Визит Дмитрия Медведева в Харьков и его договоренности с нашим президентом по газу, флоту и другим важным политическим и экономическим вопросам в центре внимания практически всех СМИ. Свою точку зрения на это громкое событие высказал политолог и философ ДМИТРИ ВЫДРИН.

Вокруг этой темы курсирует масса мифов. И первый из них - это «флот, то есть аренда в обмен на газ». Дескать, променяли пролонгирование базирования российских кораблей на уступки по цене газа для Украины. Логика же этих договоренностей лежит, на мой взгляд, в другой плоскости. Сегодня Россия и Украина мучительно пытаются войти в формат отношений, закрепленных еще в конце 90-х годов, большим Договором о дружбе, партнерстве и сотрудничестве. В рамках этого договора предполагалось, что каждая страна, как друг, союзник и партнер (а не как жертва, обидчик и прочее) пытаются оказывать друг другу базовые услуги как в экономике, так и в политике. В контексте этой логики сегодня наши страны пока еще неуклюже, так как за последние годы разучились это делать, пытались оказывать друг другу ключевую на данный момент услугу. И такая формула была найденароссия умом своих известных экономистов, к коим я отношу, в частности, Хазина, Бунича и других, определила, что для Украины сегодня критически важен газ, и даже не с точки зрения тепла в конфорках наших домов, а с точки зрения воссоздания конкурентоспособной промышленности. Мы стали терять рынки по металлургической, химической и другим ВВП-образующим отраслям промышленности. И еще несколько месяцев такой высокой цены на газ, какой она была до недавнего времени, - и рынки в Латинской Америке, Африке и Азии были бы для нас безвозвратно утеряны, как, впрочем, и вся химическая промышленность…

В ситуации с газом у России было две концепции: поддерживать слабую Украину и игнорировать все просьбы по снижению цены или поддерживать сильную Украину и идти на уступки. В первом случае Украина выступает как недружественное государство, и тогда зачем поддерживать ее экономику? Во втором случае, если рассматривать Украину как союзника, как провайдера интересов России в Европе, то образование лояльной цены на газ вполне логично, поскольку это служит усилению партнера и друга,  а не врага и неприятеля.

Россия заявила, что сегодня рассматривает Украину как партнера, поэтому хочет ее видеть сильной. Видимо, рассчитывает на нас в своих геополитических и геоэкономических играх. И лично для меня такая заявка была скрытой неожиданностью.

Я думаю, что нам нужно, прежде всего, зафиксировать то обстоятельство, что Россия в силу разных причин играет сегодня в сильную Украину, и тогда в этой формуле цены как раз и будет понятен механизм лояльности. То есть все будет зависеть от формата наших отношений. В дружеском контексте любая экономическая формула всегда будет работать в нашу пользу. Но… Но Украина слишком большая страна, чтобы отказываться от собственных интересов. Мы не можем быть в фарватере только чужого интереса. Мы слишком большие -  в геополитическом и геоэкономическом субъектном плане. Поэтому и Украине нужно вводить некие поправки на лояльность к своим интересам. В частности, я полагаю, что мы можем рассчитывать на учет наших интересов в ресурсном освоении пятой части суши, то есть Сибири. Ведь выбор ставится простой: либо Россия будет ее осваивать со своими цивилизационными партнерами, либо ее «освоит» Китай. Конечно, Китай может быть другом России,  но, в силу религиозных, исторических и прочих причин, вряд ли станет до конца надежным и близким. И в этой ситуации мы можем много получить для себя.

Мы уже были евроромантиками, когда в Европу открылось для нас «окно», а точнее говоря, всего лишь «форточка». Сегодня в Россию открывается «парадных вход», и я не вижу причин от этого отказываться. Я недавно встречался со многими дипломатами западных государств, следил за их прессой и был удивлен корректностью и сдержанностью реакции на новые шаги в украинско-российских соглашениях. В тоже время я общался и с информированными российскими экспертами, близкими к власти, владеющими некой инсайдерской информацией. Так вот эти эксперты утверждают, что Россия вместе с Украиной создают сейчас некие «медовые ловушки» для западного мира. ( В разведке «медовыми ловушками» называют ситуацию, когда агента «ловят» на красивую женщину). У меня такое ощущение, что флот в Севастополе - это такая же ловушка для Запада. это сакральное место может быть мистически завлекательным, когда наши страны смогут сформулировать для Запада очень интересные предложения. В частности, создание двух вещей. Первое - в Севастополе расквартировать совместные силы безопасности, я имею в виду и ЕС-совские, стран черноморского региона. А второе - создание в Крыму свободной экономической зоны. И тогда возникает полный комплект: огромный товарооборот и международные силы безопасности. Вот такая красивая версия.

Должен заметить, что отношение к России в мире постоянно меняется. Даже старый русофоб Бжезинский после недавней драматической авиакатастрофы отметил, что, как ни странно, эта трагедия повлияла на существенное улучшение польско-российских отношений. Вся геополитическая ситуация указывает на тектонические изменения в отношении к России. в Европе, в частности, сформировалось понимание, что все крупные и влиятельные страны обладают необычайным геополитическим притяжением, с которым следует считаться (как и с притяжением, скажем, планет с большой массой). При такой  благоприятной конъюнктуре следующий закономерный шаг со стороны России - это некое цивилизационное предложение ближайшим своим соседям, и особенно  -Украине. Недавно мы с одним ведущим российским экономистом как раз обсуждали, какое цивилизационное предложение РФ могла бы сделать нам. Мой коллега назвал его - освоение «пятой части суши». Мол, такое вам не предложит никакой Запад. Тем не менее, я заметил, что совместное освоение российской природной кладовой могло бы стать таким мегапредложением, если бы оно было сделано на всех уровнях - от президента до участкового милиционера.

Имеется в виду, что совместную разработку тех же природных ископаемых может приветствовать российский президент, а вот участковый своим нечищеным сапогом пинать украинских «гестарбайтеров» и говорить: «Понаехали тут!» Когда же Европа делает предложение, ты знаешь, что оно исходит от имени и европейксих президентов, и европейских полицейских.

Если эти факторы будет учтены плюс свое предложение Россия обложит таким комфортом, как в ЕС: дороги, медицина, жилье - тогда я готов отказаться от своего утверждения десятилетней давности о том, что деньги лучше зарабатывать в Сургуте, а вот кофе пить - в Париже.

Меня беспокоит ситуация с нашими СМИ. Когда на программе Савика Шустера меня спросили, чем вызвано мое плохое настроение: ни договоренностями ли, - я ответил, что в российско-украинских договоренностях я вижу больше плюсов, чем минусов. А настроение связано с тем, что российским журналистам было позволено намного больше, чем их украинским коллегам. И я уверен, что эта проблема не решится до тех пор, пока СМИ будут «вторичным половым признаком» украинских олигархов. Когда в свое время у одного из медиа-магнатов я спросил: почему вы так лояльны к Юлии Тимошенко (на должности премьера - ред.), тогда как она вас везде поносит и обзывает? - он ответил, что она пригрозила не вернуть НДС, если его медиа будут критичными. На что я рассказал ему историю из книги Пола Маккартни («Битлы» не только прекрасно играли, но и писали).

В концлагере были два товарища, одного из которых постоянно мучил надзиратель-эсесовец: пытал, унижал и т.д. Потом судьба их разбросала. И вот через 20 лет в одной латиноамериканской стране в богатой антикварной лавке они случайно встретились. Владельцем оказался тот самый унижаемый заключенный. Его товарищ бросился к нему с радостными объятьями, а тот сделал вид, что не знает его и никогда не был ни в каком концлагере. Товарищ решил проследить за владельцем лавки, исподтишка в бинокль наблюдая, как тот покупает в продуктовом магазине дорогое вино, вкусную еду и направляется к себе домой, где сервирует стол и кормит всем этим… того самого мучителя-эсесовца. На следующий день он ворвался к нему в лавку и с возмущением спросил: «Почему ты не убил его? Почему не сдал властям? Как ты можешь кормить и содержать это чудовище 20 лет?» А его бывший друг, испуганно оглянувшись, ответил: «Надзиратель сказал, что если я его буду содержать и скрывать, то он не будет меня бить».

Наши «узники НДС» готовы быть максимально лояльными к власти, даже если их никто об этом не просит. И этот  синдром пока остается. И так будет продолжаться до тех пор, пока у нас не появятся СМИ как отдельный вид бизнеса, как отдельный гражданский институт, а не приложение к трубопрокатным станам и футбольным клубам. Пока этого не произойдет, ситуация не изменится.

Я был одним из авторов первого закона об оппозиции. и когда принес его Юлии Тимошенко, она возмутилась: мол, давать такие права своим политическим оппонентам нельзя. Теперь же у оппозиции практичекси нет механизмов влияния. В этой ситуации следует более активно использовать масс-медиа для критики власти, но, видимо, оппозиции кажется, что блокировать трибуну ВР или выводить людей на акции протеста эффективнее. Или, по крайней мере, эффектнее. У меня были некие надежды, связанные с Яценюком, но они пока не оправдались. Таким образом, я наблюдаю у нас сегодня либо паркетно-гламурную оппозицию с роскошными автомобилями, дорогими костюмами, либо маргинальную, нанимающую за сто гривен уличных клакеров. Выпадает интеллектуальное звено. Повторяю: пока либо паркет, либо улица. Но нет тиши вдумчивых, спокойных  и убийственно-критичных аналитических центров.

На самом деле у нас все-таки есть свое место и своя миссия:  оказывать помощь и власти, и оппозиции. в первом случае  виде понимания, что такое реформы; во втором, понимая, что такое интеллектуальное и эффективное служение обществу. И власть, и оппозиция - любая! - удержится только тогда, когда будет для своего народа делать реальные, обоснованные, ощутимые, а главное - умные вещи. Наша задача - журналистов, экспертов, думающих чиновников - помочь найти новые формы общежития власти и оппозиции, где есть место сотрудничеству и взаимодействию, но нет места ни тупому и огульному кликушеству, ни проплаченному подобострастию.

Записала Наталья Ревская