодня во власть вошли очень крупные люди. Даже физически. Они не вмещаются в действующие параметры и нормативы. У них тоже было два пути. Однако не выполнять законы – это не совсем хорошо. Поэтому пошли по более простому пути: взяли и изменили Конституцию.   Олигархи и власть: кто кем должен управлять? И появится ли в Украине свой Ходорковский?   – Миром управляют деньги, деньгами управляют политики, а политиками управляют женщины. Поэтому, по идее, женщина должна отдуваться за всех. Она уже начинает это делать. А затем, наверное, будут отдуваться олигархи, поскольку в современном обществе власть всегда сильнее денег. Власть гораздо легче конвертировать в деньги, чем деньги во власть. Поэтому в ближайшей перспективе власть будет побеждать деньги. Речь идет только о том, насколько власть будет щадящей к олигархам и где удастся найти компромисс: посередине между властью и олигархами или же ближе к интересам власти, чем к интересам олигархов.   Насколько применим по отношению к Украине термин "управляемая демократия"?   – У меня встречный вопрос: чем отличается простая гастрономия от политической? Простая гастрономия требует эпитетов. В советское время гастрономические эпитеты были убиты. В магазин заходишь: дают сыр, но не говорят какой – пикантный или острый, голландский, пармезан и так далее. Или же дают колбасу, однако никто не спрашивает какую – сырокопченую, сыровяленую, вареную… Так вот, гастрономия всегда должна иметь громадное количество прилагательных и эпитетов. А политическая гастрономия, наоборот, не должна иметь никаких эпитетов и прилагательных. Демократия бывает просто демократией или не демократией, свобода бывает просто свободой или несвободой, справедливость бывает просто справедливостью или несправедливостью. Поэтому любые прилагательные в политике – это коварство, попытка навязать обществу некие ограничения.   Простой вопрос: когда закончится мировой финансовый кризис?   – У меня нет ни негативного, ни позитивного прогноза. На мой взгляд, мы живем в очень тяжеловесной системе. Есть некие базовые законы, которые никто не отменял. В том числе никто не отменял закон соответствия базиса и надстройки. У нас очень тяжелый экономический базис, основанный на чугуне, слябах, трубах большого диаметра. Именно подобная продукция составляет подавляющую часть украинского экспорта. И надстройка у нас соответствующая, тяжеловесная. Это крупные люди с чугунными мыслями, со стальными нервами и лужеными глотками. Я не думаю, что они смогут развернуть политику по направлению к негативному сценарию. Но, к сожалению, они не могут быстро реализовать и позитивный сценарий. Поэтому в следующем году я не ожидаю никаких радикальных перемен. Ни хороших, ни плохих.   Ну и ваши пожелания нашим читателям в Новом году.   – Под Новый год я люблю перечитывать Махатму Ганди, Паскаля и Оскара Уайльда. Но на этот раз у Паскаля я, честно говоря, не нашел ничего актуального и достойного внимания. А у Махатмы Ганди нашел. Вот что он писал: "Нас погубят политика без принципов, удовольствия без совести, богатство без работы, знания без характера, бизнес без морали, наука без человечности и молитва без жертв". Это сказано настолько сильно, что для Рождественской ночи, для обдумывания светлых и несветлых дум о будущем ничего больше и выдумать нельзя. Ну и еще немного из Оскара Уайльда: "В жизни человека бывает только две подлинные трагедии. Первая трагедия – это когда не сбываются его самые сокровенные мечты. А вторая трагедия – когда сбываются его самые сокровенные мечты". Об этом тоже следует помнить, хотя бы в предновогоднюю ночь.   Беседовали Владимир Скачко, Александр Юрчук Экспрессия Fri, 24 Dec 2010 12:48:58 GMT http://www.vydrin.com/express/217737/ Довгоочікувана адмінреформа стартувала – є вже перші жертви і перші переможці. Декілька представників уряду позбавлено міністерських портфелів, а кількість міністерств скорочено з 20 до 16. Усі три віце-прем’єри - Андрій Клюєв, Борис Колесніков, Сергій Тігіпко - додатково до своїх повноважень отримали міністерства. Причому віце-прем’єр з питань ЄВРО-2012 Б.Колесніков став керівником узагалі новоствореного міністерства інфраструктури, яке взяло на себе функції з реалізації державної політики у сфері туризму та функції ліквідованого міністерства транспорту та зв’язку. Про подальшу реформацію влади, інтуїцію та стиль Кабміну Азарова, долю основних політичних гравців ІМК розповів відомий політолог, заступник голови РНБОУ Дмитро Видрін. - Дмитре Гнатовичу, хотілось би розпочати з останніх призначень. На Ваш особистий погляд, яку головну мету переслідували ідеологи адмінреформи? Тобто, що є першоджерелом – мобільність Кабміну чи скорочення витрат? - Я думаю, що всього потроху. Колись був рецепт, як спекти "пиріг реформ": візьміть трошки своїх людей, замішайте "пиріг" на довірі до цих людей, їхньому професіоналізму і компетенції. Приберіть зайві інгредієнти, які псують смак. Стежте, щоб він не був завеликим для компанії, на яку розрахований - і т.д., і т.п. Тому є певні рецепти таких "пирогів", і їх зазвичай починають пекти з адміністративної реформи. Метою адміністративної реформи є наступні фактори. Перший - це залучення до команди людей, на яких можна покластися, яким можна довіряти, і які щось уміють робити. Перша і головна мета адмінреформи - прибрати з команди людей непотрібних, зайвих, які нічого не вміють і не мають довіри керівництва. Я пам'ятаю, коли угорці проводили адміністративну реформу, вони сформували уряд, який назвали "уряд одного гуртожитку". У цій команді 90% людей виросли в одному студентському гуртожитку. Для когось це погано - це означатиме кумівство, земляцтво. Для когось добре - це група однодумців, якій абсолютно можна довіряти. Тому перша мета - організація команди, яка щось вміє робити. Друга мета - це економія коштів. Тому що реформи не проводяться, коли все добре з грошима. Реформи проводяться, коли погано з грошима. Сьогодні у нас з грошима не те що не дуже добре, а дуже погано. Тому економія цінна сама по собі, навіть без інших результатів.  Жодна реформа не закінчується реформуванням центральних органів влади. Далі піде по ланцюжку - відповідно, у такій же пропорції скорочуватимуться обласні адміністрації, міські, районні, може, навіть сільські. - Зрозуміло, що Президентові потрібно було зберегти баланс між основними групами впливу в Кабміні, але при цьому досягти своєї мети. Ви вважаєте, йому це вдалося? - Ще не знаю, тому що тільки практика засвідчить, наскільки краще запрацює ця команда. Я думаю, вона повинна запрацювати краще хоча б тому, що вона компактніша, мобільніша. Але наскільки краще - покаже лише практика. - Як Ви вважаєте, створення єдиного нового міністерства під головуванням Б.Колеснікова не означає часом, що саме в ньому бачать мотор прогресу? - Я думаю, що не тільки в ньому персонально, але й у тій сфері, якою він займався і досяг великого успіху. Я живу поруч зі стадіоном, і коли виходжу на балкон - бачу, що там відбувається над стадіоном. 5 років я бачив розруху і навіть перестав виходити на балкон, щоб не засмучуватися. А за останній рік я бачу просто якісь не властиві для України стрімкі темпи змін. Тому Б.Колесніков довів, що він, напевно, може бути ефективним урядовцем не тільки на будівництві стадіонів, але й у створенні знаковіших об'єктів для Україні, якими є насамперед інфраструктура. - Тобто туризм, дороги... - Я думаю, що насамперед комунікації в найширшому сенсі слова, починаючи з доріг, безумовно. Тому що дорога - це колосальна інфраструктура: смуга обслуговування, зв'язок уздовж дороги, тисяча робочих місць, які обслуговують у ремонтних, сервісних службах тощо. Тому інфраструктура - це нервова система соціального організму суспільства. Б.Колеснікову довірили зараз цю нервову систему - це дуже важлива посада. - Якщо Б.Колеснікову – нервову систему, тоді що А.Клюєву? - Умовно кажучи, якщо Б.Колеснікову віддали нервову систему, то А.Клюєву віддали серце. - Вас особисто не здивував такий розподіл? - Усе очікуване, чому дивуватися? - Усе так, як має бути? - Не як повинно бути, як очікувалося. - Скажіть, як Ви сприйняли звістку про звільнення міністра Кабміну А.Толстоухова? Він же стільки років з Януковичем пройшов разом... - Я, чесно кажучи, не знаю, тому що А.Толстоухов був моїм студентом, старостою в групі (як і багато інших людей, які зараз при владі, - серед моїх студентів і аспірантів кілька губернаторів, міністрів...). Він був у мене хорошим старостою, тому я його досить давно знаю, він високий професіонал. І думаю, що без роботи він не залишиться. - Знову будуть збільшувати штат РНБО, за традицією? - Мені здається, що це буде перебір. Якщо в міністерствах не більше двох заступників, я думаю, що такий принцип рано чи пізно стосуватиметься і РНБО. І, напевно, ось-ось буде така ж реорганізація РНБО, як відбулася реорганізація Кабміну. - Він увіллється до Адміністрації Президента? - Ну, не увіллється. Напевно, вибудуються інші взаємини. Я зараз був у кількох країнах і питав, як у них працює рада безпеки - у тих країнах, де є. Як правило (я ці країни не буду називати, але їх вважають прогресивними), у них інший підхід. У них мінімальна кількість чиновників у РНБО. У деяких країнах 30 осіб - апарат РНБО. Зате в них дуже потужні зв'язки з неурядовими експертними установами. І те, що ми доручаємо чиновникам, вони замовляють незалежним центрам. У будь-якому повноцінному громадянському суспільстві завжди є чимало незалежних експертних центрів. Одні займаються дослідженнями військової сфери, інші - громадянської, треті - енергетичної. Як правило, ці центри дають якісніший продукт, ніж дадуть чиновники. Тому що в них і оплата вище, чого гріха таїти, і зацікавлені вони більше, і вони не діють за принципом "чого бажаєте" - вони дають об'єктивну оцінку, знаючи, що заради об'єктивної оцінки їх і залучають. Тому, можливо, буде така система - я не знаю, подивимося. - Як Ви думаєте, що буде з Адміністрацією Президента? Вона теж готується до реорганізації? Чи будуть чіпати інші міністерства - оборони, юстиції, фінансів? - Я думаю, що це перманентний процес, постійно буде шліфування, рихтування... Але я думаю, що серед решти міністрів є кілька відверто слабких фігур. І навіть є кілька випадкових постатей. Є такий постулат історичний: з випадкового народжується випадкове. Тому я думаю, що рано чи пізно випадкове стане очевидним. - Ви погоджуєтесь із думкою, що деякі установи були ліквідовані через ситуацію, яка склалась з новим Податковим кодексом? - Ну, хтось повинен був відповісти. Я вважаю, що не стільки винен Податковий кодекс, скільки винні люди, які не змогли виразно пояснити, у чому суть змін. - Тобто загальна паніка, що склалася, - це через неправильну політику інформування. - Ці люди тепер говорять, що вони стали жертвою неправильної стратегії проведення Податкового кодексу - одні люди створювали кодекс, інші піар-інфраструктури цього кодексу, пояснення. І от "якби нам віддали не тільки саме тіло Податкового кодексу, але і його тлумачення у мас-медіа - усе було б по-іншому". А я кажу: чому ж ви не вимагали? Ви ж розуміли, чим може закінчитися. Тому вам треба було говорити: ми будемо працювати над Податковим кодексом тільки за тієї умови, якщо самі будемо його пояснювати і трактувати. Тому я думаю, що вони самі винні: треба було наполягати. Той, хто робить, повинен мати право пояснювати, що він робить. - А сама ситуація з Податковим кодексом – то не є блискучий спектакль?! Усі чекають, що вето буде - воно трапляється. Президент виступає в ролі демократа, підвищує свій рейтинг. І кодекс приймається, але вже з правками Президента. Красиво, грамотно і, мені здається, прораховано з точки зору політичної логіки просто блискуче... - Справа в тому, що це красиво, грамотно, але не прораховано. Було два царі якось у Російській імперії. Один Петро І - великий реформатор, а інший Павло І - бездарний самодержавець. Так от, Павло І все прораховував. Він розписував, що буде робити, на день, на місяць уперед і т.д. У результаті у нього нічого не виходило. А Петро І взагалі не створював ніяких планів, він просто робив, а згодом виявлялося, що все зроблено бездоганно в плані інформування. - Інтуїція? - Інтуїція. Тому, мабуть, просто пощастило деяким людям, які володіють цим даром. Але вони не "прописували" наперед, абсолютно точно. Поки вони тільки вчаться "прописувати" наперед, але інтуїтивно вже вміють багато чого робити правильно. - Скажіть, а як би Ви охарактеризували стиль Кабміну Азарова, підводячи цьогорічні підсумки його роботи? У Юлії Тимошенко це був піар... Але Азаров, що приємно, останнім часом теж став досить часто спілкуватися. - Його піар - це вимушений оброк. Для Ю.Тимошенко робота була оброком стосовно піару, а в М.Азарова піар - оброк стосовно роботи. Тому їхній стиль я би назвав так: Юлія Тимошенко - піарниця, а М.Азаров, умовно кажучи, механік. Він займається політичним механізмом, а Юлії Володимирівні подобалося пояснювати, як працює механізм. - Як Ви вважаєте, Яценюк може ще повернутися у велику гру? Коли це станеться? - Він у великій грі залишається. У нього є свій "намолений політичний капітал", віковий запас, але мені здається, що на перші ролі він не зможе претендувати. А в політичній "тусівці" він буде довго. - А чому не зможе? Згаяно момент, коли він міг увійти і залишитися? - Я ставлюся до нього з симпатією і повагою. Не є секретом, що я з ним добре знайомий, і навіть на якомусь етапі пропонував йому співпрацю. Він занадто рано постарів. Він молодий, рано постарілий політик. Мене дивує, наскільки він несміливий у якихось своїх соціальних пропозиціях. Він завжди виявляє сміливість із запізненням, на мій погляд. Бійка закінчилася, а він кричить: "А я зараз наб'ю пику!". Умовно кажучи, не вистачає трішки, незважаючи на його молодість, політичної молодості, політичного драйву, відчайдушності. Він - шибайголова на словах, але не у справах. А в українській політиці вакантне місце шибайголови. Він це місце не зміг зайняти по факту. За понтами - так, а по факту - ні. - А Тігіпко? - Тігіпко, мені здається, пройшов свою "точку біфуркації". Він уже не піднімається на гору, а спускається з гори. - І те, що він не очолив міністерство економіки, як багато хто прогнозував, - це ... - Думаю, так. Для нього міністерство соцполітики - це, напевно, мало. І це не його, відверто кажучи... Загалом у мене таке відчуття, але я не хочу пророкувати погане майбутнє своєму доброму знайомому. Та у мене немає відчуття зростання. Є відчуття загасання, умовно кажучи, розквіту можливостей. - На завершення нашої розмови, кого б Ви назвали головними переможцями і переможеними цього політичного року? Хто Вас, може, розчарував? - Розчарувала опозиція. Тому що я по натурі опозиціонер, і навіть коли я при владі, я завжди потай заздрю велемовній опозиції. Мабуть, я по натурі кухонний опозиціонер і завжди буду мислити трішки опозиційно, і завжди буду більше симпатизувати тим, хто поза владою, ніж тим, хто при владі, навіть перебуваючи у самій владі. І мені дуже шкода, що не відбулася опозиція і не проявилися нові люди на місцевих виборах. Я очікував, що з'являться якісь зірки, зірочки регіонального рівня, які потім виростуть у великих потенційних політиків - цього не сталося. Тому опозиція - головне розчарування року. - А якщо назвати персоналії? - Якщо я скажу, що Юлія Володимирівна мене знову розчарувала, скажуть: знову Видрін не може не вказувати Юлії Володимирівні. - А Ви її списуєте вже? Вона вже не повернеться? У неї ж однак залишається другий рейтинг у країні, незважаючи на... - Я думаю, що другого рейтингу вже немає на сьогоднішній день. Я її не списую з політиків, та й узагалі нікого не списую, але припускаю інтуїтивно, що реально вона вже ніколи не зможе претендувати на першу роль у країні. Фактором вона буде залишатися довго, а ось претенденткою на трон вона вже, напевно, не буде. Тому я очікував, що з оточення Тимошенко з'являться нові люди. У мене були пов'язані ілюзії з Королівською, наприклад. - Вона увійшла до комітету економічних реформ... - Вона хороша, освічена жінка-політик, досить яскрава, але вона дуже боїться кроків, які були б яскравішими за її зовнішність. Тому вона повторює помилку Юлії Володимирівни - вона, на жаль, залишається клоном Юлії Володимирівни. Вона намагається бути яскравою зовні, а яскравою потрібно бути у вчинках і особливо в думках. - А "Наша Україна" - це загальне падіння? Ні Кириленко, ніхто інший... - Так, як чинник політики вони вже не існують. Экспрессия Thu, 16 Dec 2010 21:52:56 GMT http://www.vydrin.com/news/217733/ 9 декабря 2010 года в 11:00 состоится онлайн-конференция Дмитрия Выдрина на сайте информационного агенства РБК-Украина. Новости Wed, 8 Dec 2010 13:01:58 GMT http://www.vydrin.com/express/217731/  Футуроло́гия (от лат. Futurum — будущее и греч. Λόγος — учение) — наука прогнозирования будущего, в том числе путём экстраполяции существующих технологических, экономических и социальных тенденций. Иными словам, и для того, чтобы понять, куда мы движемся, философы пытаются определить место, где мы находимся. Известный украинский политолог и философ Дмитрий Выдрин давно уже снискал себе авторитет «главного украинского футуролога», так как его предсказания тенденций в политической и социальной жизни страны практически всегда сбывались. Сегодня мы беседуем с ним о главных течениях или, как сейчас модно говорить, «майнстримах» глобализации, в которые так или иначе попадает и наша Украина. - Дмитрий Игнатьевич, с чего начнем нашу беседу? - Я предлагаю начать с частного и перейти к общему, как это любил делать знаменитый сыщик Шерлок Холмс в своем излюбленном дедуктивном методе. Воспользовавшись этим способом, я решил проверить, а не сыграла ли на наших местных выборах злую, а может, и добрую шутку некая мировая тенденция. Многие считают, что фактически выигрыш Партии регионов на этих выборах можно отнести к «особенностям национального технологического подхода», или пресловутого админресурса. Один про«оранжевый» политолог даже сказал, что на этих выборах победила Гречка, тем самым, видимо, намекая на прямой и банальный подкуп избирателей. Однако мне кажется, что все намного сложнее, потому что социология, я имею в виду объективную социологию, за несколько месяцев до выборов давала положительную динамику роста рейтинга «партии власти». А к нашим все еще в большинстве объективным социологам, знаете ли, админресурс не применишь. Да и своих опрошенных респондентов они гречкой не подкупали. - У каждого своя «гречка»… - В парадигме мировоззрения разных политических элит «гречка» действительно выглядит по-разному. (Смеется.) Для «оранжевых» сил, например, выборы – это субботник, на который нужно прийти и сделать что-то легко и бесплатно. А для регионалов выборы – это сверхурочная работа, которую надо оплачивать вдвойне. Поскольку идеологические или квазиидеологические «демократические» партии выросли в советскую эпоху, то для них субботники – это определенная часть благ, получаемых бесплатно, то есть «по любви», партийной элитой. Они уверены, что сам факт служения их каким-то светлым идеалам дороже любой гречки. ПР же выросла в суровую эпоху рыночной экономики и за все привыкла платить, особенно, если это происходит на уик-энд. Притом деньгами, а не крупой. Это, скажем так, небольшое лирическое отступление, для того чтобы понять, на каких мировоззренческих платформах стояли наши элиты во время выборов в органы местного самоуправления. Теперь, возвращаясь к «трендам»... Почему регионалы все-таки победили? Потому что они сами, того не осознавая, видимо, попали в огромный мировой «тренд». Помните, как герой Гоголя Петрушка, с удивлением узнал, что он разговаривает прозой? Мне кажется, что таким же «социальным открытием» для некоторых лидеров ПР стал этот их «разговор прозой». Тренд же заключается в том, что в настоящий момент в мире делят свободы на политические и гражданские, и последние ценятся намного выше. Хотя об этом ровно сто лет назад уже писал великолепный мыслитель, философ и политик Петр Струве. Он тогда еще отметил, что гражданская свобода для большинства людей предпочтительнее политической. Однако, если спросить у наших граждан видят ли они разницу, вряд ли мы найдем понимание. А деление очень простое: гражданские свободы – это права, которые помогают человеку защититься от вмешательства государства в его личную жизнь, а политические – это права, позволяющие гражданину вмешиваться в дела государства. Мир сейчас требует гражданские свободы: у меня есть Интернет, у меня есть друзья, любимое дело - и не лезьте в мою жизнь! Например, ни в какой стране мира граждане не любят, когда вмешиваются в их право говорить на родном языке, а уж тем более думать. Поэтому лозунг одной нашей политической силы «Думай по-украински!» и вызывает явное отторжение у тех, кто от рождения думает на другом языке. Граждане также не любят, чтобы им навязывали «главного Бога», то есть религию, конфессию и т. д. Для кого-то религия – это коммунизм, для кого-то – Бандера, для кого-то буддизм, и, конечно, для многих это своя православная конфессия. Граждане также не любят ограничений на перемещение. Ведь мир глобализируется. Тогда почему наш гражданин месяцами не может получить шенгенскую визу?.. Так вот, регионалы, сами того не ведая, начали нажимать «на правильные кнопки». Хотите прав для родного языка – вот вам соблюдение Европейской хартии, хотите памятник Екатерине в Одессе - ставьте, Бандере во Львове – нет проблем, Кошевому в Луганске – не вопрос. Церковь - любого патриархата! Визы – да мы сейчас так чиновников Евросоюза напряжем, и через год все будут ездить в Европу, как через два месяца в Израиль: безо всяких виз. - Это напоминает мне старый советский анекдот, когда чукче на космическом корабле отводилась роль «накормить собак и не лезть к приборам». - На самом деле запрос на гражданские свободы, даже в ущерб политическим, – еще раз подчеркну – это мировой тренд! И, грубо говоря, даже в европейских государствах люди не хотят париться по поводу того, есть у них возможность собираться на площадях для акций протеста или нет, потому что все свои акции протеста они спокойно могут провести в Интернете. Уже очень мало людей озабочены свободой слова в печатных и электронных СМИ по той же причине: можно войти во Всемирную сеть и там высказать все, что угодно, на страничке президента, премьер-министра и т. д. Наиболее ярко эту тенденцию можно увидеть на примере Китая. Как вы знаете, там существуют определенные ограничения на политические свободы, но гражданские свободы там явно и непрерывно расширяются. Китай так и не закрыл, к счастью для себя, доступ в Интернет для своих граждан, а что касается свободы передвижения, так она даже стимулируется. Создаются громадные китайские колонии в Африке, Европе, на Американском континенте. Дальше я предчувствую усиления этого мирового тренда, и если регионалы хотят и дальше побеждать, они будут чувствовать себя очень уверенно. - Если говорить о причинах такой экспансии индивидуализма, то, видимо, решающую роль здесь сыграл Интернет? - Еще один выдающийся философ Сергей Булгаков говорил о том, что опасность научно-технической революции заключается в том, что государство в лице чиновников раньше использует ее достижения в ограничении свобод граждан, чем граждане против чиновников для защиты своих прав. Условно говоря, возникает телефон – государство начинает его прослушивать, возникает паровоз - появляются «столыпинские вагоны», возникает телевидение – расцветает пропаганда. И, заметьте, все против гражданина! Но вот в случае с Интернетом граждане победили! Если взять ЖЖ (Живой журнал), то президент Медведев даже не входит в первую тысячу блоггеров, зато в нее входят люди без социального статуса, без должностей. Например, тот же Гоблин (неформальный переводчик фильмов) или Орлуша в блогах стоят гораздо выше в рейтинге, чем Путин. В этом виртуальном мире людей действительно оценивают больше по внутреннему контенту, чем по внешним понтам. - Но это же своего рода эскапизм! Не имея возможности достичь результатов в реальном мире, человек уходит в виртуальный и там пропадает для общества, для семьи… - А вот как вы оцените следующий пример? Есть такой сайт в Интернете – «албанский язык», посвященный особому сленгу интернет-пользователей. Человек, который создал его, – сегодня не только один из самых известных, но и весьма богатых людей. Кто сейчас становится успешным предпринимателем? Какие изобретения дают огромные прибыли? Связанные с компьютерными технологиями. Человек, создавший в Индии виртуальные консультационные медицинские пункты, стал сегодня миллиардером. Логика его проекта была проста: пациент под анонимным именем по скайпу получает консультацию и рецепты на лекарства, которые также через Сеть может заказать себе прямо на дом. Полная конфиденциальность и доступная стоимость. И деньги, которые зарабатывают эти люди, не виртуальные, а вполне реальные. То есть это пока первый случай в истории человечества, когда гражданское общество сумело первым использовать технический прогресс в своих интересах. - Тем не менее продолжаются настойчивые попытки поставить Глобальную сеть под глобальный контроль.. - Но уже вряд ли кому-то удастся это сделать... - Но почему же? - Потому что в Интернете берут не деньгами и не статусом, а контентом. И это единственная ниша, где мы сильнее государства. А сильнее мы потому, что у нас нет не только дресс-кода в одежде, но и дресс-кода в мыслях. - Вы говорите о преобладании ценности гражданских прав над политическими, уверяете, что и это общемировая тенденция. Если же говорить о будущем цивилизаций, в каком глобальном проекте задействована сегодня Украина? - В настоящее время в мире существует четыре главные цивилизационные парадигмы, и хотя они еще четко не стратифицированы, тем не менее, они существуют и набирают силу. Во-первых, англосакский проект, который я называю «экономической демократией». Это так называемая «американская мечта», согласно которой главной ценностью является возможность самостоятельного создания и ведения бизнеса. Бизнес здесь – это часть личности человека, и в этой версии демократии – если у тебя нет бизнеса – ты никто. Американская демократия дает тебе возможность «вступить в клуб» тех, на кого распространяются все права и свободы, если ты способен зарабатывать деньги. Именно этот проект стал двигателем процесса глобализации, так как рынок без границ позволяет зарабатывать больше денег, чем в изоляции. Кстати, особенности данной парадигмы помогают нам понять, чем разнится коррупция в США и у нас. В Америке ты можешь проявить хитрость: пролоббировать заказ на свой продукт и заработать кучу денег, у нас ты можешь «пролоббировать» себя на некую должность, где можно украсть кучу денег. Чувствуете разницу? Следующий проект – в большей степени европейский. Я называю его «социальной демократией». Если ты гражданин ЕС, у тебя все хорошо. Грекам говорят: для преодоления кризиса нужно больше работать. А они отвечают: а почему мы должны в сиесту работать, если у нас есть социальные гарантии? Мы получаем 3000 евро в месяц, и нам хватает, а цель государства - обеспечивать этот социальный стандарт, а не напрягать нас дополнительной работой. Этот проект – проект сужающийся, тогда как экономическая демократия – расширяющийся. И, действительно, для ЕС сегодня чем больше «ртов», тем тяжелее ситуация. - Вселенная расширяется, и это самый главный макрофизический процесс. У Европы, видимо, не очень хорошие шансы… - Если она не опомнится, то да. Третий проект, о котором я хотел бы рассказать, это китайский «товарный демократический». (Смеется.) Я считаю, что с начала этого века китайцы внесли самый большой вклад в развитие равенства и размывание границ между богатыми и бедными. Их «товарная демократия» сделала великое чудо: она уравняла возможности, условно говоря, Юлии Тимошенко и уборщицы тети Вари из маленького райцентра, потому что теперь они носят одни и те же бренды одежды. Только одна покупает свой Луи Виттон за десять тысяч долларов в Париже, а другая – почти тот же Луи Виттон за двести гривен на вещевом рынке. Теперь любой таксист может позволить себе телефон Vertu за 200 долларов, который в «родном» исполнении стоит 20 000 долларов. И не важно, что он сделан в Китае, зато выглядит неотличимо! - Да они, эти китайские ребята, настоящие Робин Гуды: отняли бренды у богатых и отдали их бедным! - Да, настоящая десакрализация «луивиттонов». (Смеется.) И самое интересное, что это не имитационная демократия. Вот цыганские часы, которые выглядят как Rolex, но не показывают время, – это имитация, а здесь все честно! Я вспоминаю любопытную историю, приключившуюся с моей подругой-художницей. В Китае в небольшой сельхозкоммуне (на два миллиона человек) ее пригласили на презентацию художественной выставки. И когда она приехала в этот райцентр, то получила культурный шок. Там есть все: скопированный американский конгресс, скопированный Лувр и т. д. По размерам, правда, чуть поменьше, но вполне узнаваемы. Я просто не вижу уже границ этой товарной демократии, которая проявляется теперь не только в одежде и технике, но и в культурных ценностях. - Есть даже анекдот на эту тему. Во «Властелине колец» финальная сцена: Фродо подходит к огненной пропасти, чтобы выбросить туда Кольцо всевластия, а его наставник Гендольф просит показать кольцо ему. На обратной стороне ободка он читает made in China, вздыхает и говорит: «Этого я и боялся». - Ну, думаю, бояться этого все-таки не стоит. Теперь следующая парадигма – я называю ее «мусульманской демократией». В данной версии демократия перенесена, скажем так, за границы обозримого мира. Если ты поступаешь праведно, то независимо от своего сословия, материального уровня и т. д. получаешь в загробном мире прекрасную и богатую жизнь… Таким образом, сегодня на нашей планете мы наблюдаем четыре центра силы. - Давайте теперь попробуем проанализировать вероятность развития тех или иных проектов в будущем. - Вероятность успеха, на мой взгляд, наибольшая у тех трендов, которые обладают двумя или одним из самых важных инструментов цивилизации – это деньги и оружие. Поэтому сейчас, я так думаю, развернется главная борьба между Китаем и США на предмет того, кто будет самым главным финансовым центром в мире. Что же касается оружия, то у Штатов здесь явное преимущество, так как они вплотную подошли к шестому уровню ведения боевых действий, то есть перенося их с вооруженных столкновений на межармейском уровне на межклеточный уровень – уровень бактерий, штаммов, генов и микрокиберсистем. Подводя итог, отталкиваясь от этой модели, охарактеризовать будущее можно просто: война наноботов с юанем. И предсказать сейчас, кто победит, невозможно. Не исключено, что с американскими наноботами будут бороться такие же, но поддельные и с другим разрезом глаз. - В этих «центрах силы» я как-то не обнаружила нашего северного соседа… - У нашего «Большого Брата» нет пока собственного цивилизационного проекта, и он мечется из одной стороны в другую. Ему предлагают все: вступление в НАТО, участие в ШОС (а это фактически китайский проект), евроинтеграцию и т. д. Однако, пока Россия не будет иметь собственной цивилизационной парадигмы, ей нечего рассчитывать на успех. Об этом, кстати, прямо говорится в получившем широкую известность и неоднозначную оценку «Манифесте» Никиты Михалкова. - А что мешает созданию этой парадигмы? - Пренебрежение мнением рядовой личности. Невозможно построить успешный национальный проект, если простые люди не увлечены им. А в РФ пока нет таких проектов, которые бы увлекли и пенсионеров, и молодежь. Китайцы это понимают, американцы понимают. А в чем может быть удовольствие и счастье жителя глубинки Черноземья от реализации нынешней российской идеологической модели – пока непонятно. - А теперь давайте посмотрим на будущее Украины сквозь призму мировых тенденций. Может быть, через пять, десять лет… - Я ни через пять, ни через десять лет каких-то существенных прорывов здесь не вижу, но, с другой стороны, не вижу и явных провалов. В силу вязкости нашей среды и заблокированного механизма смены элит мы даже через пять и десять лет обнаружим, что те же самые люди с теми же унылыми лозунгами по-прежнему будут «бороться» за счастье своего народа. Однако в экономике, я считаю, мы все же слегка продвинемся вперед, так как коррупция – это песок для политики, но смазка для экономики. Жизнь станет немного сытнее, но менее справедливой, скажем так. - А к какому цивилизационному выбору более всего тяготеет наша страна? - На словах – к европейскому, но на самом деле никто из наших политиков и в страшном сне не представит себе возможность ходить без охраны, ездить, не перекрывая дороги, или читать о себе в прессе правду. Было бы очень интересно взять и вывезти украинского политика в Европу без охраны и привилегий и показать в реалити-шоу. Вот это, я думаю, было бы куда жестче, чем отбывать номер на нашем скучном телевидении. В действительности же Украина мечется между экономической демократией США и товарной - Китая. Когда мы на пике успеха, нам нравится «техасский рейнджер», а когда заканчиваются деньги – сойдет и китайский луи виттон. - Мы с вами говорим о трендах, которые родились и набирают силу либо пока устойчиво находятся на гребне волны, но есть ведь и затухающие, или совсем уже «сдувшиеся». Например, куда подевалась философия, да и сами философы? - Я думаю, что эпоха философов закончилась с Хайдеггером. Умирая, он оставил письмо, которое попросил вскрыть через десять лет после его смерти. В этом письме было написано, что Европа умерла, потому что позволила материальным ценностям стать главнее духовных. А Европа, напомню, была когда-то главным модератором духовности. - А Индия? - Сейчас вы говорите все же о религиозности. Есть три способа влиять на человеческое сознание и поведение – это вера, надежда и любовь. Так вот надежду приватизировала политика, любовь – институт семьи, а веру – религия. В мире пока не создана некая логистика духовных ценностей, не привязанных к конкретной религии. Впрочем, я не думаю, что философия умерла окончательно. Просто на нее нет запроса общества. Когда в начале прошлого века будущий министр финансов Украины Туган-Барановский защищал свою кандидатскую диссертацию, к нему приехал на защиту весь политический бомонд, потому что общество имело запрос на философское осмысление бытия. И «на философов» ходили охотнее, чем на оперных див. Так вот, когда мы увидим, что во Дворце спорта на публичной защите чьей-то философской диссертации будет столько же владельцев «Порше» и «Бентли», как и на концерте ВИАГРЫ, то я пойму: философия ожила. - Будем надеяться, что такой день все же настанет. А что вы можете сказать о синтезе мистики и современной науки? Ряд лауреатов Нобелевской премии в области физики и генетики не скрывают, что идеи, ставшие толчком к открытиям, пришли к ним в результате мистического опыта и переосмысления духовных и эзотерических текстов. То, что раньше вызывало скептическую усмешку, сегодня становится основой для создания промышленных образцов… - Нового тут, на самом деле, нет. Наука всегда паразитировала на мистике. В советское время я был даже участником некоего расследования, когда один наш ученый написал труд о 12 архетипах человеческой души. Тут же вышла разгромная статья в «Литературной газете», где его обвинили в воровстве идей из астрологии. Он же назвал свою науку соционика. И оказалось, что да, действительно, электромагнитные поля, создаваемые расположением светил в момент рождения человека, накладывают на него некую матрицу, влияющую на его характер и поведение в социуме. Понятно и то, что химия – это фактически усеченная алхимия, и много другого, «друг Горацио», позаимствовано «нашими мудрецами» из области невидимого… Мои хорошие знакомые периодически выезжают пожить на заброшенный хутор, без связи и электричества, чтобы восстановиться после бешеной городской жизни. Я поехал к ним в гости, и ночью мы вышли на заброшенную дорогу, чтобы посмотреть на звезды. И два часа с замиранием сердца наблюдали за таинственной жизнью небесных светил. Мы увидели много такого, что выходит за рамки курса астрономии. И на ум сразу пришли слова, написанные на могиле Оскара Уайльда: «Все мы черви, но кое-кто из нас смотрит на звезды». Возможно, наши астрономы, зарабатывая себе на жизнь элитной оптикой, перестали смотреть на звезды просто глазами. Но кто-то же должен видеть невидимое? - Невидимое сплошь и рядом «видит» наш кинематограф… - Действительно, функцию философии взяла сегодня на себя литература и в какой-то степени кинематограф, так как он все-таки базируется на литературе. Я, к примеру, читал недавно один любопытный роман о нашей общей знакомой Елене Шаройкине, которая в свое время уехала в Москву и возглавила там Ассоциацию по борьбе с генно-модифицированной продукцией. Книга называется «Наследие», и ее главная героиня борется с продукцией, содержащей ГМО. Сохранены и имя, и даже фамилия. Героиня проигрывает и далее в романе вырисовывается мрачное будущее: земля, где живут одни мутанты, дышать можно только под куполом. Человечество борется с этими мутантами, и единственная надежда на механизм, который героиня спрятала в буддистском монастыре и который в самый критический для человечества момент включится и уничтожит все пораженные организмы… - Впечатляющий апокалипсический конец, но всё же радостно оттого, что человеческая амбициозность может принести и философские плоды… - Как видите, мир не может жить без философии, и, если умирает Хайдегер, на смену ему обязательно придут доступные на этот момент пониманию общества елены шаройкины… Беседовала Наталья РЕВСКАЯ.         Экспрессия Thu, 2 Dec 2010 9:38:07 GMT http://www.vydrin.com/express/217717/ Что такое "внематочное управление" парламентской фракцией? Появятся ли в Раде депутаты-"индиго" (люди будущего)? Какой крис заказал себе Виктор Янукович? Заместитель секретаря СНБО Дмитрий Выдрин знает правильные ответы. Дмитрий Игнатьевич, каковы, на ваш взгляд, перспективы нынешнего состава Верховной Рады в связи с отменой действия императивного мандата? Парламентарии теперь не связаны узами фракционной дисциплины и де-факто обладают статусом "мажоритарщиков". – Начну с того, что я уже давно говорил о необходимости провести парламентские выборы сразу же после президентских. Ведь Рада – это слепок своего политического времени, которое исчисляется не годами, а ситуациями. В 2007 году (досрочные выборы в ВР) была ситуация беспредела, противостояния в обществе и в элите. И все это стало матрицей для нынешнего состава парламента. Он волей-неволей эманирует подзабытые уже "ценности" трехлетней давности. Было бы желательно иметь Верховную Раду, адекватную нынешнему политическому времени. Но почему-то люди, от которых зависело решение данной проблемы, не захотели этого сделать. Наверное, им было психологически сложно решиться еще на одно потрясение, ведь любая избирательная кампания — это стресс для элиты. Очень сложно выдержать два стресса в течение короткого промежутка времени. Поэтому роспуск парламента не состоялся, но я до сих пор считаю это ошибкой. Как мы знаем, в политике ошибка зачастую хуже преступления. Теперь давайте проанализируем, что же будет происходить в Раде после возвращения к Конституции 1996 года. На мой взгляд, начнется разделение на людей прошлого и настоящего. И распределение депутатов будет происходить не столько по партийно-фракционным линиям, сколько по поколениям. Но поколение – это не возрастная, а, скорее, ментальная категория. Люди разных возрастов могут находиться в одном поколении. Те, кто навсегда остался в 2007 году, создадут свою партию прошлого. У них будут свои фишки, свои идеологические особенности, дискурс, в какой-то степени свой язык. Параллельно появится партия новой генерации, в которую войдут те, кто пытается уловить восходящие тренды времени. Наиболее стойкие "резиденты прошлого" будут группироваться вокруг Юлии Владимировны, поскольку они не знают другого дискурса, кроме дискурса ненависти. Хотя Тимошенко сегодня находится вне парламента, это не помешает консолидации. Бывает же внематочная беременность. Точно так же возможно "внематочное" управление парламентской фракцией и "внематочная" консолидация внутри Рады. И как альтернатива – появятся люди, которые станут вестниками необходимых стране изменений.   О как! И кто эти люди?! – Да мне самому чертовски хочется пожать им руки! Помните, как в песне поется: "Ты узнаешь ее из тысячи, по словам, по глазам, по голосу" (группа "Корни")? Этих людей мы узнаем по новому политсленгу, в котором будет меньше ненависти и больше толерантности, больше ума и меньше радикализма, больше интеллигентности и меньше, извините за выражение, жлобства. Вот по такому "голосу" мы и будем выявлять этих людей в парламенте. Думаю, они начнут консолидироваться, преодолевая межфракционные барьеры. Два наших политических семейства Капулетти и Монтекки произведут на свет людей, которые своим личным примером докажут возможность работы над совместными проектами, даже несмотря на членство во враждующих фракциях. А главный опознавательный признак этих депутатов – вкус к стратегиям.   И все-таки, не превратится ли Рада в хаотическое собрание различных парламентских группировок? Одна-две – крупные, а остальные – мелкие? – Трудно сказать. Думаю, практика все покажет. Любой механизм жизнеспособен до тех пор, пока он отвечает на вызовы времени. В свое время Щербицкий поручил академику Глушкову создать модель сокращения бюрократического аппарата, поскольку он "слишком большой". На что академик ответил, что понятия "большой" или "маленький" не являются характеристиками любого аппарата – и летательного, и бюрократического. Качественной характеристикой самолета является то, летает он или нет, а бюрократического аппарата – работает или не работает. Сказанное относится и к фракциям Рады. Да, сегодня численность парламентской группировки Партии регионов приближается к отметке 200 депутатов. Однако величина фракции – это не характеристика ее качества. Главное – работает она или нет. А работает она в том случае, если адекватно и быстро отвечает на вызовы времени, продуцируя законопроекты, модерируя для общества повестку дня. Парламент в любой стране, в том числе и в нашей, является главным модератором общественных дискуссий. И если громадная фракция "регионалов" не справится со своей модераторской работой, то ее не оппоненты будут гнобить, а вызовы времени, на которые она не в состоянии среагировать. Это гораздо хуже, чем критика со стороны оппозиции. Жизнь всех заставит перестраиваться, переделываться, перелицовываться или просто уходить со сцены.   Отмена конституционной реформы фактически поставила точку в деле консолидации власти. И что теперь Президенту с этими расширенными полномочиями делать? Чем все обернется? Во благо они или во зло? – Мы с вами не сможем определить, во благо это или во зло, пока власть не начнет использовать новые полномочия. Я неоднократно приводил пример со скальпелем хирурга. Его можно использовать в качестве инструмента для разборки с соседями. Или же с его помощью спасти жизнь больному. На европейском саммите в Ялте Президента напрямую спросили: что вы сделаете в первую очередь, воспользовавшись своими расширенными полномочиями? И глава государства назвал три первоочередные задачи: продолжение и завершение судебной реформы, реализация земельной реформы и борьба с коррупцией. Теперь мы знаем, на какие сферы необходимо обратить внимание. Большие полномочия могут быть большим горем для общества и их владельца. Но они могут быть и большим благом. Все подчиняется принципу двух сил: силы полномочий и силы их носителя. Как-то в одной азиатской стране я решил заказать мастеру нож-крис. Это мистический нож с волнообразным лезвием, очень острый, который должен иметь каждый уважающий себя мужчина. Мастер, который одновременно являлся и шаманом, спросил, какой именно крис мне сделать – слабый, средний или сильный? Дело в том, что во время ковки в нож закачивается определенная магическая сила, и потом его следует использовать, зная потенциал этого инструмента. Я спросил: а много ли людей заказывают сильные крисы? Оказалось, что еще никто не заказывал, поскольку все боятся, что, имея такой сильный нож, не ты будешь его хозяином, а он будет управлять тобой. Все просят "закачать" такую силу в крис, с которой можно будет совладать. То же самое касается и полномочий президента. Они не должны превышать силу своего носителя. Ведь любые полномочия – это колоссальные соблазны. И если человек заказывает себе такую силу, то обязан понимать, какие искушения и соблазны предстоит преодолеть. Но если он уверен, что справится с ними, и использует силу для своих славных джедайских дел, то все нормально.   А "переварит" ли Евросоюз такое усиление полномочий главы государства? – На уже упомянутой ялтинской встрече присутствовали шесть президентов – действующих и в отставке. Никто из них не выразил по этому поводу ни беспокойства, ни опасений. Все они, по моему мнению, действуют по принципу интеллектуальной экономии: не беспокоятся до тех пор, пока нет для этого повода. Если появится, то тогда другое дело. Поэтому надо отдавать себе отчет в том, что за нами будут очень внимательно наблюдать, поскольку к Украине по-прежнему проявляют транзитный, экономический и геополитический интерес. Правда, легкое беспокойство все же есть, потому что европейцы привыкли ожидать от нас не лучшего, а худшего.   Вы неоднократно говорили о том, что оппозиция в Украине "неправильная". Нынешний оппозиционный формат устарел, и необходимо запускать новую, сетевую модель оппозиции. Кто в состоянии это сделать? – Думаю, что во фракции БЮТ "проявится" несколько эффективных, современных депутатов. Раньше они были просто задавлены бетонной плитой фракционной дисциплины и не могли проявить свою самобытность. Сегодня это возможно, и сепарирование парламента на вчерашних и завтрашних депутатов начнется именно с "бютовской" группировки. Думаю, мы скоро увидим много интересных коллизий внутри фракции БЮТ. Начнется все со споров, легких ссор, а закончится жестким внутрифракционным противостоянием и борьбой за лидерство. Рано или поздно возникнет вопрос: кто будет управлять фракцией – вчерашние или завтрашние? Я предполагаю, что, как всегда в украинской политике, это будет борьба между мужчиной и женщиной. Есть у меня такие обоснованные предчувствия. Не будем называть имен, но, думаю, 5-7 "бютовцев" способны выйти из своего старого формата. Не больше, поскольку магия Юлии Владимировны очень сильна, и у многих людей, по моим наблюдениям, произошли необратимые изменения в сознании. Мы их потеряли. Хорошие были люди, славные. Но все остались во вчерашнем дне. Недаром Гегель говорил, что главная категория в политике и юриспруденции – это чувство меры. В БЮТ осталось очень мало депутатов, обладающих этим чувством, поскольку их "лидерка" разбалансировала им незримые весы и гороскопы в мозгах. Однако они есть. В других фракциях Рады тоже найдутся депутаты, способные работать в интересных проектах. Есть они в Блоке Литвина. Их немного, поскольку там, как и в БЮТ, формальная дисциплина. Только несколько иного рода. Я очень уважаю дисциплину, однако она не должна переходить в холуйство. У левых есть несколько людей из будущего. Так как в Европе левые тренды начинают восходить, то и у нас будет аналогичное восхождение. Появятся интересные люди и после окончания местных выборов. Поскольку Тимошенко задала кампании жесткий оппозиционный формат, устроив соревнования в радикализме, то она вполне может сама стать первой жертвой этого формата. Более радикальные лидеры, такие, к примеру, как Тягныбок, отодвинут ее на второй план. Тягныбок готов идти в своем радикализме дальше Тимошенко. Она говорит: а давайте типа бороться с русским языком. А он предлагает еще бороться и с азиатами, которые говорят на русском языке. Это, конечно же, условный пример. Но у лидера "Свободы" более широкий ассортимент радикальных предложений, чем у Тимошенко. Определенной аудиторией подобный радикализм с элементами ксенофобии очень хорошо воспринимается. У людей легче пробудить темные, чем светлые чувства. Как ни странно, но чрезмерный радикализм может привести к тому, что будут востребованы люди, владеющие даром создания красивых, эффективных, нужных стране проектов. В своем противодействии радикализму они будут выглядеть не менее стильно, чем радикалы. Радикалы – это всегда стильные люди, поскольку преодолевают обыденность. Если ты приходишь в шортах в Кабмин, то тоже считаешься стильным. Те, кто им противодействует, неизбежно вторгаются в зону стилистики. Они создают свои образы, которые тоже выглядят стильными. И фашисты, и антифашисты в равной степени способны привлечь к себе внимание своих симпатиков. Благодаря конкуренции радикалов и антирадикалов появятся новые лидеры. Сначала на местных выборах, а затем на парламентских. Поскольку с большей долей вероятности можно утверждать, что "мажоритарка" будет применяться на выборах в Раду, то парламент действительно превратится в фабрику политических идей, броуновского движения и неожиданных альянсов.   Возвращение к мажоритарной системе выборов в Раду – это крест на многопартийной системе? – Это не крест на многопартийности, а большой осиновый кол в "тело" лжепартийной системы. В Украине была лишь имитация многопартийной системы. Борьба нескольких политических пиар-структур называлась многопартийностью. Я неоднократно говорил, что та же "Батьківщина" – это не политическая партия, а пиар-контора одного лица, заточенная под его вкусы и интересы. Наверное, исчезновение лжепартийной системы станет благом. Но в политике, как и в религии, свято место пусто не бывает. Будут, наверное, востребованы другие системы, способные взаимодействовать с европейскими партийными структурами. Мы, так или иначе, повторим европейскую матрицу. Есть в Европе "зеленые"? Значит, и у нас будут "зеленые". Если в ЕС усиливаются радикальные партии – то и в Украине неизбежно усиление радикалов. У нас, как и в Европе, будет определенная партийная сетка. 186 партий не выживут. Останутся традиционные политические структуры: левые, либералы, радикалы, "зеленые". Возможно, появятся какие-то стебные партии. В Венгрии, к примеру, создается Партия двухвостых собак. Они повторяют опыт Гашека, который организовал Партию умеренных конституционалистов в рамках законности. У этой партии были всего два программных положения: прекратить землетрясения в Мексике и каждому чеху – по карманному аквариуму. Как ни странно, у Гашека появилось много сторонников. Многие устают от повседневной рутины, официоза, серости бытия. Им хочется чего-то яркого и веселого. Недавно я был на одних европейских посиделках и разговорился с молодым немцем Алексом. Оказалось, он хочет создать партию. Поскольку главным для него являются женщины в стрингах и пиво, то в партийной программе всего два пункта: каждому избирателю по пять литров пива в день, а в офисах для женщин обязательный дресс-код – стринги. Думаю, то же будет происходить и у нас. Даже в этой несколько необычной политической нише.   Вы забываете о том, что кроме европейской матрицы существует еще одна – российская. Ей присущи свои базовые элементы: контролируемая демократия, жесткая вертикаль власти и так далее. Какое влияние эта матрица окажет на Украину? – У меня такое ощущение, что Россия сегодня сама пытается себя переформатировать. Их матрица свою главную функцию – сохранение территориальной целостности – уже выполнила. Этого нельзя было сделать на основе европейской матричной структуры. Демократия ограничивает набор методов, с помощью которых можно избежать распада страны. Но сегодня в РФ функция по сохранению целостности государства уже переложена на другие институты — единые нефтепроводы, газопроводы, инфраструктуру. Худо-бедно, но в России уже появилась элита, которая консолидирована вокруг нескольких общегосударственных идей, а не только идеи личного заработка. Это идеи национальной гордости, территориальной целостности и так далее. Они уже "впрыснуты" в общественное сознание и живут своей жизнью. Поскольку основная задача выполнена, они сегодня ищут матрицу под другие цели. У них, как ни странно, такая же цель, как и у нас, – создать самобытное, но европейское пространство. Россияне, по крайней мере в больших городах, уже чувствуют себя европейцами, хотя продолжают называть себя евразийцами. Это видно по манерам, вкусам, литературным пристрастиям, стилю в одежде. Несмотря на антиевропейский стеб и критику, Россия будет двигаться в Европу. Это неизбежно. Будет форматироваться и соответствующая политическая матрица. Первые признаки уже есть. Российская элита помешалась на Фэйсбуках, Твиттерах и других социальных сетях. Они уже вмонтированы в европейское информационное пространство. Сегодня в России существует большой запрос на политическую сатиру и иронию. Вот откуда все эти передачи на "Первом" типа "Прожекторпэрисхилтон", "Мульт личности"? Потому что российская элита чувствует: для полноценного мышления им не хватает иронии, сарказма и сатиры. Они хотят продемонстрировать, что являются в этом плане европейцами: без комплексов, без цензуры и самоцензуры, серых и черных зон умолчания. Аналогичный запрос будет рано или поздно у нас. Поэтому я всем политикам советую обратить внимание на сегмент политико-сатирической журналистики. Он пока пустует. Но обязательно будет востребован.   И напоследок забавная история от Дмитрия Выдрина.   – Одна история будет обо мне, а вторая – о моем друге. Знаете, я был настолько потрясен решением Конституционного суда по отмене политреформы, что решил восстановить свой депутатский мандат, поскольку меня уволили неконституционным путем. Хотел, чтобы освободили мое рабочее место в сессионном зале, нашли табличку с моим именем. Но потом я представил выражение лица Юлии Владимировны… Знаете, не люблю делать женщинам мелкие гадости. Мое возвращение в Раду – это мелкая, но все-таки гадость. Правда, несколько дней я жил этими иллюзиями. Представлял, как снова сажусь на свое место в Раде, начинаю играть с мобильным телефоном, голосую уже не так, как скажет фракционное руководство, а совсем наоборот. Это одна история. Кстати, не исключаю, что у меня появится вдохновение довести ее до логического конца.   Вторая же история весьма поучительна. Мой друг решил поздравить свою жену, выложил на летном поле сердце из роз и спрыгнул с парашютом. Но неудачно. Сломал себе ногу. Его прооперировали. После операции он спрашивает у хирурга: "Доктор, а я смогу играть на скрипке"? Тот ему отвечает: "Конечно, сможете!". – Здорово! До операции я не умел играть на скрипке, а теперь смогу! Если проводить параллели с политикой, то власть сегодня думает, что до политической операции, которая называется "вердикт Конституционного суда", она не могла играть на скрипке. А теперь заиграет. Хочу напомнить, что все равно нужно будет учиться играть на скрипке после любых операций. Экспрессия Fri, 15 Oct 2010 9:41:24 GMT http://www.vydrin.com/express/217715/ Идея собрать за одним столиком в кафе на ялтинской набережной двух интереснейших собеседников – немецкого политолога Александра РАРА и украинского Дмитрия ВЫДРИНА – появилась спонтанно, в кулуарах очередного саммита Ялтинской европейской стратегии холодным вечером 2 октября. Что из этого получилось – судите сами...   –  BSNews: Мы хотим начать разговор вот с такой темы. В мире не очень много стран серьезно занимаются будущим. Это американцы – у них десятки центров, которые работают и системно, комплексно, и по отдельным фрагментам.  Европейские исследователи, хотя и меньше, тоже занимаются прогнозами. В России мы видим попытки ряда центров. Не так давно нашумели публикации Малинецкого из Института прикладной математики РАН с прогнозом распада России и поглощения ее Китаем.... В Украине вообще, похоже, о будущем пока не думает никто...   – Дмитрий Выдрин: Кроме ежегодных прогнозов Выдрина на один год вперед :).   – BSNews: И еще Яценюк, единственный, кто знает, что к 2030 году украинцев будет на 10 миллионов меньше... :) Даже вопросы демографии, которые очевидны – мало кого интересуют... Есть впечатление, что будущим в нашем ближайшем Черноморском окружении занимаются в Турции. Судя по их политике последних лет – это так. Вообще не занимаются будущим на Кавказе. Там все в прошлом и до сих пор вспоминают старые обиды... Возникает вопрос: что произойдет с теми, кто не думает о будущем? Что с этим надо делать?   – Александр Рар: Я думаю, что картина не катастрофична, потому что американцы занимаются будущим за нас всех. Они же пишут прогнозы не только по Америке, а о том, как будет развиваться весь мир. И я должен сказать, что Европа во многом эти футуристические анализы и прогнозы воспринимает. Им верят. Так что я не видел бы в этом какую-то катастрофу. И через Интернет, через публикации все это доступно и Украине. Я думаю, у Украины нет отдельного какого-то большого будущего – мы все связаны одной судьбой. Если погода будет ухудшаться, если климат будет меняться, если будут наводнения и пожары, то мы будем уже страдать все вместе – не так, как раньше. Я думаю, что этот момент все-таки нужно учитывать – этой общей судьбы. Я думаю, что раньше, еще 20 лет назад, этого еще не чувствовали. А что касается Украины – я думаю, вы еще очень молодая нация, 19-20 лет – это возраст, в общем-то, молодого человека. Некоторые люди развиваются так, что с 16 лет становятся взрослыми, некоторые и до 23 остаются подростками. И Украина – сильная, мощная, мускулы у нее есть, но где-то, мне кажется, еще в состоянии подростка: себя ищет, слишком много колебаний то налево, то направо... Ну и действительно – ведь даже политической ориентации четкой нет. Есть вещи, которые просто... Ну как вот подросток мечтает об одном, идея-фикс какая-то есть... Но есть и другая мечта, а о ней боятся говорить, потому что это политически некорректно, за это могут "отшлепать" – еще нет уверенности...   У Украины, я думаю, очень пестрое будущее, как и пестрое прошлое. В то время как... Ну возьмем для примера Германию с ее старым населением, которая встроена сейчас в Европу, которая просто может сейчас лежать на диване,  давать грекам деньги или ирландцам помогать в этом кризисе. Но самой делать особо ничего не нужно... Германия – это старый человек Европы, а вы, Украина, – молодая нация, но неопытная. Зато вы можете себе позволить спотыкаться, а Германия – уже нет.   – Дмитрий Выдрин: Я добавлю к тому, что Александр сказал, что, возможно, боязнь будущего, или боязнь думать о будущем, боязнь исследовать будущее, коренится в некоем социальном генотипе украинца. Этот генотип имеет корни – и религиозные, и политические. В религиозном смысле... Наша религия – православие – всегда была патерналистской по своей сути. Условно говоря: «думай о Боге, а Бог подумает о твоем будущем». И где-то глубоко в генах у нас есть вот такой фатализм: зачем нам думать о будущем, если все предопределено Богом. И на глубинном генном уровне это, возможно, срабатывает. А на верхнем политическом уровне генотипа срабатывает идея Центрального комитета. Украина когда-то была частью Союза, и в Украине была партийная часть в виде украинского ЦК. Но украинский ЦК никогда не занимался прогностикой – это была прерогатива Центрального комитета, находившегося в Москве. А сейчас это политическое «табуирование» будущего просто перешло на другие субъекты. Условно говоря, все равно найдется какой-нибудь обком или ЦК, который за нас подумает – либо это будет брюссельский обком, либо вашингтонский ЦК, который подумает о будущем, либо это будет снова московский ЦК... Эта боязнь будущего, табуирование будущего, до сих пор не раскодированы в сознании украинской политической элиты, в сознании лидеров. И когда наши лидеры приезжают в Вашингтон, Москву или Брюссель – они приезжают не только за кредитами, но еще и за образом будущего, который они сами пока боятся в силу этого табуирования представить, а тем более – разрабатывать.   – BSNews: Теперь мы хотим вам подбросить вот какую тему. Мы пережили – возможно, еще не до конца – период очень сложных взаимоотношений России и Украины. Было время, когда по результатам социологических опросов население России называло среди лучших друзей Германию, а в числе наибольших врагов – Украину... Почему сложные и страшные страницы 40-х годов в истории русского и немецкого народов перевернуты и забыты, а в истории двух соседних славянских народов – нет?   – Александр Рар: Я думаю, что это временно. Все будет очень быстро меняться. Конкретно я хочу сказать так: я думаю, что Россия проходит тоже нелегкий путь, Россия тоже молодая страна, в чем-то еще подросток. Она пережила сложнейший кризис. Русским нужно научиться жить без империи, русским нужно научиться жить без плановой экономики, в рынке. Нужно научиться жить в демократии –  научиться слушать чужое мнение, привыкнуть к тому, что есть конкуренция – и в политике, и в жизни. Это трудно... Я думаю, что Россия эмоциональная нация – они обижаются. Они обижаются на Украину, когда Украина бежит в НАТО. Это жуткая обида для русских, хуже русских обидеть невозможно... Но они очень быстро прощают. Я думаю, что если сейчас провести опрос общественного мнения в России, то, например, поляки для русских не будут той нацией, которую не очень любят, как это было еще полгода назад. Польша уже начала подниматься вверх в российском общественном мнении после Смоленской трагедии – потому что Россия тоже плакала... Что касается немцев... Немцы же не обидели Россию. Немцы выступили, кстати, против расширения НАТО на восток – это люди замечают. Немцы покупают российский газ. Немцы в военном плане – ну просто никакая не угроза для России, тем более, что у Германии нет ядерного оружия. И это очень хорошо в России понимают. Та Германия, которая на них напала и 65 лет назад капитулировала – ее больше нет. Сейчас совсем другая нация, которая работает и хочет работать с Россией. Несмотря на очень критическое видение России, российской политики со стороны немецких СМИ, в целом немцы, немецкая политика, немецкая элита очень позитивно относятся к России. Россияне чувствуют и благодарят за это. Два года назад, когда я прочитал такой опрос общественного мнения, я спрашивал Путина на Валдайском клубе: как можно объяснить, что в России, например, Китай, больше любят, чем Украину? Действительно, так было. Это было время, когда Китай смотрел России в рот, покупал в России нефть и газ, соглашался на то, чтобы трубы шли в Китай, покупал российское оружие...   – Дмитрий Выдрин: Мне кажется, что к сказанному Александром можно добавить то, что немцы, на мой взгляд, за последние 30-40 лет глубже изучили Достоевского, чем россияне. У Достоевского есть работа, она практически не цитируется и у нас неизвестна, о том как «великороссы» должны относиться к «малороссам» – по терминологии того времени. Достоевский говорит, что надо делать две вещи: постоянно помогать и не обижаться на неблагодарность за эту помощь. Германия в последние годы ведет себя, как великая нация – она помогает и никогда не обижается, если тут же не получает за эту помощь какой-то ощутимой благодарности в виде лести, преференций или чего-то другого. Поэтому, на мой взгляд, Германия становится великой – великой не по армии, не по экономической мощи, но великой по нравственному потенциалу. Только великий народ сумеет терпеливо, постоянно объяснять, оказывать помощь – и финансовую, и технологическую, и интеллектуальную – и не обижаться, что за эту помощь они получают глобальную, а иногда даже глумливую, неблагодарность.       – BSNews: Александр, вы упомянули о Валдайском клубе. Мы знаем, что вы там постоянно несколько лет участвуете... На недавней встрече этого клуба – с участием президента России – мы увидели доклад Сергея Караганова...   – Дмитрий Выдрин: Нашего общего друга, кстати...   – BSNews: ...и, на наш взгляд, одного из наиболее интересных, нестандартно мыслящих, российских исследователей.  Они с Тимофеем Бордачевым и Федором Лукьяновым озвучили идею Союза Европы – то есть, упрощенно, если Европа, Россия и восточноевропейские страны объединятся, то это и в 3-м тысячелетии будет глобальный игрок. А иначе все поодиночке проигрывают Китаю и США. Конечно, многие идеи проходят стадии от покручивания пальцем у виска до серьезного обсуждения. Вот эта идея союза, который включал бы нынешний ЕС, Россию плюс Украину, Белоруссию, Молдову, Кавказ и Казахстан, и был бы конкурентоспособным игроком в третьем тысячелетии,  имеет шанс на реализацию или нет?   – Александр Рар: Я думаю, что это самый благожелательный сценарий для России. И, кстати, для Украины. Конечно, Украина громче кричит всегда, что хочет стать частью Европы. Россия не говорит, но все делает для того, чтобы стать частью Европы. Хотя есть и какие-то попытки связать свою судьбу с Азией, но они на самом деле нереальны , потому что культура российская – европейская. Я думаю, что у России проблема в том, что она видет Европу нынешними глазами – такую, какой она есть сегодня.  По убеждению некоторых людей – того же Бордачева, да и я об этом писал – Европа, ЕС через двадцать лет будет выглядеть совсем иначе, чем сегодня. Точно так же, как Европейский Союз сегодня сильно отличается от  того, как он выглядел 20 лет назад. И Россия должна совсем другую стратегию преследовать – не бегать за Европейским Союзом (то же относится и к Украине), а подумать, как укрепить себя с тем, чтобы уже не попрошайкой, а  даже, может быть, «на белом коне» въехать в ту Европу, которая будет через 20 лет. Европа не обязательно будет слабее, но она будет точно другой, потому что время будет ее менять, и вызовы для Европы будут совсем другие. И в эту Европу нужно будет попасть. И это стратегия России. Я думаю, что она правильная, что такую цель надо преследовать. Но, возвращаясь и коротко комментируя работу Караганова (мы ее очень много обсуждали) – там есть противоречие. С одной стороны – признание, что России жить без Европы невозможно.  И в то же время – что Россия наотрез отказывается играть по правилам ЕС. То есть, никакой суверенитет в Брюссель отдавать не будет, никаких общих армий создавать не будет и так далее. Ну как тогда Россия хочет объединяться? Поэтому  действительно, может быть, нужно придерживаться этой линии, этой философии, и даже можно более сильно сказать – этой стратегии: подождать, посмотреть, каким будет Европейский Союз в 2025-2030 годах,  и к этому сроку уже быть готовым к какой-то интеграции. То есть от интеграции не отказываться, но повременить.   – Дмитрий Выдрин: Когда-то жена одного моего друга говорила: «у нас очень мощный семейный союз, и он сложился еще в советские годы. Поскольку мой папа работал дипломатом, а его папа был номенклатурой ЦК. Мой папа мог доставать джинсы, а его папа мог доставать сырокопченую колбасу. Наша семья была союзом джинсов и сырокопченой колбасы». Это я говорю в шутку, а последствия такого мышления, может быть, довлеют над многими нашими соотечественниками: что можно создать союз, объединяя колбасу и джинсы, или создать союз, объединяя уголь и сталь. Все в России и в Украине уверены почему-то, что Евросоюз возник из  союза угля и стали. Хотя я всем повторяю и объясняю, и свято верю, что объединили Европу не металлурги и не угольщики или коксовики. Ее объединили гениальные кинорежиссеры, гениальные актеры, гениальные писатели. Европа начала объединяться, когда возник гениальный итальянский кинематограф, который начали смотреть в Германии, и когда в Германии возникла гениальная литература, которую начали взахлеб читать в Италии, Испании, в других странах. Европа стала объединяться, когда возникло духовное притяжение внутри нее, а не только притяжение тяжелых сущностей – металла, угля и всего остального. Поэтому, пока у России не будет духовного предложения для Европы, для Украины и для других стран – не будет никакого объединения. Союз германской трубы и российских нефти и газа – это самый непрочный, самый недолговечный союз, который можно представить. Всегда найдутся недовольные., обделенные и так далее. Поэтому союз надо искать на основе духовных сущностей, а не сущностей тяжелых осязаемых тел.   – Александр Рар: Это правильная мысль. Мне один из советников Шредера, который тогда разрабатывал для него все проекты с Россией,  высказал такую интересную мысль... Я о ней до сих пор думаю, хотя это было уже лет пять назад, если не больше... Он говорил: Россия все время давала Европе духовные идеи – со знаком «плюс» или со знаком «минус». Ну, марксизм со знаком «минус», хотя он, конечно, изначально попал в Россию через Германию, а с другой стороны – такая литература и такие, действительно, великие идеи, того же Достоевского, которого сегодня уже упоминали... А сейчас, – говорит этот человек, – мы смотрим на Россию и ее не узнаем: она впервые за последние 200 лет скучная, нет духовной идеи. Они копируют нас, тупо копируют капитализм, который у нас был 100 лет тому назад. Мы его уже обуздали немножко, сделали вместо рыночной социально-рыночную экономику. Но капитализм, который вводится в России – это идеи XVIII века, XIX века, но не XXI-го. Поэтому к тому новому, что в России происходит, к сожалению, западная элита просто чувствует презрение. Презрение к тому, что люди не хотят и не могут построить демократию,  не могут выстроить свой образ жизни – 20 лет прошло, а они живут все равно хуже, чем европейцы. И зачем вообще с ними цацкаться, если они такие... И к Украине, к сожалению, похожее отношение. Поэтому Дмитрий прав: когда с востока будут – как это было в истории – приходить свежие идеи, тогда Европа будет на них откликаться. Ведь человечество не стоит на месте, вызовы-то есть, на них нужно отвечать...   – Дмитрий Выдрин: Кстати, когда я был на дне рождения у Александра, тамадой у него был канцлер Германии Шредер. И он поблагодарил Александра Рара за то, что он собрал за одним столом столько духовных , интересных людей. В Германии понимают, что такое  хороший стол (смеется). У нас – не понимают...   – BSNews: Учитывая, что время, которое вы смогли выделить на нашу беседу, на исходе, вот такой вопрос – сложный, «два в одном». Мы достаточно много слышим: «Европа умирает», «Европа угасает», особенно в России это любят говорить: «закат Европы» и т. д. У нас, честно говоря, не возникает такого ощущения, но, тем не менее, насколько справедливы разговоры, что «ЕС становится никаким», «теряет лицо»? И еще – об этом тоже много говорят.  Взаимодействие христианства и ислама – один из вызовов 3-го тысячелетия. Мы слышим, что очень высокий процент, например, в Германии – граждан турецкого происхождения. Насколько  распространение ислама через новых граждан ЕС составляет проблему для «старой Европы»?   – Александр Рар: В последнем вопросе вы задали слишком много вопросов... О «закате Европы». Я думаю, объективно надо сказать, что Европейский Союз не стал сильнее после его расширения. Но он и не стал резко слабее. Все-таки создалась уникальная модель Европы, которая оправдывает себя. Громадный рынок, люди живут лучше, чем когда-либо – нужно признать это. Пока катастрофы не произошло. И самое главное – помимо многих  других аргументов, которые я мог бы привести, в том числе, что войны невозможны между Германией и Польшей или Германией и Францией – главный аргумент: во время финансового кризиса вся Европа друг другу помогала. Такого не было за всю историю человечества. Вот это большой плюс Европы. Но объективно говоря – да, Европа слабеет, потому что экономики азиатских стран и американская система сильнее европейской экономики – хотим мы этого или не хотим. Мы, европейцы, всегда ищем консенсуса, мы всегда ищем какой-то справедливости, дотошной, которой нет в этом мире. И поэтому друг друга где-то и блокируем. Хотя живем все равно в очень комфортабельном мире. Что касается исламского фундаментализма – то я думаю, что тут поезд уже ушел. Мы ничего не можем сделать. Сегодня об этом говорил Билл Клинтон – и на этой встрече в Ялте, и на форуме YES два года назад. Нас сегодня уже почти 6 миллиардов человек на нашей планете – это уже слишком много. Планета не выдерживает такого большого количества населения, которое  хочет жить хорошо. А через 20 лет нас будет 9 миллиардов, потом нас будет 12 миллиардов, причем в течение достаточно короткого срока. Это обуздать невозможно. То есть ресурс Земли будет проеден очень быстро. Тут нужно стратегии придумывать, как это все затормозить. Европа действительно будет отставать. И, конечно, самый большой прирост населения будет происходить в тех странах – бедных – где сегодня есть потенциал для зарождения исламского фундаментализма. Это вот такой худший вариант, к сожалению, достаточно реальный. Всегда в мире происходят какие-то сдвиги, какие-то идеологии появляются. Какая-то форма радикального ислама может появиться на вооружении бедных стран, и она будет воевать с Севером. Первые отголоски этого мы уже видим. Это не должно произойти со стопроцентной вероятностью, но это один из вариантов. Что касается населения Германии – турок и арабов. Уже поздно их выгонять. Пока Европа будет демократическим государством – сверхгосударством – эти люди будут себя чувствовать там очень комфортно, смогут и проводить свои террористические акции, никто их затормозить не сможет... Но это Европа, это большая цена, которую мы платим даже не за политическую корректность, а за демократию, в которой мы все равно хотим жить.   – Дмитрий Выдрин: Я отвечу на один вопрос, потому что у нас остается совсем мало времени. На вопрос, умирает ли Европа. Я отвечу, наверное, немножко парадоксально – с точки зрения тех людей в России, которые говорят, что Европа умерла. Потому что для них смерть государства происходит тогда, когда у государства забирают основные функции, и когда эти функции растворяются в личности. Что такое Европа? – Это многие концепции государства – рыночных отношений, демократии – которые растворились в быту и растворились в личности. В Европе нет национальной идеи, потому что она растворена в смысле существования личности. Личность как бы забрала у государства многие-многие функции: право на мечту, на концепцию, на мировоззрение, на осмысление будущего. И с точки зрения нас, идеологизированных людей – это слабое государство, оно почти уже умерло. Где его функции надзора, насилия и так далее? Я приведу простой пример. Когда я работал у Александра Рара в Бонне, в его институте, он меня поселил в кавртире, где в доме жили очень привередливые бабушки. Я всегда боялся выносить мусор, поскольку  там стояло шесть разноцветных ящиков, и нужно было выбросить в ящик определенного цвета определенный мусор. Несколько раз бабушки вызывали какие-то проверяющие органы, и меня штрафовали за то, что я неправильно выбрасывал мусор. Потому что у нас соблюдением порядка занимается милиция, налоговая инспекция, а в Германии эту функцию часто выполняют уже бабушки как элемент гражданского общества. С точки зрения России – они умерли, все эти государственные функции. А с точки зрения Европы – они растворились в гражданском обществе. Поэтому Европа – это, может быть, проект доминирования гражданского общества над государством. Для нас это непривычно, для нас это дико, это кажется слабостью. А я вижу в этом только силу...         Экспрессия Sun, 10 Oct 2010 20:53:25 GMT http://www.vydrin.com/express/217713/ Оппозиция - не контрпозиция Не так давно прошел умный и тонкий фильм, который называется "Трудности перевода". Там прекрасно показано, как много сложных проблем и ненужных противоречий может возникнуть из-за маленькой неточности в ходе элементарного перевода. Думаю, что и у нас в политике, включая оппозиционную деятельность, многие проблемы просто бы не возникали, если бы политики переводили точно. Например, Юлия Владимировна, судя по ее высказываниям, неплохо переводит Эсхила, но с латынью у нее явно хуже, чем с древнегреческим. В частности, она слово "оппозиция" переводит как "противостояние". А на самом деле, с классической латыни это слово переводится как "противопоставление". Противостоять, конечно, легко. Особенно, если есть вышеупомянутые "противотанковые таблетки", то есть "противовластные таблетки". Принял одну - и нет никакой власти! Именно так поступают лидеры оппозиции, говоря о том, что в стране у нас не существует власти, по крайней мере, легитимной в их представлении. Но, если возвращаться к классике, правильному переводу и точному прочтению первоисточников, что рано или поздно сделает будущая оппозиция, то власти надо будет что-то все же противопоставлять. Поскольку при правильном прочтении станет ясно, что главным инструментом оппозиции является не баррикада, а "круглый стол"; а главным оружием - не булыжник (или даже дымовая шашка), а альтернативное мнение. Я не хочу, да, наверное, и не смогу, сделать такую работу за оппозицию - ведь в этом, собственно, и заключается ее суть, значимость и действенность: найти, что конкретно идеологически и концептуально противопоставить власти. Но я мог бы, в качестве небольшой подсказки, назвать те сферы в которых, как правило, и осуществляется это противопоставление. Навскидку таких главных сфер всего три: а) оппозиция должна быть умнее власти; б) оппозиция должна быть красивее власти; в) оппозиция должна быть моральнее власти. Расшифрую. Любая власть всегда скована некими ограничениями, как в своих действиях, в своем мышлении, так даже в своих фантазиях. Поскольку она худо-бедно отвечает и за свои действия, и за свои идеи, и за свои фантазии. Высокая привилегия оппозиции - это временная безответственность, по крайней мере, интеллектуальная. И, по крайней мере, до тех пор, пока она сама не стала властью. Поэтому оппозиционеры, как правило, говорят интереснее, выглядят ярче, спорят убедительнее, блефуют смелее, чем самая продвинутая власть. Я говорил, что важнейшим инструментом реформ является образ будущего. И в этом плане настоящая оппозиция всегда имеет шанс победить самую мощную власть. Мощную власть не положишь на лопатки теми же шашками. Но вполне можно опрокинуть, создав альтернативный и более убедительный, более красочный образ будущего. Ведь ни в чем так не проявляется раскрепощенность ума, полет фантазии, образность мышления, как в футурологии. Не понимая этого, наша оппозиция - которая либо расковыривает гнойники прошлого, либо сводит к коммунальным склокам политику настоящего - пока по сути ничего интеллектуального и креативного не противопоставляет власти, то есть в принципе не выполняет свою родовую функцию. Мне приходилось самому много лет быть в оппозиции и сотрудничать с оппозиционными лидерами. И всегда удивляло их равнодушие, невнимание, пренебрежение к любым аналитическим и обучающим структурам. Помню, когда-то создали аналитический центр для БЮТа, но он просуществовал ровно месяц, поскольку лидерке оказалась абсолютно не нужна никакая аналитика, социология, планирование. Оказалось, что партийный и фракционный запрос на "яйцеметателей" выше, чем на "яйцеголовых". "Мозговые штурмы" уступили место штурмам щитовых и туалетов. В развитых странах первое, что делает политическая сила, оказавшаяся в оппозиции, - усиливает именно свою интеллектуальную составляющую. Через свои партийные структуры, фонды она привлекает и вовлекает лучших ученых и специалистов. (Кстати говоря, свои скромные знания наша оппозиционная политэлита в основном и получала как раз благодаря деятельности известных фондов зарубежных оппозиционных же партий). Поэтому на Западе в оппозиции часто более престижно, и даже модно, быть, чем во власти. Поскольку именно оппозиция, в силу ее высокого интеллектуального потенциала, навязывает обществу "мэйнстрим". Именно она часто становится главным не "терминатором", а модератором общественных дискуссий по поводу путей, методов и способов развития страны. То есть она противопоставляет власти главное - силу мысли, напор страсти и яркость идей. Важнейшей функцией цивилизованной оппозиции является политическое обучение. Партийные школы, семинары, "круглые столы", международные конференции - все это ее органичная деятельность. Помню, когда-то я был потрясен размахом подобной деятельности. В маленьком немецком городе Майсене на конференцию оппозиционных партий было приглашено несколько тысяч специалистов со всего мира, а тема была - "Будущее либеральных экономик в мире". Вот это интеллектуальная сила оппозиции! Загадка, почему ничего из этого не делается нашими пламенными оппозиционерами. Может быть, потому что в целом для украинской элиты характерна одна особенность - эти люди легко тратят деньги на что-то материальное, вещное, то, что можно потрогать, "помацать" руками, надеть или, в крайнем случае, съесть и выпить: на дорогие бренды, на сверхдорогие "поющие трусы", на фуршеты, на чартеры. Но практически никогда не тратятся деньги на мысль, на образование, на просвещение, на культуру вообще, и политическую - особенно. Наверное, поэтому до сих пор так и не созданы оппозицией ни интеллектуальные центры, ни "фабрики креатива", ни партийные школы, ни постоянно действующие семинары. Есть только ничем не подкрепленная претензия на будущую власть и ничем не аргументированное нежелание признавать власть действующую. Теперь пару слов об эстетике. Говорят, красота - страшная сила. И в ряде стран оппозиция побеждала власть именно эстетической составляющей. Поскольку создавала образ более стильного, модного, красивого политика или политическая сила в целом. В этом плане забавная картинка, например, в немецком Бундестаге. Там всегда можно определить в зале, кто в оппозиции - они более яркие, стильные и заметные. В частности, я там впервые видел депутатов-марксистов с цветными петушиными ирокезами. Подобная экстравагантность - тоже привилегия оппозиции, не скованной властным серо-сюртучным дресс-кодом и угрюмой чиновничьей манерой поведения. Оппозиция, точнее настоящая оппозиция, всегда репрезентирует образ будущего. То есть она стремится и внешне показать оттюнингованую модель будущего политика и гражданина. А наша оппозиция почему-то наоборот, даже эстетически, всегда тяготеет к нафталиновому прошлому, к архаике и патриархальному. Вершиной, конечно, имидж-кода является лидерка оппозиции, создавшая уникальную модель гламурного политического пейзанства. Конечно, это ее абсолютное право, как частного лица, хотя, может быть, кого-то и коробит кричащее фальшивое несоответствие "лагідного" патриархального образа с агрессивно-урбанистской сутью. Но дело в том, что в политике не только размер, но и образ имеет значение. Часто именно фальшь образа, даже не политически, а именно эстетически отталкивает потенциальных приверженцев. Кстати, на последнем митинге под Верховной Радой у Юлии Владимировны впервые дрожали руки. Не думаю, что это связано с какими-то ее страхами - она просто их не ведает. Скорее всего, руки дрожали, потому что она не чувствовала разящую силу своего обаяния. Старый образ износился, а новый - красивый, модный и стильный - не создан. Потому что красота всегда в органичности. И на уличных массовых встречах ей в затылок дышат уже соратники-конкуренты, пусть не такие известные, но значительно более органичные по собирательности своего образа и потому догоняющие ее по популярности. Потому что стильность в современности. И в парламенте в ее собственной фракции уже выступают более современные по риторике и мировоззрению депутаты, готовые не только подменить, но и заменить свою хозяйку. И, наверное, в том числе, потому что на нее пришли посмотреть сотни и тысячи, а не десятки и сотни тысяч, как бывало ранее. А оппозиционный политик не может быть красив на полупустом майдане, как не может быть красив актер в полупустом зале. Наконец, несколько слов о моральности. Конечно, никчемное и пустое дело морализаторство, особенно, когда дело касается украинских политиков. Но оппозиция без более высокой моральной планки, чем у актуальной власти, не имеет никаких шансов. Опять-таки, из немецкого опыта. Когда-то я был с одним из крупных украинских оппозиционеров на встрече с депутатами Бундестага. Он взял напрокат привычный шестисотый "мерин", а коллеги-депутаты приехали на встречу на экологичных "великах". Когда я вижу пламенного оппозиционера, одного из главных спикеров по социалке, верхом на "Майбахе", возникает вопрос даже не о его моральности, а просто о политической глупости. Любой избиратель хотя бы интуитивно, но понимает, что, дворцы между собой не воюют - можно представить дерущихся соседей по лестничной площадке, но трудно представить дерущихся владельцев дворцово-парковых комплексов. Любой избиратель понимает, что "Майбахи" не сталкиваются - все видели ДТП с участием, скажем, "Фольксвагенов", но никто не видел с "Майбахами" или "Линкольнами". Поэтому западный оппозиционер вынужден быть, как минимум, скромным, чтобы демонстрировать хотя бы свою бытовую невмонтированность в "сладкую жизнь". Поскольку тот, кто живет богато и сладко, вряд ли сможет проникнуться чувствами и переживаниями простых людей. И, соответственно, быть достойным оппонентом власти. И иметь на это моральное право... Ну да ладно, объяснить все это нашим оппозиционерам, пока больше похожим на паркетный бомонд, трудновато. Видимо, всем "нуворишам" нужно время, чтобы насладиться свежими радостями сверхпотребления, сверхкомфорта и сверхудовольствий. Несколько слов о будущей оппозиции. Я абсолютно уверен, что в ближайшее время для нее откроется совершенно уникальное окно возможностей. Сейчас на глазах создается принципиально новая модель экономики, которая уже получила название "викиномики". Суть ее в том, что вертикальные иерархические связи заменяются массовыми горизонтальными - так называемыми пиринговыми отношениями. При таком подходе девальвируются такие понятия как "начальник", "лидер", "шеф". А главными становятся понятия "сеть", "взаимосвязь", "открытость", "компетентность". Примером такой организации является всем известный Facebook и Procter&Gamble. У меня сеть стойкое ощущение, что аналогичные формы организации в ближайшее время проникнут и в политику. То есть будет создаваться своего рода "википолитика". Будут возникать своего рода пиринговые партии. И вот те оппозиционные лидеры, которые, по сути, откажутся от своего лидерства и станут не вождями, а просто модераторами таких политико-сетевых структур, и будут определять политическое будущее стран и мира в целом. Конечно, сложно отказаться от старого политического дизайна, где есть масса соблазнов - почитание, обожание, даже обожествление соратниками. Где есть лесть и холуйство, восхищение и беспрекословность, охранники и помощники, навороченные партийные офисы и машины сопровождения. Но тот, кто уйдет от вертикалей карьерных взлетов и падений в бесконечные горизонты равноправных отношений, тот и станет основой настоящей оппозиции. Тот, по сути, вернется в подлинную политику. Забавно, что политика в истории человечества начиналась как регулирование именно горизонтальных отношений между людьми для согласования их интересов. А политиканами называли тех, кто занимался именно вертикальными отношениями внутри иерархической властной лестницы. И вот не прошло и трех тысяч лет, как глобальные законы развития общества дают нам шанс опять вернуться к подлинной политике. И это, повторяю, колоссальный шанс для оппозиции. Однако я ушел, наверное, немного в романтические грезы. Поэтому повторюсь: оппозиция - это не контрпозиция. Как подлинным антиподом революции отнюдь не является контрреволюция. Контрреволюция, как правило, еще хуже, гротескнее самой революции. Подлинным антиподом революции является эволюция. То есть антипод не по форме, а по содержанию. Антипод не по знаку полюса, а по смыслам, принципам и подходам. И для этого "антиподства" надо быть готовым на постоянное интеллектуальное, эстетическое и этическое противопоставление власти. То есть все делать с умом, на совесть и красиво. Как все это объяснить нашим ревоппозиционерам? Экспрессия Sun, 10 Oct 2010 0:25:34 GMT http://www.vydrin.com/express/217707/ Когда-то много лет назад у меня был сосед с, мягко говоря, неадекватной психикой. Причем он был абсолютно нормален в быту, в соседских добропорядочных застольных отношениях, но когда переходил к своим профессиональным увлечениям, возникали некоторые вопросы к нормальности его рассудка. В частности, его идеей-фикс было якобы изобретение ним "противопехотных" и "противотанковых таблеток". Их описанием он постоянно долбил все профильные ведомства, типа Минобороны. Однажды за рюмкой я не удержался и спросил, как же работают эти его пресловутые "противопехотные" и "противотанковые таблетки": на основе каких физических боевых свойств и поражающих возможностей? Сосед простодушно и крайне убежденно ответил: "Работают очень просто. Ты сидишь в окопе, на тебя наступает вражеская пехота. Ты быстро выскакиваешь и каждому врагу вкладываешь в рот таблетку. И все! атака захлебнулась!". "А "противотанковые" как работают?". "О, тут совсем другой оборонный принцип, - объяснял сосед. - Ты сидишь в окопе, и на тебя накатывает танковая лава. Теперь уже ты принимаешь таблетку и..." "И...", - подстегивал я мечтательно замершего соседа". "И нет никаких танков! Совсем никаких!". Я эту давнюю историю почти уже забыл. Но о ней по какой-то причудливой ассоциации заставили вспомнить наши пламенные реформаторы во власти и наши пламенные мессии - в оппозиции. У меня складывается все более стойкое убеждение, что сосед таки добрался и до тех, и до других. Только с первыми он изобретает "таблетки от экономики", а со вторыми - "таблетки от власти". Партия Власти Сразу скажу, что "таблетками от экономики" для власти, точнее для ее реформаторского блока, является сегодня имитация реформ. Такое впечатление, что каждому стремятся "положить в рот" (в уши, в сознание) "таблетку", которая уведет от реальности в туманность экономических фантомов и бюрократических иллюзий. "Достаточно одной таблЭтки" и вместо реальных преобразований прокатит неуклюжий формализм. Вместо подлинной модернизации - кабинетное бодрячество. В свое время один из ироничных российских ученых написал по поводу провала гайдаровских реформ: "Младореформаторы сочетали отсутствие нужных знаний и адекватного опыта с неистребимой и хищной жаждой наживы". Не буду говорить про "жажду наживы" - все же наши отечественные младореформаторы на порядок, а то и на два, богаче тех, уже былинных гайдаровских. Но может и наших подводит "отсутствие нужных знаний и адекватного опыта"? Хотя мне лично кажется, что проблема много глубже и проще одновременно. Реформаторский блок, во главе с уважаемым мною Сергеем Тигипко, по определению не способен на реальную и подлинную модернизацию. Во-первых, хотя бы потому, что сам Сергей Леонидович и его команда, и по профессии, и по призванию - экономисты. А настоящие экономические реформы, чем они глубже, тем меньше касаются экономики. Во-вторых, наши младореформаторы - все поголовно - это политики, стремящиеся к новым ступеням карьеры и власти. А реформы не проводят те, кто стремится получить высшую власть. Ее проводят те, кто стремится эту власть удержать. Попробую расшифровать и обосновать эти возможно спорные утверждения. Во-первых, суть экономических реформ нельзя описать сугубо экономическими, тем более, бюрократическими терминами. Подлинные экономические реформы - это отнюдь не набор определенных бюрократических мероприятий и экономических законопроектов, как почему-то думает просвещенный Сергей Леонидович. На самом деле, думается, что экономические реформы начинаются, прежде всего, с философии. А точнее с философии ценностей - аксиологии, и с философии структуры - структурализма. Без этого любые сокращения чиновников, увеличение рабочих мест, игра в акцизы, налоги и разрешения - все это механистический набор не встроенный ни в единую концепцию, ни в единую идеологию. В частности, можно было бы напомнить вице-премьеру-реформатору, что создание нового количества рабочих мест - это совсем не реформа. Иначе бы рабовладельческое общество, где все были обеспечены работой, считалось бы самым реформаторским. А вот создание нового качества рабочих мест - это уже часть реформаторской идеологии. Об этом знает даже МВФ, судя по комментариям его директората, но почему-то не догадывается наша реформаторская элита. Последним также неплохо было бы напомнить, что просто повышение производительности труда - тоже не реформа. Реформа, когда это повышение достигается не за счет интенсификации труда, а за счет повышения его творческого сегмента и т.д. и т.п. По классической аксиологии реформ, их истинная суть и главная цель это: а) усложнение (интеллектуализация) производства; б) расширение диапазона стимулирования работников; в) создание новых социальных форм, кардинально улучшающих жизнь. Если в результате реформ планируется, скажем, просто больше выпускать только труб, слябов и картошки, то и базовый интеллект общества окажется на уровне чугунной чушки, а политический процесс будет на уровне копки картошки, а скорее ее "посадки". Потому что "надстройка" всегда соответствует "базису". Недавно я читал лекцию для небольшого кружка боярской интеллигенции (ударение на букву О). Они посетовали, что когда-то в маленькой Боярке была напряженная духовная жизнь - литературные, поэтические и художественные кружки, тонкие политические споры до утра, бесконечное цитирование великого земляка Надсона и т.д. и т.п. А сейчас, мол, все глухо. И что сделать, чтоб это возродить? Я им ответил: "Уже ничего. Потому что раньше в Боярке был завод, который выпускал спутниковые системы связи, и где работали пару тысяч специалистов в белых халатах. А сейчас этот завод превратился в цех по фасовке рыбы, где работает пару сотен людей в клеенчатых фартуках. Если ты выпускаешь спутники, то и мечты твои, темы, смыслы, имеют один потолок и горизонт; а если ты ковыряешься в рыбьих кишках, то горизонты несколько другие, и вкусы другие - не только гастрономические, но и литературные, и политические"... На могиле Оскара Уайльда написано его блестящее изречение: "Все мы черви в канаве, но кое-кто из нас смотрит на звезды". Так вот, если ты работаешь на спутниковом заводе на самой никчемной должности, ты все равно время от времени будешь думать о звездах. А если ты даже самый главный по проблемам рыбьей требухи, ты не заглянешь дальше рыбьего чрева... Кстати, Надсон в той же Боярке когда-то написал о людях без высокой миссии: "...Нас томит безверье, нас грызет тоскаДаже пожелать мы страстно не умеем,Даже ненавидим мы исподтишка!..". Но это так, к слову. Вообще-то украинские реформы должны были начинаться с экспертной дискуссии: какой тип личности мы хотим иметь своей целью, какого уровня "человеческого капитала" мы планируем достигнуть, какой способ производства может этому служить и какие новые виды общностей при этом будут создаваться; а не с того, какой должен быть налоговый кодекс, каковы функции ЖКХ и какова должна быть численность персонала того или иного ведомства. Когда японское общество замедлилось в своем необычайно бурном и завораживающе замечательном развитии, японские предприниматели стали вовлекать своих рядовых работников в изобретательство, рационализаторство; стали создавать такие общности, как группы креативного и инновационного мышления. Видимо, они поняли, что страх потерять работу или дополнительные деньги, которые можно заработать, уже не является полным набором стимулов без интереса, достоинства, безопасности и гармонии труда. И вот общенациональное многомиллионное движение синеворотничковых изобретателей и рационализаторов дало новый необычайно резкий толчок японскому чуду. Но это чудо заключается отнюдь не в громадном размере японского ВВП на душу населения, а в высочайшем качестве каждой отдельно взятой японской "души" населения. Именно поэтому внешне прагматичные японцы закрывали выгодные производства, которые производили вроде бы хорошие товары, но не производили "хороший" тип личности работника. А у нас была какая-то в последнее время профессиональная дискуссия по поводу новых и эффективных видов стимулирования? Не припомню. А изучали, как планируемые виды производства скажутся на качествах будущих работников, на том самом "человеческом капитале" и на их новых социальных связях? Не слышал. А ведь все названное - это и есть суть работы реформаторского блока, и, особенно, - его формальных лидеров. А философия системности реформ? Она подсказывает нам, что должны быть, как минимум, синхронизированы объект реформ, субъект реформ и инструмент реформ. Почему-то ни разу ни от кого из реформаторов я, например, не слышал короткого определения того, что является объектом реформ. А как можно что-то реформировать, не зная ни сверхзадачи, ни объекта реформирования? Иначе получится, как говорил один известный писатель: "Если реформируешь бардак, в результате получится реформированный бардак". Здравый смысл подсказывает, что объектом реформ является, прежде всего, собственность. Именно от эффективного или неэффективного использования всех видов собственности зависит динамика развития страны, общества, нации, семьи, личности. В то же время юристы мне подсказывают, что больше 90 процентов украинской собственности юридически не оформлено, недооформлено, лжеоформлено и т.д. и т.п. Фактически мы имеем абсолютно непрозрачное месиво анонимной собственности в виде разных ООО, ОАО, ЗАО, зарегистрированных на Кипре, Каймановых, Виргинских и т.д. и т.п. островах. А как можно реформировать то, что анонимно? Как можно очеловечить собственность, если она безлика? Можно лечить анонимных алкоголиков, но нельзя лечить анонимных экономиков. Как-то я спросил у одного из ведущих мировых экономистов, почему так получилось в Украине с собственностью. Он мне ответил: "Все очень просто. Например, почему в России в начале 90-х реформаторами были "заморожены" и обесценены все вклады населения? Только для того, чтобы простым обычным людям не с чем было участвовать в готовившейся приватизации; чтоб все объекты достались только тем избранным, которые уже имели заготовленные объемы валютных средств. Такая же логика была у тех, кто в середине и конце 90-х создавал в Украине институт собственности. Его, видимо, специально сделали непрозрачным и анонимным для общества, чтобы главным способом легитимизации собственности был не Закон, а Власть. Таким образом, власть стала главным и абсолютным рейдером: только избранные во власти знают, что кому принадлежит, и только они могут забрать все что угодно и у кого угодно, не имеющего властные индульгенции". Мудрено, но, думаю, в принципе, правильно. Так, может быть, начинать реформу надо было с опубличивания всей собственности в стране, оприлюднивания всех ее владельцев? Может быть, именно юридическая легитимизация собственности, во-первых, показала бы, кто поименно является эффективным и неэффективным собственником. А во-вторых, показало бы, чья конкретно собственность имеет негативный и позитивный гуманитарный потенциал. И, может быть, именно в этой анонимности, а значит безнаказанности, лежат истоки и тотального рейдерства, и тотальной коррупции? Ничего не слышно от "реформаторов" и о подлинных субъектах реформ. Хотя, может быть, они считают, что кроме них самих, имеющих формальные реформаторские должности в правительстве, никто другой на "субъекта" не тянет. Как любит говаривать один лидер из соседней страны: "После смерти Ганди и поговорить не с кем". Наверное, наши считают, что после смерти Гайдара, отставки Немцова и ухода в тень Бальцеровича "перетереть" о реформах, в принципе, не с кем. На самом же деле, как ни парадоксально, именно реформаторы украинского правительства и не могут быть субъектом реформ. Правительство - это инструмент реформирования, но не субъект. Оно по определению всегда косно, консервативно и традиционно в своих подходах. Правительство - это балласт, который абсолютно нужен кораблю, чтоб он не перевернулся. Более того, правительство - двигатель (наш пока - паровой, а есть и атомные). Но не капитанская рубка, где прокладывается курс. Из трюма и машинного отделения правильный азимут не проложишь. Соответственно, субъектами реформ, их инициаторами, заказчиками и контролерами всегда выступают силы, находящиеся вне правительства. Таким заказчиком может быть наиболее просвещенная часть общества, которая первая улавливает необходимость глобальных экономических, политических и геополитических изменений, как это бывало во многих европейских странах. Это могут быть определенные корпорации, оседлавшие инновационную волну развития и желающие распространить ее на всю экономику и все общество, как это происходит сейчас в сегменте так называемой "викиномики". Это, наконец, может быть, лидер страны, осознавший необходимость перемен и готовый беспощадно понукать и пришпоривать рутинных правительственных чиновников, у которых и без реформ по жизни все хорошо. Так это бывало и в Турции, и во Франции, и в Китае. Кто из нас сделал трезвый и беспощадный анализ возможных субъектов реформ? Может, это общество? Вряд ли. В своей основной массе общество консервативно, так как состоит из людей, приспособившихся к определенным условиям и панически боящихся резких перемен. Может быть, это крупный украинский бизнес? Маловероятно. По сути своей он ориентирован на прошлое, а не будущее, так как получает максимальную ренту "донашивая" старые, часто еще советские, активы, а не создавая принципиально новые прорывные модели производства. Может быть, это министерства? Отнюдь. Потому что реформы можно осуществлять на основе не отраслевого, а только проектного мышления. Может, это наша боевая полуторамиллионная армия ЧП-шников, с которыми многие связывают иллюзии среднего класса? Абсурдно. Поскольку у украинского ЧП-шника проблема сиюминутного выживания явно доминирует над проблемами модернизационного развития. ЧП-шник, к сожалению, в массе своей задавленный проблемами бытия очень мало думает о развитии "человеческого капитала", а все больше думает о нахождении стартового капитала... Поэтому, на мой взгляд, украинские реформы были бы возможны и эффективны, если бы, скажем, глава державы, пропитавшись страстью и неукротимой волей к необходимым переменам, сам бы возглавил всю реформаторскую вертикаль. Никаких паркетно-реформаторских блоков правительства. Никаких абстрактно-академических и бюрократических комитетов. Никаких посредников между собой и словом "реформа", между собой и делом "модернизации". А главное, никаких посредников между собой и, пока еще, робкой, неоформившейся и не верящей власти частью общества, гуманитарно и профессионально ориентированной на подлинную модернизацию. Только прямой и откровенный диалог и искреннее, некупируемое окружением, сотрудничество с возможными союзниками в обществе, а не только во власти. И тогда он взял бы на себя и возможную славу, в случае удачи, и все риски и ответственность, в случае провала. Правда, риски при построении пресловутой "административной вертикали" и "модернизационной вертикали" фактически одни и те же - а слава совсем другая! Вот это единственная партия власти, которую она могла бы сыграть под аплодисменты, а не свист и улюлюканье. И к этой единственно возможной партии президента сегодня неизбежно будет подталкивать отмена политреформы. Поскольку новые полномочия могут быть оправданы не пресловутой экономической стабилизацией, не локальными улучшениями "социалки", а только одним - сущностной радикальной модернизацией. А модернизация сегодня это не просто "модная фишка" и продвинутая фразеология. Сегодня это вопрос жизни и смерти и власти, и даже возможно страны. Дело в том, что мир стоит на пороге глобальных изменений. На глазах переворачивается все тектоническое устройство социального мира - базис и надстройка меняются местами. В наиболее передовых странах уже "мозги" весят больше, чем чугунные чушки, а "фабрики идей" дают большую прибыль, чем меткомбинаты. Возможно, это не видно из трюма правительства, но это должно быть заметно с капитанского мостика главы державы. И, наконец, есть еще третья проблема - инструмент реформ. При подлинном желании и воле власти, инструментом реформ может стать все, что угодно - от своевременного закона до послушного чиновника. Таким инструментом могут стать также еще сохранившиеся лакуны высоких технологий и высокого человеческого потенциала в сфере ОПК. Или остатки структур высокой академической науки. Но есть один совершенно уникальный по силе инструмент. Это образ будущего. Недавно одна из очаровательных женщин-политиков привела забавное сравнение. Она сказала, что ни одна пластическая операция, то есть ре-форма женского лица не была бы произведена из-за их чрезвычайной дороговизны и болевых ощущений. Если бы не одно "но". Если бы пластический хирург-реформатор не показывал своему объекту компьютерную модель того, как будет выглядеть лицо после операции. То же самое касается экономических реформ и общественной модернизации. Чтоб их начать и провести, мало рассказывать людям, как им будет больно, неуютно и голодно в ходе трансформации. Мало взахлеб кошмарить, как сильно придется затягивать пояса. В конце концов, мазохистов в обществе не так уж много. А вот где образ будущего, которое наступит сразу после завершения реформ? Где детальная захватывающая картина постмодернизированного мира? Главные реформаторы в мире всегда были больше литераторами, проповедниками и даже поэтами, чем счетоводами и бухгалтерами. Тот из них, кто создавал более объемный, более правдоподобный и более захватывающий образ будущего, тот тем самым приближал это будущее. Конечно, я как все нормальные люди являюсь скептиком по отношению к возможностям быстрого реформирования нашей заскорузлой экономики и эффективной модернизации нашего неподатливого общества. Но недавно я прочитал фразу одного хорошего писателя, которая меня обнадежила. Он сказал, что гордые горцы поднялись когда-то в горы не потому что были любителями хрустально чистого горного воздуха. Их просто туда вытеснили более сильные конкуренты и непреодолимые обстоятельства. Я не очень верю в искренность реформаторских желаний высшей власти, но я верю в непреодолимые обстоятельства. А они уже сложились. Читайте вскоре продолжение - "Противотанковые таблетки" оппозиции Экспрессия Thu, 7 Oct 2010 19:15:31 GMT http://www.vydrin.com/express/217705/ – Дмитрий Игнатьевич, на этот раз выборы в местные советы происходят не так, как мы привыкли. Каких новшеств ожидать от них?   – Начнем с нового, которое, как обычно, – хорошо забытое старое. Речь идет о мажоритарном сегменте, с которым многие политологи, в том числе и я, связывают определенные ожидания. Справедливости ради хочу отметить, что не завышенные, скромные, но все же позитивные ожидания. Социология показывает, что местные советы могут обновиться на 25-30%. Это не критическое обновление, не «контрольный пакет», но все же «блокирующий». Лично я ожидаю увидеть новые типажи, которые появятся не благодаря партийным и административным связям и даже не благодаря толстой мошне, а благодаря уже основательно забытой харизматичности. В Украине как-то утратили вкус к этому качеству - как личному обаянию, симпатии, умению красиво говорить и четко формулировать свои мысли, эрудиции и моральности. У меня сейчас есть несколько знакомых, которые идут в городские советы разных городов практически без денег. Это представители либо ученой интеллигенции, либо мелкого бизнеса, который уже «достали» поборы от местных властей. Ко мне, уже не как к политологу, а как к чиновнику, обращается много людей из регионов, связанных с торговлей и производством сельхозпродукции. И они говорят, что запретов на уровне государства нет, а вот на уровне местного руководства – сплошные препятствия, но они готовы просто от безысходности идти во власть и создавать для себя терпимые условия работы. Словом, и энергии, и напора, и жизненного опыта у «мажоритарщиков» хватает. Недавно у Роберта Грина вышла новая книга «50-й закон власти» (это автор знаменитых «48 законов власти» – настольной книги для тех, кто желает освоить науку управления), где автор утверждает, что самый главный закон власти – это бесстрашие. Мы истосковались по бесстрашным людям, а бесстрашие дает страсть. В последние годы наша политика превратилась в унылое соперничество двух больших групп, между которыми не было зазора для более мелких интересов. Я делаю на мажоритарку ставку еще и потому, что вижу в некоторых ее представителях страсть, но еще не для этих выборов, а уже для будущих парламентских.   – Видите ли вы уже сейчас ошибки в действиях политических сил, участвующих в выборах?   – Я вижу явные ошибки, к которым отношу в первую очередь стремление регионалов всех союзников пропустить только через свои списки. Это касается не только депутатов, но и кандидатов в мэры городов. Думаю, что надо дать возможность людям оставаться внепартийными, если они того хотят. У Бисмарка есть фраза: «Это не преступление, это хуже – ошибка». Вот и я считаю, что такой стиль поведения – это не преступление, но серьезная ошибка, что иногда даже хуже преступления. Внепартийная ниша нам очень нужна!   – Для чего?   – Меня, в частности, «достали» киевские сетевые рестораны. Куда бы ты ни пошел – везде рестораны какой-то «карты». И возникает ностальгия, например, по Праге, с кучей маленьких и уникальных кафешек. Я согласен, что сетевые рестораны задают некий высокий стандарт качества и обслуживания, но, честно, устаешь от этого единообразия. Сейчас лучшая реклама в наших городах для заведения – это надпись «Мы не сетевой ресторан».   – При всем уважении к сетям это уже практически «фаст Фуд»   – Да, как и большие «сетевые» партии – политический фаст фуд. И хочется, чтобы среди этих партий, которые, несомненно, нужны обществу, раз на них такой электоральный спрос, возникали и маленькие семейные «заведения». Может быть, они удовлетворяют скромные потребности своего квартала или своего дома, хоть полпроцента электората, но, кроме них, никто это не сделает.   – А вы считаете, что ПР заинтересована в «хэнд-мейд» в политике? По внешним-признакам наша власть, извините за каламбур, идет по российскому образцу и строит вертикаль власти...   – У нас российский вариант не получится. Также и не получилась некая ожидаемая соборность в Европе. Вроде ЕС – чуть ли не одна страна, с единой валютой, Европарламентом и визовой системой. Но политический ландшафт Германии разительно отличается от формата Франции, я уже не говорю о Греции и Румынии. Поэтому и в нашем случае не получится никакой ремейк унификации, ни в российском реализованном варианте, ни в европейском, пока не сложившемся. Соответственно я думаю, нужно дать возможность у нас реализоваться лозунгу китайцев «Если есть тысяча цветов – пусть они растут!» То есть предоставить возможность самобытно развиваться всем легальным политическим силам и направлениям.   – Кроме прочего, у Украины нет ресурса поддерживать жизнедеятельность абсолютной вертикали.   – Да и не получится, потому что за последние 20 лет в Украине сложились другие традиции, связанные со структурой капитала. В России он имеет госструктуру, а в Украине капитал был и будет частным. В РФ владелец капитала – все больше государство, а не бизнесмены. У нас же бизнес правит политикой, а не наоборот, поэтому здесь построение абсолютной вертикали невозможно. Российский базис органично соответствует российской надстройке, у нас же попытка выстроить абсолютистскую вертикаль власти может привести к необратимым, разрушительным, особенно для экономики, последствиям. И я очень надеюсь, что на этих выборах партия власти поймет, что ошибается в своих попытках унифицировать политическое пространство.   – Пока этого не видно. Создается впечатление, что ПР видит в других партиях, скорее, конкурентов, чем союзников.   – Со временем даже крупный капитал начинает понимать, что нужны маленькие смежники, потому что есть куча мелких деталей, которые на больших производствах делать нецелесообразно. Думаю, что прозрение придет, и дай бог, чтобы до парламентских выборов. Тогда у Украины есть хороший шанс улучшить свой политический ландшафт.   – Ожидает ли, на ваш взгляд, политические силы какие-либо сюрпризы или неожиданности по результатам выборов? Насколько переоценена роль админресурса?   – Админресурс или чиновник не может быть с «человеческим лицом» априори, поэтому, думаю, этот момент скажется на результатах выборов. Считаю, что партия власти «возьмет» чуть меньше, чем ожидает и чем заслужила, потому что они не учитывают негативный шлейф админресурса. Партия Тигипко получит немного больше, чем заслужила, но, видимо, в последний раз. Потому что ресурс ожидания реформаторских изменений практически уже исчерпан, и если в ближайшее время реформаторский блок не приступит к изменениям, то это будут последние выборы, когда избиратель даст ему аванс. И думаю, неожиданно мало получит партия «Батьювщина», потому что они так и не вошли в благодатную нишу системной оппозиции, а пытаются умоститься в нише радикальной оппозиции. А здесь уже очень уверенно разместился Олег Тягнибок со своей небольшой, но имеющей громадные амбиции, политической силой.   – А разве «преследования» соратников Юлии Владимировны не помогут ее политической силе?   Думаю, нет. Три раза кричать «волки» не получится. Вот системное оппонирование власти помогло бы, тогда как радикализм нет. Еще одна ошибка Юлии Владимировны - это то, что она перестала тратить свой пыл на региональные особенности. Когда-то она выстраивала диалог с каждым регионом в отдельности в его характерном формате (помните ее футболку с эмблемой ФК «Шахтер» в Донецке?) Сейчас она, видимо, устала и везде выглядит одинаково уныло. Впрочем, сегодня в окружении экс-премьера возникают люди, которые интуитивно понимают значение системного оппонирования власти...   – Например?   – Недавно меня приятно удивила Наталья Королевская. Она, возможно, по наитию нащупала две общественно резонансные темы и, выступая в парламенте, сорвала даже аплодисменты «коалициантов». При этом одна из тем общенациональная, а другая – узкоспециальная, как и подобает «джентльменскому набору» зрелого политика. Первая избранная ею тема касается пенсионного возраста женщин, в развитии которой она защищает право наших женщин идти на пенсию раньше, понимая, что до «нового» пенсионного возраста, который предлагает МВФ, они могут просто не дожить. И вторая – узкоспециальная, но, как оказалось, очень актуальная – бурение скважины для добычи воды. Дело,в том, что по нашему законодательству, если ты на своем участке забурился больше, чем на 20 метров, тебе грозит штраф до 100 минимальных зарплат либо два года тюрьмы. Но вода на этом уровне уже давно выбрана, ее просто нет. Так вот, когда Наталья Королевская вынесла этот законопроект на рассмотрение, в зале звучали аплодисменты, потому что у всех депутатов есть дачи или загородные дома со скважинами чуть ли не до ядра Земли, а значит, можно практически всех уже «сажать» на два года (смеется).   Еще один пример – Константин Бондарев. Его борьба с засильем рекламы на ТВ также нашла горячую поддержку всех фракций в парламенте. Да и я сам испытываю стресс, когда реклама прерывает фильм или программу на 20-30 минут.   – Нужно подсказать ему побороться и с «рекламой» смертельных болезней на улицах наших городов. Когда тебя везде окружают огромные плакаты с надписями «РАК», «ИНСУЛЬТ» и т. д., что это, как не ментальное программирование?   – Вы совершенно правы, меня самого глубоко возмущает такой безответственный подход к «наружной рекламе», в том числе эти жуткие надписи. И я надеюсь, что в рядах модерновой оппозиции появятся политики, у которых дойдут до таких деталей руки. Думаю, эти люди будут объединяться в какие-то группы и рано или поздно создадут и возглавят системную оппозицию.   – Для того чтобы снять возможные обвинения в претенциозности, не могли бы вы назвать примеры не только многообещающих оппозиционеров, но и власть предержащей политической силы?   – Я, действительно, обращаю внимание на системных политиков не только в оппозиции, но и во власти. И, на мой взгляд, примером такой «дальнобойной» работы может быть деятельность Эдуарда Прутника и его Фонда «Единый мир». В этом плане показателен очень креативный экономический форум КРИНИЦЯ, где он выступает одним из организаторов уже долгое время. Я бы назвал в подобном позитивном контексте еще несколько громких имен, но боюсь обвинений в комплиментарности к власти и особенно к Администрации Президента.   – Кто, на ваш взгляд, сегодня «занимается» протестным электоратом? Ухудшение материального положения украинцев из-за повышения коммунальных платежей и удорожания продуктов питания загоняет в эту нишу все больше и больше избирателей. Чья политическая сила завоевывает их симпатии?   – Да, по сути, ничья. Резкие движения в политике делать можно, только если показана цель этих движений. Как сказала одна из вышеназванных политперсон, настоящая политика от лжеполитики отличается так, как отличается ветеринар от пластического хирурга. Когда ветеринар вырезает грыжу свинье, он не церемонится с ней и не объясняет ей, как красиво и стройно она будет выглядеть после операции. Поэтому она испытывает животный страх и боль. А пластический хирург показывает клиенту, как хорошо он будет выглядеть после операции, хотя придется некоторое время потерпеть. Так вот, по отношению к обществу нельзя быть коновалом. Надо быть тонким, душевным и обольстительным хирургом. И если бы власть показала обществу, как изменение тарифов в будущем может все же положительно сказаться на общей и личной экономической ситуации, то «боль» и «шок» не были бы такими сильными.   – Но этого, увы, не случилось. Воображения не хватило?   Не хватает идеологов, но главное, не хватает понимания роли тех, кого называют «творцами мечты о светлом будущем». Америка никогда бы не подняла свою рухнувшую экономику, если бы не американская мечта. Экономическое чудо Японии также не случилось бы без идеологов «расцвета сакуры». На самом деле, человек может вынести практически все, если он знает, что трудности конечны, и впереди его ожидает расцвет. Поэтому делать непопулярные реформы молча категорически нельзя. Молча можно делать только перевороты.   – А кого вы относите к «творцам мечты»?   – Журналистов, писателей, философов, творческую интеллигенцию. Симпатии этого слоя власть пока не завоевала.   – В России, кстати, практически с этого и начали...   – Я уже давно говорил, что без Джека Лондона и Эрнеста Хемингуэя не было бы Америки с ее верой в прекрасное будущее. Соответственно власть в любой успешной стране тратит кучу времени и усилий, чтобы обаять и завоевать симпатию своих «творцов». В этом и ошибка нашей партии власти, что у нее нет пока полноценной коммуникации с творческой интеллигенцией. Она специализирована на производстве металлопроката, но производство мечты не ее профиль. Ведь мечтать для себя могут все, а мечтать для других – лишь люди с особым гуманитарным даром. И если власть и профессиональные «мечтатели» – союзники, то перемены проходят и легче, и быстрее, а если противники, то рано или поздно власть проигрывает. Беседовала Наталья Ревская Экспрессия Wed, 6 Oct 2010 15:53:13 GMT http://www.vydrin.com/express/217697/ Заместитель секретаря СНБО, известный политолог Дмитрий Выдрин называет своим самым ярким политическим впечатлением уходящего лета визит во французский Сенат. Красивые, качественные законы, говорит он, могут родиться лишь в прекрасном окружении – по соседству с величайшими произведениями искусства, которым позавидовал бы сам Лувр, с грандиозной библиотекой и оборудованной по последнему слову техники компьютерной базой данных. А что же Украина? Цитируя Александра Довженко: «трудно делать хорошие фильмы, если на работу ты ездишь мимо громадного количества серых, унылых, бездарных домов с немытыми окнами, по грязным улицам, по потрескавшемуся асфальту», Выдрин говорит, что на фоне Франции наше государство выглядит в каком-то смысле обреченно… Впрочем, в разговоре с Выдриным «Главком» концентрировался на более приземленных вещах, а именно на темах, которые станут актуальными в новом политическом сезоне, старт которому положит начало очередной парламентской сессии...   «Регионалы не любят паркетных красавцев»   В последнее время много говорится о возможных изменениях в составе парламентской коалиции. Насколько велика вероятность выхода из ее состава коммунистов? Я думаю, выход коммунистов из коалиции неизбежен, это – вопрос только времени и места. То есть, когда именно они выйдут и с какой трибуны они об этом заявят. Возможно, таким временем и такой трибуной станут местные выборы, поскольку коммунисты понимают, что набрать приличное количество голосов на местных выборах, ассоциируясь с властью, им тяжело. Их электорат не разделяет многие базовые ценности правящей коалиции. Ведь наша правящая коалиция встроена в мировые капиталистические тренды: развитие рынка капитала, рынка труда, инфраструктуры капитала и так далее. Коммунисты с их лозунгами государственного патернализма не вписываются в общий тренд коалиции. И поэтому я думаю, что они из нее выйдут. Не исключаю, что они сделают это в разгар местных выборов – для того, чтобы набрать на них дополнительные очки.     Каковой вы видите судьбу фракции НУНС? Какова вероятность того, что количество ее членов, вошедших в состав большинства, достигнет 37, и фракция сможет по факту принять решение о вхождении в коалицию? Такого политического образования как НУНС на сегодняшний день нет. Там нет единого лидера, нет единой идеологии, нет единой дисциплины. Поэтому смешно говорить о фантоме... Когда-то ученые обнаружили редкий вид улитки, причем они нашли ее по следу. После дождя на мокрой дорожке возникал след от улитки, а потом он вдруг внезапно исчезал. Саму эту улитку долго искали, но не могли найти. Поэтому у ученых возникла гипотеза о том, что эта улитка живет в двух пространствах – сразу после дождя она живет в одном пространстве, а потом, когда температура повышается, она переходит в сопредельные миры, где ей, видимо, более комфортно. А потом оказалось, что это на самом деле не улитка, а маленькие колонии муравьев, которые после дождя собирались в кучу и этой кучей передвигались, оставляя за собой след, похожий на след улитки. А затем – они разбегались, и их след исчезал. Так вот «Наша Украина» – это фантомная улитка. Точнее, мы думали, что это – улитка, а оказалось, что это – сборище муравьев, которые разбегаются, как только погода меняется.     Может ли предсказываемый вами выход из коалиции коммунистов привести к ее развалу? Или до этого времени запас прочности у нее будет достаточным для того, чтобы не ощутить этой потери? У нее уже есть достаточный запас прочности, поэтому выход коммунистов ничем ей не грозит.     Продолжатся ли осенью отставки членов Кабмина? Если да, то будут ли это точечные отставки, подобные которым мы видели до сих пор, или же оправдаются прогнозы насчет отставки Азарова и полного переформатирования правительства? Во-первых, скорее всего, никакой отставки Азарова не будет. Азаров в правительстве – один из трудоголиков, который ведет громадное количество проблем. Если произойдет его отставка, совершенно непонятно, кто будет заниматься решением этих проблем. На Азарове завязано слишком много и в правительстве, и в партии – ведь он же еще и лидер Партии регионов, ¬¬- поэтому я думаю, что вероятность его отставки очень невелика. Во-вторых, отставки в правительстве носят не идеологический, а психологический характер. То есть, на мой взгляд, из правительства вымываются люди не по политическому, а по психологически-профессиональному признаку. Если психологические или профессиональные качества человека не позволяют ему быть министром, – его отставляют. Например, был отставлен один человек, которого обвинили не в том, что он имеет другую политическую платформу, а в том, что он слишком подвержен эгоцентризму, нарциссизму, самолюбованию и так далее. Регионалы не любят таких паркетных красавцев. Поэтому люди, не справившиеся с работой, не вписавшиеся в доминирующую психологическую парадигму, были отставлены. И я не исключаю, что нас ждет еще несколько отставок.     А, если уж на то пошло, то Нестор Шуфрич не вписался во власть психологически или профессионально? Я думаю, психологически.     Теперешний Кабмин – это, наверное, первое правительство в истории Украины, в котором нет гуманитарного вице-премьера. Вас как гуманитария это не тревожит?   Я вообще считаю, что Украине в силу сложившейся архитектуры власти не нужны должности профильных вице-премьеров. Вице-премьер – это человек, который сидит на ресурсе, делегированном ему профильными министрами. То есть, например, гуманитарному вице-премьеру должны делегировать часть своего ресурса министр образования, культуры и так далее. А в Украине все очень крепко держатся за власть и не умеют ее делегировать власть. Ни один министр не делегирует профильному вице-премьеру часть своей власти, у нас просто нет такой практики. Поэтому должности вице-премьеров становятся абсурдными. В конечном счете, оказывается, что все, чем располагает вице-премьер, - это секретарша, хрустальный графин и шесть хрустальных бокалов, потому что по протоколу министру положены четыре хрустальных бокала, а вице-премьеру – шесть.   «Фатальных нарушений в ходе выборов не будет, да и смысла в этих фатальных нарушениях нет»   Одной из главных тем этой осени обещают стать местные выборы. Как вы считаете, могут ли быть внесены изменения в закон о выборах до начала кампании? Я думаю, что какие-то поправки будут.     Будут ли они носить принципиальный характер? Грубо говоря, позволят ли тому же Яценюку принимать полноценное участие в выборах? Я думаю, что изменения могут коснуться нормы о годичном сроке регистрации местных партийных ячеек. Наверно, стоит молодняку дать шанс попробовать свои силы. Я думаю, что в этом вопросе могут быть подвижки.     Возможно, вопрос прозвучит слишком комплексно, но что какими будут общие результаты местных выборов? Какие тенденции выявит эта кампания? В значительной степени местные выборы – это референдум доверия к власти, поэтому власть должна, мне кажется, волноваться, поскольку она впервые опустит лакмусовую бумажку в кипящий раствор возмущенного народного разума…     А народный разум уже сейчас возмущен? Ну… Я вот сейчас проехал по глубинке некоторых областей – мои родственники живут в глухих полтавских селах – и могу констатировать, что много волнений на местах связано с тем, что цены на газ повышаются раньше, чем субсидируется компенсация за это повышение. Регионалам надо научиться объяснять возможные негативные последствия действий власти раньше, чем совершать эти действия, иначе это скажется на количестве набранных ними голосов. Сейчас у них есть время где-то до начала сентября на то, чтобы объяснить, что это повышение не коснется социальных низов, что компенсация за это повышение позволит им не только перекрыть свои траты, но еще и заработать, выиграть на этом. Если это будет сделано, то регионалы смогут компенсировать негативные последствия повышения цен на газ.     Когда местные выборы называют лакмусовой бумажкой доверия к власти, то это – предмет для дискуссии. Все-таки в ходе этих выборов избиратель голосует за человека, который будет заниматься его канализацией, а не высокой политикой… Дело в том, что наше население почему-то смотрит по телевизору, условно говоря, не «Дом-2», а программу Савика Шустера. И это касается даже глухого села. Казалось бы, что им до Савика Шустера? Какие общие проблемы могут иметь щекастые депутаты и селянин, который живет за сдачу своего пая и получает 200 гривень в месяц? Но нет, все смотрят. Наше общество крайне политизировано. И первый вопрос к политику, даже низового уровня, когда он появляется на горизонте села, звучит: ты от какой партии? Поэтому местные выборы, даже на селе все равно оборачиваются проекцией на партии. Безусловно, надо думать и о канализация… Но мы пока так устроены. Я вот мечтаю, что в Украине появятся какие-то медиа, какие-то телевизионные передачи, на которые будут приглашать не только политолога Выдрина, но и культуролога Выдрина, и спрашивать у него, в чем состоят особенности восточных культов по сравнению с древнеславянскими культами – ведь моя первая книга была не о политике, а о восточных и древнеиндийских культах. Но меня почему-то все время приглашают на телевидение и спрашивают, условно говоря, в чем состоят отличия политики Партии регионов и «Нашей Украины». До располитичивания общества надо дожить…     И доживем? Боюсь, что нет. Я не доживу, наверно, точно, поэтому мне придется оставаться политологом и не возвращаться к первой профессии культуролога. Вы, может быть, доживете.     Вы сказали, что на этих выборах ,возможно, дадут попробовать свои силы молодняку. Но какие шансы на успех имеются у этого самого молодняка? Как бы вы оценили перспективы молодежи на этих выборах? Социология показывает, что местные выборы приведут примерно к 30%-му изменению состава местной элиты. Конечно, в этих 30% будут не только прогрессивные, перспективные и умные политики. Будут и новые демагоги, популисты, клоны тех ярких популистических лидеров, которые создали определенный формат политики в нынешней Украине, где политика превратилась в театр. Конечно, появится много политических клоунов, много политических актеров. Но среди этих новых лиц есть надежда…   Я ездил по регионам, не только навещая родственников, но и по партячейчкам и прочим группам, готовящимся к выборам. И в ходе этих поездок я увидел довольно много новых лиц со свежими голосами. Меня радует, что на выборы хотят идти недавние студенты, в том числе и те, которым я преподавал. Я с удовольствием поеду консультировать своего бывшего студента, который собрал команду, чтобы завоевать Боярку. Если мои бывшие студенты возьмут Боярку, то я увижу, что процесс обновления элиты на самом деле начался. Мне звонили и приглашали интересные ребята, бывшие мои студенты из маленького города Саки в Крыму. Я консультирую своих бывших студентов, которые работают на выборной кампании маленького города Алушта в Крыму. Поэтому даже по своим бывшим студентам я вижу, что молодежь ринулась в политику.   Может быть, это и не очень хорошо, потому что наше общество политизировано не только тем, что все смотрят политику, но и тем, что у нас считается, что быструю карьеру можно сделать только в политике, у многих с этим связаны иллюзии. Но иллюзии отпадут, а новые люди – если они пойдут в политику – в политике останутся…     Поскольку с вызовами для Партии регионов и коммунистов в ходе выборов мы упоминали, давайте поговорим о Литвине. Сейчас он довольно серьезно представлен в местных советах, но удастся ли ему выделиться на фоне Партии регионов? Могут ли эти выборы стать предвестником конца его политической карьеры? На днях приходилось читать экспертные прогнозы о том, что его провальные результаты на местных выборах вообще могут привести к тому, что регионалы выкинут его из власти… Регионалы – это люди, имеющие чувство долга перед своими партнерами, поэтому Литвина не выкинут при любом результате. У меня есть ощущение, что он покажет очень невысокий результат. В рекламе есть такое понятие, как позиционирование. Если ты хочешь, чтобы твоя реклама была заметной, ты должен свой товар отпозиционировать от других товаров. А товар «Литвин» затерялся на полке и лежит среди большого количества более ярких и более красиво упакованных других товаров. Он потерялся на этой полке, поскольку не смог создать отдельное лицо, отдельную стратегию, отдельную идеологию и отдельный бренд. Бренд Литвина очень тусклый, очень неяркий, и боюсь, что этот бренд в ходе выборов затеряется и не наберет даже минимально необходимого количества голосов…     Так может Литвину имеет смысл заявить о переходе в оппозицию? Бессмысленно. Уже поздно.     Как бы вы охарактеризовали возможный результат БЮТ на этих выборах? Социология показывает, что рейтинги Тимошенко лично и ее блока в целом проседают… Можно ли говорить о закате звезды БЮТ на этих выборах? Сверхвысокая миссия БЮТ состояла в создании цивилизованной украинской оппозиции, но эта миссия не была выполнена. Зато второй его миссией было показать Украине, что форма никогда не победит содержание. И БЮТ выполнил ее: он показал, что самая красивая форма даже под названием Юлия Владимировна Тимошенко не побеждает содержания, в которое упакованы чугунные трубы, слябы, промышленные объекты, работяги со своей зарплатой, заводской менеджмент, футбольные клубы и все остальное. Форма никогда не победит содержание, и БЮТ это доказал. Поэтому БЮТ как политическая сила, выполнившая свою миссию, но не выполнившая сверхмиссию, будет раскалываться. В БЮТ есть несколько ярких людей, которые, думаю, сейчас начнут собственные проекты. Может быть, в этом и состояла еще одна миссия БЮТ – породить несколько сильных, ярких людей, которые, возможно, потом создадут и нормальную оппозицию, и нормальную власть. Я даже скажу, что среди этих людей будет одна яркая женщина, которая в будущем затмит Юлию Тимошенко…     Не на Наталью Юрьевну намекаете? Не будем об этом говорить.     Насколько чистыми будут эти выборы? Насколько повлияет на выборы админресурс – задействованный как одной, так и другой стороной: вспомним, что на днях губернатор Хмельницкой области Василий Ядуха посетовал, что районная власть в его регионе работает против областной администрации? Я не думаю, что эта кампания будет какой-то уникальной либо по грязности, либо по чистоте. Уже сложились какие-то негласные правила игры, которые говорят: ребята, мол, подмухлевать чуть-чуть можно, но в меру. Условно говоря, сильные регионалы подмигивают когда-то сильным бютовцам: мол, там, где у вас сильные позиции, сильные местные ячейки, влияние на мэров, большие фракции в советах, высокие рейтинги, вы, возможно, не просто наберете свои голоса, но и еще что-то дотянете за счет админресурса или небольшого мухлевания. И так же бютовцы смирятся с подобной ситуацией в тех местах, где сильны позиции регионалов. В этом состоят сложившиеся даже не правила игры – правила приличия. Как неприлично передергивать в игре в карты, так же неприлично сильно передергивать в игре в выборы. К тому же, особенность регионалов как партия, которая вышла из провинции, состоит в том, что она имеет большой пиетет перед всеми иностранными гостями. Я много говорил с наблюдателями, приезжавшими к нам на выборы из Европы, из Израиля, и они говорят, что их нигде так не принимали, как в тех регионах, которые, извините за тавтологию, контролируются регионалами. Для жителей, допустим, кировоградской глубинки немец или израильтянин – это как представитель, надзирающий от большого, цивилизованного мира. Поэтому я думаю, что фатальных нарушений в ходе выборов не будет, да и смысла в этих фатальных нарушениях нет.   Улица Каменева для Шуфрича тесновата   Не исключено, что уже этой осенью будет оглашен вердикт Конституционного суда по поводу отмены политреформы 2004 года. Как вы считаете, насколько вероятно получить положительное решение КС по этому поводу? Я знаю осторожность и вкрадчивость и консервативность Конституционного суда, поскольку мой офис много лет офис находился рядом с ним, мне нравится гулять возле Конституционного суда. Там никогда нет никакой суеты. Там всегда тихо, никто туда не заходит, никто оттуда не выходит. Такое впечатление, что это некий громадный законсервированный музей законов и законодательства. Я не представляю себе быструю работу Конституционного суда. Его судьи не любят спешить, поэтому, скорее всего, его работа затянется на месяцы, а, может, и на годы.     А почему, по-вашему, вообще возник замысел подать представление об отмене политреформы? Ведь по факту у Януковича сейчас и так все есть... Я думаю, что это одна из дополнительных стратегий усиления, которые разрабатывались его окружением, так же, как джедаи в свое время собирали разные стратегии силы. Но я думаю, что это – не основная стратегия усиления. Основная стратегия – это коалиция.     Которая будет расти? Я думаю, что да.     За счет одиночных перебежчиков? Да, за счет них.     Вы являетесь заместителем секретаря Совета национальной безопасности и обороны уже при втором Президенте. Как изменились роль, функции, место этого органа в политической системе при Викторе Януковиче, если такие изменения вообще были? Изменения будут. Насколько я знаю, работа в этом направлении идет в нескольких точках принятия решений, и, конечно, в главной из них – в Администрации Президента. О том, какова будет при этом Президенте роль и функции Совбеза, я думаю, мы точно узнаем в сентябре.     Вас не коробит, когда назначение Нестора Шуфрича на должность равную вашей называют политической ссылкой? Действительно ли должность замсекретаря Совбеза является такой ссылкой? Я думаю, что эту должность называют для него ссылкой потому, что у Нестора Ивановича совершенно другой психотип. Для него, для его темперамента, для масштаба его такой несторовской души, улица Каменева (улица, на которой расположено здание СНБО –Ред.), мне кажется, тесновата. Его масштаб – это громадные просторы, где можно проявить всю широту своего характера, всю широту своего темперамента. Для меня как человека, который всю жизнь работает как кабинетный ученый, любой кабинет – это большие просторы. Любого кабинета, где стоит несколько книг и компьютер, мне достаточно для разгона. А Нестору Ивановичу нужно разгонять не только мысли, но и тело. А для этого такого кабинета маловато.     Исходя из этого, можно ли прогнозировать, что вскоре он еще раз поменяет место работы? Не знаю.     Может, вопрос не очень корректный, но насколько оправданно назначать на не последнюю в государстве должность замсекретаря СНБО человека, который открыто озвучивает критику в адрес целого ряда высоких должностных лиц, – тех же Левочкина, Хорошковского? Не является ли это очевидным доказательством отрицаемого представителями власти, наличия внутри команды Януковича нескольких противоборствующих групп? Я думаю, что это – просто свидетельство того, что в Украине не сложились еще ни принципы общегосударственной этики, ни корпоративной этики. Мне вспомнился старый советский фильм, в котором офицера назначают директором школы. И вот, узнав, что один учитель за глаза плохо говорит о другом учителе, он говорит: «У нас, офицеров, было множество претензий друг к другу. Но понятие офицерская этика не позволяет одному офицеру публично критиковать другого. Есть у тебя претензии к кому-то? Встреться с ним с глазу на глаз, реши их и забудь о них. Либо набейте друг другу морды, либо извинитесь друг перед другом». Я думаю, что у нас еще просто не сложилась такая корпоративная этика…   «Наша оппозиция не способна на любые масштабные эффективные действия»   БЮТ обещает 7 сентября, в первый день работы парламента и в преддверии начала избирательной кампании, провести массовую акцию протеста. Как вы считаете, насколько эффективной, результативной может быть деятельность оппозиции в нынешних условиях? Для того, чтобы быть эффективной, оппозиция должна соответствовать трем критериям. Во-первых, она должна быть интеллектуально сильнее власти, иметь проекты, интеллектуально превышающие проекты власти – одним словом, быть умнее власти. Во-вторых, она должна быть красивее власти, то есть создавать более яркий перфоманс. В-третьих, оппозиция должна быть ближе к народу, чем власть по своей бытовой устроенности. Оппозиционные лидеры запада неслучайно живут всегда в общих квартирах, в каких-то городских кварталах. Ведь нельзя жить во дворце, а защищать интересы хижин. Поэтому наша оппозиция, которая по всем этим трем пунктам не выдерживает критики, не способна на любые масштабные эффективные действия.     Но ведь и Янукович перед победой на президентских выборах был таким же… Поэтому в Украине и не была создана сильная оппозиция.     В настоящее время за решеткой пребывают Анатолий Макаренко и Игорь Диденко, объявлен в розыск Богдан Данилишин. Это, цитируя Юрия Луценко образца 2005 года, «снаряды ложатся все ближе» или речь идет о рутинном расследовании дел непредвзятыми представителями правоохранительных органов? Я – охотник, по крайней мере, в прошлом много охотился. И когда ты идешь по следу, то никогда не знаешь, куда он может вывести. Сейчас, насколько я знаю, прокурорские идут по следу Данилишина. А куда выведет этот след: на Данилишина, на какую-то явку, на каких-то подельников, на какие-то другие масштабные колоссальные хищения – это, скорее, вопрос к прокурорским. Экспрессия Sat, 28 Aug 2010 16:45:57 GMT http://www.vydrin.com/express/217638/ Заместитель секретаря Совета национальной безопасности и обороны Дмитрий Выдрин как всегда упорно ищет новые политические смыслы. И как всегда находит. Даже в футболе. Дмитрий Игнатьевич, к чему, на ваш взгляд, приведет отмена политической реформы 2004 года и возврат к Конституции в редакции 1996 года? – Есть замечательный закон Мерфи, который гласит: когда ничего не получается, прибегай к последнему средству – посмотри в инструкцию. Примерно то же я бы советовал сделать украинским политикам: если система власти не работает, то необходимо читать Конституцию. Наверное, надо начинать с того, чтобы всем вместе – экспертам, журналистам и политикам – внимательно изучить действующую Конституцию и проанализировать, какие нормы за последние пять лет выполнялись, а какие – нет. И к каким последствиям привело выполнение требований Основного Закона – позитивным или негативным? Только после проведения этого великого конституционного эксперимента можно говорить о необходимости внесения изменений в какие-то новеллы и положения Основного Закона.   Это первая часть ответа на ваш вопрос. Вторая часть заключается в появлении неких новых европейских трендов. Я недавно посетил ряд европейских стран и могу констатировать начало определенного "евроконституционного зуда". Например, венгры собираются менять Конституцию. По крайней мере, на уровне экспертов идут разговоры о том, что необходимо поменять форму правления с парламентской на президентскую, поскольку Венгрия в последние годы опаздывает с ответами на актуальные вызовы современности. Мне безумно жаль, что планируется провести подобную конституционную реформу, поскольку я часто бываю в венгерском парламенте и обожаю сидеть в лобби, где есть специальные гнезда для сигар. Чтобы парламентарий, который не успел докурить сигару, мог ее положить в персональное, очень красивое гнездо и зайти в зал послушать выступление какого-то оратора. А потом вернуться и "добить" ее. И именно в Венгрии родилось знаменитое выражение: "Его выступление стоило сигары". Это когда выступление с парламентской трибуны затягивалось, сигара тем временем догорала, и когда ты возвращался в лобби, то видел, что твоя великолепная двадцатидолларовая "Гавана" превратилась в пепел. Но речь оратора стоила того! Все это может уйти в прошлое. И вместо гламурно-роскошного, вальяжного, сигарного, неторопливого парламента появится некая механизированная, автоматизированная, бюрократизированная администрация президента, которая будет гораздо быстрее и, не исключено, эффективнее принимать решения. Но исчезнет двухсотлетний шарм парламентского "расслабона" и барства, чем всегда славился самый красивый в мире венгерский парламент.   Я также с удивлением обнаружил, что разговоры об усилении президентских полномочий ведутся даже в Германии, где Бундестаг традиционно превыше всего! Избрание молодого президента ФРГ (впервые в истории!) свидетельствует о том, что там с президентской вертикалью связывают новые надежды. Там начался своего рода бунт против геронтократии, засилья восьмидесятилетних политиков, против того, что некоторые политики тридцать лет подряд избираются депутатами. Если в Венгрии введение президентской формы правления связано с бунтом против медлительности Европы, то в Германии это бунт против геронтократии, которая проникла во все поры немецкого общества.   И в Польше большие, я бы даже сказал, завышенные надежды связывают с новым президентом. Предполагается, что он полностью изменит геополитическую архитектуру внешней политики, вернет Польше некую аутентичность, и она больше не будет стоять в неудобной для себя позе перед самой главной страной мира.   Таким образом, во многих европейских странах становится популярным тренд усиления президентской формы правления. Поэтому, думаю, внесение изменений в нашу Конституцию будет зависеть, во-первых, от ее верификации на предмет адекватности современным вызовам. Во-вторых, поскольку мы встроены в некие большие европейские и мировые тренды, то будем, наверное, следовать новой глобальной тенденции, что также может повлиять на конституционный процесс.   Заметно активизировались разговоры о необходимости проведения референдумов, в том числе и конституционных. Чем это вызвано?   – Думаю, у окружения Президента есть интуитивное, может быть, пока не формализованное понимание того, что самой устойчивой фигурой в политике является тренога. Не табуретка или стол, а именно тренога. Ее составными частями являются народ, бюрократия и некое экспертное сообщество, в которое входят журналисты, аналитики и политологи. И вот из трех этих частей наиболее сильно "просела" именно третья составляющая. Бюрократия всегда поддерживает власть, поскольку в противном случае она перестает быть бюрократией. Есть поддержка народа. В соответствии с результатами последних социологических исследований поддержка политики Президента уже зашкаливает за 60%. Но нет поддержки, скажем так, пишущего сообщества (у нас ведь все журналисты являются экспертами, а эксперты, как правило, сами пишут). А это сообщество имеет непропорционально большое влияние (через медиа) на политическую атмосферу. 90% СМИ — электронных и печатных — настроены антивластно. А медиа создают некий фон для принятия политических решений. В сложившихся условиях необходимо вернуть народу роль главного модератора общественных настроений. Народ, к сожалению, не всегда пишет. Не все люди — блоггеры на УП. Поэтому у простых людей нет возможности донести свою точку зрения через прессу, телевидение, Интернет. Даже те люди, которые приглашаются в качестве массовки на программу Савика Шустера — это уже не народ, а профессиональные сопровождающие среднего, антивластно настроенного слоя.   Референдум в данной ситуации может стать важным инструментом быстрой имплементации изменений, которые власть считает необходимыми. Например, готовится какое-то властное решение, касающееся переформатирования геополитических позиций. Средний слой — против. В результате Интернет, электронные медиа буквально забиты протестной информацией. Создается впечатление, что вся страна против. Но когда проводится социологический опрос, то оказывается, что страна, наоборот, только за! Оказывается, пишущая братия создавала иллюзию протеста. Не более того. Поэтому референдум является уникальным механизмом для быстрого принятия решений. Когда одна Баба-Яга против, то это не означает, что все остальные тоже против.   Сегодня не власть, а СМИ превратились в "Большого брата", который проводит "пятиминутки ненависти". Или любви. К примеру, ты заходишь в Интернет и за полчаса получаешь информацию о том, кого из политиков любить, кого ненавидеть. Она усваивается на подсознательном уровне. Ты получаешь маркировку — эти плохие, эти хорошие. Затем тебя грузят тем, какие страны хорошие, а какие плохие. Ты проглатываешь и это. Заканчивается все баннером, рекламирующим способы любви. После такого информационного сеанса человек уже становится полностью зомбированным. Он знает, кого из политиков любить, кого ненавидеть, какие позы принимать в сексе и так далее. Средства массовой информации действительно стали "Большим братом", который залезает и в голову, и в постель. Раньше только партком залезал в постель, а начальник — в голову. Сегодня пресса играет роль и начальника, и парткома.   В правительстве произошли определенные кадровые изменения. С чем это связано?   – Думаю, это типичная внутривидовая борьба. Правда, в нашем случае – очень энергичная. Почему-то многие, кто пришел во власть, думали, что главными критериями оценки их деятельности являются лояльность и преданность. А оказалось, что кроме лояльности и преданности нужна еще и эффективность. На мой взгляд, эффективность многих чиновников нулевая. В лучшем случае. Я не хочу называть конкретные фамилии, поскольку сам являюсь чиновником, и это будет воспринято как донос. Сегодня идут своего рода "замеры": что за сто дней сделал тот или иной чиновник? Поэтому очень легко определить, кто работоспособен, а кто оказался во власти на волне лояльности и преданности. И не надо никаких обид. Тем более что нынешняя власть, на мой взгляд, умеет достаточно деликатно обставлять эти увольнения. Людей даже не увольняют, а как бы перемещают, давая им другие, менее значимые должности, на которых они смогут принести меньше вреда. Внутривидовая борьба приведет к тому, что на вершине останутся эффективные, умелые, быстродействующие люди.   Какие процессы, на ваш взгляд, сегодня происходят в парламентской коалиции? Приведет ли постоянное расширение ее состава к возникновению нового качества?   – Есть знаменитая древнегреческая формула: ex nihilо nihil fit – из ничего ничто не возникает. Этот парламент формировался под политическую борьбу, и сам является результатом политической борьбы. Поэтому он с очень большим скрипом переходит в режим созидания и очень легко опять срывается в политическую борьбу. Любой парламент, в котором хотя бы раз была заблокирована трибуна, я бы воспринимал как источник постоянной угрозы. К примеру, тигр — замечательное животное, когда он живет в соответствии со своим функциональным предназначением, играя роль главного ветеринарного врача леса. Волки — это просто санитары, а тигр — главный ветврач. Он селекционирует животных, убивая больных и немощных. Но стоит тигру хотя бы один раз попробовать человечину, как все. В образ нормального главного ветврача он уже никогда не вернется. Тигр становится убийцей-мародером.   То же самое и с парламентом. Стоит законодателям хотя бы раз попробовать "вкус" блокирования трибуны, как парламент навсегда превращается в источник скрытой угрозы. Поэтому, на мой взгляд, не стоит связывать с нынешним составом Верховной Рады какие-то большие надежды. Надо дать ему возможность относительно мирно дойти до логичного завершения работы. Причем не важно, завершится эта работа в результате досрочных или очередных выборов. Я, к примеру, не исключаю, что в следующем году могут состояться досрочные парламентские выборы, поскольку необходимо заводить в Раду людей иного политического качества, "заточенных" на другие проблемы.   Расширение парламентского большинства не приведет к появлению нового качества. Да я и не думаю, что возникнет конституционное большинство (300 депутатов). Прежде всего, это не нужно власти. Думаю, Президент хорошо знаком с принципом Паркинсона, который звучит примерно так: не ломайте работающий механизм. 260—270 депутатов в коалиции представляют собой неплохо работающий механизм. Наверное, глава государства это понимает и не станет понукать к расширению большинства за счет сверхусилий. И хочу немного поговорить о футболе.   Да без проблем…   – Благодаря футболу я сделал несколько сакральных открытий, которые можно применить и в политической сфере. Например, стали выигрывать команды тех стран, в которых футбол, скажем так, имеет оптимальную социальную форму. Мой знакомый депутат из Москвы Владимир Рыжов как-то обратил мое внимание на тот факт, что команды, в которых игроки получают по 5 тысяч евро в неделю, выигрывают у команд, где футболисты зарабатывают 50 тысяч евро в неделю. Почему? Я долго над этим думал. На мой взгляд, игрок, получающий 5 тысяч евро, живет по принципу "люблю игру, и мне за это еще и платят". А футболист, который получает 50 тысяч евро, исповедует другой принцип – "люблю деньги, и за это приходится играть".   Чрезмерные деньги создают громадное количество соблазнов. В результате ты живешь уже ради этих соблазнов и думаешь только о том, как выгодно вложить средства, как их сохранить, как часто нужно переводить активы из долларов в евро, из евро – в швейцарские франки и так далее. Поэтому знаменитого французского футболиста, совершающего спурт к воротам противника, беспокоит не то, в какой угол бить, а как выгоднее всего распорядиться премиальными, которые можно получить за забитый мяч. Держать их в евро или же сразу перегнать в доллары? Похожие процессы происходят и в парламентах. В принципе, наиболее эффективно действуют те законодательные органы, права которых ограничены и нет слишком больших соблазнов. А если в твоем распоряжении находится конституционное большинство, то возникает опасное ощущение всемогущества. Одним движением руки можно сделать Никопольский ферросплавный завод каким-нибудь американским ферросплавным. Или русским ферросплавным. Наверное, руководство страны это понимает и не станет давать в руки парламентариев слишком опасные политические инструменты. Мы знаем, что, к сожалению, политики – не самые адекватные люди, и поэтому им не стоит давать в руки опасные игрушки.   Какое влияние окажут местные выборы на центральную власть?   – Я часто вспоминаю знаменитую фразу из прекрасного фильма "Операция "Ы": "Экзамен для меня всегда праздник". Так вот, для меня выборы любого уровня всегда праздник, поскольку это точка пересечения многих составляющих, из которых сначала рождается власть, затем экономика, а потом – страна. На выборах рождаются и апробируются новые смыслы. В настоящее время наша страна болеет болезнью, которую я называю заболеванием шагреневой кожи политического глоссария. В последние годы политический глоссарий стал необычайно тощим. У общества в словарике записаны только три слова – деньги, телки, политика, а у политиков записаны только два – бабки и власть. А с помощью этих слов невозможно описать ситуацию в мире, дать адекватный ответ новым вызовам.   Почему в 1991 году коммунисты погубили определенный социальный строй? Потому что в их глоссарии не было слов, которые описывали бы новую ситуацию. Та же опасность грозит сегодня нынешней власти. В ее лексиконе мало слов, с помощью которых можно описать новые проблемы, возникающие в обществе, новые вызовы и ситуации. Поэтому я очень большие надежды возлагаю на местные выборы. Ведь для того чтобы выигрывать, необходимо находить и воздействовать на новые эрогенные избирательные зоны. Сделать это можно только с помощью новых терминов, смыслов и слов. Рожденные на местных выборах смыслы и слова станут затем использоваться старшими братьями по разуму на главных выборах страны. Мы с вами увидим, что к 31 октября – к Хеллоуину – наш жаргон чертовски расширится. И это классно! Выборы – это также появление в политике новых лиц, из которых затем будет формироваться "банк данных" для парламентской кампании. И, наконец, произойдет оживление финансового поля политики. Будут востребованы журналисты, эксперты, политологи. Мне всегда приятно, когда в журналистике, экспертном поле усиливается конкуренция. Это позволяет развивать политический интеллект, без которого невозможно дальнейшее движение.   В последнее время вы в составе некоей таинственной группы экспертов ездите по европейским столицам, встречаетесь с евробомондом. В чем смысл данного проекта?   – Я бы не стал называть это проектом. Речь скорее идет о спорадических (пока) встречах, из которых со временем может родиться проект. Его суть заключается в том, что украинское и европейское общество поражено нигилизмом и негативизмом. Доминируют эксперты, журналисты и политики, которые выросли на негативных оценках, на отрицании, брутальной критике и так далее. Думаю, это ненормально. В противовес такому сообществу поливателей грязью необходимо создать некую альтернативу в виде объединения экспертов, которые умеют рисовать не только черной краской.   Такое объединение позитивно мыслящих людей действительно возникло в Украине. Мы с удовольствием встречаемся со своими позитивно мыслящими коллегами из других стран. Недавно вот ездили во Францию, где выступали в Сенате. Нашли там много единомышленников, которые считают, что ради достижения промежуточного, но явного успеха необходимо создать некий клуб влиятельных людей. Таким успехом может стать безвизовый въезд украинцев в страны Евросоюза. С французскими сенаторами мы обговорили наиболее быстрый, оптимальный путь достижения данной цели. На подобных встречах стараемся вынести за скобки какие-то негативные факторы, чтобы добиться позитивного решения. К примеру, в Германии после встреч с министрами и депутатами было решено создать немецко-украинскую группу по модернизации нашей экономики. Причем работать она будет без всяких заумностей. Главное – это конкретные советы от крупнейших немецких промышленников, руководителей фирм с мировой репутацией: ребята, вам надо сделать то-то и то-то. Чтобы эти люди помогли нам быстро, корректно и безболезненно провести необходимые реформы.   Разве бывают безболезненные экономические реформы?   – Самое опасное – верить неким прописным истинам. Например, "политика – это искусство возможного". А я всегда говорил, что политика – это наука оптимального. Или же "политика – это концентрированная экономика". Нет, говорю я, иногда экономика – это концентрированная политика. И так далее. Когда мне говорят, что любые реформы болезненны, я отвечаю: чушь! Если реформа правильно откалибрована, то она может быть приятной и не менее захватывающей, чем ласковые прелюдии перед жестким сексом. Ко всему надо подходить творчески, и тогда неприятные вещи могут становиться очень даже приятными. И в завершение разговора: в Германии мне рассказали очень интересное определение футбола с точки зрения немецкой классической философии. "Футбол – это игра, в которой на поле такого-то размера мячом такого-то веса играют 22 профессионально подготовленных игрока, а в конце иногда выигрывают немцы".   Беседовал Александр Юрчук Экспрессия Fri, 9 Jul 2010 11:33:04 GMT http://www.vydrin.com/express/217600/ Известный украинский философ и политолог Дмитрий Выдрин, сейчас работающий заместителем секретаря Совета нацбезопасности и обороны, известен своей любовью к парадоксам. Так и в интервью РБК-Украина, несмотря на занимаемый им государственный пост, Д.Выдрин больший акцент делает не на госрегулировании, но обращается к самим основам человеческого бытия и общежития - вере, надежде и здравому смыслу.   РБК-Украина: Мы с Вами встречаемся сразу после большого христианского праздника - Троицы, и это задает определенный настрой в нашей беседе. Давайте начнем с духовности. Дмитрий Выдрин: В последнее время, я, как и видимо все другие люди, имеющие отношение к власти, пытаюсь найти код развития страны. Я пытаюсь понять, почему одним странам за последние 10-15 лет удается сделать гигантский скачок в развитии, а другие обречены пробуксовывать в одной и той же колее Я бывал в Турции 15 лет назад и сейчас - это две разные страны. Также бывал в Эмиратах десятилетней давности и сегодня - это небо и земля. И я живу в Украине, которая все время одна и та же страна, одни и те же люди в политики и у власти, одни и те же проблемы, одни и те же разговоры и практически тот же уровень жизни. И возникает вопрос: у нас не правильно с генным кодом, архетипом или что-то другое мешает? Может, мы заколдованы? Где тот рассвет, который изгонит мрак с нашей территории? И отвечая себе на эти вопросы, я понял, что одной из главных причин является отсутствие подлинной религиозности. Я имею в виду не нарочитую и показушную религиозность, а религиозность в истинном, персональном и глубинном смысле. РБК-Украина: Тогда, возможно, речь идет о Вере? Д.В.: Да, религиозности как Вере. Потому что назвать религиозностью купание наших политиков в проруби на Крещение было бы смешно. Я уже писал, что из этих «актов» их веры можно сделать только один вывод - все эти политики безобразно лохматы. РБК-Украина: Подтверждение теории эволюции Чарльза Дарвина? Д.В.: Может быть (смеется). Действительно, когда я увидел одного политика, который со спины больше похоже на йети, чем на высокопоставленного чиновника, у меня возникли сомнения в нашем божественном происхождении, т.к. сам я не дарвинист. Говоря же серьезно, о Вере и о Надежде, потому что мне кажется, что о Любви нам еще говорить рано, я хотел бы поделиться с вами одной удивительной информацией, доказывающей еще раз как важна вера. При том, исследования, о которых я хочу, рассказать проводились на животных, что же тогда говорить о человеке! Так вот, был такой социолог Парсонс, который проводил исследования на крысах, считая, что крысы по социальной организации очень близки к людям. Он поставил эксперимент со своими подопечными в бассейне с крутыми стенками. Животных бросали в этот бассейн, они плавали-плавали и через час тонули. Потом эксперимент усложнили - некоторых крыс за пять минут до того, как они должны утонуть, спасали. Если такую крысу опять бросали в воду, то она держалась не час, а 60 часов! Т.е. вера в то, что ее спасут, увеличивала жизнеспособность подопытной в 60 раз. И это раскрывает мои философские на глаза на то, почему так бурно развиваются Эмираты, где сильна мусульманская вера. Это раскрывает глаза, почему Штаты, не смотря на их перипетии, крахи, чрезмерные амбиции, каждый раз оживают и возрождаются - так сильна их протестантская вера. Возможно, она лубочно-голливудская, но она действенна. Это объясняет, почему быстро развиваются страны, где сильна позиция католической церкви. Например, Украина и Польша, которые стартовали в независимость практически одновременно, сегодня имеют колоссальный разрыв в уровне жизни. РБК-Украина: Когда я была в Польше до ее вступления в ЕС, местные политологи утверждали, что у Украины стартовые возможности намного больше. Д.В.: И эксперты Duetsche Bank говорили об этом же. Но «что-то пошло не так» и, видимо, духовность и дает ключ к ответу на наш невысказанный вопрос. Меня потрясли записи «черных ящиков» самолетов, гибнущих на нашей территории с участием наших пассажиров и делегации высшего руководства Польши. У нас последние слова - это сплошной мат, у них - молитвы. Я все-таки думаю, что молитва обладает большей силой, чем мат. И мне хочется сказать, что вера - это не только комфорт души, но жизнеспособность тела и сила Духа, умноженная в 60 раз. РБК-Украина: Ваша новая книга, презентация которой состоится в конце мая, тоже о духовном? Д.В.: Презентация моей очередной книги, которая называется «О политике упорно», состоится 29 мая в Ялте и, если смотреть на юмор и иронию как на аспект духовности, то да, хотя я, наверное, в очередной раз прогневаю судьбу, переходя от высокого к слишком игривому. Книга все-таки получилась очень фривольной и где-то - эпатажной. Она состоит из моих эссе, которые проиллюстрировали три известных украинских художника - Александр Ройтбурд, Антон Соломуха и Василий Цаголов. И иллюстрации эти очень откровенны. Название книги я слегка позаимствовал у группы художников, протестующих против действий нацкомиссии по морали. И в качестве оправдания я хотел бы сказать, что украинская политика в последнее время вошла в категорию порно, выйдя из категории эротики, поэтому по другому о ней писать было бы тяжело. Раньше я всегда считал, что политика очень близка к эротике. В 80-х годах я как раз за это покритиковал одну свою ученицу, впоследствии ставшую издателем общественно-политического журнала. Она делала материал о парадах, и я для него прокомментировал идею о том, что смысл военных парадов заключается в неком фаллическом комплексе властных мужей. Та, возможно, недостающая мощь и величина их личной силы, доращивается ракетами, танками, пушками. И эти фаллопротезы наполняют их чувством сверхполноценности и чувством глубокого удовлетворения. Она же написала в конце этого комментария, что политики, принимающие парад, видимо испытывают оргазм. Я тогда сказал, что это грубо. И не надо путать экстаз и оргазм. Но с тех пор политика стала столь грубой, что даже слово «оргазм» для нее звучит слишком нежно. Из политики исчезла прелюдия, кокетство, ухаживание, и даже удовольствие. Сегодня политик превратился из Дон Жуана в насильника. Так, избиратели Киева настраиваются на какие-то ухаживания и обещания, а им сразу впихивают килограмм гречки и палку колбасы. Брутально и жестко. Такая трансформация и побудила меня написать эту книгу, хотя, надеюсь, что она проживет недолго - и политика опять станет тоньше, деликатнее, интеллигентнее. А пока мы должны довести ситуацию до катарсиса. У меня есть одна замечательная знакомая художница,  хочу, чтобы она помогла мне это сделать. Я ей уже заказал картину «Голые депутаты штурмуют трибуну ВР». РБК-Украина: Но это уже не жанр порно, это «нуар» - мрак и ужас. Д.В.: Видимо, это и будет полным катарсисом. РБК-Украина: А Вы не боитесь, что у ситуации, доведенной до абсурда всегда есть тенденция превращаться в моду? И, благодаря Вашей инициативе, вскоре пойдут заказы на «голых депутатов» горсоветов, сельсоветов и прочих собраний государственных мужей? Д.В.: Тогда я хотел бы быть в доле (смеется). Хотя у нас, конечно, будут проблемы с комиссией по морали. Но, в свою очередь, всем этим комиссиям хотел бы заметить, что мораль в обществе регулируют не комиссии, а культура и духовность. РБК-Украина: О цензуре. Какого рода инструменты сегодня регулируют наше информационное пространство? Д.В.: В Украине сегодня появляется некий новый и весьма неожиданный вид цензуры. Я ощущаю цензуру со стороны оппозиции, как это ни странно. Когда я хочу сказать об оппозиции что-то критическое, мне говорят, что не хотят писать об этом, потому что неловко. И возникает странная ситуация, когда о власти можно плохо говорить, а об оппозиции - нет. В Интернете сегодня 90% критического материала адресованы власти. Существует некая презумпция истинности от оппозиции. Я пытался опубликовать о них несколько фактов, но у меня их не берут по причине того, что они дискредитируют оппозицию. Думаю, что, кроме прочего, это происходит и вследствие того, что за время, извините за каламбур, пребывания оппозиции у власти, ей удалось выстроить хороший финансовый механизм общения с прессой. Тогда как у нынешних чиновников вся надежда на административный механизм. Но реалии таковы, что финансовый рычаг сегодня эффективнее. Плюс, на информационное пространство оказывают влияние и некие тренды, т.е. - мода. Так вот, сегодня модно не критиковать нынешнюю оппозицию. Кстати, обратите внимание на другие тренды. Когда в Грузии Михаил Саакашвили «ел галстук», наши Интернет-издания дружно отказались это тиражировать. Когда же венок упал на нашего Президента - весь Укрнет кишел интерпретациями этого события. РБК-Украина: Мне кажется, что эксцесс с венком очень помог Виктору Януковичу, прежде всего тем, что доказал - слухи о цензуре в Украине по российскому образцу «несколько преувеличены». Ведь этот эпизод показывали не только в Интернете, но и по центральным телеканалам. Д.В.: Думаю, да. Хотя, мне кажется, упади (не дай Бог, конечно) такой венок на Юлию Тимошенко - информации об этом было бы намного меньше. И это несправедливо. РБК-Украина: Собираясь к Вам на интервью, я готовила вопросы относительно последней встречи Президентов Украины и РФ. Но поймала себя на ощущении, что они вообще не расстаются. Видимо между двумя странами происходят сегодня процессы гораздо более глубокие, чем сотрудничество в экономике и политике. Тем не менее, чего можно ожидать от новых договоренностей? Д.В.: Я участвую в различных телевизионных шоу, и каждый раз убеждаюсь в истине - переубедить людей в ходе политических дискуссий невозможно. В настоящий момент наша аудитория делится на две категории - те, кто считают Россию главной причиной всех бед, и что бы РФ ни делала - это все оккупация. Я не знаю, что нужно сделать, чтобы эти люди не были такими подозрительными. Для второй категории Россия -  друг, партнер и брат, и что бы плохого Россия ни делала - все во благо. Поэтому сегодня, какие бы договоренности между двумя странами не подписывались - для одних это всегда будет благо, а для других - проклятие. Выход только один - дожидаться конкретного результат после каждой договоренности и интерпретировать уже его, а не первичную эмоциональную реакцию. Важно дождаться «сухого остатка», тем более что мы прекрасно знаем, как у нас подписываются документы про одно, а на практике происходит совершенно другое. Будем смотреть ситуацию в динамике. Если, условно говоря, имплементировано соглашение о демаркации и есть сигнал из Европы, что это событие упрощает продвижение обоих стран к безвизовому режиму с Европой, а через год мы получаем такой режим - то тогда можно говорить о результатах договоренностей. Если через год, после подписания соглашений по спутниковой системе GLONASS у нас будут понижены тарифы на спутниковое телевидение, как результат этого соглашения, мы будем это приветствовать. Я философ, и в университете меня учили, что главным критерием проверки теории является практика. Ни эстетическая красота текстов, ни юридическое содержание документов, ни убедительность пропагандистских аргументов для журналистов не является критериями истины. Только практика, а не рвущие друг друга оппоненты в Шустер.live. РБК-Украина: Говоря о практических, т.е. близких нашему физическому и душевному комфорту вещах, нельзя не отметить недавнее решение парламентариев в очередной раз залезть в карман курящей и выпивающей части населения. Если таким образом они заботятся о здоровье, то пусть запретят эти «наркотики», но подсаживать на них население, а потом выламывать руки - безнравственно. Кроме прочего, увеличение акциза на бензин потянет за собой повышение цен на все. Как на это реагировать? Д.В.: Я как раз участвовал в дискуссии по этому вопросу, вернее - наблюдал ее. Потому что участвовать в дискуссиях такого рода я считаю нецелесообразным. Дело в том, что цены регулируют не акцизы, а рынок. Рынок же опирается на потребительские возможности. Нет такой страны, где цены задрали бы выше возможностей покупателей до такой степени, что товар перестал бы продаваться. Например, если цены на воду взлетят вверх, покупатели спокойно переключатся на воду из бюветов и источников, приобретут устройство для ее газирования и будут хорошо себя чувствовать. Если будет чрезмерно дорогой водка - начнут гнать самогон, если сигареты - курить самокрутки. Поэтому я хочу всех успокоить - выше рынка цены не прыгнут! Есть великий и могучий рынок, поэтому я советую всем расслабиться. Беседовала Наталья Ревская, специально для РБК-Украина   Экспрессия Tue, 25 May 2010 13:55:49 GMT http://www.vydrin.com/express/217513/ Визит Дмитрия Медведева в Харьков и его договоренности с нашим президентом по газу, флоту и другим важным политическим и экономическим вопросам в центре внимания практически всех СМИ. Свою точку зрения на это громкое событие высказал политолог и философ ДМИТРИ ВЫДРИН. Вокруг этой темы курсирует масса мифов. И первый из них - это «флот, то есть аренда в обмен на газ». Дескать, променяли пролонгирование базирования российских кораблей на уступки по цене газа для Украины. Логика же этих договоренностей лежит, на мой взгляд, в другой плоскости. Сегодня Россия и Украина мучительно пытаются войти в формат отношений, закрепленных еще в конце 90-х годов, большим Договором о дружбе, партнерстве и сотрудничестве. В рамках этого договора предполагалось, что каждая страна, как друг, союзник и партнер (а не как жертва, обидчик и прочее) пытаются оказывать друг другу базовые услуги как в экономике, так и в политике. В контексте этой логики сегодня наши страны пока еще неуклюже, так как за последние годы разучились это делать, пытались оказывать друг другу ключевую на данный момент услугу. И такая формула была найденароссия умом своих известных экономистов, к коим я отношу, в частности, Хазина, Бунича и других, определила, что для Украины сегодня критически важен газ, и даже не с точки зрения тепла в конфорках наших домов, а с точки зрения воссоздания конкурентоспособной промышленности. Мы стали терять рынки по металлургической, химической и другим ВВП-образующим отраслям промышленности. И еще несколько месяцев такой высокой цены на газ, какой она была до недавнего времени, - и рынки в Латинской Америке, Африке и Азии были бы для нас безвозвратно утеряны, как, впрочем, и вся химическая промышленность… В ситуации с газом у России было две концепции: поддерживать слабую Украину и игнорировать все просьбы по снижению цены или поддерживать сильную Украину и идти на уступки. В первом случае Украина выступает как недружественное государство, и тогда зачем поддерживать ее экономику? Во втором случае, если рассматривать Украину как союзника, как провайдера интересов России в Европе, то образование лояльной цены на газ вполне логично, поскольку это служит усилению партнера и друга,  а не врага и неприятеля. Россия заявила, что сегодня рассматривает Украину как партнера, поэтому хочет ее видеть сильной. Видимо, рассчитывает на нас в своих геополитических и геоэкономических играх. И лично для меня такая заявка была скрытой неожиданностью. Я думаю, что нам нужно, прежде всего, зафиксировать то обстоятельство, что Россия в силу разных причин играет сегодня в сильную Украину, и тогда в этой формуле цены как раз и будет понятен механизм лояльности. То есть все будет зависеть от формата наших отношений. В дружеском контексте любая экономическая формула всегда будет работать в нашу пользу. Но… Но Украина слишком большая страна, чтобы отказываться от собственных интересов. Мы не можем быть в фарватере только чужого интереса. Мы слишком большие -  в геополитическом и геоэкономическом субъектном плане. Поэтому и Украине нужно вводить некие поправки на лояльность к своим интересам. В частности, я полагаю, что мы можем рассчитывать на учет наших интересов в ресурсном освоении пятой части суши, то есть Сибири. Ведь выбор ставится простой: либо Россия будет ее осваивать со своими цивилизационными партнерами, либо ее «освоит» Китай. Конечно, Китай может быть другом России,  но, в силу религиозных, исторических и прочих причин, вряд ли станет до конца надежным и близким. И в этой ситуации мы можем много получить для себя. Мы уже были евроромантиками, когда в Европу открылось для нас «окно», а точнее говоря, всего лишь «форточка». Сегодня в Россию открывается «парадных вход», и я не вижу причин от этого отказываться. Я недавно встречался со многими дипломатами западных государств, следил за их прессой и был удивлен корректностью и сдержанностью реакции на новые шаги в украинско-российских соглашениях. В тоже время я общался и с информированными российскими экспертами, близкими к власти, владеющими некой инсайдерской информацией. Так вот эти эксперты утверждают, что Россия вместе с Украиной создают сейчас некие «медовые ловушки» для западного мира. ( В разведке «медовыми ловушками» называют ситуацию, когда агента «ловят» на красивую женщину). У меня такое ощущение, что флот в Севастополе - это такая же ловушка для Запада. это сакральное место может быть мистически завлекательным, когда наши страны смогут сформулировать для Запада очень интересные предложения. В частности, создание двух вещей. Первое - в Севастополе расквартировать совместные силы безопасности, я имею в виду и ЕС-совские, стран черноморского региона. А второе - создание в Крыму свободной экономической зоны. И тогда возникает полный комплект: огромный товарооборот и международные силы безопасности. Вот такая красивая версия.   Должен заметить, что отношение к России в мире постоянно меняется. Даже старый русофоб Бжезинский после недавней драматической авиакатастрофы отметил, что, как ни странно, эта трагедия повлияла на существенное улучшение польско-российских отношений. Вся геополитическая ситуация указывает на тектонические изменения в отношении к России. в Европе, в частности, сформировалось понимание, что все крупные и влиятельные страны обладают необычайным геополитическим притяжением, с которым следует считаться (как и с притяжением, скажем, планет с большой массой). При такой  благоприятной конъюнктуре следующий закономерный шаг со стороны России - это некое цивилизационное предложение ближайшим своим соседям, и особенно  -Украине. Недавно мы с одним ведущим российским экономистом как раз обсуждали, какое цивилизационное предложение РФ могла бы сделать нам. Мой коллега назвал его - освоение «пятой части суши». Мол, такое вам не предложит никакой Запад. Тем не менее, я заметил, что совместное освоение российской природной кладовой могло бы стать таким мегапредложением, если бы оно было сделано на всех уровнях - от президента до участкового милиционера. Имеется в виду, что совместную разработку тех же природных ископаемых может приветствовать российский президент, а вот участковый своим нечищеным сапогом пинать украинских «гестарбайтеров» и говорить: «Понаехали тут!» Когда же Европа делает предложение, ты знаешь, что оно исходит от имени и европейксих президентов, и европейских полицейских. Если эти факторы будет учтены плюс свое предложение Россия обложит таким комфортом, как в ЕС: дороги, медицина, жилье - тогда я готов отказаться от своего утверждения десятилетней давности о том, что деньги лучше зарабатывать в Сургуте, а вот кофе пить - в Париже.   Меня беспокоит ситуация с нашими СМИ. Когда на программе Савика Шустера меня спросили, чем вызвано мое плохое настроение: ни договоренностями ли, - я ответил, что в российско-украинских договоренностях я вижу больше плюсов, чем минусов. А настроение связано с тем, что российским журналистам было позволено намного больше, чем их украинским коллегам. И я уверен, что эта проблема не решится до тех пор, пока СМИ будут «вторичным половым признаком» украинских олигархов. Когда в свое время у одного из медиа-магнатов я спросил: почему вы так лояльны к Юлии Тимошенко (на должности премьера - ред.), тогда как она вас везде поносит и обзывает? - он ответил, что она пригрозила не вернуть НДС, если его медиа будут критичными. На что я рассказал ему историю из книги Пола Маккартни («Битлы» не только прекрасно играли, но и писали). В концлагере были два товарища, одного из которых постоянно мучил надзиратель-эсесовец: пытал, унижал и т.д. Потом судьба их разбросала. И вот через 20 лет в одной латиноамериканской стране в богатой антикварной лавке они случайно встретились. Владельцем оказался тот самый унижаемый заключенный. Его товарищ бросился к нему с радостными объятьями, а тот сделал вид, что не знает его и никогда не был ни в каком концлагере. Товарищ решил проследить за владельцем лавки, исподтишка в бинокль наблюдая, как тот покупает в продуктовом магазине дорогое вино, вкусную еду и направляется к себе домой, где сервирует стол и кормит всем этим… того самого мучителя-эсесовца. На следующий день он ворвался к нему в лавку и с возмущением спросил: «Почему ты не убил его? Почему не сдал властям? Как ты можешь кормить и содержать это чудовище 20 лет?» А его бывший друг, испуганно оглянувшись, ответил: «Надзиратель сказал, что если я его буду содержать и скрывать, то он не будет меня бить». Наши «узники НДС» готовы быть максимально лояльными к власти, даже если их никто об этом не просит. И этот  синдром пока остается. И так будет продолжаться до тех пор, пока у нас не появятся СМИ как отдельный вид бизнеса, как отдельный гражданский институт, а не приложение к трубопрокатным станам и футбольным клубам. Пока этого не произойдет, ситуация не изменится. Я был одним из авторов первого закона об оппозиции. и когда принес его Юлии Тимошенко, она возмутилась: мол, давать такие права своим политическим оппонентам нельзя. Теперь же у оппозиции практичекси нет механизмов влияния. В этой ситуации следует более активно использовать масс-медиа для критики власти, но, видимо, оппозиции кажется, что блокировать трибуну ВР или выводить людей на акции протеста эффективнее. Или, по крайней мере, эффектнее. У меня были некие надежды, связанные с Яценюком, но они пока не оправдались. Таким образом, я наблюдаю у нас сегодня либо паркетно-гламурную оппозицию с роскошными автомобилями, дорогими костюмами, либо маргинальную, нанимающую за сто гривен уличных клакеров. Выпадает интеллектуальное звено. Повторяю: пока либо паркет, либо улица. Но нет тиши вдумчивых, спокойных  и убийственно-критичных аналитических центров. На самом деле у нас все-таки есть свое место и своя миссия:  оказывать помощь и власти, и оппозиции. в первом случае  виде понимания, что такое реформы; во втором, понимая, что такое интеллектуальное и эффективное служение обществу. И власть, и оппозиция - любая! - удержится только тогда, когда будет для своего народа делать реальные, обоснованные, ощутимые, а главное - умные вещи. Наша задача - журналистов, экспертов, думающих чиновников - помочь найти новые формы общежития власти и оппозиции, где есть место сотрудничеству и взаимодействию, но нет места ни тупому и огульному кликушеству, ни проплаченному подобострастию.   Записала Наталья Ревская     Экспрессия Thu, 29 Apr 2010 17:01:13 GMT http://www.vydrin.com/express/217505/ Дмитрий Игнатьевич, какова роль оппозиции в новых политических раскладах? — Начну немного издалека. Не с нашей вульгарной политики, а с высокой поэзии. У меня есть друг, которого я считаю одним из самых изысканных украинских поэтов. Это Александр Коротко. Недавно он издал книгу своих стихов, которая называется "От А до Я-фигизмов". Думаю, это лучшее, что мне доводилось читать за последнее время из украинской поэзии, но далеко не лучшее, что я читал из японской поэзии. И пусть Саша не обижается. В его поэтической книге вдруг натыкаешься на такие слова, как "антисемитизм", "коммунизм", "терроризм", "доллары", "шекели". Знаете, очень сложно представить элегантный томик японских танка, где упоминаются иены, юани, камикадзе, поскольку художественное сознание поэтов Страны восходящего солнца пребывает вне пут политических и финансовых привязанностей, симпатий и антипатий. И вот именно подобное "высокое" состояние души является, говоря политологическим языком, главной социальной базой подлинной оппозиционности. Главным оппозиционером политики является общество, которое в упор ее (политику) не замечает. Поэтому власть начинает придумывать всякие "заманухи", пытаясь хотя бы на время привлечь к себе внимание, сделать общество союзником. В США о политике вспоминают только во время президентских выборов, когда надо делать взносы в кассу того или иного кандидата. И вот это громадное гражданское "поле" людей, индифферентных по отношению к политике, является здоровой основой для настоящей оппозиционности. Я спрашивал многих олигархов: что вы делаете, если какой-то человек вас обидит? Один говорил, что разорит негодяя рано или поздно. Другой хитро улыбался. Дескать, не волнуйся, найду способ отомстить. Третий просто вычеркивал обидчика из числа знакомых и старался не замечать его при случайных встречах. Так вот, самый сильный формат оппозиционности — это просто не замечать власть. К сожалению, мы пока еще очень далеки от подобного состояния, поскольку даже лучшие украинские поэты, на мой взгляд, чрезмерно "пропитаны" политическими терминами. Подобная политизация — это наша беда. Надеюсь, что сегодня наступит некая, достаточно длительная по времени, успокоенность, когда мы все наконец-то займемся собственным внутренним миром, а не маленьким, заскорузлым мирком политиков, которым уже перемыли все косточки. Возможно, это время когда-нибудь назовут "новым украинским застоем в политике". Но на самом деле люди просто вернутся к гражданской жизни, к своим семьям. Муж и жена больше не будут дискутировать о том, кто лучше — Яценюк или Тимошенко, а станут обсуждать, какую книгу лучше купить в домашнюю библиотеку, какой фильм посмотреть. Надеюсь, что мы получили шанс пожить именно в такое время. Одну из своих картин Рерих назвал "Остановиться и оглянуться". Думаю, именно так и надо сделать. Мы немножко притормозим в политике. Зато, вероятно, ускоримся в экономике, социальном и духовном развитии. И все же давайте вернемся к Юлии Тимошенко. — Я неоднократно цитировал Черчилля, который любил повторять: страна со слабой властью может быть процветающей, но я себе не представляю процветающую страну со слабой оппозицией. Думаю, наша колоссальная проблема заключается в том, что мы сегодня получили достаточно мускулистую власть и не получили никакой оппозиции. Наш главный политический модельер, стилист и кутюрье Юлия Тимошенко направила всю украинскую оппозицию по неверной дороге. Не только БЮТ, но и аффилированные с ней политические силы. Она сделала ряд стратегических ошибок, последствия которых мы еще будем долго расхлебывать. Небольшое отступление: в последнее время по ЮАР прокатилась волна криминальных убийств. Причем убивают очень необычным и страшным способом. На шею человеку вешают автомобильную покрышку, обливают его бензином и поджигают. Покрышка может гореть часами, поэтому жертва буквально превращается в пепел. Стали выяснять, откуда взялась эта страшная мода на покрышки? Оказалось, что подобным образом действовала оппозиция во время борьбы с так называемым апартеидом, который сегодня представляется чуть ли не эпохой ренессанса в истории Южной Африки. Именно оппозиция использовала в качестве своего главного оружия горящие покрышки. "Опыт" оппозиционной борьбы взяли на вооружение представители черной мафии в ЮАР. Думаю, что наша оппозиция тоже создала множество брутальных прецедентов, которые могут привести к печальным последствиям в будущем. И это не позволяет украинской "оппозиции" в кавычках стать оппозицией без кавычек. Первым таким брутальным прецедентом я считаю неумение "оппозиционеров" интуитивно чувствовать, какие правила необходимо соблюдать в, казалось бы, политической борьбе без правил. Да, украинскую политику называют борьбой без правил, однако при этом нормальные, адекватные политики интуитивно понимают, что правила все же существуют. В качестве примера можно привести драматический случай. Как-то в Киев приехали американские спортсмены и предложили провести открытое первенство по боям без правил. Наши согласились и в первый же день убили двух американцев. Те были в шоке: как же так! Нельзя бить в глаза, горло, пах! Наши в недоумении: вы же сами сказали, что это бои без правил. Однако во всем мире понимают, что даже в боях без правил какие-то неписаные правила все же существуют. Точно так же и наша "оппозиция" не в состоянии осознать, что есть неписаные правила, действующие во всем мире. Нельзя оскорблять человека на личностном уровне в политике. Его можно, условно говоря, назвать "плохим менеджером", но уж никак не "уродом", "горбатым" и "инвалидом". Юлия Тимошенко первой стала нарушать неписаные правила. Вслед за ней это стало делать ее окружение, а также "оппозиционные" клоны БЮТ. В одном из телевизионных шоу судей Конституционного суда называли "уродами", иудами", "предателями". По этому поводу я вспомнил одну известную американскую шутку: политик делает со своей страной то, что не может сделать со своей женой. В украинском варианте это звучит следующим образом — политики пытаются делать с судьями то, что не в состоянии сделать со своими женами. Их запирают в кабинетах, не пускают даже в туалет, прослушивают телефонные разговоры, применяют к ним меры морального, а иногда и физического воздействия. Мне в этой связи вспоминается история Таджикистана. Когда счет погибшим пошел уже не на сотни, а на тысячи, полевые командиры собрались и решили, что нужно как-то остановить резню. А как это сделать? Они договорились обеспечить неприкасаемость и авторитет судей. Ведь это фактически последняя инстанция, которая способна развести людей в самые критические, кровавые моменты. И именно судьи прекратили в Таджикистане гражданскую войну, поскольку по договоренности их авторитет считался непререкаемым. Когда зал в нашей телестудии после каждого крика политика "Судьи иуды!" взрывался аплодисментами, я повернулся и сказал: все кто хлопает, пусть потом не жалуются, если у нас, не дай Бог, конечно, повторятся события в Киргизии. В ваших аплодисментах заложена основа для кровавого гражданского конфликта, когда не останется ни одной инстанции, способной развести враждующие стороны. Украинская "оппозиция", к сожалению, не понимает совершенно очевидных вещей: нельзя переходить некую грань. Априори необходимо уважать определенные социальные категории. Это не только судьи, но и врачи, священники. Они в критических ситуациях являются последними, к кому можно апеллировать по поводу своего здоровья, свободы, жизни. "Оппозиция" же тотально разрушает авторитет всех социальных категорий. Она бьет ниже пояса. Бьет по семьям и детям политиков. И это страшно! Возвращаясь к теме боев без правил, в которых, тем не менее, нельзя бить в глаза, горло, пах: Юлия Владимировна особенно любит бить в пах. Это ее самое любимое место. Не случайно же Тимошенко во время президентской кампании любила повторять, что обязательно выиграет, поскольку всем ее конкурентам кое-что мешает "танцевать". Ей же, мол, ничего не мешает. Возможно, чувствуя свое преимущество в этом плане, она все удары наносит ниже пояса. И сегодня мужики из ее окружения также пытаются наносить своим оппонентам удары ниже пояса, не понимая при этом, что неизбежно нарвутся на такой же встречный удар. Тоже ниже пояса, только гораздо сильнее. Какие еще опасные прецеденты создала украинская "оппозиция"? — Еще один опасный прецедент или, если хотите, стратегическая ошибка заключается в том, что "оппозиция" у нас воюет не с властью, а с жизнью. Во время последних выборов она старалась завоевать дополнительные голоса, пытаясь изменить саму жизнь избирателей. Вспомним фактический запрет премьерки разговаривать на русском языке в школах даже на переменках. Это сразу же снизило рейтинг Тимошенко, поскольку она бросила вызов не своим политическим оппонентам, а жизни. Жизнь, как известно, победить нельзя. Она течет по своим канонам. Не бывает заката солнца вручную. Солнце подчиняется только космогоническим законам. Невозможно изменить вещи, которые существуют на уровне архетипов народа. Поэтому постоянное нарушение "оппозицией" неписаных правил и борьба с жизнью не позволяют нам надеяться на то, что власть получит нормального, вменяемого оппонента. В соответствии с одной из версий, новая, цивилизованная оппозиция может появиться после выборов в местные органы власти. Именно в регионах сформируются силы, способные достойно оппонировать официальной линии. Так ли это? — Действительно, на местах появляются люди, которые по целому ряду факторов — образованности, яркости — не вписываются в традиционные политические тренды. Им нечего делать с нынешней "оппозицией", однако тесно в действующей власти. Например, мне очень нравится, как в Запорожье работает команда Черняка. Они, условно говоря, вышли из водки ("Хортица"), однако имеют "коньячное" мышление. Наверное, все понимают, чем отличается человек, пьющий водку, от любителя хорошего коньяка. И чем отличается оппозиционер, накачавшийся водкой, от оппозиционера с рюмочкой коньяку. Кстати, в свое время я попытался создать модель "коньячной оппозиции", однако никто мою инициативу не поддержал. Когда-то мы с Юлией Владимировной были соратниками, и она меня пригласила на большой митинг под лозунгом "Кучму — геть!". Я очень не люблю толпу, чувствую себя крайне дискомфортно. Тем не менее пообещал прийти. И пришел. Трибуна была сооружена на ступенях перед Украинским домом. Я же устроился в уютном итальянском кафе, которое в то время было как раз напротив. Заказал себе бокал хорошего коньяку, открыл окно, чтобы видеть толпу. И когда Юлия Владимировна кричала "Кучму — геть!", я мысленно чокался с ней и тихонечко говорил — "геть!". Оказалось, что в коньячной оппозиции довольно комфортно. Шучу, конечно. Но вернемся к регионам. Очень яркие ребята появляются в Крыму. С интересом наблюдаю за политической командой Сергея Аксенова. Отмечаю успехи волгинского Союза левых сил. На мой взгляд, СЛС рано или поздно станет прообразом стильной левой оппозиции, символом которой будет не Маркс, а Че Гевара. Украине нужна такая левая оппозиция, поскольку до сих пор работает известная формула: "если в 20 лет ты не коммунист, то у тебя нет сердца, а если в 40 лет ты коммунист, то у тебя нет мозгов". Многим молодым людям необходимы радикально-романтичные политические течения. Во всяком случае, мне так кажется. А кто именно станет в регионах ядром политической консолидации — сказать пока трудно. Но есть надежда, что после проведения местных выборов в Украине появится какой-то радикально новый тренд. Довольно трагически заканчивается пятилетний цикл правления политических лидеров, которые пришли к власти в результате "цветных" революций. Не кажется ли вам это платой за искусственное вмешательство в естественный ход событий? — Во время одного из телеэфиров Давид Жвания сказал, обращаясь к президенту Саакашвили, одну очень интересную фразу: "Михо, твоя главная проблема заключается в том, что ты пытаешься заставить нацию бежать быстрее, чем она может". Действительно, существует некий ритм развития народов, наций. Он заложен в архетипах, национальных кодах. Революции противоестественным образом ускоряли естественный ход эволюции. Нельзя заставить обычного человека прыгнуть выше головы. Он также не может бежать быстрее, чем позволяют его физические данные. Поэтому, на мой взгляд, многие политики грешили тем, что пытались чрезмерно пришпорить целые народы, выше их естественных возможностей. Гоголь говорил, что главная проблема России — это дураки и дороги. Кто-то его перефразировал: главная проблема — дураки, показывающие дорогу. Если продолжить в том же духе, то, наверное, самая главная проблема — это дураки, заставляющие целые народы бежать со скоростью, на которую не рассчитано полотно дороги. Безусловно, заканчивается период иллюзий, что с помощью какого-то искусственного допинга можно людей заставить двигаться в том или ином направлении с завышенной скоростью. Есть великие законы естественного развития цивилизаций, которые пытались исследовать Лев Гумилев и другие выдающиеся ученые. Надо их просто знать и использовать, а не бороться с этими законами. Какова судьба концепции "строительства нации", которую активно пытался реализовать Виктор Ющенко? — У меня нет готового ответа. Я просто не знаю. Могу лишь сказать, что, борясь за этноцентризм, власть сражалась не только с самой жизнью, но еще с одним феноменом, который в некоторых случаях даже сильнее реальности. Это мифы. Когда-то я слушал лекции гениального философа Лосева, который говорил, что иногда бороться с мифами еще опаснее, чем с самой жизнью. Устоявшийся миф для душевного спокойствия человека и нации зачастую играет не меньшую роль, чем та же историческая правда. Во время беседы с одним из наших политиков я говорил, что очень опасно сталкивать мифы. И приводил такой условный пример. Предположим, кто-то решил выяснить, кем в действительности была Баба-яга. Оказалось, что это совершенно замечательная старушка, у которой было много прекрасных внучат. Просто на каком-то этапе подпортился имидж Бабы-яги, и сегодня мы все воспринимаем ее как отрицательный персонаж. Ну и что теперь делать? Бороться за восстановление исторической памяти Бабы-яги? Ставить ей памятники по всей стране? В таком случае мы "сломаем" много детских головок. Дети просто не поймут, почему сначала Баба-яга была плохой, а потом вдруг резко стала хорошей. Наверное, придется пожертвовать частью исторической правды, чтобы не ломать сознания детишек. Или же начнем копаться в истории Ильи Муромца и узнаем, что это отъявленный бандит и педофил. Представляете, какой будет нанесен удар по сознанию массы людей, воспитанных на былинах? Поэтому надо быть очень осторожным в отношении реальности и дважды осторожным в отношении мифов. И когда предыдущая власть начала смело оперировать мифами и реальностью, то она пришла к результатам, которые теперь всем известны. Наверное, реальное надо оставить реальности, а мифическое — мифам. Последний вопрос: каковы геополитические последствия трагедии, случившейся под Смоленском 10 апреля? Изменится ли после этого политическая карта мира? — Думаю, мы очень по-божески поступили, когда объявили траур в Украине. Спасибо украинским политикам, которые сделали это так быстро, оперативно и, как мне кажется, искренне. Знаете, я помню атаку террористов на здания Всемирного торгового центра. В Украине тогда не был объявлен траур. Весь мир скорбел, а у нас люди веселились, гуляли в ресторанах, смотрели юмористические программы. Это меня просто шокировало. Казалось, что Украина представляет собой какую-то отдельную нравственную территорию, которая не зависит от остального мира. Еще раз спасибо нашим политикам. И это первое спасибо, которое я говорю за многие годы. Повторяю, они искренне, чистосердечно и по-божески отреагировали на трагическую гибель польской элиты. Что же касается возможных последствий, то эта тема настолько болезненная, деликатная, что очень сложно переводить ее в политическую плоскость. Вообще, мы неправильно делаем, когда пытаемся нравственность конвертировать в политику. Политику еще можно попытаться конвертировать в нравственность… Помните знаменитые слова Канта: я могу представить политика, который руководствуется нормами нравственности, но не могу представить нравственного человека, который руководствуется нормами политики? Вот когда наши "оппозиционеры" своими намеками на искусственный характер катастрофы попытались конвертировать горе в политику, то они продемонстрировали действительный уровень своей "нравственности" и своей пресловутой набожности. Считаю недопустимым строить какие-либо гипотезы на таком горе. Думаю, это общее горе для всех нормальных людей. Погибла элита целой страны. Тот, кто тут же стал искать какой-то "русский след" в трагедии, не имеет ни совести, ни сердца, ни мозгов. Это еще одно подтверждение тезиса о том, что у нас нет нормальной оппозиции. На мой взгляд, произошло нравственное сближение лидеров Польши и России. Не случайно все польские телеканалы показывали не только кровавые обломки разбившегося под Смоленском самолета, но и объятия премьеров двух стран. Эти объятия фактически стали свидетельством существования общественного заказа с польской и российской стороны на новый формат отношений между странами. И я думаю, что подобный заказ не сможет проигнорировать ни новая элита Польши, ни действующая элита России. Беседовали Владимир Скачко, Александр Юрчук   Экспрессия Mon, 19 Apr 2010 10:41:52 GMT http://www.vydrin.com/express/217486/ Известный политолог, в недавнем прошлом народный депутат от БЮТ, а ныне заместитель секретаря РНБОУ Дмитрий Выдрин в эксклюзивном интервью ИМК прокомментировал будущее Тимошенко в украинской политике, дал свою оценку относительно шансов Яценюка возглавить объединенную оппозицию, относительно возможностей Тигипко провести реформы в Кабмине Азарова, а Президента Януковича - успешно провести свой эксперимент создания "Кабмина политической конкуренции".   Эксперимент политической конкуренции   - Дмитрий Игнатьевич, соратники Януковича торжествуют – Юлия Владимировна осталась без мандата, без Кабмина, с раздробленной оппозицией и неопределенностью относительно дальнейших выборов, а значит и возможности политического реванша. Но к новому Кабмину Азарова также немало вопросов. В чем, на Ваш взгляд, принципиальные различия правительств Тимошенко и Азарова?   - Команда Тимошенко не работала в режиме правительства. Она работала в режиме полит-театра, пиар-конторы, полит-гримерной, мастерской полит-стилистов. В конечном счете, она обслуживала единственную политическую топ-модель. Ее задача, прежде всего, состояла в том, чтобы эту топ-модель сделать конкурентоспособной - по постоянному присутствию "в ящике", по внешности, по модуляциям голоса. Поскольку ее команда считала, что выиграть войну можно только в виртуальности, а реальность - это лишь слабенькое приложение к виртуальности. Не случайно любимый анекдот Юлии Владимировны о том, что морская свинка от крысы отличается только пиаром, а все остальное у них одинаковое.   Это была громадная, мощная и сильная пиар-тусовка. Но они проиграли, потому что жизнь оказалась сложнее пиар-составляющей: пиар оказался не всесилен, косметика оказалась не всемогущей. Тимошенко проиграла не Януковичу - она проиграла жизни. Потому что она умела феерически отвечать на запросы зрелищ, но абсолютно не могла удовлетворять запросы хлеба. Умела создавать прекрасные балаганы, смехачества, имитации, но не сумела ответить ни на один реальный жизненный вызов. В ее окружении ведь практически не было реальных людей, а были люди, которые всю жизнь жили иллюзиями и фантазиями. В отличие от этой балаганно-фантазийной нереальности, новая команда, по крайней мере, декларирует, что она будет жить не в виртуальной плоскости, а в реальной жизни. И поэтому ценность этой команды будет заключаться в том, насколько адекватно и быстро она сможет отвечать на те, невероятно сильные по своей мощи, по своей разрушительной силе, вызовы жизни.   - Такое впечатление, что на тактическом уровне Янукович пока пошел по модели Кучмы. Только у Кучмы была "политика противовесов", для того чтобы ни одна из групп не стала слишком сильной, а у Януковича, что - "политика внутренней конкуренции"?   - Ему не нужны противовесы, потому что он не боится той или иной группы. К тому же, его уверенность подкрепляется антропометрией: все-таки он крупнее Кучмы, и физически поставит на место любого оппонента. Фигурально выражаясь, ему нужно только одно: "шило в седалище" для каждого члена команды, которое его заставит работать 24 часа в сутки. То есть, команда должна самостоятельно стимулироваться внутренней конкуренцией. Он понимает, что не сможет постоянно следить и подстегивать к действию всех и каждого. Как человек, выросший в жесткой конкурентной среде, Виктор Федорович понимает, что конкуренция сама тестирует людей на наличие у них способностей и возможностей. Ему важнее внутренний стимул саморазвития команды, поэтому он забросил сильные конкурентные "фишки" в команду и будет следить за тем, кто выживет, а кто нет. Ведь не случайно Виктор Федорович публично заявил о том, что у каждого министра есть дублер, который будет внимательно следить за тем, справляется ли министр со своими обязанностями. Конечно, это будет очень острая и очень болезненная конкуренция. И я не знаю, стоило ли ставить такой жестокий эксперимент, потому что будут поломаны и судьбы, и характеры. Но, безусловно, на каком-то этапе появится высокая эффективность работы.   - Вследствие этого, те, кто выиграют это противостояние, получат железобетонные позиции в Кабмине?   - Да. Иными словами, ты отстоял свой участок, значит, можешь дальше делать свою работу. Причем будут выработаны негласные правила. Например, воевать за дополнительное бюджетное финансирование будет возможно, а за то, чтобы своего кума сделать новым министром - нет. Причем, обратите внимание, что в этой команде, где много бизнесменов, главой является не бизнесмен, а карьерный чиновник Николай Азаров. И это правильно. Иначе бы каждый из них работал на собственный бизнес, ради собственной сугубо монетарной цели. Ведь только кадровый чиновник может из бизнесменов сделать команду людей, работающих на единую "надмонетарную" цель. Я вам в качестве примера приведу рисунок известного советского карикатуриста Пескова. Представьте себе, что на горизонте находится магазин, где продаются винно-водочные изделия. Над ним находятся часы, которые показывают без двух минут семь. А спиртное в то время продавали только до семи вечера. И к магазину на огромной скорости несется на телеге мужичара с хлыстом. По его жесткому волевому лицу мы понимаем, что он успеет за минуту. Но в телегу запряжены: лебедь, рак и щука... И, на мой взгляд, Азаров именно тот человек, который сумеет лебедя, раку и щуку заставить двигаться в одном направлении.   - Практически все лица в новоизбранном Кабмине - это представители старой гвардии, которая работала с Януковичем еще до Майдана. На Ваш взгляд, насколько Майдан и последовавшая за ним пятилетка изменила тех, кто вошел в нынешний Кабмин, да и самого Президента?   - После Майдана они поняли, что общество является сильным фактором, который необходимо учитывать. Ведь до Майдана им казалось, что элита самодостаточна и находится в неком социальном вакууме.   Я когда-то спорил с Пинзеныком (Виктор Пинзенык, бывший глава Минфина в Кабмине Ю.Тимошенко. - Ред) о том, почему не осуществляется его реформа, и я сказал ему тогда: "Мне кажется твоя проблема в том, что ты в детстве не видел физического опыта, который делают в 5 классе на уроке физики - когда из пробирки откачивают воздух и бросают в нее дробинку и пушинку. Суть опыта в том, что в пробирке с откачанным воздухом и дробинка, и пушинка падают одинаково, а когда закачивают воздух обратно, то пушинка падает медленно, а дробинка быстро". Точно также до Майдана "донецкие" думали, что "воздуха в пробирке нет" и они не учитывали желаний простых людей, как фактор экономики, политики, бизнеса. А после этого они увидели, что есть сопротивление среды, т.е. зачатки гражданского общества. И сейчас они мучительно пытаются не только учитывать наличие общества, но и решать поставленные задачи с его помощью.   - На Ваш взгляд, вхождение Тигипко в правительство говорит о том, что он так видит продолжение своей политической карьеры, или он действительно хочет противопоставить свои, как многие считают, прогрессивные модели экономики консерватизму Азарова?   - Тигипко, как бизнесмен, всегда отличался попыткой найти безрисковую модель игры. Безусловно, столь же безрисковую модель он пытается найти и в политической жизни. И сегодня он избрал схожую модель. Если ему повезет и вместе со всем правительством он попадет в тренд выхода из кризиса, то Тигипко войдет в историю Украины как украинский Бальцерович. Поскольку, как человек, отвечающий за экономический блок, он легко может сказать, что, мол: "Это не правительство вывело вас из кризиса, это я вывел правительство из кризиса".   - И ему поверят…   - Да. А если он увидит, что что-то не так, то он просто скажет что-то вроде того: "Я не могу с этим ретроградами, консерваторами работать. Они губят страну. Поэтому я ухожу и призываю всех к досрочным выборам, чтобы убрать этих отставших от жизни людей". И если будут выборы по такой схеме, то он наберет очень много. Так что он в очередной раз почти нашел беспроигрышную игру. Почти, потому что жизнь богаче любых схем и возможны третьи варианты. И главный возможный вариант заключается в том, что наше общество все же начнет просыпаться и на каком-то этапе станет больше влиять на жизнь страны, чем вся политэлита вместе взятая.   Карты вместо шахмат   - На Ваш взгляд, откуда растут ноги сообщений о "карманности" оппозиции Яценюка?   - Я думаю, что под Яценюка поменяют регламент, ему самому дадут админресурс, потому что он понимает суть политики, а Юлия Владимировна - нет. Можно бороться с оппонентами порой с самыми жесткими, самыми злыми, но нельзя бороться с отморозками, поэтому все будут в оппозиции искать не отморозков, а именно оппонентов. В чем проблема Юлии Владимировны в Украине и в мире!? В том, что она предлагает игру без правил в абсолютном формате. Она слишком буквально поняла политику, как игру без правил. И мне это напоминает драму, которая произошла несколько лет назад - приехали американцы в Киев и предложили провести соревнования между сборной США и сборной Украины по боям без правил. А мой хороший знакомый готовил украинскую сборную. И вот украинцы вышли и сразу убили двух американцев. Все были в шоке, американцы говорят: "Вы нарушили правила, потому что в борьбе без правил нельзя бить в горло, в глаза, и в пах". То есть, даже в борьбе без правил есть правила. Так что и в украинской политической борьбе без правил есть некие правила, которые заключаются в том, что нельзя унижать оппонента, опускать уровень дискуссии ниже определенной линии. Эти правила никем не зафиксированы, но подразумевают, что, нельзя, например, в борьбе использовать детей или близких родственников, жен, матерей и т.д. А Юлия Владимировна похожа на тех украинских спортсменов, которые били американцев в пах, в глаза и горло, причем она очень любит бить именно в пах. Это ее любимое место, поскольку она считает, что она единственная, кому ничего не мешает «хорошо танцевать». И она полагает, что это делает ее неуязвимой в политической борьбе. Вы обратите внимание на то, что все ее удары по оппонентам ниже пояса. А это запрещено в мировой практике. Этого она не понимает, и тем самым представляет глобальную угрозу, потому что если бы она стала международным политиком, то она давно либо "убила" бы кого-то, либо научила, как это сделать. А Яценюк, который, несмотря на свои обещания "всех мочить", все равно знает, что в глаза и горло бить нельзя. То есть, он комфортен для оппонентов и, конечно, в качество главы оппозиции будет избран он, а не Юлия Владимировна. Просто на данный момент он "болеет" детской болезнью популизма и ему необходимо просто переболеть ней. Его популизм пока что не вмещается ни в канонические, ни в реформаторские парадигмы. Взять хотя бы его заявление о том, что он проведет реформы, суть которых будет создание большого количества рабочих мест. А ведь глубинной сутью реформ вовсе не является создание рабочих мест, потому что при рабовладельчестве работали все, и, исходя из этой концепции, это был реформаторский государственный строй. Задачей реформ является создание высокотехнологичных мест, которые, в свою очередь, создадут модели оптимального труда, модели оптимального стимулирования. И эти модели, как матрицы, потом тиражируются по всем социальным нишам, по всем социальным этажам. Яценюк все еще находится в шлейфе поствыборного популизма, при этом он находится под очень сильным негативным влиянием Юлии Владимировны, поскольку подсознательно пытается повторить ее путь. Только хочет сделать это элегантнее, быстрее и чуть-чуть компетентнее. Но все его поведение - это, в какой-то степени, модель поведения Тимошенко десятилетней давности. Он думает, если она десять лет назад набрала так быстро политический вес, то, избрав такой же путь, и он сумеет достичь ее высот. И сегодня ему кажется, что оппозиционно-популистская модель - более успешный путь к старту, чем реформаторско-властная модель.   - То есть пока он этой моделью не переболеет, то шансы возглавить оппозиционное правительство и сплотить под себя людей будут минимальными?   - Нет. Как раз в рамках этой "болезни" он может "заразить" многих соратников своим популистским "гриппом" и собрать группу "больных", у которых болезнь будет протекать в более тяжелой форме, чем у соратников Юлии Владимировны. Он может подсадить их на более крутой популизм, потому что он более продвинутый. Или, по крайней мере, более образованный, чем популизм Юлии Владимировны. Условно говоря, он может противопоставить слабому кайфу Юлии Владимировны крутой кайф своих популистских предложений. То есть, выражаясь фигурально, снять приспешников Юлии Владимировны с травы и подсадить их на колеса или кокс. И поэтому у него как раз есть очень хорошие шансы забрать оппозицию у Тимошенко.   - А как Вы думаете, он блефует, когда говорит о том, что у него есть команда?   - Почему я утверждаю, что моделью украинской политики являются не шахматы, как на Западе, а карты!? Да потому, что у нас блеф является самым сильным политическим инструментом. Поэтому то, что он блефует - это как раз не плохо. Просто так устроена украинская политика, что под блеф можно набрать людей. Например, говоря о том, что у тебя есть якобы неограниченные ресурсы, средства, команды. Может быть, у Яценюка на самом деле ничего и нет, но на этот блеф люди готовы вестись.   - Как Вы считаете, сколько на сегодняшний день "больных популизмом" в идеологическом плане в украинском парламенте?   - Половина.   - Это процентов 80% нашей Украины, и часть БЮТ?   - Это весь БЮТ и почти вся наша Украина, и часть Блока Литвина.   В шкуре Вольки…   - Но ведь в БЮТ есть множество тех, кто в публичной и не публичной форме высказался против так называемой стратегии "выжженной земли", те же братья Буряки, Жеваго, Васадзе, Полунеев…   - Есть. Но даже они находятся в энергетическом поле Юлии Владимировны. Вы посмотрите, скажем, на старшего Буряка, расслабляющегося в каком-нибудь ресторане, например, в "Феллини", и посмотрите на него же в кабинете Юлии Владимировны. Это два разных Буряка. В ресторане - это ироничный, умный, вальяжный, довольный жизнью и собой, высокопоставленный чиновник, большой бизнесмен и обаятельный человек… В кабинете Тимошенко - это подавленный, не имеющий собственной точки зрения апологет своей политической силы. То есть, это абсолютно разный человек, когда он находится в разных силовых полях.   - Неужели энергетическое поле Юлии Владимировны настолько сильно, что даже такие прагматичные люди…   - Да, в этом поле они похожи на… Знаете, мне хороший пример приводил один из бизнесменов, который работает с Юлией Владимировной. Помните, был такой старый советский фильм "Старик Хоттабыч"? Так вот там был эпизод, когда у Вольки на уроке географии спрашивают: "Как устроена Земля?". Он отвечает: "Земля имеет форму ша…". И в этот момент старик Хоттабыч из-за стенки подсказывает: "Земля имеет форму блюда", и тогда с ужасом Волька, понимая, что говорит не то, что нужно, тем не менее, произносит: "Земля имеет форму блюда". Вольку продолжают спрашивать, мол, а как же держится Земля в космическом пространстве, а он только отвечать, что "на силовых полях", в этот момент Старик Хоттабыч из-за стенки: "Она стоит на трех слонах". И Волька заявляет, что, Земля "стоит на трех слонах". Так вот многие признаются, что когда попадаешь к Юлии Владимировне, ты чувствуешь себя Волькой - несешь такую ересь, а сделать ничего не можешь. Такая энергетика исходит от нее. Вот они и говорят, что "Земля имеет форму блюда, она стоит на трех китах, три кита стоят на трех слонах" и т.д., а потом выходят из кабинета и думают: "Что же за ересь я нес?".   - А в "Нашей Украине" также обстоят дела?   - Там немного другая история. Их тип мышления я называю национально- фетишный. Они, на мой взгляд, гиперболизируют национальную энергетику в условиях всеобщей гиперболизации. Впрочем, это их право и их достоинство, но главное, что они абсолютизируют фетишный принцип отношений - у каждого из них свой объект поклонения. Эти фетиши иногда имеют имена людей. А иногда фетишем выступает, например, "Энергоатом", и апологеты этого фетиша ни о чем не могут говорить, если не подразумевается "Энергоатом"… То есть у них свои "тараканы в голове". И пока они не освободятся от этих "тараканов", то не смогут мыслить адекватно в сложившейся ситуации.   Без тормозов   - Лично у меня сложилось впечатление, что у сторонников Тимошенко появился некий подсознательный страх из-за ее излишне агрессивной риторики. Этот страх постоянно увеличивался в размерах начиная с досрочных выборов 2008 года в Киеве. Те выборы были назначены и проведены под лозунгом "политической целесообразности", ведь на них было многое поставлено, но в итоге сторонники Тимошенко ничего не получили, а Юлия Владимировна перестала быть абсолютным гарантом успеха…   - Я вас уверяю, это было намного раньше. Я в своих блогах, посвященных штурму Киевсовета, упоминал об этом. Именно тогда я понял, что у этой политической силы тормозов практически нет. И понял это благодаря одному забавному моменту. Причем этот эпизод произошел почти за два года до перевыборов в 2008 году. Юлия Владимировна дала нам задание - разгромить президиум Черновецкого. Нас привезли на автобусе, дали пакеты с тухлыми яйцами, клеем "БФ" и спичками, чтобы заклеивать щели для голосования. И была команда разгромить трибуну. Мы бросились на трибуну, стали разбивать стекла, поскольку Черновецкий предусмотрительно обнес президиум таким себе стеклянным заслоном. И вот когда мы громили стеклянный барьер, мне в спину кто-то постучал, я обернулся, и увидел перед собой "лідерку" в горсовете от БЮТ. Она стояла сзади меня с креслом. Я логично подумал, что она мне предложила присесть (а кресел в сессионном зале не было, одни только вмонтированные в пол депутатские лавки) и согласился… Но она страшно удивилась, глаза округлились, и она спросила меня, что я делаю... А затем добавила: "Кресло для того, чтобы вы запрыгнули с него в президиум и вот этим стеклом перерезали мэру горло". И вот тогда я понял, что там "крыша реально поехала" у всех. А самое интересное, что хотя Черновецкому и не удалось порезать горло, зато Семинога порезал ему стеклом палец. Из-за этого пальчика даже возникла совершенно гомерическая ситуация: мэр носился по президиуму разбрызгивая капли крови, потом куда-то исчез, и вернулся…неся впереди себя раненный палец, словно крест, а сзади него шли священники… И в какой-то момент священники начали крестить беснующуюся толпу, как бы изгоняя бесов. А самое интересное - всех так начало "колбасить", как будто бы проходил самый настоящий эксцерзис. И я тогда подумал: куда я попал? в какую фантасмагорию? Никакой американский фильм, вроде "Изгоняющего дьявола" и близко не стоял с тем безумием, которое царило вокруг. Это был 2006 год. Так что именно тогда, наверное, произошло прозрение, и священники из меня изгнали дьявола, а точнее дьяволицу (с иронией). И после этого я стал на все смотреть более ироничным и спокойными глазами. Я понял, что для Юлии Владимировны уже пройдена некая точка невозврата, когда ни жизнь, ни судьба человека, ни судьба нации не являются преградой в достижении цели.   - А до этого что, Вы совершенно ничего не замечали?   - Нет конечно, замечал. Например, приходилось делать над собой колоссальные усилия, когда мне специально, зная мое преподавательское прошлое, давали трещотки, свистки. То есть мне нужно было носиться по залу и трещать, дудеть в свистульки. Большего унижения в своей жизни я не испытывал. Или, например, когда я должен был сидеть в темноте и трое суток блокировать щитовую. И мне в дверную щель протягивали колбасу, как отцу Федору из старого советского фильма Леонида Гайдая "12 стульев". Я с Юлией Владимировной работал достаточно долго, с 1996 года, то отдаляясь, то приближаясь. Словно садовник, я мечтал привить ее энергетике философичность, политические и политологические знания. Я ведь сам достаточно ленивый, но у меня есть амбиции на реализацию некоторых моих идей, и я верил, что она прекрасный носитель этих идей и прекрасный реализатор. А потом оказалось, что все это иллюзия. У нее нет «жесткого диска», у нее есть только оперативная память. Она не работает на стратегическом уровне, а лишь на уровне сигнал-ответ, реакция-ответ. Поэтому ее поведение лежит в плоскости золотой рыбки, я об этом уже писал. А чем интересна золотая рыбка?! Это тем, что она каждые 6 секунд стирает то, что у нее было в памяти. И поэтому она через 7 секунд, может, как ни в чем не бывало, начинать брачные игры с самцом, которые чуть более 5 секунд назад закончились. Юлия Владимировна точно также мгновенно стирает из своей оперативной памяти все, что было несколько условных секунд назад. Отсюда свежесть ее игры, потому, что она об одном и том же человеке может говорить как о "лучшем менеджере мира", а через несколько дней как о "напедикюренной твари". И при этом она абсолютно искренна как в первом, так и во втором случае, просто она стерла из памяти, то, что говорила 6 секунд назад.   Реинкарнация Перон   - На Ваш взгляд – это ее природная особенность или она это в себе выработала?   - Природная, плюс наработанная в сложных условиях выживания в детстве.   - Иными словами, она родилась в небольшом устье со знанием, что где-то есть полноводная река и когда она накопила в себе достаточно сил, чтобы вырваться из этого узкого мирка в полноводную реку, она вырвалась, но теперь не может остановиться. И ей все время нужна, какая-то преграда, чтобы накапливать силы для ее преодоления?   - Это ее энергетика. Она питается проблемами, войной. Война - ее хлеб, ее жизнь. И она прекрасно понимает, что без этой энергетики она - никто.   - То есть секрет ее несгибаемости в том, что материальные интересы не являются для нее первоначальной мотивацией.   - Да. И об этом я не раз упоминал в своих публикациях. Ведь, что такое религия? Это наркотик для простых людей, а политика - наркотик для элиты. А Юлия Владимировна подсела на самый сложный наркотик, наркотик политической ненависти. Вот почему ее сложно победить, она просто находится в более сильном политнаркотическом трансе, чем все остальные.   - Каков Ваш прогноз ее дальнейшей судьбы в политике?   - Есть два варианта развития ситуации. Когда-то она внушила себе, что в нее вселилась душа Эвиты Перон (легендарная жена аргентинского диктатора. - Ред.), и поэтому она ведет себя также: от эстетики до дизайна популизма. И если она будет верить дальше, что в ней живет душа Перон, то эта душа, в конце концов, убьет ее и политически, и психологически, и физически. Либо она изгонит из себя душу Перон и поселит там, ну, скажем, душу госпожи Меркель. И тогда мы увидим другую Юлия Владимировну. Она, может быть, и зайдет в парламент в белом Луи Виттоновском плаще с красным БЮТовским подметом, но шаркающей походкой Меркель в ее бесформенных брюках; без макияжа девочки с днепропетровских предместий, с обычным лицом женщины, а не кокетки и не кокотки. И заговорит не эротическим голосом Дорониной из советских фильмов, а заговорит здравым усталым тенором Ангелы Меркель, о том, что нужно, наконец, сделать в стране. И если это произойдет, то мы поймем, что произошла реинкарнация Тимошенко. И с этим человечком можно спорить, нужно оппонировать, но можно и договариваться. А с бесноватой Перон мы не договоримся. Экспрессия Tue, 6 Apr 2010 13:39:47 GMT http://www.vydrin.com/chat/217481/ На прямой линии «ВВС» побывал известный политолог Дмитрий Выдрин, который ответил на звонки читателей газеты.   Елена Александровна, главный бухгалтер, Днепропетровск: — Дмитрий Игнатьевич, в Москве начинается битва за газ. Наша правительственная делегация во главе с министром ТЭК Юрием Бойко намерена добиться снижения цены на голубое топливо. Даже цифра уже озвучена — $200 за тысячу кубометров (сейчас Украина платит $305. — Ред.). Насколько это реально, и что может заставить Россию пойти на такие уступки? — Представим такую ситуацию: мы предлагаем канцлеру ФРГ Ангеле Меркель продавать «мерседесы» для Украины не по рыночной цене в $100 тысяч, а за 50тысяч. Понятное дело, что такое предложение не может быть принято. Поэтому прогноз неутешительный — Россия вряд ли опустит ценовую планку. Она везде декларирует, что газ будет отпускаться по рыночной цене. С какой стати для Украины сделать исключение? Заявление депутата Константина Затулина о том, что Россия пойдет на уступки в ценовом вопросе на газ, если будет продлено пребывание Черноморского флота в Севастополе ( флот должен уйти в 2017 году. — Ред.) не более чем заявление. Тем более что у РФ есть еще солидный маневр во времени по этой проблеме. Светлана Васильевна, Киев: — На днях Кабмин устроил мэру Киева публичную порку. Значит ли это, что скоро будут досрочные выборы киевской власти? — Перестановки в системе киевской городской власти будут однозначно. У Черновецкого одних заместителей 16 человек, больше, чем у любого градоначальника мира! В Верховной Раде зарегистрирован законопроект, который предполагает провести выборы в местные советы по мажоритарной (одномандатной) системе уже 7 ноября. На это же время, согласно законопроекту, намечены выборы мэра столицы. Нынешнее положение дел в Киеве так достало всех киевлян, что Черновецкому уже не помогут раздача гречки и продовольственных пайков. Юрий, Киев: — Дмитрий Игнатьевич, доживем ли мы при Януковиче до судебной реформы в интересах народа, а не коррумпированных судей? — Во-первых, надо все-таки сказать, что далеко не все судьи у нас коррумпированы. Однако, по моему мнению, проблема незаконных, неправосудных решений судей очень тесно связана с бесконечными попытками политиков поставить суды под свой контроль. Я вышел из БЮТ, потому что отказался в парламенте блокировать трибуну, ломать микрофоны и устраивать драки. А теперь представьте, о какой чести и профессионализме судьи может идти речь, если его так называемые «народные избранники» силой не пускают на работу, или, наоборот, запирают в кабинете и не дают выйти в туалет? Новой власти, прежде чем проводить какую-то судебную реформу, нужно добиться главного — в корне пресечь наглые попытки политиков давить на судей, наказывать за это по всей строгости, вплоть до лишения депутатских мандатов и заведения на «давителей» уголовных дел! Чтобы судья был справедливым, он прежде всего должен стать действительно независимым! Марина, будущий кинооператор, Киев: — Дмитрий Игнатьевич, меня интересует политика новой власти в гуманитарной сфере. В 2006 году, кстати, правительством того же Азарова было введено драконовское налогообложение украинских издательств. В результате отрасль буквально «легла». Как ее можно восстановить? И второй вопрос — меня, как будущего кинооператора, не может не радовать Закон о снятии налообложения с кинематографа. Скажите, спасет ли он наше кино? — Думаю, нет. Чтобы поднять национальный кинематограф, потребуются огромные вливания. Но вы знаете, с чего началась популярность Греции как курортной страны? С фильма «Греческая смоковница»! Мне кажется, нам тоже нужно снять парочку завлекательных фильмов, где показать красоту украинских девушек, прекрасные пейзажи... — Но ведь не секрет, что к нам сейчас и так едут в основном ради прекрасных девушек, потому что они самые дешевые в мире! — И все-таки уверен, что возрождение украинского кино надо начинать с таких рекламных фильмов, чтобы привлечь деньги в отрасль. А вот с книгоизданием ситуация гораздо хуже. Для меня это очень печально, поскольку сам пишу книги и хотел бы издаваться на родине. На днях я был на одной акции, куда пригласили Михаила Жванецкого, и мы с Эдуардом Прутником спросили, почему он живет не в Одессе, а в Москве. Он ответил: причина в том, что в Украине ему негде издаваться, как и невозможно снимать кино по его сценариям. Поднять книгоиздание не сможет даже объявление налоговых каникул. В отрасль нужно влить колоссальные деньги, исчисляемые миллиардами, и не гривен! И здесь уже все зависит от тех, кто обладает такими состояниями. — Есть ли в новом правительстве люди, готовые пожертвовать собственные деньги не на свои прихоти, а на развитие книгоиздания? — Поживем — увидим. Мне кажется, гуманитарный вице-премьер Семиноженко достаточно адекватный и профессиональный человек, чтобы поработать в этом направлении, то есть убедить богатых давать деньги на кино. Сергей, Вишневое: — Поскольку Генпрокуратура начала проверку результатов деятельности бывшего Кабмина, насколько велика вероятность привлечения к уголовной ответственности Юлии Тимошенко? — Думаю, такая вероятность невелика. Поскольку Тимошенко сейчас в оппозиции, то любые репрессивные меры в отношении нее с ее стороны будут преподноситься как политическая расправа. И это лишь будет повышать ее рейтинг, что Партии регионов совсем не нужно. Тимошенко с ее качествами может принести большую пользу для страны в оппозиции, чем во власти. — Как вы считаете, станет ли русский язык вторым государственным, как обещала перед выборами Партия регионов? — Это долгий путь, и для начала необходимо имплементировать в нашей стране Европейскую хартию региональных языков и языков национальных меньшинств. Это обязательное условие вступления в Евросоюз, поэтому Украина обязана будет ее придерживаться. Соответственно каждый регион сможет самостоятельно определять меру использования того или иного языка на своей территории, и Партия регионов уже послала регионам четкий сигнал на этот счет. Василий, Донецк: — Не следовало ли Партии регионов пойти на досрочные выборы в Верховную Раду? Тогда ведь она смогла бы, может, набрать больше голосов, и вопрос о придании русскому языку статуса второго государственного решился бы более легко. — Регионалы сделали ошибку, не согласившись на досрочные выборы в парламент и в местные органы власти в мае, поскольку могли закрепить свой успех на выборах президента. Представленные сейчас в Верховной Раде политические силы не в полной мере отражают ситуацию в стране. Парламент не адекватен нынешнему времени и запросам общества. На досрочных выборах Партия регионов могла бы превысить показатель в 40%. Николай Иванович, военный пенсионер, Луцк: — Дмитрий Игнатьевич, в одном из ваших интервью известной московской газете, комментируя перенос выборов в местные советы на «неопределенный срок», вы намекнули, что в ряде регионов они могут вылиться чуть ли не в массовые беспорядки. Насколько это серьезно? — Ну, к беспорядкам во время волеизъявления нам, согласитесь, не привыкать. Вспомните памятные многим выборные баталии в Ужгороде, Мукачеве, Днепропетровске, да и в том же Киеве. И, говоря о предстоящих местных выборах, скажу, что меня вовсе не удивила статистика продажи некоторых товаров в спортивных магазинах. Так, например, за последние несколько месяцев в Украине было продано: одна бейсбольная рукавичка, четыре мяча и десять тысяч бейсбольных бит. А в Европе есть такое поверье: если в продажу пошли бейсбольные биты — грядут перевыборы местной власти. Вот и выходит, что если раньше украинцы покупали лопаты, то сегодня — биты. Так что, видимо, мы уже готовы к смене местной власти. А «неопределенный срок», на мой взгляд, означает — «в этом году». Не позднее… Ирина ОНИЩЕНКО ВВС (вести, версии, события) Оnline-чат Mon, 29 Mar 2010 15:19:09 GMT http://www.vydrin.com/express/217477/ Замсекретаря СНБО рассказал «i» об изменении модальности внешней политики Украины и о том, как это отразится на внутренней политике   Какой вам видится внешняя политика нашего государства при президенте Викторе Януковиче? Ожидаете ли вы кардинальных изменений в этой сфере? В нескольких словах внешняя политика президента Януковича будет выглядеть так: а) прагматичная до утилитарности; б) монетарная до прагматичности; в) многовекторная до стохастичности (стохастичность — случайность, непредсказуемость, один из вариантов объективной связи объектов, определяемый внешними для данных объектов причинами и характеризующий внешние неустойчивые нормы развития.— «i»).   После президентских выборов в Украине пока наблюдается улучшение отношений с Кремлем. Вместе с тем ряд экспертов полагают, что за позитивной риторикой скрываются разногласия по принципиальным вопросам, в частности, по цене на газ и проч. Каков ваш прогноз развития отношений с Россией? Во-первых, цена на газ в ближайшее время, видимо, будет выведена за скобки политических отношений между Украиной и Россией. Москва усиленно лоббирует создание международной газовой биржи, на которой цена на газ будет определяться исключительно конъюнктурой рынка, как например определяется мировая цена на нефть на плацу мировых нефтяных бирж. Соответственно, Украина будет покупать газ по актуальной рыночной цене: по той же модели, по которой украинцы покупают «мерседесы» из Германии. Что касается динамики отношений между Украиной и Россией, то она будет определяться, прежде всего, тремя факторами: отношением к России украинского общественного мнения, отношением к России экспертно-журналистского сообщества, отношением к России ведущих украинских олигархов. Можно предположить, что общественное мнение будет все более позитивно относиться к России. Экспертно-журналистское сообщество, скорее всего, сохранит в основном негативное отношение к сближению с Россией. Поэтому очень многое будет зависеть от того, какую позицию займут олигархи (они же — владельцы основных украинских медиа). Если «украинские капитаны бизнеса» увидят в сближении с Россией реальный экономический интерес при минимальных рисках, то последует стремительное сближение двух стран. Включая совместные организационные формы: ЕЭП, таможенный союз, военно-техническое сотрудничество, единое культурно-гуманитарное пространство и т.д. и т.п. Если же украинские олигархи почувствуют угрозу для своих интересов от этого сближения, то Украина будет продолжать дистанцироваться от России и переориентировать свои интересы на Запад.   Как вы оцениваете назначение Константина Грищенко на пост министра иностранных дел? Была ли необходимость в замене на этом посту Петра Порошенко, который, по отзывам профессиональных дипломатов, достаточно неплохо справлялся со своими обязанностями? Возобладала исключительно политическая целесообразность, вызванная необходимостью поддержать «своего». Речь о своеобразном расчете за преданность и политическую благонадежность. Что касается персональных характеристик, то господин Грищенко, безусловно, квалифицированный дипломат. Вместе с тем господин Порошенко как минимум не уступал ему по внешнеполитической подготовке и явно превосходил в понимании внешнеэкономических трендов. Однако Порошенко — «чужой» для правящей ныне команды, что особенно ярко проявилось в явной симпатии его «5 канала» к Юлии Тимошенко в ходе прошедших выборов. Такого в нашей политике, как правило, не прощают. И нужно время, чтобы этот неприятный осадок забылся…   В контексте личной конкуренции между Владимиром Путиным и Дмитрием Медведевым — какой будет специфика отношений президентов Виктора Януковича и Дмитрия Медведева и премьеров — Николая Азарова и Владимира Путина? Тем более что еще совсем недавно российский премьер-министр не скрывал свои весьма теплые отношения с украинской коллегой Юлией Тимошенко. Конкуренция между Путиным и Медведевым — это миф. А якобы теплые отношения Путина с Тимошенко — всего лишь «агентурная игра». Поэтому во взаимоотношениях главы правительства России с нынешним украинским премьером особых проблем не предвидится. Николай Азаров будет встречаться и с Путиным, и с Медведевым, а Янукович — общаться и с Медведевым, и с Путиным.   Сейчас многие политики и эксперты опасаются, что в обмен на экономические уступки со стороны России (в частности, снижение цены на газ) Украина может пожертвовать своими стратегическими интересами. Каков ваш прогноз по этому поводу? Повторю, рассчитывать на нерыночную цену за российский газ в долгосрочной перспективе — иллюзорно. Надо надолго забыть о преференциях в этом плане с российской стороны. Тем более что Украине практически нечем за это жертвовать. Героиня российского писателя Виктора Пелевина говорит: «Мне от мужчин вообще ничего не нужно, кроме любви и денег». Россия в этом плане еще скромнее. Ей от Украины почти ничего не нужно — кроме денег.   Обновленный договор о сокращении стратегических наступательных вооружений между Россией и США Виктор Янукович предлагал подписать в Киеве, и россияне — по крайней мере публично — поддержали это предложение. Однако впоследствии стало известно, что документ подпишут в Праге, якобы ввиду неготовности Белого дома к настолько комплиментарным в отношении новой украинской власти шагам. Что ситуация с переносом места подписания договора может значить для Киева?   Для нашей страны это означает одно — надо срочно ремонтировать дороги. По кулуарным международным слухам, именно отвратительная киевская инфраструктура повлияла на то, что саммит будет проходить в Праге, где дороги приспособлены для дипломатических лимузинов и президентских кортежей.   Каково ваше отношение к идее внеблокового статуса Украины в условиях происходящих на наших глазах геополитических изменений? Есть ли в этом контексте необходимость дополнительно прописывать новые гарантии безопасности для Украины? Мое отношение к внеблоковому статусу Украины такое же, как и у многих европейских политиков. В приватных беседах они говорят: «Этот статус позволит вам несколько лет быть защищенными от чрезмерного внимания как с Востока, так и с Запада. Поэтому он для вас исключительно важен именно сейчас, а дальше, когда мир поменяется, — ситуация покажет». Что касается новых гарантий, то они, как деньги, — гарантий никогда не бывает слишком много.   Удастся ли Виктору Януковичу в рамках его запланированного на май визита в США возобновить деятельность украинско-американской межгосударственной комиссии в новом формате — под председательством президентов двух стран. Именно такой формат сотрудничества на высшем уровне между США и Украиной существовал во времена президентства Леонида Кучмы. Правда, партнером в комиссии с американской стороны был не тогдашний глава Белого дома Билл Клинтон, а вице-президент Соединенных Штатов Альберт Гор… Думаю, формат сотрудничества на высоком уровне будет возобновлен. В США любят крупных и сильных мужчин и доверяют им больше, чем мелким и истеричным женщинам. Так что основа для переговоров неплохая.   Можно ли расценивать принятую в день инаугурации президента Януковича резолюцию Европарламента по отношению к нашей стране, где содержится пункт о возможности Киева запросить членство в Евросоюзе, как желание Брюсселя не допустить сближения Украины с Россией? И насколько серьезно стоит воспринимать этот документ? Любой документ с подписями есть смысл воспринимать серьезно. Тем более — если он дает возможность достаточно легко обеспечить безвизовый въезд наших граждан в страны ЕС. Что касается «коварства Брюсселя», то это в какой-то степени иллюзия. Напротив: старая Европа заинтересована в нормальных отношениях Украины с Россией. И не исключено, что ту же отмену виз Брюссель может предоставить одновременно и для России, и для Украины. Именно так в свое время, кстати, это пытался сделать Израиль.   Как изменения на внешнеполитическом направлении скажутся на внутренней политике страны? Внутренняя и внешняя политика у нас неразрывно связаны. И прежде всего — психотипом персон, которые участвуют в первой и во второй. Сейчас в обоих этих направлениях доминирует монетаристский тип сознания. Впрочем, мы возвращаемся к ответу на первый вопрос нашей беседы.   Планируете ли вы продолжить работать в Совете нацбезопасности и обороны? Поступали ли вам кадровые предложения от нового руководства страны? Предложения поступали, но пока я работаю на старом месте. В последнее время, как правило, я ничего не планирую, поскольку в нашей стране это пока бессмысленно и невозможно. Экспрессия Sat, 27 Mar 2010 18:15:51 GMT http://www.vydrin.com/express/217208/ -Які справи Віктора Ющенка продовжуватиме Віктор Янукович?   - У "регіоналів" бізнес і матеріальні інтереси поки що є головними. Може, згодом вони навчаться бути політиками. Тому перше, що вони зроблять - "монетаризують" державну свідомість. Насичуватимуть її термінологією, інтересами, схемами бізнесу. Коли господар приймає комору в іншого, то в першу чергу дивиться на полиці: що протухлого, цінного, що можна продати чи обміняти. Тому перші кроки Януковича - це спроба амортизації всього. Починаючи із Секретаріату президента й закінчуючи країною. Адже Тимошенко вже рік, як засекретила статистику.   Янукович відзначатиме роковини Голодомору?   - Думаю, він і не підтримуватиме, і не скасовуватиме цього. Один із принципів монетаризації свідомості - економія. Не робити рухів, які не приносять тобі безпосереднього прибутку, а лише зайві турботи й розмови. Скоріше за все, вони вдаватимуть, що зроблене Ющенком їм не особливо цікаве. Зосередяться на принципово нових проблемах. Вони не витрачатимуть енергію на денонсацію якихось указів, втягнення в складні ідеологічні суперечки. Тому прихильники Ющенка можуть бути спокійні: їхні цінності ніхто не чіпатиме, хоча й не стане їх підтримувати й розвивати. Ніхто не руйнуватиме музей Голодомору, але й виділяти гроші на його добудову теж не буде.   Як би ви охарактеризували Януковича?   - Якщо Тимошенко є типовим посередником у всьому - бізнесі, політиці, думаю, навіть в особистих стосунках, - то Янукович страшенно любить отримувати ренту, витрачаючи мінімум зусиль. По духу він - рантьє.   В Іспанії в XVI столітті Ющенко став би Дон Кіхотом, Тимошенко - вітряком, а Янукович був би латифундистом, на полях якого Ющенко боровся б із вітряком-Тимошенко. Та ще й намагався б отримувати зиск за те, що ці бої відбуваються на його землях. Його принцип - не заважати тому, що працює, але отримувати з цього прибуток. Тобто, якщо воно стоїть під моїм дахом, то за це треба платити. Тому він не руйнуватиме нічого, але стежитиме, щоб усе це приносило йому дохід. З іншого боку, Янукович - сибарит. Дуже любить красиве життя. Мені подобається така думка: людина в дитинстві не мала велосипеда, а дорослою купила собі Bentley, однак відчуття того, що у дитинстві велосипеда не було, залишається. У мене - сто ножів у колекції. А коли був маленьким, не мав жодного. І от я їх збираю і сподіваюся, що, може, 101-й екземпляр  поверне мені дитинство. Але воно не повертається, адже тоді я все одно не мав ножика. Янукович іще не зрозумів цієї простої істини.          За дитячих літ у нього не було басейнів, гольфових полів, мисливських угідь і велосипеда. Він думає, що коли матиме багато землі та палаців, то дитинство якось зміниться. Така ілюзія, що можна змінити минуле, створюючи комфорт у теперішньому. Тому він оточує себе надмірною розкішшю, надзвичайно дорогими речами. Це, з одного боку, погано, бо справжній політик повинен трохи бути аскетом. Але це й добре, бо не дасть Януковичу можливості встановити диктатуру, якщо випаде нагода. Сибарити на таке не здатні, це роблять аскети. Останні - і хороші політики, і хороші диктатори. Мене запитали якось: "Чи закручуватиме Янукович гайки?" Навряд чи. Бо якщо йому дати гайкового ключа та ключку для гольфа, він вибере ключку.   У часи помаранчевої революції бізнесмени розповідали про те, як донецькі під час першого прем'єрства Януковича забирали підприємства. Чи може таке повторитися?   - Я сам бізнесмен. Бізнесмен-політолог. Мене ще називають барин-політолог. Я то відкриваю якесь приватне підприємство, то закриваю. Так от, коли приходять донецькі, я розпочинаю діяльність, а коли приходить Юлія Володимирівна - я її зупиняю.   Не знаю жодного випадку, коли донецькі забрали в когось бізнес. Усі про це говорять, а я питаю: "У вас забрали?" Відповідають: "Ні, але сусід казав". Кажу: "Приведіть сусіда, щоб я міг до суду подати - маю серед знайомих хороших юристів. Іще заробимо на цьому, відсудивши в донецьких те, що вони присвоїли". Але ще жодного разу не привели до мене людину, яка сказала б: "У мене забирають бізнес, допоможіть, і ми з вами потім поділимо прибуток". Це один із міфів, який суперечить характеру донецьких. Янукович - великий рантьє, а вони всі - маленькі. Вони хочуть мати частку в якійсь уже прибутковій справі. Але вони знають, що не можна забирати бізнес, якого ти не розумієш. Інакше за два місяці збанкрутуєш.   А загалом в економіці команда донецьких має намір щось реформувати чи просто розставлятиме своїх людей на фінансові потоки?   - Вони постараються все оптимізувати, але не модернізувати. Донецькі за натурою - консерватори, а не реформатори. Вони не люблять занадто великих ризиків. Я знаю всіх донецьких, так само як і львівських. Маю друзів у зовсім різних таборах. Один із них - винахідник із 30-річним стажем. Він розробив таку штуку, яка дозволяє підвищити на 30 відсотків ефективність металургійних заводів. Я домовився з одним із лідерів "регіоналів", і він пустив цього чоловіка на заводи перевірити ККД винаходу. Він виявився низьким. Винахідник запропонував його підняти. Але власник відмовився. Бо треба зупиняти підприємство, модернізувати. Хоча за півроку завод даватиме вдвічі більше. Але в них така психологія: краще зараз малий прибуток, аніж за якийсь час - великий. Вони живуть на місяць-два вперед, але не на рік-два. Вони не хочуть зупиняти те, що й так працює. І змінити їх неможливо.   Як у міжнародній політиці діятиме Янукович?   - Намагатиметься вставити свої п'ять копійок у всі міжнародні проекти, які приносять зиск. Його дратує проект, із якого йому не капають гроші. Скажімо, чому він заговорив про "Північний потік"? Це ж чужий план - російсько-німецький. Бо гроші не течуть! І от Янукович пропонує: "Ми будемо вам труби постачати". А вони одразу зачесали ріпу, адже контракти вже підписано.   А як із Чорноморським флотом?   - Зробить такий самий хитрий хід. Запропонує росіянам: "Зробімо на вашій основі міжнародну базу. Братимемо гроші з румунів, болгар, допоможемо Молдові стати великою морською державою". І всі учасники платитимуть більше.   Янукович зможе стати президентом всієї України?   - Кожен президент хоче стати президентом усієї країни, а не окремого регіону. Усі так робили. Кравчук став президентом Східної України. А йшов із посади президентом Західної, програвши Кучмі, кандидату від Сходу. Кучма йшов на другий термін радше як президент Західної України, бо на Східній його ненавиділи більше.          Янукович повторить шлях Кучми і Кравчука. Він уміє вчитися й на своїх помилках, і на чужих. Заграватиме із Західною Україною. Але це радше буде загравання економічного характеру, а не ідеологічного. Янукович може говорити про прибутки, рентабельність, фінансові потоки, соціальні витрати. Але він розуміє, що йому недоступна мова культури, ідеології. Тому спілкуватиметься як бізнесмен, а не політик.   Своїм виборцям він обіцяв розвивати відносини з Росією, російську мову зробити другою державною.   - У нього зараз досить хороші радники, які підказали йому інші моделі. Про мову він говоритиме цілком несподівані речі. Наприклад: " Хочу, щоб Україна вступила до Євросоюзу. Але нас туди не пускають через низку причин. У нас низькі стандарти, я їх підвищу. У нас утричі нижча продуктивність праці, я її збільшу. У нас не виконують пункти Хартії регіональних мов. За Копенгаґенською угодою ми не можемо увійти до ЄС, не втіливши її в життя. Тому я вас прошу - не заважайте мені вести Україну в Європу. А якщо реалізуємо Хартію, то всі питання відпадуть - кожен регіон зможе сам регулювати міру використання мов у документообігу, судах, освіті, побутовій сфері". Російську можна відстоювати через дружбу з Москвою, що не підтримує захід країни, а можна - через євроінтеграцію, проти чого там не заперечуватимуть.   Як діятимуть донецькі в гуманітарній сфері? Знову прийде команда на чолі з Дмитром Табачником?   - Табачник - ні. Виникло величезне напруження між ним і деякими корінними членами команди. Тому найімовірніше панівний вплив матиме Ганна Герман.   А з Києвом Янукович заграватиме?   - Коли він став перший раз прем'єром, ми не були знайомі. 31 грудня 2003-го Янукович подзвонив мені та запропонував відсвяткувати Новий рік. Сказав, що пришле по мене водія й начальника своєї охорони - полковника. Дзвонить мені цей полковник і каже: "Де вас забрати?" Я кажу: "На вулиці Шота Руставелі". - "А де ця вулиця?" - "Біля Палацу спорту". - "А цей палац де?" - "Біля Бессарабки". - "А що таке Бессарабка?" Після цього ми зустрілися, поговорили, і Янукович запитує: "Як ви гадаєте, я маю  шанс стати президентом?" Я кажу, що ні. Він: "Як, чому?" Відповідаю, що ви Києва не знаєте, про це можна судити по охороні. А він: "Так можна взяти карту Києва і вивчити". Я пояснив йому, що Київ - це культурна топографія: місця, де читав свої вірші Волошин, створював "Білу гвардію" Булгаков, Бердяєв писав свої головні філософські твори, де Столипіна вбили й поховали. От, кажу йому, поки ви не увійдете в ауру Києва, у вас нема шансів стати президентом. Але, до речі, і Тимошенко їх не має, бо вона не знає Києва. Вона живе в місті 10 років і жодного разу не гуляла ним. Бо вона або за кимось женеться в броньованому "мерседесі", або від когось у ньому втікає. Їй бракує часу пройтися вулицями Києва. Тож я й кажу: "Поки ви не почнете гуляти містом, навіть з охороною, у вас нічого не вийде".   Янукович послухався поради?   - Не знаю. Зараз він краще знає Київ. Але той, хто не гуляє столицею, ніколи не стане президентом. Наприклад, Кучма, коли був у опозиції, разом зі мною тікав від "наружки" дворами. Він жив біля кінотеатру "Україна", і ми із чорного ходу заходили до нього в квартиру. А потім у стоптаних капцях, бо дружина була сувора - змушувала перевзуватися, пили горілку. Так що Кучма навіть дворами по Києву бігав. Може, тому він і затримався на два строки, що знав не лише київські вулиці, але й двори.   Ющенко зробив ставку на відновлення національної пам'яті українців. Із чим Янукович захоче залишитися в історії?   - Йому подобається все гламурне й розкішне. У картах він "бубна" за характером. Головна розшифровка Януковича - багатство. Він хотів би залишити країну жирною, заможною. Тоді йому можна було б розслабитися на подушках із атласу у своїй шикарній резиденції і сказати: "Блін, а все-таки я цю країну з лайна витягнув!" Экспрессия Tue, 16 Mar 2010 16:31:36 GMT http://www.vydrin.com/express/217200/ Известный политолог Дмитрий Выдрин рассказал нам о переформатировании украинского политикума и о следствиях изменения политического стиля страны, вызванным вступлением в должность Президента Украины Виктора Януковича - Дмитрий Игнатьевич, совершенно явственно в Украине ощущается смена даже не президента, а неких стилей или эпох. Несет ли это нам, подобно весне, какие-то приятные перемены?   - Вы совершенно правы относительно смены именно формата. А хорошо это или плохо – читателям «МК в Украине» подскажет логика нашей беседы. В чем же состоит смена формата? Видимо, пока не все понимают, что 7 февраля сошлись не на жизнь, а на смерть (политическую) не Тимошенко и Янукович, а два разных стиля украинской политики. Наша политика благодаря «свободам слова» в последние годы очень метафизировалась, стала вся такая аллегоричная, поэтичная, гламурная, поэтому для себя я назвал (условно) два сражающихся формата – «Дом-2» и «Фабрика». С одной стороны баррикад политика была как виртуальный дом голливудских грез и театральных образов, с другой стороны – политика реальных – «фабричных», то есть сугубо прагматичных решений, конкретных дел и реальных цифр. Сражались гламурная виртуальность и сермяжная реальность. Сражались сцена и закулисный машинный зал. Меня много раз спрашивали, в каком образе мне представляются прошедшие выборы. И я отвечал прямо: в образе сельского клуба в бывшем колхозе-миллионере. Когда-то такие колхозы строили у себя очень помпезные клубы а-ля Большой театр сельского разлива. Когда колхозы умерли эти громадные здания оказались предоставленными сами себе. И вот в таком заброшенном клубе сражаются две «группировки». Одну возглавляет примадонна самодеятельного театра, которая обещает публике, если директором клуба выберут ее, что снова появится новый и яркий репертуар – она сыграет и Офелию, и Джульетту, и леди Макбет Мценского уезда, и чеховскую Чайку, в конце концов. А вторую «группировку» возглавляет киномеханик клуба, который обещает при своем директорстве включить  отопление, горячую воду, отремонтировать туалет, завезти продукты в буфет. И, как ни странно, в нашем случае победили доводы «механика». Странно, потому что в Украине в последнее время «зрелища» всегда побеждали «хлеб».   - А разве это удивительно? Стоило возникнуть угрозе «недоедания», как глянец тут же уступил место корму. Во время прошлых выборов  в нашей газете вы говорили о том, что «ошибкой» Кучмы и Януковича стало удовлетворение базовых потребностей в питании и экономической безопасности, потому что в таком случае народ начинает задумываться о своих духовных и социальных потребностях. Сегодня, видимо, общественное сознание скатилось вниз по пирамиде Маслоу, и людям стал ближе их желудок… - Действительно, людям сейчас не до развлечений. И надо сказать, что смена стилей в политике произошла очень быстро, как, впрочем, и ответная реакция. Например, почему при Тимошенко так долго искали Лозинского, а при Януковиче он сам «нашелся» и сразу? Потому что Лозинский понимал, что при Тимошенко он находится в стране-театре и никто не будет спускаться в зрительный зал, чтобы отловить безбилетника. А при Януковиче в политику вернулись люди, которые будут следить как за чистотой зала, так и за всеобщим «обилечиванием». Поэтому Лозинский понял, что в Украине закончилась власть «гламурных» телеэкранных «ментов» и возвращается власть «участковых» в кирзовых сапогах и с тяжелой резиновой дубиной. Таким образом, если он сам не приедет в прокуратуру, то первые показания с него снимут прямо на даче у депутата-приятеля, у которого он прятался. И снимут не публично, в ток-шоу, а совсем даже наоборот. И неизвестно, в чем ему тогда придется признаться, если первые показания будут не следователи Генпрокуратуры в ароматах «Фаренгейта» и костюмах от Бриони, а те же самые, пропахшие чесноком и озлобленные многолетней низкой зарплатой участковые. Надо сказать, что вот такое ощущение прихода реальности есть сейчас у всех.   - Как в фильме «Реальные кабаны»… - Да, поэтому поздравляю всех с возвращением в реальность, с окончанием проектов «Дом-2» и прочих легкоэротических виртуал-шоу. Сейчас будет реальная работа  в поле, реальные фабричные гудки и реальные участковые…      - Однако мне непонятно в этой цепочке вот что: кого сменил на посту Виктор Янукович – Юлию Тимошенко или Виктора Ющенко? Куда делся реальный экс-президент? - На самом деле на последнем этапе лидером «той элиты» был не Ющенко, а Тимошенко, а лидером «этой элиты» - Янукович. Поэтому и наблюдается именно такая «преемственность». Ведь произошла не только ротация персон, произошла ротация элит.   - Как вы считаете, почему притих лидер, как вы говорите, ушедшей элиты? Говорят, что «тихая Юля» еще опаснее, чем «громкая». - У меня каждый вторник на радио «Эра» есть вечерняя передача «Ронин». Последний ее гость – известный российский писатель Виктор Ерофеев, который исследует кризис женщин бальзаковского возраста…   - Это выражение стало общеупотребительным после появления романа «Тридцатилетняя женщина» французского писателя Оноре де Бальзака. Но при чем тут Юлия Владимировна? - Знаете, благодаря фитнес-центрам, пищевым добавкам, ботоксу, силикону и другим ноу-хау, этот возраст сегодня приблизился к 45 годам. Так вот, Ерофеев, видимо, из любви к женщинам изучивший эту проблему, считает, что женщина в определенном возрасте уже не может биологически сохранить интерес к себе, поэтому старается привлечь внимание и продлить молодость, став социально значимой. Таким образом, гонка женщины за властью, за популярностью, за деньгами и возникает как попытка сохранить свою привлекательность и значимость.   - Аналогично, как для мужчины власть и деньги – лучшее средство от импотенции духовной и физической? - В нашем с вами интервью «Политика и секс» мы уже говорили об этом. Так вот, главная проблема экс-премьера – это стремление сохранить свою привлекательность через политику. Она борется с таким отчаянием не за должность, а за свою женскую значимость. Это трагедия даже не чеховской Чайки, и не вызов Чайки по имени Джонатам Ливингстон (эту книгу я в свое время подарил Юлии Владимировне). Это трагедия той чайки, которую я видел в детстве у себя во дворе. Мальчишки побили ее камнями, и она стала строить гнездо, видимо, потеряв какие-то ориентиры, из материалов, не годящихся для этой цели. Она стала строить из обрывков метталической стружки, бумажного хлама и прочего мусора. Все это время Юлия Тимошенко, на мой взгляд, старалась сделать капитализацию своей личности с помощью неадекватного человеческого и административного материала. Люди, окружающие ее, не годятся для постройки уютного и прочного «гнезда». В их окружении быть зрелой и одновременно достойной, тем более, сохранять свежесть, привлекательность, видимо, невозможно – и это трагедия ча       йки нашего времени.   - Вы говорите, как доктор, поставивший диагноз. Возможно, вы знаете и то, что следует написать в рецепте для «лечения»? Продолжительность жизни, и именно активной жизни, увеличилась у всего человечества, поэтому желание женщин хорошо выглядеть, хорошо себя чувствовать и быть востребованными и в 40, и в 50, и далее, вполне естественно. - На мой взгляд, существует несколько «коридоров» возможностей для реализации этой цели. Для кого-то это действительно будут влатсь и деньги, но я бы на этом не зацикливался. А украинский истеблишмент весь на этом «помешался», не понимаю, что есть масса других «тоннелей реальности». Можно найти себя в тысяче других проектов, которые называются «семья», «путешествия», «искусство», «образование», я уже не говорю о филантропии. На самом же деле реальностей со скромными входами, но роскошными возможностями, очень много, то есть часто за скромными фасадами внутри скрывается очень комфортная, уютная и духовно богатая среда.   - Вы известный «юлевед», поэтому, видимо, можете спрогнозировать поведение лидера, теперь уже оппозиции? - У нее есть несколько вариантов поиска себя. То ли бороться до конца за просачивающуюся между ее цепкими пальцами нынешнюю власть, то ли консолидировать весь свой материальный и человеческий ресурс и вбросить его в местные выборы, как завоевание плацдарма для будущей власти. Но можно уйти и в более, как я уже сказал, комфортные, «тихие» и альтернативные проекты, хотя это вряд ли…   - Хочу вернуться к экс-президенту. Так оставил ли что-либо ценное Виктор Ющенко Януковичу в наследство или нет? - Я видел, как из Администрации Президента выносили много картин, но какие-то картины, видимо, остались. Но еще, я думаю, он оставил Януковичу дух некой вольницы, временами смахивающей на анархию. Виктор Ющенко дважды убил «госстрах» - как финансовую систему страхования, и как отношение народа к власти. Для меня, например, это хорошо. Для кого-то – плохо: упала дисциплина и прочее. Я уверен, что любая стратегия Виктора Януковича тем не менее должна учитывать, что люди в Украине не так боятся власти, нет к ней какого-то особого придыхания, как это случилось при Леониде Кучме.   - Не секрет, что «новый «Янукович вынужден был мужать под воздействием реализации ющенковских постулатов. Насколько, по вашему мнению, Виктор Федорович формата 2004 года отличается от формата 2010 года? - Я не являюсь «януковичеведом» и считаю, что еще не время писать об эпохе Януковича, как я писал об эпохе Кучмы или Ющенко. Посмотрим, какими окажутся его первые шаги. Однако, то что отличия есть – это точно. И первое отличие - потеря веры во всесильность административного ресурса. В 2004 году эта вера была абсолютной, однако сегодня Виктор Янукович понимает, что публичность может оказаться сильнее админресурса. Но, на мой взгяд, Виктору Януковичу еще предстоит избавиться от иллюзии всесильности денег. Если придет это понимание – у него есть шанс сделать прорыв в своем политической движении.   - Кстати, о деньгах. Оппоненты Виктора Федоровича пугают тем, что сейчас ему придется возвращать инвестиции его финансовых доноров, а для экономики страны это будет, мягко говоря, не совсем комфортно. Что вы думаете по этому поводу? - Я считаю, что бояться инвестиций в политике не стоит.  Все политики «раскручиваются» в основном на чужие деньги. Среди моих афоризмов есть такой: «Политика – это умение за чужие деньги обрести собственную власть». Здесь вопрос вот в чем – можно ли вернуть деньги властным ресурсам, при этом принести пользу обществу и не навредив собственной репутации? Посмотрим. Сейчас, повторяю, еще рано говорить о чем-то конкретном. Возвращаясь к теме «обновления» Януковича, скажу, что каждый политик является частью своей комьюнити. Янукович есть суть формации, которую называют «донецкие», впрочем, она утратила уже свою территориальную привязку. И главным стилем проявления этой формации является монетизация сознания. Когда-то в американских барах висело напоминание для слишком разговорчивых, но мало платежеспособных клиентов: «Если ты такой умный – покажи мне свои деньги». Так вот, когда с «донецкими» говоришь о каких-то высоких материях, в их глазах читается лукавинка, которая расшифровывается именно так. Но в американских барах этот лозунг сняли, потому что подсчитали, и выяснилось, что один умный и разговорчивый посетитель привлекает много других молчаливых, но исправно заказывающих еду и напитки. Поэтому и нашим «монетизированным» элитам придется пересмотреть свое отношение к продвинутым «артистам разговорного жанра».   - Тем не менее пока этого не произошло, видимо, новой действующей элите не нужен будет такой штат журналистов, пиарщиков, консультантов и прочего апгрейда демократии? - Я думаю, что как раз эта элита прошла уже школу подобных ошибок в 2004 году. Именно поэтому у них возник запрос на людей, не проникнутых консервативным корпоративным духом, а обладающих свежими взглядами со стороны. Поэтому, в частности, их командой приглашались и приглашаются элитные мировые эксперты. Мир так интересно устроен, носители специфических знаний будут всегда востребованы. Китайцев много, и они умеют строить бизнес, но они не умеют петь как итальянцы и играть в футбол, как бразильцы. Так что привлечь эксперта более знающего, но менее богатого – это совсем не зазорно.   - В том-то и дело, что Украину будут, по всей видимости, модернизировать иностранцы, а свои – сидеть на обочине. Например, система нашего образования, включая гуманитарный аспект, делает студентов не конкурентоспособными как в своей стране, так и в СНГ, У Виктора Андреевича «дошли руки» до реформирования истории, в итоге она сегодня подается  в таком виде, что наших школьников в мире могут разве что высмеять.  например, оказалось, что Украина воевала с Германией с… сентября 1939 года. - Проблема в том, что у Виктора Андреевича до многого дошли руки, но не дошли ноги. Ему нужно было не только указы подписывать, но еще и пройтись туда, где указы исполняются. Поговорить с родителями, с учениками, с учителями. Преемнику я бы хотел пожелать не только длинных рук, но и быстрых ног.   - Неутомимых ног, потому что невнимание к проблемам в гуманитарной сфере может быть чревато не только новым Майданом, но и многими другими малоприятными для Януковича и его команды сюрпризами. - Говоря о гуманитарной сфере, отмечу, что мир сегодня стоит на пороге революции в биологии и геронтологии. Не надо строить иллюзий, что богатые люди озабочены этой сферой для нас. Они делают это для себя – а мы можем этим воспользоваться. Сегодня от многих людей при больших капиталах , как в РФ, так и в Америке, я слышал о запросе на наномедицину, которая многократно продлевает активный возраст человека. Такой интерес вызван тем, что у богатых людей просто не хватает одной жизни на то, чтобы не только скопить капитал, но еще и насладиться им. И в этой связи громадные инвестиции в нанотехнологии в России носят именно такой утилитарный характер. Я думаю, что украинские олигархи займутся по этой же причине медициной, геронтологией и наукой. Я ожидаю в этих отралсях для нас большой всплеск активности и прогресса в самое ближайшее время.   - А второй государственный язык может появиться в ближайшее время? - Дело в том, что человек, как правило, занимается тем, что он умеет делать. Я считаю, что Виктор Федорович будет заниматься тем, в чем считает себя специалистом. Например, администрированием, материально-финансовыми потоками и т.д. Но специалистом в истории и филологиион себ не считает. Скорее всего эти темы будут кому-то делегированы. И поэтому не следует торопиться с предположениями и тем более с выводами. Посмотрим…   - А что будет с пресловутой экономической стабилизацией – удастся ли решить эту задачу? - Я думаю, что прежде всего Виктору Януковичу нужно будет избавиться лозунга о стабилизации. Насколько я осведомлен, новую коалицию планируют  назвать Коалицией стабилизации и реформ. Хотя, на мой взгляд, говорить в ситуации кризиса о стабилизации – это абсурд. Сейчас мы нуждаемся в модернизации. Нельзя стабилизировать агонию. Или модернизация – или уход из политики. По подсчетам ученых, наших угасающих ресурсов хватит на год-полтора, все уже проедено и изношено. Это касается и оборудования, и инфраструктуры, и человеческих ресурсов. Когда президент Узбекистана понял, что находится в аналогичной ситуации – он начал модернизировать систему среднего специального образования, то есть фактически бывшие ПТУ. Мы же сегодня строим стадионы и прочие объекты турецкими руками. Наши дороги строят венгры и постюгославы. Чем мы гордимся? Тем, что поднимаем экономику Турции? У нас практически перевелись люди, которые могут квалифицированно выполнять работу слесарей, фрезеровщиков, токарей и прочее.   - Мы обсудили долгосрочные перспективы, а у нас здесь на носу парламентский кризис… - Вы помните, какого числа был распущен предыдущий парламент? Первого апреля. А какого числа могут распустить этот парламент, если в нем не появится новая коалиция и новое правительство? Первого апреля.   - Первое апреля называют Днем дурака, а у нас будет День роспуска парламента? - Видимо, это уже такая традиция у нас появилась. (Смеется).   - Почему вы считаете, что новая коалиция не будет создана?- Как раз я считаю, что коалиция будет, но надолго ли? Можно снять премьера, можно назначить нового. Но нельзя создать стабильно работающее правительство на основании любого расклада политических сил в данном парламенте. Этот состав Верховной Рады избирался в докризисные времена. Он законсервировал воздух экономического роста и дух Майдана, однако в стране сейчас совсем иные времена. А люди и парламентский буфет все такие же благостные и докризисные. Поэтому я бы не строил иллюзий относительно того, что этот парламент готов работать в современных жестких, кризисных и посткризисных условиях.   - Но ведь регионалы ведут постоянные переговоры то с «Нашей Украиной», то с другими политическими силами. Зачем они это делают? - Вы знаете, есть правило брачных игр у ласок. И согласно этим правилам, ласка-самец, прежде чем спариться со своей будущей лаской-самкой, спаривается  сдругими ласками-самками. Это называется «предварительными ласками». Так вот все, что сейчас делают регионалы я называю предварительными ласками. А реальной их «супругой» будут уже боле адекватные партнеры в будущем парламенте.   - Вы, скорее всего, имеете в виду Тигипко, Яценюка, новых лидеров Блока левых сил? - Да, они нашли средства на свою успешную кампанию в период кризисной ограниченности ресурса – это уже кое-что. Другой момент не в пользу действующего парламента – это торги ПР и «Нашей Украины». Если создавать такую коалицию, то регионалы в этих торгах потеряют лицо победителя. Потому что победитель не должен унижаться перед побежденным. Он должен говорить: «Вот мои условия, не нравится – до свидания!». Вот разговор победителя. И пусть ПР не останавливает кликушество проигравших, что досрочные выборы станут их реваншем. Нет, потому что регионалы в любом случае наберут больше, чем у них есть сейчас.   - Но если выборы будут тогда, когда они должны быть по закону, не факт, что они наберу больше! Времена, как вы сами говорите, сейчас не самые благоприятные для социальных преференций и льгот. - Именно! В этом году они набирают много и весной, и осенью. Но только этого года. В следующем – уже действительно не факт.   - Можете назвать еще несколько имен посткризисных «звезд»? - Первый в ряду, конечно, Тигипко. «Новый» Тигипко смог западноевропейскими банковскими инструментами счистить с  себя наросший налет брутальности украинской политики. Это позволило ему быстро догнать нашу старую, обросшую балластом эскадру. Могу назвать и других восходящих, если не звезд, то звездочек. В Крыму – это Сергей Аксенов: его политическая сила дает настоящий креатив в стиле итальянского Сердиземноморья. В Киеве это Игорь Воронов и Дмитрий Андриевский, Евгений Черняк – в Запорожье, есть и другие. Такие люди сегодня очень нужны, потому что они могут быть модернизаторами. У нас же сейчас есть кто угодно, а реально действовать в духе модерна пока некому.   - Какова будет конфигурация нового парламента? - Думаю, об этом говорить рано. Ведь мы еще пока поживем при новой коалиции в старом парламенте и при соответствующем правительстве. В следующем же парламенте, я считаю, что большое объединение создадут не «голливудские», как я их называю, а «деловые». Около 240 голосов будет у регионалов и команды Тигипко. Но это, если, повторяю, они пойдут на выборы в нынешнем году. Тогда «голливудские», то есть БЮТ и «Наша Украина», вместе возьмут максимум 120-140 голосов, чего им не хватит даже для мелких проказ и шалостей.   - В этом случае время противостояния и хаоса, а значит, увлеченной работы журналистов и политтехнологов закончится? - Интересно еще будет, не волнуйтесь. Но это будет не та степень интереса, к которой мы привыкли. Я бы, кстати, советовал регионалам начинать сворачивать формат виртуальной политики уже сейчас. Например, объявив, что лидеры Партии регионов больше не будут ходить на ток-шоу, потому что они будут работать, а ходить они будут изредка и на аналитические программы, чтобы отчитаться о том, что уже сделано. Таким образом, на ток-шоу останутся нашеукраинцы и бютовцы, которые за месяц «догрызут» друг друга.   - «Нашей Украины» в следующем парламенте не будет? - Может, и будет, но только ее возглавит Яценюк. Эта партия стала уже некой черной меткой проигрышности.   - Литвин? - Я думаю, что в силу своей природной ловкости Владимир Михайлович может встроиться в другую политическую силу.   - Коммунисты? - Эта самостоятельная сила обречена геронтологически. Единственный способ продлить свое долголетие – это опять же модернизация в стиле европейского левого движения. Союз левых сил – самое мудрое решение. Но одного названия недостаточно., нужно менять и программу, и даже внешний вид. Кстати, в западных парламентах левые всегда сааме стильные. Серьги, экстравагантные прически, отнюдь не деловой дресс-код. Я думаю, у Василия Волги могло бы получиться…   - Серьги? - Модернизация левых сил.   - Однако есть коварный способ отсечь всех «левых» путем увеличения проходного барьера, например, до 7%. - Такие слухи ходят, но я думаю это маловероятно. И потом, это будет реальный удар по интересам и простых людей, которые не вмонтированы в мегаполитические блоки.   - А разве от простых людей сейчас что-то зависит? - Мы, простые люди, создаем общественное давление. Кстати, для меня симптомом досрочных парламентских выборов является общественное настроение.  Сегодня 90% людей их ожидают, хотя в 2006-м ожидало менее 50%, но досрочные выборы все же состоялись.   - Вы так говорите об общественном давлении, будто речь идет о некой большой или малой нужде – вроде бы и потерпеть можно, но не комфортно… - Парламент часто называют прямой кишкой демократии и, видимо, некие аналогии здесь вполне уместны…(Смеется)   -Еще один вопрос – об оптимальном сегодняшнем формате. Кто именно, на ваш вигляд, сей час является наиболее оптимальной фигурой на пост премьера? - Азаров. Потому что Николай Янович – единственный человек, который сегодня готов взять на себя максимальные риски при минимальной публичности.   - Но эта фигура не устроит многих олигархов, ведь Азарова называют единственным настоящим «красным» администратором Украины. - Николай Янович очень прямолинеен и стоек в своих убеждениях. Но это, на мой взгляд, характеризует его скорее положительно, чем отрицательно.   - Выборы в местные советы были отложены на «неопределенный срок». Что бы это значило? - Говоря о местных выборах, скажу, что меня приятно обрадовала статистика продажи некоторых товаров в спортивных магазинах. За последние несколько месяцев в Украине было продано: одна бейсбольная рукавичка, четыре мяча и десять тысяч бейсбольных бит. А в Европе есть аткое поверье: если в продажу пошли бейсбольные биты – грядут перевыборы местной власти. Раньше украинцы покупали лопаты, а сегодня – биты. Видимо, мы уже готовы к смене местной власти. А «неопределенный срок», на мой взгляд, означает – «в этом году». Не позднее…   Беседовала Наталья РЕВСКАЯ                             Экспрессия Wed, 10 Mar 2010 17:50:44 GMT http://www.vydrin.com/express/217187/ Забавно было наблюдать, как несколько недель главные украинские партийные игроки пытались найти какую-то общую комбинацию. Забавно, потому что главным комбинаторным признаком они почему-то называли идеологию (программу) своей партии. И именно совместимостью или несовместимостью этих идеологий они объясняли возможность или невозможность новой коалиции. Дело в том, что даже те украинские партии или блоки, которые себя называют идеологическими, таковыми абсолютно не являются. Когда-то мой ротный объяснял мне, заснувшему в карауле, что устав караульной службы написан кровью. Точнее, венозной кровью из пробитых сердец или даже серым веществом из проломленных голов. Но и настоящие идеологии настоящих партий тоже пишутся часто кровью, по крайней мере, из разбитых полицейскими дубинками носов забастовщиков и стачечников. Пишутся тоже серым веществом - раскаленных социальной несправедливостью - голов хотя бы частично некоррумпированных профсоюзных активистов, неистовых общественных деятелей, лидеров мнений и просто неравнодушных граждан. Ну, а кроме этого, конечно же, пишется историей, традициями, культурой и гражданской ответственностью. Идеологии же наших партий скорее не написаны, а высосаны - в лучшем случае, из пальца; взяты с потолка - в лучшем случае, с фальшивой гипсовой лепниной. Честно говоря, я сам как бы написал с десяток таких "программ", и всегда при этом вспоминал незабвенные слова О’Генри: "Бросить курить совсем просто. Я сам бросал раз десять". Поэтому когда я решил проанализировать возможность альянсов, пасьянсов, коалиций, позиций основных украинских политигроков, я взял за основу, конечно же, не их базовые идеологические парадигмы. Я взял за основу их доминантный психологический признак. Поэтому данная моя статья, как и предыдущая, посвященная Юлии Владимировне Тимошенко, это не политология, а чистой воды бытовая психология, правда, с картежным уклоном. А с картежным, потому что я много раз убеждался, что аналогом украинской политики являются не шахматы, с их стратегической логистикой, а банальные засаленные карты - с их тактическим блефом, мухлеванием, избитыми речевками и неизбежными "канделябрами по голове" в конце игры. Так получилось, что все основные украинские политики мыслят в логике "шпилевых", а не гроссмейстеров. И психология у них соответствующая. Поскольку я всегда исповедую принцип "леди’з ферст", зайдем с белосердечных, точнее с червей.   Черви   В классическом картежном пасьянсном дискурсе Черви означают Любовь. И это очень точно означает психологическую доминанту Блока Юлии Тимошенко и, соответственно, ее лидера. Весь инструментарий "червового блока" находится как раз на оси "любовь-ненависть". Любовь к вождице и, соответственно, ненависть ко всем ее оппонентам. Точнее, сусальную любовь и визгливую ненависть. Когда-то у меня спрашивали, является ли Блок Тимошенко авторитарным или тоталитарным? Я ответил, что он не является ни тем, ни другим. По сути, он является "маточным". Структура его отношений полностью повторяет матрицу пчелиного роя или (чтобы не беспокоить дух ушедшего президента) муравьиного семейства. Есть Матка-Королева - объект слепой и немыслимой любви всех рабочих и боевых пчел, или муравьев. И есть их такая же слепая и не рассуждающая ненависть к любому, кто представляет угрозу Матке-Королеве, тем, кто ставит под сомнение ее абсолютную доминантную роль, или даже к тем, кто ее просто не любит. В силу подобной психологической конструкции, с Блоком Червей невозможны никакие долгосрочные и конструктивные альянсы с теми, кто не присягает на абсолютную любовь и вечную верность Матке-Королеве. (Когда "нашеукраинцы" предлагали БЮТ сохранить, но переформатировать их коалицию под другого премьера-матку, со стороны БЮТовцев это выглядело примерно также дико, как если бы элитному пчелиному рою предложили их Маткой сделать навозную муху). Соответственно, заходить в Черви другой мастью совершенно нереально. Это вызовет только бешенство… короче, Королевы. Можно только перекраситься в ее масть. Но тогда какая же игра? То есть, и с королевой, и с рядовыми участниками червивого роя психологически нельзя ни договариваться на каких-то паллиативных условиях, ни, тем более, спорить - можно только вызывать у них ненависть. Из четырех известных типов витальной энергии, они принадлежат к тотемно-религиозному сознанию. И любое предложение о сотрудничестве на условиях чужого лидерства (тотема) будет воспринято примерно также, как если бы правоверному христианину предложили создать единую конфесию, но при условии, скажем, замены Христа на Конфуция. Обладая такой базовой психологической установкой, Черви главным инструментом расширения своего влияния используют вульгарность. В том смысле, в котором штатный поэт Червей Эсхил отделял вульгарную любовь от божественной. То есть вульгарность в их исполнении - это предельное упрощение и выхолащивание сознания человека, когда из него вымываются все посторонние нюансы, кроме любви и ненависти. И они действительно мастера "вульгаризации" массового сознания. Даже любопытно (хотя и страшновато) было бы посмотреть на страну этак через годик, если бы на выборах победила Юлия Владимировна. С одной стороны, страну сразу бы затопила бешеная волна пошлой любви к Королеве и ее атрибутам. Я даже визуально представляю офис президента, оформленный гипюровыми штандартами и украшенный светящимися сердечками. Вижу костюмы королевских фрейлин, ляжкастых кавалеров, губастых фельдъегерей и прочих фельд-мэнов - все в гламурных рюшечках, пурпурных подвязках и черноморских шельфах. Я мысленно шуршу новыми денежными купюрами, украшенные любимыми полемическими и фаллическими символами королевы - белочками, зайчиками, волками с обрезаными шкурками, саламандрами, тигрюлями и прочим скотным двором, вместо скучных нынешних банкнотных персонажей. Действительно забавно и действительно страшновато. Страшновато, потому что Украина часто в своей истории бывала провинциальной и трагической страной, но никогда не бывала пошлой. Как и мой родной Киев был иногда удручающе, иногда уютно мещанским городом, но никогда вульгарным. С другой стороны, я также явственно могу представить тот громадный черный вал ненависти к любому недругу, политическому противнику или просто оппонирующему слову, который затопил бы страну. Те пятиминутки ненависти, которые исходят от любого Червового на "свободах слова" к каждому, кто не разделяет его бесконечную любовь к Королеве Червей, показались бы просто ничтожной прелюдией к беспощадной ненависти победившей власти Червей к другим мастям, да и просто к любым здравомыслящим, а тем более к скептическим или ироничным людям. Сегодня Черви, сделав неверный ход на президентских выборах, утратили свою козырность. И, видимо, надолго. Есть ли у них шанс снова "зайти в козыри"? Может быть, есть. Но только при двух условиях. Первое - если они снизят накал своей беспощадной любви. И второе - если они понизят градус своей бессмысленной ненависти. Хотя вряд ли это возможно. (Кстати, когда я писал эти слова, почему-то вспомнилась надпись на памятнике моего любимого Оскара Уайльда: "Все мы черви в канаве, но кое-кто из нас смотрит на звезды". Хотя, наверное, это не в тему - ведь там речь идет о других червях, более продвинутых).   Бубны   Бубна на карточном языке означает богатство. Это, конечно, "регионы". Их эмоционально-психологический ряд, соответственно, помещается на плоскости "богатство-бедность". Так получилось, что когда-то у меня секретарем работала мисс Украина, кстати, урожденная славной Макеевки. И на мой недоуменный вопрос, зачем она выходит замуж за человека в три раза старше ее, на две головы ниже и на полтора объема шире, она с надрывом ответила: "Дмитрий Игнатьевич, как же Вы не понимаете. Мужчины не делятся на старых или молодых, низких или высоких, худых или толстых. Бывают только бедные мужчинки и богатые".   Вот примерно такая психология у многих Бубновых, даже из наиболее просвещенных. Они редко делят людей по идеологическим взглядам, уровню образованности, культурным вкусам, но всегда делят по уровню состояния. Как-то уже много лет назад я одному из бубновых, работавшему тогда ключевым вице-премьером, не удержавшись, сделал публичное замечание. По поводу того, что он с людьми, которые явно меньше его по финансовому "весу", здоровается за руку, не вставая с кресла, и через стол, вынуждая их изгибаться над широкой столешницей в дурацком холуйском поклоне. И только с людьми явно "весящими" больше, он здоровался вставая. И этот, кстати, неплохо образованный, но по-своему воспитанный человек недоуменно и совершенно искренне ответил: "А как же иначе?!". Он также был совершенно удивлен моим рассказом о том, что некогда всемогущий и чуть ли не тиран, по интерпретации демократов, генсек Андропов - уже будучи смертельно больным, с половиной искусственных органов - всегда вставал и выходил из-за стола, чтоб поздороваться с любым посетителем. Будь то журналист, помощник или даже подавальщик чая. Короче, вот это явное или неявное, осознанное или неосознанное преклонение перед капиталом - одна из их главных черт. Поэтому даже не стоит иронизировать над их инстинктивной любовью к сверхдорогим туфлям, гольфовым полям или персональным самолетам. Не стоит также возмущаться их неуклюжим сибаритством. Это просто продолжение и выражение их психологической сущности. Полная монетаризация сознания у Бубновых - это, конечно, их сильная сторона. Сегодня. Именно поэтому они, кстати говоря, победили на прошедших президентских выборах. Ведь на этих выборах сражались не просто Тимошенко и Янукович. Сражался вульгарно-пошлый тип сознания с монетарно-утилитарным. Победил последний, поскольку пока это в нашей молодой стране восходящий тренд: большинство наших людей в целом живут именно сугубо утилитарно-денежными интересами. И если выбирать между Маткой, которой надо поклоняться, но нельзя сосать, и Копилкой, из которой что-то может высыпаться - то, конечно же, выберут второе. Однако в монетаризации сознания кроется и главная слабость Бубновых. Во-первых, потому что невозможно создать и даже представить здоровое общество, где единственной, главной и всеобъемлющей ценностью являются деньги. Конечно, в структуре человеческих потребностей, если вспомнить классика Маслоу, материальные блага занимают самые высокие места. Но когда они первично удовлетворены, возникает общественный запрос на некие духовные вещи, которые нельзя ни купить за доллары, ни продать за евро. Правда, по этому поводу иронизировал когда-то Элвис Пресли, когда у него спросили: "Неужели для вас не существует вещей более дорогих, чем деньги?". На что он ответил: "Конечно, такие вещи есть. Но они стоят очень больших денег". Но это скорее шутка, чем констатация истинного положения дел. А истинное положение дел таково, что большинство самых богатых людей мира рано или поздно становились как раз противниками полной монетаризации общественного сознания. Поскольку понимали, что это путь в никуда. И в этом плане стоит, наверное, Бубновым чаще вспоминать не замечательного американского рок-н-рольщика-миллионера, а бывшего американского миллиардера и пирата, отдавшего в конце своей жизни все свои деньги на создание лучшего в мире Гарвардского университета. Поскольку уже тогда американские нувориши понимали, что великую страну создадут не банки, а университеты. Ну, а главная опасность Бубновых заключается в том, что те, кто слишком сильно любит богатство, обычно слишком презирают бедность. Это презрение, конечно, можно скрывать, камуфлировать законами о социальных стандартах, но рано или поздно оно прорывается наружу и тогда бедность начинает мстить за это, как может. Либо голосованиями, либо бунтами, либо другими социальными потрясениями. Поэтому, если Бубновые хотят играть в длинную, им надо научиться делать богатство не кичливым, вызывающим и унижающим, а достойным, спокойным и созидающим. И научиться делать бедность не постыдной и униженной, а преодолимой и равноправной. Что касается типа витальной энергии, то доминирующим у Бубновых является корпоративно-клановый. И это, в принципе, неплохо. Только при одном условии: если сама страна не рассматривается для своего клана другой конкурирующей корпорацией. Поэтому успех или неуспех нового президента из Бубновых будет во многом зависеть от того, сможет ли он отнестись ко всей стране, как к своей родной корпорации и как к своему родовому клану. Кроме того, у Бубновых есть еще одно слабое место. Насколько у них велик комплекс сверхполноценности, связанной с богатством, настолько же силен комплекс неполноценности, связанный с публичностью. Поэтому они никак не могут осознать, что, наконец, "попали в козыри". И выглядит со стороны смешно, когда они через дикие сверхусилия пытаются прикупать "шестерки" чужой масти, в то время, как их собственные "шестерки", став козырными, могут бить чужих - и вальтов, и дам, и королей. Им бы надо сейчас диктовать условия игры и не утрачивать инициативу, в надежде на химерный приз - временный, нестойкий и капризный прикуп.   Трефовые   Трефы на карточном языке означают Неприятность и Беспокойство. И это, безусловно, главный психологический ход нашеукраинцев.   Так уж получается, что обычно они источники почти всех неприятностей на политической арене. А уж то, что они постоянно объяты каким-то беспокойством - об этом даже и говорить не надо. Достаточно просто послушать их постоянное пронзительное кликушество на всех "свободах". И это закономерно, поскольку они являются носителями катастрофического типа сознания. Когда я встречаю кого-то из Трефовых, в глазах у него всегда бьется какое-то беспокойное неуемное пламя. Они всегда либо спешат на какие-то собрания, встречи, переговоры. Либо замыленно бегут с каких-то тайных встреч, на какие-то публичные переговоры. Когда-то их лидер, тогда еще президент Ющенко, сказал, что своих соратников - Трефовых - он подобрал на помойке. Сказано сильно и обидно, но в чем-то правдиво. Они действительно похожи на еще добротные, хотя и слегка поношенные вещи, которые выкинули: потому что они либо неудобны и некомфортны в носке, либо напоминают о каких-то жизненных ошибках и неудачах. В принципе, как политические партнеры, они незаменимы, если в вашей жизни все слишком спокойно, налажено и рутинно. Тогда достаточно взять в прикуп кого-то из Трефовых и жизнь сразу станет "веселее". У вас сразу появится куча поводов для беспокойства, а неприятности повалят, как из ящика Пандоры. Иначе говоря, Трефовые - это, своего рода, антиамулет. И суть его заключается в том, что Трефовые, как ни странно, имеют свои четкие и стойкие принципы. И это хорошо. Это даже замечательно. Но плохо, и даже отвратительно, то, что, как правило, эти принципы абсолютно не сообразуются ни с реальностью, ни с духом времени, ни, тем более, с актуальными потребностями страны. Тип их витальной энергии - национально-тэйповый. То, что национальный - это прекрасно. Разве что плохо то, что они совершенно не видят базовых тенденций развития современной дихотомии "национальное - глобальное". Их варианты решения этой дихотомии всегда архаичны, ущербны, эгоистичны и истеричны. Значительно хуже то, что их тип сознания еще и тэйповый. Любой политический блок, любая партия, любо комьюнити, которое создают Трефовые, тут же распадается на своего рода микрогруппы - тэйпы: со своими вождями, правилами, принципами и милицейскими свистками. Отсюда и возникает пресловутый когнитивный диссонанс: выступая в целом за национальное единство и унитарность, они на своем как бы элитном уровне в реальности всегда демонстрируют раздрай, разброд и взаимную антипатию. Короче, зашли с Трефы - жди неприятностей. И в национальном, и в глобальном, да и в персональном плане.   Пиковые   Пика, по всем карточным канонам, - это Надежда. А там, где надежда, всегда коммунисты. Поэтому Пика именно их "компас земной" и скромная награда за робкую электоральную смелость. Делать психологическую ставку на надежду - это почти всегда беспроигрышная ставка. Поскольку всегда в обществе есть люди, которые только надеждой и живут. Однако, и тут есть нюансы. Не страшно надежду перепутать с верой, или даже любовью. Но страшно ее перепутать с ностальгией. Поскольку надежда всегда должна быть обращена в будущее, а ностальгия всегда обращена в прошлое. Окрыляющая надежда всегда дышит позитивной энергией созидания. А унылая ностальгия источает энергию тлена и увядания. Мне представляется, что Пиковые не совсем понимают на сегодняшний день эти нюансы. Выражается это в том, что они так и не создали привлекательный и увлекательный образ светлого будущего, о котором с их помощью можно мечтать и при их поддержке можно надеяться. Используя в качестве витальной энергии ортодоксально-консервативное сознание, они слишком затасовали, засалили, заюзали образ светлого прошлого. У всех "мастей", в принципе, есть свои явные и подспудные образы-символы. У Червей - это вечно юная и непорочная Матка-Королева в белоснежных одеждах. У Бубновых - это гольфовые поля на месте бывших колхозных угодий. У Трефовых - это мавки с кобзарями в национальных одеждах, плетущие хороводы в ночь на Ивана-Купала. А что же у Пиковых? В принципе, у них мог таким символом стать какой-то рабочий паренек. С лепными скулами бывших плакатных комбайнеров. С литыми бицепсами шахтерских монументов. Со смышлеными глазами опытного хакера и продвинутого блоггера. С отмороженностью арабского погромщика парижских предместий с гражданским неравнодушием профессионального итальянского манифестанта. И с заново прочитанным "Капиталом" под мышкой. Но пока мы видим на бордах у Трефовых не этот собирательный образ, а вполне конкретный образ их короля. Который похож не столько на славного колхозного комбайнера или стахановского забойщика, сколько на сытого фермера, успевшего прихватизировать всю колхозную землицу. Или на холеного владельца шахты, урвавшего ее на первичной приватизации. И это вся ваша надежда? А ведь надежда становится реальной силой, когда она опирается на реальность! Когда-то, кажется к Сенеке, пришли под его роскошный дом бедные римляне и недоуменно спросили: "О, наш мудрый учитель, ты учишь нас жить скромно, даже по-пуритански, во всем себя ограничивать. А сам живешь в роскошных палаццо, окружив себя роскошью и юными гетерами. Так как же нам на самом деле жить и на что надеяться?". На что Сенека, стоя на мраморном балконе и обнимая за гибкую талию роскошную юную фемину, с достоинством ответил: "А вы живите так, как я учу, а не так как я живу". Мораль такова, что Пиковые лишь тогда смогут свою надежду сделать политической силой, когда научатся жить со своим народом по одинаковым стандартам - деля вместе с ним все тяготы бытия, а не химеры светлого будущего…   Пасьянс   И вот, я беру все эти масти в руки, кроме, естественно, Литвина, поскольку тот традиционно играет роль внемастевого "джокера". Беру в руки и пытаюсь в той или иной комбинации разложить пасьянс. Правда, в великой украинской карточной игре он почему-то традиционно и высокопарно называется "коалиция". Но как я ни раскладываю, у меня всегда получается: для одних - казенный дом, для других - дальняя дорога, для третьих - сердечная недостаточность, ну а в целом - пустые хлопоты. Кстати говоря, если пасьянс не получается, обычно меняют карточную колоду. В переводе с карточного языка на политологический - это называется досрочные парламентские выборы. Экспрессия Tue, 2 Mar 2010 10:36:36 GMT http://www.vydrin.com/express/217137/ Заместитель секретаря Совета национальной безопасности и обороны, политолог и известный "юлевед" Дмитрий Выдрин рассказывает о способах хранения яиц олигархами и пользе изучения наследия Паскаля. -Дмитрий Игнатьевич, события, связанные с попыткой рейдерского захвата полиграфического комбината "Украина", где печатаются избирательные бюллетени, заставляют задуматься над следующим вопросом: удастся ли предотвратить фальсификацию результатов выборов? — Насколько я знаю, на этом полиграфическом комбинате изготовляются не только бюллетени. Он выпускает широкий ассортимент продукции, в том числе и акцизные марки, которые тоже могли стать причиной спора. Избирательные бюллетени печатаются в абсолютно изолированном цехе, который охраняет подразделение Службы безопасности Украины. Думаю, можно с достаточно высокой степенью уверенности утверждать, что возможностей СБУ хватит для обеспечения невмешательства неких посторонних сил в процесс. По крайней мере, на территории одного отдельно взятого цеха. Существует и техническая, и технологическая, и административная возможность строго контролировать производство избирательных бюллетеней. Однако проблему надо рассматривать более широко. Еще есть, например, вопрос доставки бюллетеней на избирательные участки. Советом национальной безопасности и обороны было даже принято специальное решение относительно усиления контроля за ходом выборов на всех без исключения участках. Думаю, что за доставкой бюллетеней сегодня надо следить тщательнее, чем за транзитом наркотиков. Насколько я знаю, на это будут брошены все имеющиеся силы, поскольку на карту поставлена репутация страны. Или, если говорить точнее, остатки репутации.   -Скажите, а кто именно пытался допечатать бюллетени: БЮТ или Партия регионов? Дело в том, что кандидаты от этих сил обвиняют друг друга в происшедшем.   — Вы знаете, я не могу до окончания расследования говорить о том, кто организовал захват полиграфического комбината "Украина". Но как обычный гражданин вправе сказать следующее: кто начал захват, тот в нем и заинтересован. Есть же здравый смысл, который подсказывает — если кто-то пытается поменять руководство комбината между двумя турами, то у этого человека или института есть максимальный интерес. Поэтому ищите того, кто начал заваруху. Меня часто спрашивают, есть ли в событиях, которые происходят в последнее время, политическая составляющая. Отвечаю следующим образом: во всем, что происходит между двумя турами, есть политика. Начиная от мороза и неубранных улиц и заканчивая попыткой влияния на процесс печатания бюллетеней. Просто ищите тех, кто наиболее в этом заинтересован. На мой взгляд, больше заинтересована та сторона, которая проигрывает.   Как вы думаете, на чем будет базироваться стратегия Юлии Тимошенко между первым и вторым туром выборов?   — Поскольку я очень много писал и говорил о Юлии Владимировне, то появились основания причислять меня к "юлеведам", "юлефилам" и "юлефобам". Каждый по-своему оценивает мои высказывания. Насколько я знаю характер Тимошенко, она очень быстро теряет интерес к людям и инструментам, которые не доказали своей эффективности. Юлия Владимировна любит быстрые решения. Поэтому если кто-то ее разочаровал или же она увидела, что некий инструмент неэффективен, то мгновенно теряет к этому интерес. Например, наглядная агитация, борды, слоганы — для нее уже вчерашний день. Раз они не способствовали победе в первом туре, значит, этот инструмент агитации плохо работает. Мне даже показалось, что она утратила интерес к своей любимой игрушке — резиденции Виктора Януковича "Межигорье". По крайней мере, я уже дней десять ничего от нее не слышал по этому поводу. У меня просто шок. Играла-играла и вдруг бросила. Почему? Потому что данная тема в полной мере не сработала. Впрочем, у нее уже появились новые игрушки. Возможно, самой любимой из них станет Сергей Тигипко. Быть может, не совсем корректно так говорить о рождающемся на глазах любимце избирателей. Вообще Юлия Владимировна любит все, что любит в данный момент нация. А раз нация намекнула, что есть интересный ей человек, то он может стать ее любимой игрушкой. Во всяком случае, до тех пор, пока его любят избиратели. Потом, конечно же, появятся другие игрушки. Думаю, что основные силы БЮТ будут брошены на то, чтобы продемонстрировать хотя бы виртуально — Сергей Тигипко является лучшим другом Юлии Владимировны. Или партнером, "дорогим другом". Возможно, будет найдена новая форма — "чрезвычайно дорогой друг", в рамках которой Тимошенко попытается всем внушить, что ближе и роднее Тигипко у нее никого нет и не было. Это будет своего рода виртуальная реальность, поскольку политики не любят действительности, для изменения которой приходится тратить большие ресурсы. А с виртуальностью гораздо легче играться.   Мы видим, что Тимошенко пытается мобилизовать западный электорат. Это ее главный избирательный ресурс?   — На мой взгляд, Юлия Владимировна сделала очередную, возможно, фатальную ошибку. Она уже в который раз стала жертвой своих чисто женских качеств. Я уже неоднократно говорил о том, что Тимошенко позиционирует себя не просто как политик, а как женщина-политик. Именно на этом делается основной акцент. Кстати, меня всегда интересовало, почему так мало женщин в украинской политике? Один из выдающихся мыслителей прошлого ответил на данный вопрос следующим образом: потому что очень мало хороших визажистов. Не исключаю, что в Украине есть всего один классный визажист, который подписал длительный контракт. Видимо, поэтому у Юлии Тимошенко и нет конкурентов-женщин. Но вернемся к ее женским качествам. На мой взгляд, когда она говорит с какой-то аудиторией, то забывает о том, что в век информационных технологий ее высказывания слышат и другие группы людей. В ходе турне по Западной Украине она наговорила много приятного для жителей данного региона. Однако ее заявления вызывают совершенно другую реакцию на востоке страны. Я не уверен, что заявления Юлии Тимошенко, сделанные во Львове, добавят ей популярности на западе Украины. Однако абсолютно уверен, что подобные высказывания заберут у нее много голосов на востоке страны.   Когда Юлия Владимировна говорит о своей социальной и политической близости с Сергеем Тигипко, то забывает о том, что у него есть свой стабильный избиратель, который не разделяет ценностей, озвученных ею на западе Украины. Это касается ограничения использования русского языка, героизации определенных политико-исторических сил и так далее. Она имеет полное право говорить и верить в это. Но я знаю, что подобные заявления Тимошенко не понравятся избирателям Тигипко, живущим в Одессе, Днепропетровске, Луганске. Недавно я говорил с днепропетровскими социологами, которые подтвердили мою гипотезу о том, что заявления Тимошенко, сделанные во Львове, очень не понравились избирателям Тигипко, проживающим в родном для премьера городе. Поэтому, на мой взгляд, Юлия Владимировна допустила колоссальную ошибку. Ошибкой была и ее война с голосованием на дому. Знаете, я голосовал в центре Киева (улица Горького). Пока добрался до избирательного участка, четыре раза упал, поскольку дороги абсолютно никто не чистит. По пути видел бабушку, которая передвигалась с помощью двух лыжных палок. Наверное, если бы я стал на лыжи, то быстрее бы добрался до урн для голосования. Так вот, если вы хотите ограничить волеизъявление на дому, стремитесь выдернуть пожилых людей из относительно теплых квартир на промороженные улицы, то хотя бы расчистите им подходные пути. Думаю, что в процессе "путешествия" по нечищеным улицам люди, которые голосовали в первом туре за лидера правительства, вряд ли подтвердят свой выбор. В общем, наряду с приглашением грузинских наблюдателей к стратегическим ошибкам Тимошенко я отношу ее тур по Западной Украине, в ходе которого она сделала целый ряд "узконаправленных" месседжей, ориентированных исключительно на местную целевую аудиторию, не учитывая того, что они разойдутся по всей стране, да и ее окрестностям.   -Сумеет ли Юлия Тимошенко преодолеть электоральный разрыв с Виктором Януковичем, зафиксированный в первом туре?   — Подобное отставание преодолимо только в одном случае: если тот, кто отстает, находится в оппозиции. А если он во власти, то в мировой практике подобных случаев практически не было. Другими словами, честно преодолеть более чем десятипроцентное отставание от лидера гонки маловероятно.   -Но она уже успела заявить буквально следующее: "Туров будет столько, сколько потребуется для моего президентства!".   — Есть три компонента, которые могут ограничить количество туров президентских выборов. Это закон, который в Украине худо-бедно, но работает, совесть и здравый смысл.   Партия регионов небезосновательно ожидает от Юлии Тимошенко радикальных мер. Способны ли "регионалы" эффективно противостоять экстремистским усилиям премьера, направленным на срыв выборов?   — На мой взгляд, проблема "регионалов" заключается в том, что у них нет высокоточного политического оружия. Поэтому они применяют "ковровое бомбометание", стреляют по огромным политическим площадям, надеясь случайно задеть противника. Можно еще долго рассуждать о том, чего нет у "регионалов". Легче сказать, что есть. А сегодня у них есть ощущение своей классовой правоты, которое и придает их действиям драйв. Надеюсь, кроме драйва у них еще кое-что есть. В свое время Кольт говорил, что добрым словом и пистолетом можно сделать гораздо больше, чем только добрым словом. Поэтому симпатиями избирателей и деньгами можно сделать гораздо больше, чем просто симпатиями избирателей. "Регионы" в настоящее время задействовали все свои базовые ресурсы и непрерывно "гасят" по площадям. Это крайне дорогостоящая технология, но другой у них пока просто нет.   -Какова, по-вашему, роль парламента в период между двумя турами?   — Думаю, то, что будет происходить в парламенте, — это своего рода зондаж политических настроений с помощью, скажем так, радикальных инструментов. Можно ведь определить состояние организма с помощью термометра, а можно и зонд ввести в задний проход. Наверное, крайне болезненная процедура. Подобное зондирование и пытаются осуществить с помощью проведения чрезвычайных сессий Рады. Есть гипотеза, в соответствии с которой в парламенте идет латентное переформатирование коалиции. Ходят слухи о десятках "бютовцев", которые мечутся в поисках новой политической крыши, о колеблющихся "литвиновцах", о коммунистах, позволяющих себе крайне смелые заявления в адрес своего неизменного лидера. Подобное зондирование позволяет выявить, какие процессы идут в Раде, какое количество голосов можно "оторвать" в случае победы того или иного кандидата на выборах. Поэтому зондаж идет с двух сторон. БЮТ проверяет, сколько голосов реально оторвать от "регионалов" в случае победы Тимошенко. Партия регионов тоже исследует данную проблему.   -А какую позицию занимают олигархи? Одни говорят, что они разложили яйца по двум корзинам, другие утверждают, что все олигархи сделали ставку на Виктора Януковича.   — У меня есть своя гипотеза на этот счет: олигархи в очередной раз все перепутали. Я всегда говорил, что, как ни странно, самые умные люди из бизнеса в политике ведут себя как последние "лохи". Поэтому они перепутали способы хранения яиц. Вместо того чтобы раскладывать их по разным корзинкам, они разложили яйца по разным мошонкам. А когда бьют по мошонке, получается больнее, чем когда бьют по корзинке. Знаете, недавно мне рассказали забавную историю. Якобы в Украине очень активно работает российская ломбардная группа, которая скупает яхты, машины и часы у тех олигархов, которые подписались под конкретными политическими проектами. У них закончился кэш, однако обязательства остались. И теперь часы "Вашерон Константин", которые в магазине стоили $350 000, сегодня уходят за $50 000. Недавно яхту, купленную прошлым летом за полтора миллиона долларов, продали всего за триста тысяч, а роскошный "Бентли", приобретенный за полмиллиона, ушел за семьдесят тысяч. Другими словами, Украина превратилась в громадный ломбард. Поэтому еще раз хочу напомнить украинским олигархам: не путайте корзины с мошонками. Иначе будет очень больно!   -Сколько времени продержится новый украинский президент?   — Я считаю, что мы попали в период перманентных досрочных выборов. У нас были досрочные парламентские выборы, досрочные выборы мэра Киева, Тернопольского областного совета. Единственное, чего у нас не было, — это досрочных президентских выборов. Однако в соответствии с теорией вероятности рано или поздно они должны состояться. Это первый момент. Второй: в Украине накопилось громадное количество нерешенных проблем в самых разных сферах — экономической, продовольственной, социальной, юридической, геополитической. И я не знаю ни одного человека, который был бы способен все эти проблемы решить. Есть политики, которые могут хорошо разрулить экономические вопросы, однако они ничего не понимают в геополитике. Есть деятели, способные выпутаться из сложной геополитической ситуации, однако не разбираются в социальной сфере. К сожалению, в Украине пока нет политического десятиборца, способного адекватно среагировать на все имеющиеся вызовы. Поэтому у будущего президента будет несколько вариантов действий. Один из них — добровольно уйти в отставку. Как это сделал в свое время Борис Ельцин: "Я устал, я ухожу". И рано или поздно, но кто-то сделает подобное заявление. Мы повторяем практически все, что происходило в российской политике. Возможно, добровольный уход с должности станет самым величественным шагом, совершенным украинским политиком за всю новейшую политическую историю страны. В результате можно будет с чистого листа решать накопившиеся проблемы. Поэтому я и считаю, что человек, который станет премьер-министром после досрочных парламентских выборов, с большой вероятностью займет президентское кресло через два года.   -Недавно состоялось празднование дня рождения Владимира Высоцкого. Что из творческого наследия Высоцкого вы могли бы применить при анализе украинской ситуации?   — Я фанат творчества Высоцкого. Недавно я провел исследование, в ходе которого выяснил, что вокруг творчества Владимира Семеновича в последнее время идет не театральная или художественная, а, скорее, политическая и даже геополитическая полемика. На мой взгляд, Высоцкий совершил три, условно говоря, технологических открытия и два мировоззренческих. Первое его технологическое достижение заключается в том, что он смог вычленить все речевые клише и штампы. Это дало ему возможность их высмеять. Второе: Высоцкий описал все депрессивные состояния человека. Третье: он блестяще использовал все брутальные ролевые образы, которые люди употребляют в общении. Вычленив из человека эти три вещи — речевые штампы, депрессивные состояния и роли, он усовершенствовал технологию, открытую Антоном Павловичем Чеховым. Чехов скромно предлагал выдавливать из себя по капле раба. С помощью Высоцкого можно просто абортировать из себя и раба, и подлеца, и приспособленца. Вырвать из себя все брутальное, произвести над собой катарсис, то есть полное очищение. Наши политики, сами того не подозревая, действуют в строгом соответствии с Высоцким. Они абсорбировали в себе все штампы и клише, которые кажутся для нормального человека чересчур гламурными, пафосными или просто подлыми. Наши политики вобрали в себя все возможные депрессивные состояния. Именно поэтому я обожаю смотреть трансляции заседаний Верховной Рады, поскольку появляется прекрасная возможность понаблюдать сразу за 450 видами депрессии. Украинские политики также освоили все брутальные модели поведения, которые для нормального человека являются гротескными. Думаю, с помощью наших политиков мы способны совершить общенациональный катарсис. Если их убрать, то произойдет полное очищение государственного организма. В свое время Черчилль называл парламент прямой кишкой демократии. У нас в этой кишке застрял громадный ком. Но в то же время у нас есть шанс избавиться от него, испытав при этом огромное облегчение. Надо теперь придумать, какое использовать слабительное. Продолжая тему, скажу о мировоззренческих открытиях Высоцкого. Своим творчеством он доказал, что патриотизм выше социального деления. Это первое открытие. При жизни Высоцкого считалось, что патриотом может быть только представитель рабочего класса. Если бы Владимир Семенович был жив, он бы доказал, что патриотизм выше и национального. И, наконец, последнее открытие: Высоцкий опроверг Толстого. Толстой когда-то сказал, что патриотизм — это последнее прибежище негодяев. А Владимир Семенович продемонстрировал, что патриотом можно быть не будучи при этом негодяем. И в заключение нашего разговора я хочу рассказать незаконченный анекдот, а также привести афоризм, который можно было бы закончить. Незаконченный анекдот следующий: закинул старик невод в море. Правда, старик необычный. Родом из Хайфы. И вот попадается ему золотая рыбка, которая обращается к нему с традиционной просьбой совершить обмен. Три желания за свободу. Старик говорит: "Хорошо, начнем с первого желания. Во-первых, я хочу абсолютное здоровье, миллиард долларов и замок в горах. Во-вторых…". В этом месте анекдот обрывается. На основе данного анекдота я хотел бы пожелать одному политику побольше скромности. Всего надо достигать постепенно. Есть еще афоризм. Паскаль когда-то сказал: "Человек, к сожалению, и не ангел, и не животное. Но чем сильнее он пытается быть ангелом, тем быстрее становится животным". Поэтому второму украинскому политику я бы пожелал почаще перечитывать Паскаля.   Беседовали Владимир Скачко, Александр Юрчук Экспрессия Fri, 29 Jan 2010 11:29:23 GMT http://www.vydrin.com/chat/217118/ В ходе видео-онлайн-конференции на from-ua.com, которая состоялась 19 января 2010 годаДмитрий Игнатьевич рассказал о том, почему его не удивили результаты выборов, какая у него зарплата в Совбезе, чем обязан Сергей Тигипко своим успехом, и о многом другом.   Гоша: – Дмитрий Игнатьевич, ну и как вам результаты первого тура выборов? Что-то удивило? Д. Выдрин: – Откровенно говоря, нет. Не хочу выглядеть провидцем, но как бывший социолог я имел данные, которые позволяли месяца 3-4 назад просчитать тенденцию. Может вы, Гоша, помните, что еще в сентябре я сказал, что Тигипко выйдет на 3 место с результатом более 10%, и это будет единственная сенсация первого тура. В принципе, так и получилось. Единственное, я думал, что коммунисты наберут немножко больше 4%.   Оксана, Киев: – Добрый день! Как считаете, кто победит во втором туре выборов – ОНА или ОН? И можно ли ожидать повторение Майдана? Д. Выдрин: – То, что не победит здравый смысл, уже ясно. Что касается персоналий, то пока по социологическим тенденциям лидирует ОН. Я заметил, что в политике крупные, мясистые мужчины иногда имеют больший вес, даже чем небольшие миниатюрные женщины. Но 3 недели – это большой срок, тенденции могут поменяться. Поэтому я бы на месте крупных мужчин не расслаблялся.   ДЦ: – Почему такие скучные выборы – я ожидал большего веселья... болото какое-то... нечего вспомнить, кроме билбордов... Д. Выдрин: – Вы знаете, в каждой кампании, и избирательной, и тусовочной, ровно столько веселья, сколько мы сами в нее привносим. Поэтому, наверно, сами виноваты. Мы, то есть рядовые избиратели, не внесли в эту кампанию критическую массу драйва, адреналина, напряжения и, в хорошем смысле, отмороженности. Политики наши, на мой взгляд, нулевые креативщики и посредственные актеры. Поэтому пенять надо только на себя. Пример: когда правительство попыталось ограничить свободу слова через суды, под Кабмин вышло 16 человек. Разве это веселье? Когда похожие действия сделало правительство Италии, у них вышло на улицы 600 тысяч человек – вот это веселье.   Михал Иваныч: – Здравствуйте! Дмитрий, чем, по вашему, Тигипко обязан своему успеху? Ведь по сути человек сдал Януковича в 2004, сидел в засаде до 2009 года, а потом – бац, кандидат в президенты... Откуда взялась такая народная любовь к нему? Д. Выдрин: – Я считаю, что есть два главных фактора. Первое, что Тигипко последние годы не был депутатом, а слово депутат уже практически стало символом общенародной ненависти. Второе, что Тигипко попытался создать необычный для Украины бренд позитивного политика. Народ, как и простой человек, не может жить одним чувством, в частности чувством ненависти. Ему для баланса необходимо еще и чувство любви. И вот Сергей Тигипко то ли сознательно, то ли интуитивно попал в образ человека, который живет не чувством ненависти, а чувством ожидания некой общенародной любви. Вот этот здоровый эротический позитивизм и получил такой, на мой взгляд, адекватный отклик.   Татьяна: – Прокомментируйте, пожалуйста. Как может суд отменить Закон? Тем более, ночью за пять часов до выборов. Я о голосовании на дому. Где больные люди в воскресенье могли взять справки? А где были БЮТ раньше, когда принимали этот Закон? И почему молчит Верховный Суд? Д. Выдрин: – Знаете, Татьяна, трудно комментировать бред вообще, а ночной бред вообще не подлежит комментированию. Поэтому простой вам совет политолога: не тратьте время на анализ судебно-бредовых решений, просто голосуйте за тех людей, которые облегчают вам жизнь хотя бы как избирателя, и голосуйте против тех, кто в любой форме осложняет вашу гражданскую жизнь.   ZVir: – Дмитрий Игнатьевич, работая директором исследовательского учреждения, Вы несомненно являетесь специалистом в вопросах европейского подхода к вопросам государственного строительства. Ответьте, пожалуйста, на три вопроса: 1. Какие правовые акты, как украинские, так и международные, будут нарушены конституционным введением русского языка в Украине как второго государственного? 2. Какие политические, имущественные, социальные и другие права граждан будут нарушены или ущемлены введением русского языка в качестве второго государственного? 3. Может быть, стоит единожды и навсегда закрыть языковой вопрос и начать строить не государство для «титульной» нации, а государство для его граждан? Благодарю за ответы. Д. Выдрин: – 1. Знаете, я никогда не специализировался на теме политико-лингвистических нюансов. Есть европейская хартия языков, и там, на мой взгляд, все сказано по этому поводу. 2. Снова посылаю вас к хартии. 3. Знаете, не мы с вами решаем, какое строить государство. Точнее, не только мы с вами. Мне бы очень хотелось, чтобы народ Украины был источником власти не только по одной статье Конституции, но и по всему политическому содержанию. Поэтому я выступал всегда сторонником максимально прямой демократии. Эта форма демократии предполагает обсуждение властью с народом всех общественно важных проблем. Хотя бы путем референдумов, плебисцитов и т.д. Самая образцовая демократия считается в Швейцарии. Там ежегодно проводятся сотни, если не тысячи референдумов. Наверно, поэтому они и живут так благополучно. Народ должен решать сам свои народные проблемы, в том числе и языковые. Александр – Уважаемый Дмитрий! Откройте секрет, кто хозяин дома, в котором живет Тимошенко, и какая его рыночная стоимость. И сколько может стоить аренда этого дома в месяц. Д. Выдрин: – Понятия не имею. Дом, в котором живет Тимошенко, видел только на фотографиях Лещенко на сайте Украинская правда. Если бы я мог, судя по этим фотографиям, мгновенно ответить на ваш вопрос, я бы работал не политологом и не политиком, а риэлтором и агентом по сдаче недвижимости. Но навскидку, думаю, что очень дорого. Кстати, моя дочка снимает с двумя детьми маленькую квартирку, и на это у нее уходит процентов 80 семейного бюджета.   Киев: – О чем спрашивать? Он в одной шеренге с Винским. Не надо гадить там, где жил, живешь и будешь жить. Д. Выдрин: – Честно говоря, не люблю шеренги, именно поэтому всегда оказывался вне этих шеренг. А, видимо, вашему другу Винскому привет, поскольку последний раз я его видел лет 5 назад. hasansabbax: – Ваш соратник Андрей Юсов в http://yusov.livejournal.com/ проводит опрос: МОВНЕ ПИТАННЯ. «ЩО ЗРОБИТИ, ЩОБ УКРАЇНЦІ ЗНОВУ ЗАГОВОРИЛИ УКРАЇНСЬКОЮ?» Ваша точка зрения по вопросу второго государственного языка. Прокомментируйте, пожалуйста, мнение вашего товарища по партии. Д. Выдрин: – Я только что ответил по этому поводу. Это, во-первых. Во-вторых, я стараюсь, да и не люблю комментировать мнение других людей. Как правило, это бесполезно, поскольку я не знаю ни одного случая, когда с помощью комментария можно было изменить чье-либо мнение. А особенно не люблю, когда комментируют мое мнение, поскольку мне кажется, что высшим благом является даже не свобода слова, а свобода мысли.   hasansabbax: – Ваш лозунг (или девиз вашей партии): «Мы заставим этих ублюдков быть честными!» (касается политиков от власти). http://file.liga.net/party/11.html При этом «...декларирует приверженность демократическим ценностям». Вопрос: какой механизм реализации вашей цели при соблюдении демократических принципов? В дополнение – для себя вы оставляете законодательный аспект или исполнительный? Или и то и другое? Д. Выдрин: – Наверно, и то, и другое, и третье. А может быть, и четвертое, поскольку я не совсем понимаю, о чем идет речь. Лозунг, который вы упомянули, является лозунгом партии, в которой я был больше 2 лет назад. Потом в силу разных причин я отошел от партийных движений, в том числе и потому, что считаю партии вымирающим политическим механизмом. Поэтому для меня то, о чем вы говорите, не совсем уже актуально.   Ramzay: – Ув. Дмитрий Игнатьевич! Тема выборов – это, конечно, очень актуально, но у меня, например, навязло в зубах... По-моему, все предельно ясно уже, перевес в 10% – это «диагноз», а прогнозирование – дело полезное, но иногда неблагодарное, не правда ли, Д.И.?)) Поэтому позволю себе спросить за соционику: недавно встретил Ваше мнение о «преждевременной кончине этой псевдонауки вследствие целенаправленной травли представителями «истинно научных» кругов». Это, конечно, не цитата, но смысл, считаю, изложил верно. Так вот, уважаемый Дмитрий Игнатьевич, скажите, насколько Вам близка, интересна эта тема? И почему, собственно, «псевдо»? И неужели так все необратимо? Ведь соционика – это же очень интересно, как сказал бы Михалков, она «многое объясняет». И еще, Дмитрий Игнатьевич, скажите, если это не секрет, конечно, Ваш ТИМ – «Декарт»? В десятку? Д. Выдрин: – Спасибо за замечательный вопрос. Действительно, тема выборов уже похожа на пережеванную жвачку, которую жевать невкусно и выплюнуть жалко. С соционикой у меня связаны интересные, практически юношеские воспоминания, большая, может быть, для будущего тема статьи или большой книги. Я работал в институте Глушкова и занимался темой моделирования личности. И вот тогда познакомился с командой интересного исследователя профессора Зварыкина, который осмелился первый в Союзе объявить это направление наукой. Со стороны официальных кругов началась официальная травля. В архивах «Литературной газеты» за 1973 год вы можете найти громадную статью, которая называлась «Профессор-астролог». В этой статье был вынесен официальный приговор соционике как науке о личности, и тем самым было запрещено и закрыто это направление. Но сейчас по этому поводу есть уже масса исследований. Я думаю, что в интернете вы можете найти кучу информации по соционике и ее ответвлению. Еще раз спасибо за то, что вы интересуетесь не только политикой.   Ирина Алексеевна: – Ув. господин Кудрин! Большинство т.н. «простого народа» ненавидит «начальников» всех рангов, считает, что «они там только набивают карманы». Оба претендента на президентский пост были (и есть) премьер-министрами. Как бы Вы могли обозначить их достижения и неудачи за время их каденций, т.е. плюсы и минусы их деятельности буквально по пунктам: 1, 2, и т.д. Большое спасибо за ответ. Д. Выдрин: – Спасибо, что назвали меня Кудриным. Кудрин был моим любимым профессором в Киевском университете. По пунктам раскладывать достижения бессмысленно. О премьере любой страны всегда есть только один критерий: это рост экономики и уровня жизни. Поэтому возьмите экономическую статистику периода разных премьеров и сравнивайте, при ком этот рост был выше. А все остальное, на мой взгляд, это схоластика.   ЖлобоморЪ: – Уважаемый Дмитрий, скажите, пожалуйста, как вы – умный, адекватный человек, крепко дружащий с логикой, – оказались в СНБО? В одной компании со всякими богатыревыми и «верваннами»? После вашего выхода из БЮТ я меньше всего ожидал увидеть вас в этом оранжевом гадюшнике... Только не говорите, что СНБО – это внепартийный, внеидеологический орган, призванный защищать базовые государственные интересы и т.п. Просто скажите – почему и зачем? Заранее благодарю за искренний ответ. Д. Выдрин: – Спасибо за искренность. Попробую ответить так же искренне. Вообще-то я шел ни к кому-то, а для чего-то. Я человек самодостаточный и давно уже не ищу компании для поддержания настроения, душевного комфорта и т.д. и т.п. Поэтому причина была одна: я думаю, что всем хочется проверять себя на решении достаточно крупных задач. Передо мной такая задача была поставлена. Участвовать в разработке новой концепции национальной безопасности Украины. Ясно, что это задача на годы и, соответственно, не может делаться под какого-то одного президента. Я очень люблю интеллектуальные задачи и очень тоскую, когда не востребован обществом, людьми, друзьями, коллегами для решения подобных проблем. Поэтому ответьте сами мне: стоило ли мне отказываться, когда мне предложили поработать над новой концепцией безопасности, и чем я согрешил перед своей совестью, занимаясь последний год сравнительным анализом мирового опыта тенденций в СНГ, в Европе и т.д. С уважением, Дмитрий.   Виктория: – Много раз читала в интернете, что Тимошенко принимает наркотики. Может ли кто-то инициировать для нее сдачу крови на тест? Как можно допускать к руководству страной человека с явно психическими отклонениями? Д. Выдрин: – Никогда не говорю, тем более публично, того, чего не знаю, или того, чему не был сам свидетелем. Поэтому скажу так: по крайней мере, при мне такого не наблюдалось. Что касается здоровья политиков и возможных их аномалий, то существует 2 практики: 1 – когда политики на высший пост проходят некое медицинское освидетельствование; 2 – когда само общество путем голосования дает оценку не только, скажем, уму, хитрости, но и здоровью, адекватности и привычкам того или иного политика. У нас пока не работает в полной мере ни первый механизм, ни второй. И вообще, у меня такое ощущение, что большинство украинских политиков постоянно под кайфом. Только для одних кайф – это деньги, для других – власть, а для третьих, может быть, и химия.   Жорж: – Здравствуйте, Дмитрий! Можно ли считать провальным на выборах результат Олега Тягныбока, билборды которого не только заполонили просторы западной Украины, но и столицы? Согласитесь, слабоват результат. Д. Выдрин: – В политике не бывает слабых результатов. В политике бывает результат, адекватный общественному запросу. Значит, на сегодня запрос на идеи Тягныбока в обществе меньше 2%. И если существует потолок такого запроса, то сколько не выбрасывай рекламного продукта, результат не изменится. Пример: вы можете выпить пива за раз не больше 5 бутылок, поэтому сколько не рекламируй данный сорт пива, вы же все равно больше не выпьете.   Сергей: – Какова зарплата зама секретаря Совбеза (чистыми и грязными)? Д. Выдрин: – Грязными не знаю, люблю все получать чистыми. А чистыми около 8 тысяч гривен.   Мойша: – Считаете ли вы фишкой нынешней избирательной кампании антисемитизм? Д. Выдрин: – Мойша, а что вы имеете в виду под этим странным термином? Если неверие всех во все, это правда. Если вы называете этим термином неверие в себя, тоже правда. Поэтому уточните, что конкретно вы имели в виду.   Nikolaj: – Дмитрий, когда в Украине перестанут воровать! При том это делается нагло «наверху» и в больших размерах. Например газ... Д. Выдрин: – Знаете, Николай, когда-то были найдены древнешумерские клинописные письмена на громадных глыбах и камнях. Им примерно 3 тысячи лет. И вот когда их расшифровали, там было 2 вопроса: когда же дети будут слушаться взрослых и когда же взрослые перестанут воровать? Поэтому я думаю, что это вечные вопросы. Главное, чтобы уровень вот этого нашего брутального воровства не зашкаливал хотя бы за древнешумерские нормы. А то погибнем, как погибла их цивилизация, и последним писком нашей культуры будет ваш блог в интернете с криком: когда же они перестанут воровать?   Артур: – Скажите, Дмитрий, вы признаёте алкоголизацию нашего общества как угрозу национальной безопасности? Д. Выдрин: – Честно говоря, не думал на это тему. Но навскидку, пока нет. Я праздновал последний Новый год в компании финнов и итальянцев, и скажу вам откровенно, что по критериям пива мы по сравнению с ними дети. Как и дети по сравнению с итальянцами по критерию вина. Поэтому мне кажется, что миф о том, что мы самая пьющая нация, именно миф, который поддерживается скорее для собственного честолюбия и приколов, не являясь абсолютно правдивым.   Борис: – Добрый день. Скажите, что дальше с информацией о грузинских «наблюдателях»? Д. Выдрин: – Я думаю, что тема не заглохнет, а точнее, как раньше писали в темниках, «тема актуальная и тревожащая». Я сам пытаюсь разобраться в этом вопросе, и завтра, кстати говоря, на РИА «Новости» будет телемост с Грузией, которая, может быть, прояснит ситуацию по поводу горячих «генацвали», которые обожают холодные январские выборы. Оnline-чат Sat, 23 Jan 2010 15:45:55 GMT http://www.vydrin.com/express/217117/ В ходе выборов меня часто упрекали, что мои заметки из жанра политологии все больше уходят в жанр психологии. Особенно в этом плане мне досталось за "этюд" о Сергее Тигипко.  Тем не менее, в продолжение этой же темы я предлагаю свое видение личности Юлии Тимошенко. Сразу признаюсь, что политологии и здесь будет не так много.  Дело в том, что прошедшие выборы фактически оказались без политологического содержания, без политической "начинки". Настоящая политика - это всегда борьба идей, идеологий, принципов. Это сшивка смыслов, схватка различных политических программ, проектов и новаций. Ничего этого у нас не было.  У меня собственная версия, почему так произошло. Если очень коротко, то очевидные причины две.  Первая заключается в том, что "убийство" мажоритарного начала, или хотя бы сегмента, на выборах всех уровней тем самым убило громадный действующий механизм постоянного создания политического контента и сбора политического креатива.  Мажоритарщики всех уровней и всех мастей сражались между собой не только, а часто и не столько деньгами, сколько именно новыми или, по крайней мере, оригинальными идеями. Они, как пчелы (использую эту метафору, пока еще она в политике модна), сносили в общенациональный банк политических инноваций какие-то свои взгляды, представления и предложения.  Именно из этого громадного наработанного на выборах "банка" потом уже политики первого эшелона черпали свои программные предложения, свежие мысли или даже оригинальный политический стеб.  Сейчас этот "банк" пуст. Черпать неоткуда. Поэтому весь "креатив" и свелся к: "Вона - це Україна", "Моя мета - це добробут", "Нова індустріалізація" и т.д. и т.п.  То есть сама ситуация в очередной раз показала, что новое в политике выдумывают не политтехнологи, а сами политики. Но только тогда, когда они образуют достаточную критическую массу из тысячи тысяч конкурирующих особей.  Иначе говоря, пропорциональная система, убив многотысячную и многоярусную конкуренцию, попутно убила сам механизм создания политического креатива и выхолостила уже накопленную базу. Говоря аллегорически, был уничтожен "жесткий диск" всей операционной политической составляющей.  Кто-то сказал, что свобода, в отличие от надежды, изнашивается быстрее, если ею не пользуются. То же самое можно сказать о смыслах: если ими не пользоваться, они сжимаются, как шагреневая кожа, изнашиваются и исчезают.  Второй причиной, на мой взгляд, стало полное перенесение бизнес-идей и механизмов уже в политическую механику.  Уникальная особенность украинского бизнеса заключается в том, что, в отличие от всего цивилизованного мира, у нас кредиты берутся не под проекты, а под откаты. Это на Западе просят у клиента, берущего кредит, показать бизнес-планы и проекты, под которые он берется. А у нас просят показать процент отката, под который он берется.  Подобная парадигма полностью была перенесена в политическую плоскость. Практически все кандидаты в президенты просили у избирателей кредит доверия, в виде голосов, не под планы и проекты, - скажем, модернизацию экономики или геополитических блиц-кригов - а под элементарные откаты. Типа: ты мне голос, а я тебя 16 гривен доплаты к пенсии, 30 гривен к зарплате или 1000 гривен - в сберкассе.  Когда-то еще в советское время один из юмористов озвучил повестку дня колхозного собрания, которую он прочитал на дверях клуба в захудалом селе:  1.Пьянство тракториста Хоменко 2.Ремонт коровника 3.Разное: в т.ч. построение коммунизма  Примерно похожая повестка дня была и на нынешних выборах. Если свести ее к абсолютному сухому остатку, то она выглядела так:  1.Межигорье кандидата Януковича 2.Задержка пенсий кандидатом Тимошенко 3.Разное: в т.ч. построение Украины  Но беда в том, что до "разного" так и не дошли. Ни один из кандидатов не предложил свой проект развития, совершенствования быстрого и кардинального построения цивилизованной, эффективной и конкурентоспособной страны.  Да и зачем проекты, ведь есть откаты?!  Учитывая все это, о какой политологии или о какой политике можно говорить на этих выборах?  Мне остается психология, которая пытается заглянуть в сумерки душевного мира на уважаемых претендентов. Наверное, это было бы некорректно, если бы они были частными лицами. Но дело в том, что все они грозятся, что сумерки их души могут стать нашим сияющим миром.  Итак, Юлия Владимировна. У меня, как у доморощенного "инженера человеческих душ", есть к ней всего два вопроса. Один касается источника ее непоколебимой и удручающей силы, а второй - причин проскальзывающей, но уже очевидной слабости.  Начну с первого. В чем сила, сестра?    Политик   На мой взгляд, главная составляющая силы Тимошенко заключается в том, что она одна из первых в Украине почувствовала вкус, страсть, непреодолимую тягу к политике в чистом виде.  Когда-то я уже доказывал, что весь украинский политический Олимп можно условно разделить на два лагеря: монетофаги и кратофаги.  Первые - это те, для которых деньги (финансы, капитал, состояние, собственность и т.д.и т.п.) являются целью, а даже власть всего лишь средством для достижения.  Вторые - это те, для которых власть это все, а даже деньги (финансы, капитал, состояние) являются лишь средством ее достижения.  В свое время у меня был способный студент, который став достаточно успешным бизнесменом, боролся потом за звание мэра Киева. Именно он преподал мне, своему бывшему преподавателю, замечательный урок. Я спросил у него, зачем ему, человеку, у которого вроде бы все есть для счастливой жизни, мэрское кресло? Он с заблестевшими от возбуждения глазами мечтательно ответил: "Вы знаете, вкус денег - это ничто, по сравнению со вкусом власти над людьми, у которых есть деньги".  Думаю, Юлия Владимировна одна из первых в Украине серьезных фигур, которая почувствовала невыносимую притягательность, непередаваемую изысканность и наркотический дурман этого вкуса.  Да, она первая, кто понял в нашей стране, что удовольствие, которое может доставить власть, неизмеримо выше, сильнее и острее, чем все удовольствия, которые могут доставить деньги.  Я с гибельным восторгом наблюдаю, как она проводит многочасовые совещания в Кабмине. Проводит всегда стоя, поскольку адреналиновые волны не дают ей спокойно сидеть в кресле. И вот она, маленькая и как бы хрупкая, лучится упоением и пафосом полной власти над сотней потных от страха здоровенных мужиков, каждый из которых весит и за сто килограммов, и за сто "лимонов".  Ради этого, конечно, можно пойти на любые испытания.  Думаю, что к простой и очевидной мысли о том, что власть сильнее денег, она пришла не сразу, но быстро.  Ведь были сильные учителя.  Был Павел Лазаренко, который управлял своенравными начинающими металлургическими и финансовыми магнатами Днепропетровщины, как оловянными солдатиками или деревянными матрешками.  Был Леонид Кучма, который преподал Юлии Владимировне главный урок в ее жизни, показав, что допотопная "сотка" связи на Банковой с Генпрокуратурой круче, чем новомодная электронная связь с банками в Швейцарии или Антигуа...  Короче, благодаря и позитивному, и негативному опыту Юлия Владимировна больше, чем кто бы то ни было другой в нашей стране, понимает, что в политике политик всегда побеждает бизнесмена. И именно поэтому она - общенациональный лидер кратофагов - пытается превратить в них и всю свою политическую силу.  Как ни странно, эту простую истину никак не могут понять ее главные оппоненты, хотя бы те же "регионалы".  Среди них ведь немало людей не чуждых спорту, и хотя бы по спортивной аналогии они должны понимать, что на ринге мастер спорта по боксу всегда забьет мастера спорта по борьбе, как на ковре последний всегда задавит первого. И именно поэтому их политическая сила "Регионы", являясь самой массовой и организованной в стране, тем не менее, постоянно в политике в роли "терпилы"-монетофага.  Если кто-то не верит в подобное разделение, пусть посчитает хотя бы механическое распределение депутатов в БЮТ и в "Регионах" по родовому происхождению. По разным подсчетам, в БЮТ около 20 % - выходцы из бизнеса, а в "Регионах" - около 50%.  Поэтому подытоживая этот блок, можно сказать, что Тимошенко непобедима в политике до тех пор, пока с ней не начнут бороться не бизнесмены, случайно оказавшиеся в политике для решения своих и чужих дел, а собственно политики - любящие, знающие и уважающие свою собственную стихию.  Дело-то в том, что у политиков в политике ставки всегда выше и длиннее, чем у бизнесменов в этой сфере. Последние могут поставить на кон максимум завод или телеканал, а первые - максимум страну и судьбу народа.     Женщина     Как-то очень давно в одной из статей я обронил такую фразу: мужчина, приходя в политику, оставляет на пороге свои принципы, а женщина - свой пол.  И надо сказать, что я долго верил в истинность этой формулы, по крайней мере, второй ее части.  Может быть, потому что в то время я больше занимался европейскими политическими проектами, и наблюдал, как тщательно европейские политесы скрывают свои вторичные половые признаки.  Невозможно, наверное, представить, чтобы в свое время Маргарет Тетчер появилась на людях не в одном из двух своих рабочих костюмов, а, скажем, в стрейчах, которые ввергают сзади в шок, и прозрачной гипюровой кофточке, которая вызывает спереди трепет. Или, например, мамаша Меркель вошла в Бундестаг вся в рюшечках и с декольтированной мясистой бюргерской спиной.  Нет, им никто это не запрещает, но есть какие-то неписанные, невербализованные правила, которые действуют сильнее и строже уголовных законов.  Я называю про себя это "законом Хичкока". Как-то знаменитый киномэтр сказал, что кинематограф не умрет, пока в зале гасят свет. Имелось в виду то, что половина зала почти всегда юноши, сидящие рядом с девушками и ожидающие, что спутница, ставя попкорн в темноте, промахнется и положит руку ... ну, вы сами знаете куда. И много десятилетий уже спутницы не промахиваются, но юноши в кино ходят все равно.  Так вот, теоретически много лет ожидалось, что, вопреки неписанным законам политики, в ней появится женщина. И одновременно в это никто не верил, как в шокирующий и ужасный моветон. А она взяла и положила... В смысле появилась.  Юлия Владимировна оказалась первым, по крайней мере, в Европе политиком, который осмелился свои вторичные половые признаки сделать первичной, ударной политической силой. И это выглядело дерзко, ошеломляюще, захватывающе и необычно. Ну, как, скажем, если бы Виталий Кличко, заходя в Киевсовет, сразу начинал с апперкота вахтеру и заканчивал хуком в челюсть мэру.  Впрочем, подобная дерзость Юлии Владимировны в выборе подобного политико-сценического образа, может быть, не только ее собственная заслуга, но и специфика украинской политической среды. Во всем цивилизованном мире политика, по стилистике и интеллектуальному дизайну, - это, как любит говаривать Збиг Бжезинский, "великая шахматная игра".  У нас же, по стилистике, политика - это "азартная картежная игра". И это вносит радикальные нюансы во весь дизайн. Ведь трудно представить шахматистку на первенстве мира сидящую за шахматным столом в маленьком черном коктейльном платьице. Но легко представить такой персонаж за покерным столом, даже на том же чемпионате мира.  И Юлия Владимировна абсолютно гениально воспользовалась этим пока еще незакрытым в нашей стране "окошком гендерных возможностей".  И надо сказать, что на женский вызов Тимошенко не существует адекватного ответа.  В Украине, да и в Европе, просто нет женщин-политиков, которые бы обладали таким сплавом очарования, дерзости и глумления над неписанными, да и писанными правилами и традициями. Изысканная вульгарность и утонченная пошлость Юлии Владимировны - это действительно абсолютное оружие, которое сложно парировать любыми рациональными аргументами и проектами.  Она создала воистину убойный образ из гремучего сочетания женской миниатюрности и мужской бычьей воли, из грудного придыхания и скрытого истеризма, из явного сексапила и инфантильной жеманности, из вкрадчивого воркования и бескомпромиссной агрессии.  Она фактически довела в политике до такого совершенства свою женскую форму, которую являет миру, что уже нет необходимости в содержании. Все равно после ее трехчасовых выступлений никто не говорит уже о смыслах, все говорят о макияже лица и брендах одежды. Никто не говорит о нюансах содержания, все говорят об интонациях и придыхании.  Когда же последними штрихами своего безупречного политического китча Она сделала орнаменты из сердечек, тигрюлечек, косичек, то, как мне представляется, достигла топа, абсолютной вершины своего жанра. И в этом плане Она практически реализовала предостережение великого Гуссерля о политике, которая будет общаться с народом не смыслами, и даже не словами, а символами.  Учитывая сказанное, можно смело предположить, что Она, безусловно, войдет в учебники по политической истории, политологии, сценического и актерского мастерства и цирковой пантомимы.  Единственное, в чем здесь зарыта собака (или тигрюля) - это то, что этот выбранный Ею жанр относится к жанру принцесс, а не королев. Именно принцессам идет в плюсы все, что не прощается королевам - начиная от эротического жеманства, кончая скабрезным хихиканьем.  Принцессы ведь - это стволовые клетки, то есть еще неопределившиеся монады государственной иерархии, которые всем могут подмигивать и всем давать надежду. И в этом их убийственная магия и умопомрачительное очарование.  А королева уже специализированна в своей власти, закреплена за чем-то и в божественном альянсе с кем-то. Поэтому в принцесс можно влюбляться, а королевам только поклоняться.  Когда любимица Тимошенко, Алла Пугачева, была принцессой, в нее действительно все влюблялись. А когда стала королевой эстрады - стали только отдавать дань уважения. Но это и правильно: любить безумно можно Арлекино, но когда он становится финдиректором цирка, что-то из образа уходит, и с ним можно разве что просто спать - за деньги или за карьеру.  У меня есть одна знакомая, очаровательная корреспондентка-прикольщица с RTVi. Она постоянно всех шокирует кофточкой, на которой написано: "Принцессы какают ландышами". А вот королевы уже по-взрослому.  Впрочем, мы уже переходим к другой теме. Это о слабостях.  И так, задаем следующий вопрос. В чем проблема королевы?     Разорванная харизма     Совсем недавно психологи Гарвардского университета сделали открытие, касающееся так называемой "бинарной харизмы". Это когда два человека входят в такой психологический резонанс, при котором один усиливает сигнал, исходящий от другого, пока они вместе не разгоняют этот сигнал до немыслимой силы.  Есть такие ущелья в горах, сам бывал в них, в которых причудливо стоящие скалы разгоняют твой шепот до громового звучания. И вот то же самое происходит у неких избранных пар.  Как показывает практика, обычно такими парами бывают мужчина и женщина. Я отнес бы к ним, например, Бонни и Клайда.  Помните, эта сладкая парочка - любя, чувствуя и дыша в унисон - разогнала свое бинарное мужество, дерзость и изобретательность до немыслимых высот.  К такой бы паре я отнес, на определенном этапе, Саакашвили и Бурджанадзе. Ну, еще, может быть, доллар и евро. Так вот, по моей гипотезе, невероятная харизма Тимошенко раскрылась до максимума, когда она встретила свою недостающую половинку - Виктора Ющенко.  Так получилось, что, более десяти лет назад, я стал свидетелем их первого знакомства. Я тогда с изумлением наблюдал, как Юлия Владимировна, не признающая никаких авторитетов, всегда чувствующая свое внутреннее превосходство над любым собеседником, с восторгом и чуть ли не поклонением внимала каждому слову тогда всего лишь банкира. (Причем банкира в десятки, а может быть в сотни раз менее состоятельного, чем Она, на тот период, сама - банкирша и бизнесмен).  Думаю, что Она просто в тот момент почувствовала, что встретила как раз ту недостающую часть своей харизмы, без которой Ей не стать политиком, а тем более лидером.  Да, Юлия Тимошенко часто переоценивает свои силы. Но при этом Она достаточно адекватно всегда оценивает свой ресурс - и финансовый, и психологический.  Думается, что уже тогда Она понимала однобокость и ограниченность своей ментальности "девочки городских предместий". Эта ментальность, безусловно, дала ей очень много.  Например, острое, как опасная бритва, слово, без которого иногда нельзя было добраться от школы до дома без того, чтобы тебя не прижали неразвитой грудью к горячей батарее в загаженном подъезде.  Умение принимать мгновенно быстрые и точные решения в быстро меняющейся босяцкой уличной ситуации.  Способность блефовать перед соседками по улице и партам в марках одежды, бижутерии и косметики, чтобы тебя не считали изгоем, которая вьетнамские штаны выдает за аристократические левисы.  Готовность в любой момент отбросить свои принципы, если они становятся источником угрозы, как ящеры отбрасывают свой хвост, если за него уже зацепился коготь врага...  Да что тут рассказывать. Любая девчонка, выросшая в урбанистическом хаосе и бедламе, тем более в бурные "восьмидесятые" и разухабистые "девяностые", расскажет вам истории на десять мелодраматических сериалов.  Так закалялась сталь неукротимых характеров большинства украинских бизнес-леди.  Но со всем этим багажом, наверняка чувствовала Юлия Владимировна, можно стать банкиром, трубной или газовой королевой, но не политиком. Потому что политик - это символ страны, а не газовой горелки.  А вот Виктор Ющенко-то и олицетворял недостающую половинку - связанную с абсолютно непонятной для Тимошенко и инородной патриархальной сельской ментальности.  Есть гипотеза, что главное отличие между селом и городом заключается в том, что город живет по часам и минутам, а село - по рассветам и закатам.  Город планирует свои дела помесячно и поквартально, а село - попогодно и посезонно. Когда в большом селе в центре вешали центральные часы, оно превращалось в маленький город.  Я представляю, какое убийственное впечатление произвел на ЮВ ВАЮ, который, в отличие от многочисленных Ее помощников, не носил всякие "патики филипы" и "вашероны", да и вообще любые "котлы". Который величественно опаздывал на встречи на часы, снисходительно задерживался в принятии решений на сутки и недели. Для которого "перегорнуть м'яту" на даче значило больше, чем провести совещание по рефинансированию крупного банка.  Причем Юлия Владимировна, выросшая в среде понтов и распальцовок, понимала, что вот это ирреальность, своеобычность Ющенко как раз не понты, а проявление незнакомой ей и аутентичной архетипу страны коренной ментальности.  Короче, Она "попала", даже "залетела" на эту архаичную вневременность, абсолютный патриархальный эгоцентризм и селянскую несуетливость, связанную с фатализмом и верой в исключительность своей судьбы.  Неслучайно, что именно после этого знаменательного знакомства Она ударными темпами выучила "солов'їну мову". Именно тогда Она на недоуменно-иронический взгляд ответила с легкой сумасшедшинкой: "Не питайте, мамо, чому заплетена коса". И к тому же перестала носить часы.  Впрочем, зеркально "попал" в то время и ВАЮ, который, видимо, так же интуитивно искал свою индустриально-техногенную и урбанистическую ментальную половинку. Но не с медовым, а с терпким и будоражащим лимитным привкусом.  Не знаю, хорошо или плохо то, что произошел разрыв их взаимной бинарной харизмы. Еще не знаю, полезно или вредно для общества то, что этот биумвират не стал правящим на долгие годы, а, может быть, и десятилетия, как это в принципе могло произойти.  Знаю только, что этот разрыв был неизбежен.  Поскольку условиями его сохранения могли бы быть только две невозможные, да и взаимоисключающие стратегии: Она вечно стирает у него белье, а в свободное от стирки время он послушно выполняет роль абсолютного подкаблучника.  Так что произошло то, что произошло.  Пока не исследованы все прецеденты "разрывов бинарных харизм", но что-то интуитивно мне подсказывает, что последствия здесь примерно такие же, как при хирургическом разрыве сиамских близнецов.   В 33% - погибают оба, 33% - выживает один, 33% - выживают оба, но уже с ограниченными интеллектуальными и физическими возможностями, и только в 1% - все заканчивается благополучно.  Не уверен, что с этой статистикой знакома ЮВ. Хотя даже если бы и была знакома - и с подобной статистикой, и с подобными аналогиями - я думаю, это бы ее не остановило.  Она слишком привыкла выигрывать в любой ситуации у любых людей, чтобы понимать, что выиграть у судьбы за главным "карточным столом" значительно сложнее, если вообще возможно.  И это первая проблема "королевы червей". Но есть и другая.     Синдром Мидаса     Любому политическому лидеру при реализации его целей необходим определенный строительный материал. Главным таким материалом выступают, естественно, люди - помощники, сторонники, спонсоры, избиратели и т.д. и т.п.  Соответственно, сила любого лидера прямо пропорциональна его способности собирать критическую массу такого материала, а потом быстро доводить его до нужного качества и кондиции.  И тут возникает большая собственно украинская проблема. Традиционно в цивилизованных странах, как правило, для реализации своих планов лидеру нужны люди одного качества и для достижения власти, и для реализации власти.  У нас же, в родной Украине, как правило, для достижения власти, тем более, если используются специфические методы, нужны люди одного качества. А вот для оправления, реализации власти нужны люди совершенно другого качества.  Долгие годы ЮВ оттачивала, шлифовала, доводила до совершенства свой безусловный талант, а может быть дар, почти мгновенного воздействия на людей. Многие из ее окружения могут привести сотни примеров, когда ей достаточно было посадить человека рядом с собой, взять его за руку, заглянуть глубоко в глаза - и от тут же менял свои взгляды, корректировал мировоззрение или просто отказывался от самим же названной цены за ГОК.  Когда-то я по этому поводу написал даже целое полушутливое исследование - об использовании ЮВ шаманских сугнитативных практик для лоботомии и зомбирования сознания окружающих.  Шутки шутками, но факт остается фактом - Она, подобно царю Мидасу, умеет одним прикосновением изменить взгляды, а значит и сущность, качество практически любого человека. Но весь вопрос в том, какое качество получается на выходе.  Борясь за власть специфическими методами, ЮВ наработала следующий дар: людей пожилого возраста она легко превращает в фанатиков; людей зрелого возраста она также легко превращает в приспособленцев; ну а молодых одним движением косы - в завершенных негодяев.  Повторяю, в наших условиях это изумительное сочетание возрастных качеств сторонников для прихода к власти. Но даже в наших условиях с таким качеством "биомассы" (любимый термин, который приписывают Ей) дееспособную и эффективную власть построить уже невозможно.  И здесь, собственно, кроется секрет того, почему "королева Червей" так блестяща, результативна, эффективна и эффектна в оппозиции и так проблемна, некреативна и неинтересна во власти.  Кстати говоря, я думаю, даже уверен, что ЮВ сама страдает от этого своего дара. И когда в ней просыпается та славная, смышленая и смешливая девчонка, мечтательная городская "принцесска", которая, обложив когда-то себя на диване книжками и конфетами в двухкомнатной днепропетровской хрущевке, мечтала изменить мир, сделать его добрым и гармоничным, ей становится жутко и страшно от своего таланта, от своего дара и своего характера.  Она тогда пронзительно понимает, что "перекалила" свой железный характер, превратив его из гибко булатного в тяжеловесно чугунный; "перековала" свой дар воздействия на людей, который мог бы поднимать их до высот человечности, а опускает до инстинктов животных.  Может, ей бывает также тоскливо от того бесконтентного сюсюканья, к которому свелось ее общение с любимыми "массами". И хочется порой себя изменить.  Может, ей бывает горько от раболепия и подобострастия, с которыми ее гайдуки-миллиардерщики носят за ней вприпрыжку Ее ридикюль. И хочется порой их заменить.  Может, ей бывает неуютно от пронзительного одиночества - ведь самое отчаянное одиночество возникает именно в окружении толпы фанатиков. И хочется порой стать самой собой.  Наверное, та маленькая "принцесска", которая гнездится где-то в недрах души, протестует против всего этого. Но на нее строго "цикает" строгая королева: "Так надо, девочка моя. Закрой глазки и ушки, и думай о Батьківщине (партии)".  Действительно, в это очень много вложено сил, времени, страсти. И можно ли повернуть назад? К тому же есть, как известно, "трудотерапия" - а труд (или даже его имитация), как известно, лечит от посторонних мыслей, да и от мыслей вообще. К тому же есть политика. Политика - это еще более сильный опиум для элиты, чем "религия - опиум для народа".  Не знаю, решит ли она названные проблемы, как и не знаю - решаемы ли эти проблемы в принципе. Впрочем, это Ее королевские проблемы...  И в заключение.  Стылой декабрьской ночью я возвращался с позднего эфира радио "Эра". Вез меня пожилой, разговорчивый и, как все киевляне, иронично-всезнающий таксист. И вот на мосту Патона мы попадаем в абсолютный сюр. Ураган и ветер сорвал сотни, если не тысячи, белосердечно-червивых плакатов и бордов. Весь мост был усеян ними, как сплошным кардиологическим ковром. Старый дребезжащий "Опель" грязными колесами подминал под себя трепетные красно-кровавые символы. И вот мой просвещенный таксист сказал: "Данко, блин, вырвал свое сердце, чтобы освещать путь другим. А она другими сердцами выстилает путь себе".  И вот это, наверное, сама главная проблема "королевы Червей". Экспрессия Sat, 23 Jan 2010 10:41:21 GMT http://www.vydrin.com/express/217111/ В канун наступающего Нового Года по уже сложившейся традиции мы просим известного украинского политолога и писателя Дмитрия Выдрина подвести итоги и рассказать о своем видении будущего страны.   Дмитрий Игнатьевич, как коротко Вы бы охарактеризовали уходящий год?   Я хотел бы сказать, что для подведения итогов этого года подходит название некогда популярной книги «Итога, собственно, нет». Этот год  - год сплошной незавершенности, а точнее «незавершенки»… Есть в физике принцип неопределенности Гейзенберга, а у нас принцип неопределенности…кого? Прораба Васи. Прораб Вася сдает «незавершенку» под видом условно завершенного объекта. А общественность не готова въезжать в дом без туалетов и коммуникаций. Мы же «въезжаем» в следующий год без бюджета, впервые у нас нет статистики РЕАЛЬНО отражающей состояние экономики, нет определенности никакой и в геополитических конфигурациях – неясно теперь кто нам друг, кто враг, а кто просто так. Зато есть рекорды. Например, Украина сегодня занимает самое последнее место в Европе по уровню зарплат…И первое  -  по коррупции. Последнее место по уровню заработных плат мы занимаем не только в Европе, но и в СНГ. А в Европе даже Албания теперь имеет среднюю з/п в два раза больше нашей, Беларусь – в полтора раза, Россия – почти в три раза. Грустно, конечно, несмотря на «зимнюю сказку» за окном. Есть новогодний антураж, а настроения новогоднего пока нет. Но такое состояние экономики было прогнозируемым при данном правительстве. Мы подозревали, что будет «вертеп». И вертеп стал для Украины актуален и в политике,  и в экономике.   Вертеп – это ужасные куклы, насаженные на палку?   Да. Есть куклы, которых дергают за нитки – это марионетки, а в нашем случае – это куклы, посаженные на кол. Нас всех посадили на кол и вертят теперь в свое удовольствие. Но меня удивляет другое. Меня удивляет «стокгольмский синдром» по-украински. Суть синдрома заключается в том, что заложники, которые провели с террористами какое-то время вместе, вдруг начинают им симпатизировать и чуть ли не защищать их. Такое впечатление, что нас захватили «террористы» и многие люди теперь болеют этим синдромом. Когда наша премьерка выступает в программе у Савика Шустера и  рассказывает о каких-то немыслимых прорывах и экономических успехах – половина зала аплодирует. При чем на своем кармане понимая, что «успехи»-то весьма сомнительны - они либо подтасованы, либо завышены. Но все-равно уровень доверия этому политику «по Шустеру» - 47%. То есть почти половина зала. Спрашивается, за что такое доверие? Ведь все были свидетелями того, что  как грипп, так  и снег нас застали внезапно. И снегоуборочные машины, как и марлевые повязки, оказались в дефиците. Катастрофическое положение с местными бюджетами, поскольку казначейство заморозило им выплаты. Некоторые городские администрации даже елок в этом году не нарядили, потому что в местных бюджетах нет денег даже на будни, не говоря уже о праздниках. Тогда как на экранах телевизоров «скачут» в недешевой политической рекламе разнообразные «зайчики» и «белочки». .. К сожалению, и с билбордов на нас смотрят не дед Мороз с его славной компанией, а «ряженные» с их бесславной гоп-компанией. При этом, как показывают социологические опросы, люди совершенно не готовы и не испытывают желание участвовать в акциях гражданского протеста. Я был недавно в пригороде одного большого города, где несколько дней был отключен свет. На плитах замерзали каши для детей, стоял холод, а люди покорно разводили руками – что мы можем сделать? И действительно, мажоритарки больше нет, суды людей уже давно не защищают. Как сегодня люди могут влиять на ситуацию? Кстати, даже журналисты – всегда самый последний бастион гражданской активности - на этот раз сдались первыми. Я всегда с гордостью в графе профессия, заполняя анкеты, пишу «журналист», но мне стало стыдно, когда в начале октября правительство запретило критиковать свою работу через СМИ, а на акцию протеста возле Кабмина вышло только 16 человек. Потом, ровно через сутки, я был в Риме, где Берлусконе попытался сделать то же самое, и на акцию протеста вышло 600 000 человек. Население Киева и Рима практически одинаково, но какое различие!  Действительно, «большая разница». Если маятник сильно отклоняется в одну сторону – он неизбежно пойдет в другую. Видимо на Майдане мы разрядили нашу «батарею общественной активности» Действительно, может быть, общество израсходовало всю свою энергию  и теперь нам нужны десятилетия на восстановления.   Говоря об общественном мнении, прокомментируйте, пожалуйста, данные последних социологических опросов, которые демонстрируют большой перевес в пользу Виктора Януковича. Такой отрыв существует в реальности или его «дорисовывают»?   Я достаточно много проработал в Институте социологии и это дает мне возможность отличить дутую социологию от реальной. Как говорил один социолог – если я даю объективную социологию, то работаю на международные гранты, если нет – на местном финансировании. Я знаком с исследованиями, которые проводились для настоящей картины. И действительно, Янукович идет с неожиданно большим отрывом от Тимошенко.  На день, когда мы с вами встретились, его отрыв по рейтингу на первый тур составляет 18%, а на второй  - 15-16%. Причиной тому, на мой взгляд,  несколько факторов. Во-первых, Виктор Федорович меньше работает. И, соответственно, делает меньше ошибок. Во-вторых, Янукович хоть и формальная, но все же оппозиция. А оппозиция в тяжелой экономической ситуации всегда имеет стартовое преимущество около 10%. И, в-третьих, существует некая усталость от той мажорной терминологии, которую использует правительство. Мне кажется, что на похоронах излишняя бодрость не уместна, как и в нашем случае: в тяжелые времена излишняя бравада вызывает глухое недовольство.   Значит, по логике «Янукович – наш президент»? Или есть некие скрытые факторы, способные изменить ситуацию?   По логике, да. Но с другой стороны, фатальную роль здесь может сыграть некая расслабленность  и благодушие в окружении Виктора Федоровича. Я бы на их месте так не расслаблялся. И даже бы празднование нового года отложил на конец выборов. Я знал такие случаи, когда ситуация менялась за неделю до выборов. И даже был к ним причастен. Например, во время выборов тогда еще в Верховный Совет Союза, один из претендентов оказался на передаче «Взгляд» у Александра Любимова. И эта передача вывела его из аутсайдеров в лидеры. Конечно, уровень доверия к СМИ сегодня другой и  программ таких рейтинговых у нас нет, но этот хрестоматийный уже пример дает представление о том, что может случиться накануне выборов.   В эстетике Востока каждый год называется именем некого зверя или мифологического существа. Мир сегодня впитал эту эстетику. Можно ли давать какие-то политические прогнозы, опираясь на  мистический формат наступающего года?   Перед тем, как ответить на ваш вопрос, я хотел бы вообще поговорить о мистике и эстетике новогодних и рождественских праздников. Мои англоязычные друзья спросили меня, чем отличается «наш»  Новый Год от «их». И я пришел к выводу, что разница  такая же, как между западной  и нашей культурой. Так, их празднование Рождества – это западный индивидуализм, вывернутый на изнанку. Раз в год западный человек устает от своего «разумного эгоизма» и инициирует фонтан щедрости, доброты и семейных традиций. Раз в год они встречаются вместе,  и в это время каждый больше думает о другом, чем о себе. Наш же Новый год – это праздник славянского коллективизма, также вывернутый на изнанку. В этот праздник каждый из нас ищет яркие индивидуальные радости,  хочет наесться всяких вкусностей до отвала (эта традиция тянется еще с советских времен), напиться хорошего алкоголя и вкусить эротических утех  с таинственной незнакомкой или незнакомцем. По сути, их Рождество празднуется под девизами морального кодекса строителя коммунизма, а наш новый год – в лучших традициях голливудской распущенности. Сегодня наша задача сделать некий культурологический микс и совместить Запад и Восток. А для этого нужно одинаково верить, как в рождение Христа, так  и в бессмертие деда Мороза. Тогда, я думаю, нам удастся объединиться с Европой без всяких на то искусственных усилий. НАТО не надо, пускай идеологически совпадут два праздника. Когда у нас возникнет желание не только вкусить с ближним эротических радостей, но   и накормить его, а там не только накормить – но  и вкусить радостей, тогда я думаю, сшивка произойдет (смеется).   Давайте теперь про китайскую стилистику…   Я считаю, что Восток победил Запад, введя моду на животных-символов года. Важно отметить, что наступающий год будет годом Тигра. А тигр, в отличие от льва, более жесток и прагматичен. Поэтому от следующего года особой благости я не ожидаю. Год видимо будет агрессивным и тяжелым. Единственное, что утешает – у тигра есть полосы. И  какая-то передышка у нас все же будет. Я ожидаю много неожиданных черных полос, но будут и большие белые полосы. Я надеюсь, что в эти периоды мы наконец-то поймем, что главные люди в нашей жизни – это не правительство, парламент  и президент, а мы сами и наши близкие. Семейные ценности несоизмеримо выше даже, простите, национальных. Потому что нация растет не сверху вниз, а наоборот. Наши корни бытия закладываются на уровне семьи. Я рад, что власть сегодня, оскорбляя друг друга, практически забыла про нас. А мы, в свою очередь, видя их истинное лицо, остаемся верны своей семье и друзьям.   «Коза ностра»?   Видимо да. Когда в этом году я побывал  на Сицилии, то сделал для себя открытия, касающиеся выживаемости  и энергетики  человека. Почему сицилийская мафия стала одной из самых мощных и непобедимых? Они поняли, что можно жить на вулкане, вблизи смертельной опасности целую вечность и не обращать на нее внимания. Я думаю, что нам также можно научиться жить даже вблизи печерских холмов и не обращать внимание на власть, которая там гнездится и постоянно нам угрожает своей некомпетентностью, распущенностью и вседозволенностью. Кстати, если  на Сицилии у уважаемого дона спрашивают как дела, он обычно отвечает: «Джузеппе пошел в школу, Тони поступил в университет, Франческе скоро рожать…» и т.д. Заметьте: ни слова  о себе! Для них индивидуальные ценности  и семейные ценности – это одно и тоже. Поэтому там  большие семьи, в которых представлены все логические категории, начиная беременными женщинами и заканчивая столетними стариками. Можно посадить в тюрьму за неуплату налогов главу семьи, но его столетнего дедушку и беременную сноху никто не посадит. Семьи там не уничтожимы... Я хотел бы, чтобы такие непотопляемые семьи возникли и у нас. Это даст здоровую мировоззренческую картинку, вместо неких наведенных абстрактных ценностей.   Говоря о «черных полосах», есть такая гипотеза, что лучше бы выборы выиграла Юлия Владимировна, потому что в противном случае нас ожидает череда судебных разбирательств и актов гражданского неповиновения. Что Вы думаете по этому поводу?   Во-первых, Юлии Владимировне на этот раз сложно будет выиграть. Если снова вернуться к восточному календарю, то она по гороскопу (да и не только по гороскопу) крыса. А Янукович по гороскопу (правда, только по гороскопу) - тигр. Тем не менее, крыса редко выигрывает в открытом и честном бою у тигра. Поэтому многое будет зависеть, насколько честными и прозрачными будут выборы. Во-вторых, многое  зависит от разрыва голосов, с которым они выйдут на финиш. Если разрыв будет 1,5-2%, то страну будет долго лихорадить, а если кто-то победит с результатом  более 10%, то, как показывает практика,  никаких потрясений не будет.   В пылу политических баталий, «большая» экономика отошла на задний план. Прошла ли Украина кризис? Как мы сегодня вмонтированы в мировую экономику? Чего ждать от следующего года?   В кризис можно верить, а можно и не верить, но он от этого не исчезнет. Как говорит один мой московский друг, если где-то не произошла авария, это еще не значит, что Шойгу не существует. Полтора года тому назад, когда на Украину уже пришел кризис, наше правительство уверяло, что его не существует. Потом, правда, спохватилось, но было уже поздно, поскольку пришлось работать в лихорадочном темпе. А «лихорадка» всегда приводит к ошибкам, а не к успехам. Кроме того, наши государственные мужи путают методологические подходы в политике и экономике. В политике нужно идти от общего к частному. Например, говорить, что во всем виновата коррупция, и приводить конкретный пример: министр такой-то коррупционер и за это отстранен от должности и наказан. В экономике – наоборот. Здесь надо двигаться от общего к частному. Например, в экономике мало сказать, что зарплаты повысились на 16 гривень,  надо еще сказать, как это отразится на покупательной способности населения в целом, на расширении внутреннего рынка, на стимулировании местного производства и т.д. и т.п. Кто сегодня занимается системным анализом общих экономических тенденций? Я уже сто раз говорил, что западные страны в начале кризиса проанализировали базовые принципы работы своих экономик. В частности, в очередной раз тщательно проверили следующие главные параметры: равные ли условия защищенности у всех видов собственности, нет ли преференций у каких либо видов бизнеса, справедливы ли суды и т.д. То есть были сделаны тщательные экспрессанализы экономической макрокартины, которые позволили законопатить все проблемные «течи» в их экономической лодке. У нас же вся борьба с кризисом свелась к тому, какой банк рефинансировать, а какой «убить». При этом я не видел ни одного совещания в правительстве, где был бы проведен анализ защиты всех форм собственности, равной конкуренции, судебной власти. Мы анализируем экономику не от частного к общему, а от частного к несчастному!   В западной экономики законопатили щели, а у нас даже не прикрыли пробоины. Значит, нашей лодке еще предстоит достичь дна?   Возможно. Будем жить тогда на подводной лодке. И будем петь: йеллоу сабмарин, йелоу сабмарин…   Как же выживет экономика, если после выборов 17 января, грядут выборы в местные советы, потом возможно  досрочные в Раду?   Не возможно, а скорее всего, неизбежно. Но есть не только экономическое дно, но и социальное. Это и есть тот уровень, оттолкнувшись от которого, можно двигаться вверх. На сегодняшний день мы уже достигли социального дна, потому что главный результат  «педофилического» скандала – это свидетельство того, что произошло растление всего общества. Общество много лет растлевали, под лозунгом – мы вам конфетку, вы нам удовольствие. Громадные социальные слои отучали работать, отучали заботиться самим о себе. Многие годы культивируя в стране принцип патернализма, власть  не давала обществу вырасти. Это некий извращенный вид «социофилии», когда детский инфантилизм консервируется на уровне громадных социальных прослоек. Под этой маркой у нас практически похоронены стимулы профессионального роста, стремление к высокому мастерству, к трудовым династиям. Да что там говорить! Сегодня на Украине невозможно найти нормального сантехника, каменщика. Мы недавно гордились классными стадионами, которые у нас построены, но при  этом почему-то не говорили, что строили их уже в основном турки…   Кстати, абитуриенты следующего года жалуются на то, что и в ВУЗ-ах нет средств на «бюджетников». А как же бесплатное высшее образование?   Если ситуация будет развиваться от плохого к худшему, то может так случиться, что в следующем году 1,5 миллиона бюджетников и зарплату не получат. Вот в чем трагедия! Ведь  людей при этом просто отучили зарабатывать самостоятельно. Важно понять вот что – в следующем году подачек больше никаких не будет. Если хочешь выживать – ты должен надеяться только на себя, повышать свое образование, нарабатывать новые навыки. И как можно меньше надеяться на подачки правительства.  Наоборот, власть надо постоянно «драть».   Чем же поможет этот катарсис, если свое главное электоральное право народ уже использует в период президентских выборов?   Я думаю, что нас ожидает череда сплошных перевыборов, в том числе  и президентских. Нас ждут срочные местные выборы, досрочные парламентские и, почти уверен, достаточно быстро  досрочные  президентские. Может быть, хоть таким методом усушки  и утруски власть будет очищаться от шелухи. Думаю, что период этот продлится 3-4 года. Что же касается экономики, то чем там меньше политики – тем лучше. В 2004 году, когда практически не было никакой власти, мы наблюдали максимальный рост ВВП - около 12 % - и то же, думаю, будет  и сейчас.   А инвестиционный климат?   Нам не нужны инвесторы, в нынешнем правительственном понимании. Иностранный капитал приходит не через важных господ с сигарами, он приходит через фондовый рынок. Если в Украине его все же создадут – деньги придут. Не надо надеяться на МВФ-ы, на «дедушек-миллионеров», которые приезжают ради наших девушек, а не ради нашей экономики. Будет фондовый рынок  - все наладится.   Хотелось бы закончить вашими личными итогами  и успехами  уходящего года. Вам светло? Что-то приятное греет душу?   Когда-то я решил для себя, что главным итогом года для меня станет рукопись, сданная в издательство. Уже довольно много лет я практически каждый год выпускаю книгу. И сейчас в одном издательстве уже лежит моя рукопись, которой я решил бросить вызов сложившемуся порядку вещей. В  названии книги будет использовано слово «упорно». Потому, что упорства нам не хватает, хотя упрямства в избытке. Но второй смысл этого слова – у порно. Это мой личный протест против нового вида цензуры, который прячется под масками моральности и духовности. Если бы наши официальные цензоры были действительно моральными, они бы не заглядывали под юбки в литературе и кино, а разоблачали порнографию в политике. Полное название моей книги «О политике упорно». Это пятьдесят эссе, проиллюстрированных лучшими украинскими художниками. Сразу говорю, что это «не порно», но иллюстрации будут очень смелыми, Думаю, что проект получится интересным: я обнажаю политику в смысловом отношении, художники – в визуальном. Один  из моих афоризмов, кстати, звучит так – голая правда еще страшнее, чем голый депутат. Я знаю, о чем говорю, так как часто присутствовал при парламентских крещенских купаниях. Пользуясь случаем,  приглашаю вас и ваших коллег на презентацию книги в следующем году.   Когда Вы вглядываетесь  в следующий год без цензуры критического ума, то о чем Вам мечтается? Каким Вы себя видите?   У меня есть несколько нереализованных «видений себя». Я мечтаю купить домик на берегу киевского моря и лодку и, может быть, стану лодочником. В детстве через Десну меня  и моих друзей перевозил за 5 копеек лодочник и я считал его сильным, благородным, словом - настоящим.          Физических сил для того, чтобы быть лодочником у меня достаточно, да и благородства, чтобы делать это за минимальную плату хватит (смеется). Потом, мне хотелось бы написать не  упорно, но  расслаблено о метафизике, философии и других мыслеобразующих великих вещах.  И еще я не закончил, как государственный служащий, одно дело о коррупции на атомных станциях. Раньше я считал, что когда чиновник ворует землю, средства на лекарства или коляски  детям-инвалидам – это верх цинизма, теперь же я вижу, что чиновники зарабатывают на безопасности на атомных станциях – и это уже просто выходит за всякие рамки. Это дело я хотел бы довести до логического завершения.   Я желаю воплощения всем вашим мечтам   и проектам! И от имени нашей редакции и читателей поздравляю с наступающим Новым Годом.   Я тоже поздравляю всех замечательных читателей «МК» и с Новым Годом, и с Рождеством! И хочу рассказать одну историю. Много лет назад я работал научным сотрудником в Институте кибернетики у знаменитого академика Глушкова. И в этом Институте изобрели машину, которая исполняет желания. Машину еще не испытывали, но меня, как самого молодого, под Новый Год оставили дежурить в машинном зале, чтоб с машиной, не дай Бог!, что-нибудь не случилось. А в тот год у меня было две основные проблемы: я немножко устал от своих друзей и мечтал познакомиться с девушкой, которая жила в доме напротив и которую я каждое утро видел в окно, когда собирался на работу. И вот я дежурю около кибернетической машины исполнения желаний и думаю, что мне делать через несколько часов, когда начнется празднование Нового Года. Если идти к друзьям, то картина будет известная: Ленька Беднов напьется и будет нагло приставать к девушкам, Костя Жоль будет рассказывать свои бесконечные скучные анекдоты, Андрей Гирнык после третьей будет в ауте и т.д. и т.п. И вот я подошел к машине и заложил в нее программу: хочу, чтобы этот Новый Год я встретил необычно; хочу, чтобы после того, как я позвоню в дверь к незнакомке (а я уже знал номер ее квартиры), она меня встретила без удивления, но с бокалом шампанского; хочу, чтоб на ней было облегающее красное платье, а сзади в комнате просматривался хорошо сервированный и обильно накрытый стол. И вот все это я заложил в машину и поехал к незнакомке, не зная - сработает или не сработает наш хитрый кибернетический механизм. С дрожью звоню в дверь и на пороге появляется Она. Да, в изумительном красном облегающем платье. Да, с бокалом шампанского. И сзади в небольшой уютной комнате действительно накрыт роскошный  стол. Чудо почти состоялось! Но за столом уже сидит пьяный в задницу Беднов с какими-то  по…лядушками, уже что-то нудно бубнит Жорь и уже отъехал Гирнык. Вот тогда я понял, что судьбу, коненчо, можно и нужно менять, но до определенных пределов. Есть вещи, которые пройдут с нами от начала жизни до конца. И эти вещи надо ценить. Даже в Новый Год! Особенно в Новый Год! Экспрессия Thu, 7 Jan 2010 16:51:21 GMT http://www.vydrin.com/express/217103/ Окончание интервью с известным политологом и политтехнологом, заместителем секретаря СНБОУ Дмитрием Выдриным. Начало читайте тут: Дмитрий Выдрин: «Вы не спасетесь в «майбахах» и дворцах» «ДОСРОЧНЫЕ ВЫБОРЫ В ПАРЛАМЕНТ БУДУТ НЕ ПОЗДНЕЕ, ЧЕМ В СЕНТЯБРЕ 2010 ГОДА» - Дмитрий Игнатьевич, на днях в эфире одной политической телепередачи выступал Президент Украины Виктор Ющенко. Он по сути, угрожал премьер-министру тем, что распустит парламент еще до президентских выборов, что, само собой, повлечет за собой внеочередные парламентские выборы. Как Вы оцениваете такую вероятность? - В европейских странах роспуск парламента – это не угроза чего-то плохого, это обещание чего-то хорошего, или это надежда на обновление и развитие. Мы сегодня имеем абсолютно неработающий парламент. Когда-то я говорил, что наш парламент работает с КПД паровоза – 4%. Сегодня у Рады нулевой КПД. Это даже не просто паровоз. Это паровоз, стоящий на запасных путях, с отключенной топкой и дезертировавшими машинистами. Поэтому, во-первых, надо вместо паровоза делать электровоз. А во-вторых, выводить его на магистральную дорогу и дать ему энергию движения (если уж использовать метафоры). Президент констатировал факт, что в Украине не работает парламент. Для того, чтобы ВР заработала – ее нужно, как минимум, перезагрузить. А для того, чтобы осуществить перезагрузку парламента, нужен механизм перезагрузки – досрочные выборы. Поэтому кто бы сейчас не стал следующим президентом, ему придется инициировать досрочные парламентские выборы. Я вам сейчас скажу, а потом проверим – досрочные выборы в парламент будут не раньше апреля, но и не позже сентября 2010 года. «ЛУЧШЕ БЫТЬ КОРОЛЕМ НА ДОЛГИЙ СРОК, ПУСТЬ С НЕБОЛЬШИМИ ПОЛНОМОЧИЯМИ, НО ВСЕНАРОДНО ИЗБРАННЫМ» - Продолжая тему президентских выступлений и высказываний: Ющенко также сказал, что «целью президентских выборов вовсе не является президентское кресло – это всего лишь утешительный приз проигравшему». А главная борьба, дескать, ведется за пост премьер-министра. Также он отметил, что в случае, если премьерское кресло перейдет к команде Тимошенко, то мы перейдем к тоталитаризму, и у нас будет авторитарная страна. Вы согласны с гарантом? - Я бы только усилил этот тезис. Сегодня все, кто борется за пост президента – мечтают получить и пост президента, и пост премьер-министра. Причем у каждого свой механизм. Одни думают, что, получив пост президента, поставят на пост премьер-министра своего подчиненного. Условно говоря, если Тимошенко будет президентом, то премьер-министром, скорее всего, будет Турчинов. Другие мечтают, получив пост президента, на пост премьера поставить своего союзника. Например, я могу предположить, что если Янукович станет президентом, то премьерский пост, скорее всего, достанется Тигипко. У них есть совпадения по многим экономическим взглядам. Если говорить метафорически, каждый мечтает получить пост президента для себя, и пост премьера для своего подчиненного, либо для своего соратника, компаньона. И в этом плане президент получает в награду сразу два поста. При этом, высший пост все же президентский. И сколько бы ни было у Президента полномочий, он всегда будет считаться в Украине главным, пока избирается общенародно. Любой пост, на который человек избирается общенародно – он всегда более легитимен в глазах людей, чем другой пост, даже с большими полномочиями, но на который назначают, а не выбирают. А любой политик так устроен, что он всегда стремится к максимальной легитимности. Лучше быть «королем» на долгий и гарантированный срок, хоть с небольшими полномочиями, но всенародно избранным, чем стать на неизвестно какой срок назначенным парламентом всемогущим премьер-министром. У нас было полтора десятка премьер-министров. Многие из них были очень влиятельны. Но где эти люди, когда их снимают с должности? Мгновенно исчезают. Поэтому, повторяю, все политики интуитивно стремятся не в сторону больших объемов полномочий – они интуитивно стремятся в сторону большего объема легитимности. «ТИГИПКО МОЖЕТ ВЫЙТИ НА ТРЕТЬЕ МЕСТО В РЕЙТИНГЕ» - Из Ваших уст опасно звучат предположение вроде, «Янукович-президент, а Тигипко – премьер». То есть, это намек на то, что Тигипко технический кандидат у Януковича? - Ну почему технический? Я, просто привел, как пример возможного развития событий. Мне кажется, что если конкретно говорить о такой комбинации, если Янукович станет президентом, ему для того чтобы избежать обвинений в «донецкости», в том, что он национальную элиту свел к Донецкой области, неизбежно придется расширить категорию людей, которые участвуют во власти. И он неизбежно будет приглашать в правительство людей из Львова, Тернополя, Донецка. А наиболее легитимным и устойчивым может быть премьер, который имеет высокую степень поддержки у народа. Поскольку я предполагаю, что Тигипко может выйти на третье место в рейтинге, то логичней всего предложить ему кресло премьера. Тигипко, – понятный и прогнозируемый персонаж для Януковича. Кроме того, он в какой-то степени близкий ему по ряду экономических подходов. А еще – он политик, который представляет значительную часть Украины. И что важно, он представляет регион, который не входит в Донбас, а скорее является конкурентом. Исходя из этих мотивов, из такого расклада я и предположил, что высокая вероятность, что предложат премьера Тигипко, если будет Янукович. - Вы сказали, что премьер-министр должен иметь поддержку широких масс. Помимо этого, он должен иметь большинство в парламенте. Какие могут быть конфигурации? Вы также назвали пару Тимошенко-Турчинов, то есть, БЮТ в случае президентства должен получить большинство в парламенте? - Сейчас будет не премьер получать поддержку парламента. Будет связка. То есть, связка президент-премьер будет бороться за большинство в парламенте. Это большинство можно создать, как переформатированием парламента, так и новыми досрочными выборами. На мой взгляд, на сегодняшний день значительно реальней переформатирование парламента через выборы, чем через внутрипарламентские интриги. Люди устали от перебежчиков. Парламент последние несколько лет напоминает какой-то калейдоскоп, где постоянно вроде бы меняются комбинации, но в то же время в реальности ничего не изменяется. Перебежали в свое время несколько человек из БЮТа в «регионы» – по большому счету ничего не поменялось. Если перебегут несколько человек из «регионов» в БЮТ, тоже ничего не поменяется. В радикальном смысле, не произойдет перезагрузка парламента. Поэтому, я думаю, сейчас уже есть консенсус в понимании того, что радикально обновиться (в хорошем смысле слова) можно только через новые выборы, а еще, желательно чтобы по новым правилам. Хотя бы по тем же открытым спискам. А также через проведение 30 мая местных выборов, по мажоритарной системе, что потом приведет к изменению конфигурации и в парламенте. Поэтому перезагрузка по любому произойдет, и скорее всего через досрочные выборы. но мы уже пошли по второму кругу… - Кого Вы будете поддерживать на выборах? - У меня есть свои симпатии, и я обязательно проголосую. Но как чиновник я не имею права оказывать поддержку и публичную симпатию ни одному из претендентов. «ПРАВИТЕЛЬСТВО ЗАКАНЧИВАЕТ, КАК НАРКОМАН, СЕВШИЙ НА ТЯЖЕЛЫЕ НАРКОТИКИ» - Как Вы сегодня в целом оцениваете деятельность правительства и бывшей Вашей соратницы Юлии Тимошенко. В частности, что Вы думаете о кредитах, внешних заимствованиях? - Брать кредиты с постоянно увеличивающимися ставками, это все равно, что сесть на наркотик и постоянно увеличивать дозы, или же переходить на все более тяжелую «дурь». Все наркоманы заканчивают одинаково. Наркоманы в индивидуальном плане и наркоманы в виде правительств, которые садятся сначала на легкие наркотики – такие себе обычные, рутинные кредиты, под хорошие условия и проценты. А заканчивают всегда тоже «тяжелой дурью» – краткосрочными кредитами под громадные проценты, на непрозрачных условиях и т.д. - То есть, это уже даже не как средство пополнить свои денежные запасы, а как жадность, постоянный азарт и плохая привычка? - Тут уже возникает, как вы правильно сказали, и плохая привычка, и плохой азарт, и плохой драйв, и плохие деньги, которые невозможно использовать. Потому что пользоваться можно только хорошими деньгами – «длинными» деньгами, дешевыми деньгами, «прозрачными» деньгами. А деньгами плохими, которые взяты под кабальные условия – сложно пользоваться. Сложно, например, пользоваться деньгами, которые взяты под 30 % годовых, как последние полгода предлагали зарубежные банки нашим фирмам. Эти деньги просто невозможно «отбить». Их можно украсть, можно устроить дефолт этих денег, но отработать эти деньги невозможно. «КРИЗИС ВСЕГДА ИМЕЕТ ИМЕНА» - Что Вы думаете о газовых соглашениях между Россией и Украиной, а также о том, что, по мнению многих экспертов – это худшие условия, которые только могли быть? - Сделка правительства по газу – это, конечно, не катастрофа для экономики, но серьезный катаклизм. Утешает разве что только то, что он пока локальный и к счастью поправимый. Придет новое правительство, и я уверен, что оно перезаключит на новых, более оптимальных условиях газовые договоренности. И мы будем получать газ по тем же условиям, по которым получает Европа. А пока сегодня мы получаем газ, на значительно худших условиях, чем получает центральная и особенно западная Европа. Но, повторяю, это все поправимо – профессиональные менеджеры поправят в течение нескольких месяцев. - То есть, в людях, которые этим занимаются причина газовых проблем? - Конечно. А в чем же еще? Я всегда говорил: не верьте, если вам говорят, что есть некий чисто абстрактный - экономический, финансовый - то есть безымянный кризис. Любой кризис - это всегда, прежде всего, кризис кадровый, управленческий. Кризис всегда имеет имена. Знаете, есть тайфуны, которые разрушают страны? Этим тайфунам всегда дают имена. Есть даже книга, которая называется «Тайфуны с женскими именами». И наши «тайфуны», тоже имеют имена, и главный из них имеет тоже женское имя… Поэтому, если кадровые и управленческие «тайфуны» купировать, то потом рассосутся «тайфуны» финансовые, экономические и т.д. Все надо начинать с кадров. Будут работать эффективные кадры – любой финансово-экономический кризис минимизируется, а иногда и проходит без следа. Как это ни банально звучит, но именно «кадр» решает все. Экспрессия Wed, 16 Dec 2009 16:06:49 GMT